Готовый перевод Empress, I Can / Императрица, я могу всё исправить: Глава 21

Когда Сюань Цзинчжи вернулась во Дворец Чэньюань, Сяо Юэли и Мэн Вань уже ждали её там.

Стоило Нуаньсян и Чэнь Сян завидеть её, как они быстро бросились навстречу и наперебой засыпали вопросами:

— Ваше Величество, вы в порядке?

— Ваше Величество, что с вами случилось?

Они ежедневно прислуживали Сюань Цзинчжи при переодевании и досконально знали все её наряды и украшения. С первого же взгляда заметив, что на воротнике платья Сюань Цзинчжи не осталось ни единой южно-морской жемчужины, они невольно сильно испугались.

Одна обеспокоенно спросила:

— Ваше Величество, куда подевался жемчуг с вашего платья?

Вторая тут же предложила:

— Позвольте рабыне помочь вам переодеться.

Видя искреннюю заботу на их лицах, в которой не было ни капли фальши или игры, а лишь подлинное беспокойство за неё, Сюань Цзинчжи невольно почувствовала трогательную теплоту в сердце.

С тех пор как она попала в этот книжный мир, именно Нуаньсян и Чэнь Сян стали самыми близкими ей людьми. В вопросах повседневной жизни они заботились о ней с предельным вниманием к каждой мелочи.

Если и можно было сказать, что в этом мире у неё есть родные, то в первую очередь ими были Нуаньсян и Чэнь Сян.

Войдя в главный зал, Сюань Цзинчжи увидела Мэн Вань и Сяо Юэли, и в глазах обеих мгновенно вспыхнул радостный свет.

Заметив это, Сюань Цзинчжи подумала про себя: «Когда я пропала из дворца, Ван Чжань волновался, Нуаньсян и Чэнь Сян волновались, Ваньэр тоже волновалась, и только ты... моя императрица, ха! Ха!»

Глаза Сюань Цзинчжи слегка защипало. Взяв их за руки, она произнесла:

— Я в полном порядке. Не переживайте.

Мэн Вань в два шага подскочила к ней. На её лице читались глубокая тревога и забота, и она взволнованно заговорила:

— Ваше Величество — особа высочайшего достоинства, вам нельзя подвергаться ни малейшей опасности. Если бы с вами, упаси небеса, что-то случилось, как бы тогда поступили ваши слуги? Прошу вас, берегите своё драгоценное здоровье.

— Кстати, разве сегодня у нас ещё не было занятий? Вчера ведь тоже не занимались. Раз уж Ваньэр пришла, давай учить меня вместе.

Сюань Цзинчжи мимолетным взглядом скользнула по императрице, перевела его на Мэн Вань и с улыбкой спросила:

— Почему вы все здесь?

Нуаньсян и Чэнь Сян хором ответили:

— Слушаемся.

С этими словами Сюань Цзинчжи повернулась к стоявшим рядом Нуаньсян и Чэнь Сян:

— Проводите господина Мэн в боковой зал и помогите мне переодеться.

«Раз ты так равнодушна, значит, в душе тебе совершенно до меня нет дела».

Маленькая ФУ тихонько шепнула Сяо Жун во дворе:

— Император уже несколько дней к нам не заходит.

— Ладно-ладно, я ведь вернулась, а ты всё ворчишь, — Сюань Цзинчжи подавила затаившуюся на сердце горечь, натянула улыбку и непринужденным тоном обратилась к Мэн Вань: — Ваньэр, я же просто выходила из дворца развеяться, к чему такие громкие слова? Смотри, разве я не вернулась? Цела и невредима, ничего со мной не случилось. Чего ты поднимаешь такую панику?

«Да с чего бы тебе переживать обо мне? Ты ведь ненавидишь меня, верно?»

Дворец Фэнъи.

Сяо Юэли молча стояла в стороне, опустив взгляд.

Слова Сюань Цзинчжи озадачили Нуаньсян и Чэнь Сян, но они не стали расспрашивать дальше и синхронно поклонились:

— Слушаемся.

«Я чуть было не забыла... Я ведь едва не убила тебя, да еще и разлучила тебя с Юань Чао».

Сюань Цзинчжи шагнула в сторону внутренних покоев. Проходя мимо императрицы и даже не взглянув на Сяо Юэли, она холодно бросила: «Императрица, можете быть свободны», — и направилась прямо в спальню переодеваться.

Было заметно, как сильно они радуются её благополучному возвращению.

«Наверное, даже то сестринское тепло, с которым ты подарила мне тот мешочек с благовониями, было лишь потому, что я император, и ты была обязана это сделать».

Она шмыгнула носом и с легкой улыбкой произвела:

— Пусть в Палате одежды мне снова оторочат платье рядовым жемчугом. Глядишь, в один прекрасный день мне снова захочется пригласить кого-нибудь выпить.

Сяо Жун тихо вздохнула:

— И то верно. Раньше император не забывала о нас: каждые несколько дней то пришлет кого-нибудь с подарками, то сама заглянет посидеть, поболтать.

Сяо Фу недоуменно произнесла:

— Почему же теперь император не приходит? неужели она разлюбила госпожу?

Сяо Жун снова вздохнула:

— Разве сыщется среди императоров хоть один однолюб с древних времен? У каждого три дворца да шесть палат, полным-полно наложниц.

Сяо Фу возразила:

— Но ведь император — женщина, она не чета тем мужчинам. К тому же у нее нет наложниц, только одна императрица.

Сяо Жун покачала головой:

— Человеческие сердца непостоянны, и это не зависит от пола.

Сяо Фу опешила:

— Это...

Сяо Жун тяжело вздохнула:

— Я тревожусь лишь за госпожу. С того самого дня, как император вернулась во дворец, а госпожа вышла из Дворца Чэньюань, она ходит мрачнее тучи, ни с кем из нас не разговаривает и целыми днями уткнулась в книги.

Сяо Фу тотчас вспылила:

— Ну и император! Сама сбежала из дворца, мы тут все от страха чуть с ума не сошли, госпожа со всех ног побежала ждать её в Дворец Чэньюань, а она после возвращения даже не удостоила нашу госпожу взглядом! Настоящая черная неблагодарность — добро приняли за ослиные легкие.

— Тсс! — поспешно оборвала её Сяо Жун. — Не говори так, ради бога, прекрати, не расстраивай госпожу еще больше.

Сяо Фу надула губы и тут же умолкла.

Сяо Жун снова вздохнула:

— Через пару дней по заведенному обычаю наступает день посещения. Когда император придет, госпоже наверняка станет полегче.

Сяо Жун повернулась и вошла в комнату. Подняв глаза, она увидела императрицу, которая сидела за письменным столом в каком-то отрешенном оцепенении.

Она редко видела прежнюю барышню, а ныне госпожу, в таком растерянном состоянии.

Госпожа всегда отличалась благородством, изяществом, невозмутимостью и спокойствием — казалось, в мире не существовало вещей, способных выбить ее из колеи.

Даже когда император издала высочайший указ выдать её замуж во дворец, она выплакалась лишь единожды, а затем смиренно подчинилась воле государыни.

Выражаясь словами самой госпожи: «Если я откажусь выходить замуж или покончу с собой, у императора появится прекрасный повод казнить все девять родов моей семьи. Ни мои родители, ни братья, ни кто-либо из вас не останется в живых. Раз уж так складывается, пусть император обрушивает свой гнев только на меня одну».

Чай в чашке уже остыл, но оставался полным — госпожа не притронулась к нему ни единым глотком. Сяо Жун заменила его на свежий, горячий чай и с тревогой спросила:

— Госпожа, вы в порядке?

Сяо Юэли вздрогнула, очнулась от мыслей и кивнула:

— Можешь идти.

Сяо Жун еще раз взглянула на императрицу. Заметив её угнетенный вид и явное нежелание продолжать разговор, она не стала докучать расспросами, развернулась и вышла.

В комнате снова воцарилась тишина. Сяо Юэли смотрела на поднимающиеся над чашкой завитки белого пара и вновь погрузилась в глубокую задумчивость.

Сюань Цзинчжи... тебя тоже зовут Сюань Цзинчжи.

Зачем ты тогда с таким гневом вылетела из дворца?

Почему ты со всеми остальными такая лучезарная и горячая, а со мной...

Неужели в твоих глазах существует только Мэн Вань?

Сяо Юэли покачала головой, и ей вдруг стало смешно от собственных мыслей.

Зачем я вообще об этом думаю?

Ваше Величество ведь не мужчина.

Каких бы странностей ни было в Сюань Цзинчжи, она всё равно остаётся женщиной.

При этой мысле в сердце Сяо Юэли вновь хлынула какая-то смутная, не поддающаяся описанию тоска.

Спустя долгое время она испустила долгий вздох.

Тем же вечером, когда Мэн Вань закончила занятие, Чэнь Сян проводила её до выхода, а затем вернулась в комнату и сказала Нуаньсян:

— Господин Мэн поистине выдающаяся женщина, такая образованная и талантливая.

Нуаньсян улыбнулась:

— И то верно. Мы-то в этом не смыслим, наше дело — спокойно заботиться о государыне.

В этот момент из купальни вышла Сюань Цзинчжи в белом нижнем халате, и Нуаньсян с Чэнь Сян принялись помогать ей одеваться.

Нуаньсян напомнила:

— Ваше Величество, сегодня по установленным правилам наступает день посещения, вам положено отправиться во двор к императрице.

В последнее время император стала намного тише, на её лице стало гораздо меньше улыбок, и она почти перестала шутить с придворными служанками.

По сравнению с прошлым она гораздо усерднее читала книги, зачастую засиживаясь за ними в одиночестве далеко за полночь, уже после того, как Мэн Вань уходила.

Нуаньсян и Чэнь Сян, видя всё это, с одной стороны, радовались тяге императора к знаниям, а с другой — боялись, что та подорвет здоровье частым недосыпом, и неизменно напоминали ей ложиться пораньше.

Обе втайне надеялись, что сегодня, отправившись к императрице, император наконец ляжет спать пораньше.

Выслушав их, Сюань Цзинчжи не произнесла ни слова. Она снова направилась к боковому залу и вдруг бросила:

— Время еще раннее, я почитаю немного книгу и только потом пойду.

Нуаньсян и Чэнь Сян переглянулись, подумав про себя: «Уже час свиньи, какое же это раннее время?»

Если засидеться еще хоть немного, наступит час крысы, и во Дворце Фэнъи вполне могут решить, что император уже не придет.

Но, видя такое состояние государыни, ни одна из них не осмелилась произнести поперек ни единого слова.

Сюань Цзинчжи держала в руках книгу и тупо уставилась в страницы, не в силах вникнуть ни в единый иероглиф.

«Если я пойду к императрице прямо сейчас, я наверняка не смогу сдержаться и буду смотреть на неё.

А когда я смотрю на неё, я начинаю любить её еще сильнее, и оттого забыть её становится только труднее».

Сюань Цзинчжи опустила книгу и тихо вздохнула про себя.

«Нет... я не могу идти к ней.

Если я не буду видеть её, то не буду и тоскоть по ней. Быть может, тогда мне удастся постепенно забыть её?»

При мыслях о том, что ей придется заставлять себя забыть Сяо Юэли, в груди Сюань Цзинчжи поднялась невыносимая боль, словно невидимая рука безжалостно сдирала мясо с её сердца.

«Сюань Цзинчжи, ты ведь вовсе не хочешь её забывать, правда?»

От автора:

Сюань Цзинчжи: Императрица ко мне совершенно равнодушна, значит, я ей не нравлюсь.

Сяо Юэли: Император даже не смотрит на меня, значит, я ей безразлична.

Благодарю маленьких ангелочков, которые отправляли мне баваопяо или поливали питательной жидкостью в период с 2022-01-03 20:49:31 по 2022-01-04 19:54:58~

Благодарю маленького ангелочка, поливавшего питательной жидкостью: TiAmo — 2 флакона;

Огромное спасибо всем за поддержку, я буду продолжать стараться!

http://bllate.org/book/21821/2259219