После того как та группа альф окружила его, он перепугался до смерти. Побег был почти инстинктивным, и он даже не понял, как взобрался на ту стену — во всяком случае, какая-то странная способность у него определенно имелась.
В тот момент он думал лишь об одном: нельзя позволить себя обидеть.
В машине царила тишина. Вэнь Чжичжи обернулся, некоторое время смотрел на него, прищурившись, и внезапно помрачнел.
Ши Тянь давно не видел, чтобы на него так смотрели, и сам не понимая почему, почувствовал напряжение.
Однако Вэнь Чжичжи поднял руку и взъерошил его волосы. В его голосе послышался страх за пережитое, он тяжело вздохнул:
— Только что ты меня до смерти напугал.
Ши Тянь:
— ?
Когда Вэнь Чжичжи почуял рядом с переулком, что феромоны Ши Тяня перекрыты запахами других альф, его охватила ярость, но он тут же принял решение: если его уже пометили, он вырвет эту метку. Этот человек принадлежит только ему, и он не позволит достаться ему кому-либо еще.
Видя, что Ши Тянь цел, но так сильно изранен, он подумал, что его омега такой милый.
И умный.
И сильный.
Поглаживания пальцами прекратились, плечи Ши Тяня расслабились. Он не мог поверить в услышанное.
Напугался? Не может быть, такой дикий альфа — и вдруг испугался?
Решив, что ослышался, Ши Тянь опустил голову и снова принялся разглядывать одежду в пакете. Выбрано всё было… довольно красиво, вполