Когда внимание Лун Хаоюя переключилось на кольцо Незабудка, он не заметил, что Ли Синь наблюдает за ним, запечатлевая эту сцену в памяти.
— Хорошо, Синь-эр, возвращайся отдыхать. Завтра снова соревнования, а здесь за Хаочэнем присмотрю я, — закончил Е Хуа и перевел взгляд на Лун Хаоюя. — Хаоюй, ты тоже иди отдыхай. С твоим братом ничего серьезного, нет нужды дежурить здесь стольким людям.
Лун Хаоюй кивнул и, взяв Ли Синь за руку, вышел из комнаты. Всю дорогу они молчали, Ли Синь несколько раз хотела что-то сказать, но так и не решилась. Проводив её до самой комнаты и наказав как следует выспаться, Лун Хаоюй вернулся к себе.
***
— Господин рыцарь-командор, раны того участника, похоже... нанесены ассасином, — доложил вернувшийся жрец, которого Хань Цянь отправлял на разведку.
Хань Цянь нахмурился, и на его лице отразился явный гнев. Он видел сегодняшний поединок, и проявленная Лун Хаочэнем сила привлекла его внимание. Но стоило ему присмотреться внимательнее, как это обернулось для него огромным сюрпризом.
— Обладатель Кольца Преемственности, духовная сила более тысячи восьмисот единиц, девятилетний великий рыцарь, которому всего четырнадцать лет! Это же будущий гений нашего Рыцарского Храма, а его в первый же день отборочных пытаются убить ассасины! Хм, если Храм Ассасинов сегодня же не выдаст виновного, я не побоюсь разворошить их логово до самого основания.
Хань Цянь глухо фыркнул и лично направился в Храм Ассасинов.
***
Бах!
— Ин Суйфэн, если сегодня ты не дашь мне вразумительного ответа, не вини Рыцарский Храм в том, что мы разорвем все отношения, — Хань Цянь кипел от ярости.
Напротив него, чинно восседая, находился сухощавый старик в самой обыкновенной черной одежде, с короткой седой стрижкой и совершенно неприметным лицом. Единственным, что выделяло его, были глаза — пустые, лишенные всякого блеска и признаков жизни.
Ин Суйфэн не выказал никаких эмоций в ответ на вспышку гнева Хань Цяня.
— Не горячись. Я, разумеется, дам тебе объяснения. Вчерашний инцидент я уже расследовал: нападавший действительно из нашего Храма Ассасинов, и от лица всего храма я приношу Рыцарскому Храму свои извинения.
Сказав это, Ин Суйфэн медленно поднялся и слегка поклонился. Услышав такое, Хань Цянь округлил глаза, и от него внезапно повеяло ледяной, кровавой жаждой убийства.
— Это действительно сделали ваши люди? Почему? — лицо Хань Цяня стало еще мрачнее.
В частной жизни они были в хороших отношениях, когда-то даже сражались плечом к плечу, поэтому признание Ин Суйфэна встревожило его не на шутку.
— Это вышло случайно. Кольцо, что было на руке у раненого рыцаря, изначально принадлежало нашему храму. Одна из наших учениц давным-давно отдала его человеку, который был ей очень дорог. Вчера они случайно встретились, и она обнаружила кольцо на чужаке, что привело её в ярость. К счастью, наши люди вовремя вмешались, и серьезных последствий удалось избежать, — невозмутимо объяснил Ин Суйфэн. — Кстати, кто этот парень, раз уж ты сам решил прийти по его душу?
— Не твое дело. Значит, судя по твоим словам, вы не собираетесь выдавать этого ассасина? И даже не накажете его? — Хань Цянь проигнорировал вопрос и, уловив суть объяснений, раздраженно бросил.
Ин Суйфэн кивнул:
— Прости, старина Хань, но мы не можем выдать человека.
Хань Цянь с грохотом ударил по столу и вскочил:
— Только из-за кольца вы подняли руку на человека из Рыцарского Храма, и думаешь, одними извинениями всё закончится? Ты хоть понимаешь, к каким последствиям это может привести?
Видя, что Хань Цянь не намерен отступать, Ин Суйфэн на мгновение замолчал, а затем тяжело вздохнул:
— Брат Хань, давай сделаем так: в знак нашего раскаяния мы готовы поделиться с вашим храмом одной тайной. Но есть условие: ты поклянешься, что эту информацию узнают лишь несколько ваших Божественных рыцарей, а остальные будут держать язык за зубами.
Лицо Хань Цяня стало серьезным. Он понял: эта тайна крайне важна для Храма Ассасинов. Ему оставалось лишь согласиться. Но когда Ин Суйфэн закончил говорить, Хань Цянь застыл в изумлении, а под конец лишь беспомощно покачал головой.
Он и представить не мог, что нападавшей была Святая дева Реинкарнации, обладающая врожденной духовной силой в сто единиц, которой суждено бросить вызов первому столпу демонических богов. На её фоне ореол славы Лун Хаочэня уже не казался таким ослепительным.
— И еще, старина Хань, помоги разузнать, откуда у того рыцаря это кольцо. Если наша Святая дева не докопается до истины, боюсь, она снова натворит бед, — с досадой добавил Ин Суйфэн.
Хань Цянь опешил:
— Странный у вас характер у этой святой...
Ин Суйфэн не ответил на это замечание:
— Полагаюсь на тебя.
— Хорошо, я прослежу за этим и дам тебе ответ, — Хань Цянь не стал расспрашивать дальше. Достигнув соглашения, он ушел.
Проводив гостя, Ин Суйфэн направился в одну из комнат Храма Ассасинов. Там, на краю кровати, неподвижно сидела слепая девушка, а рядом с ней стоял человек в черном.
— Приветствую, господин Тень, — человек в черном слегка поклонился.
Слепая девушка не шелохнулась. Она продолжала сидеть, глядя в никуда серыми, лишенными эмоций глазами.
— Номер Первый, можешь идти. Я поговорю с Цай’эр.
— Слушаюсь.
Ин Суйфэн посмотрел на бесстрастную девушку и вздохнул:
— В Рыцарском Храме я всё уладил, они больше не будут тебя беспокоить. Цай’эр, в этот раз ты была слишком импульсивна. Даже если тот, у кого было кольцо, не тот юноша, тебе следовало сначала всё разузнать.
Внезапно от Цай’эр повеяло ледяной жаждой убийства. Она холодно произнесла:
— Незабудка. Если только он не погиб и кольцо не забрали силой, оно не могло оказаться в чужих руках.
Ин Суйфэн хотел было что-то возразить, но, увидев, как из неё вырывается убийственная аура, всё же решился:
— Но есть еще один вариант...
— Невозможно!
Цай’эр вздрогнула, вскочила и холодно посмотрела на Ин Суйфэна. Хотя в её глазах не было жизни, ледяная ярость ощущалась отчетливо.
— Он говорил, что никогда не снимет Незабудку добровольно, если только с ним не случится беда. Он обещал мне, что будет носить её, что придет ко мне, что будет защищать меня.
В памяти Цай’эр всплывали обрывки прошлого, от которых её тело невольно дрожало:
— Маленькая немая, почему ты бегаешь одна, да еще и от этих волчат удираешь?
— Иди сюда, спрячься за моей спиной, я помогу тебе прикончить этих тварей.
— Фух, маленькая немая, прости, я старался, но смог уложить только троих. Остальные за тобой, я признаю, что слишком громко хвастался.
— Маленькая немая, ты всё-таки сильнее. Но я обязательно стану лучше тебя, и тогда я буду защищать тебя, договорились?
— Ты хочешь подарить мне это кольцо? О, Незабудка... какое красивое название. Не волнуйся, я не забуду тебя. Я буду беречь это кольцо и не сниму его, если только не случится что-то непредвиденное.
— Как меня зовут? О, меня зовут...
Цай’эр обнимала окровавленного Лун Хаоюя, так и не успев узнать его имя, пока он не потерял сознание у неё на руках. Она никогда не забудет, как этот хвастливый мальчишка, такой маленький, закрывал её собой. Не имея достаточной силы, он насмерть бился с пятью демоническими волками, лишь бы выиграть для неё время на восстановление.
Он не поморщился и не издал ни звука, даже когда когти волков рвали его плоть, и всё так же улыбался, называя её маленькой немой...
http://bllate.org/book/21257/2151944
Готово:
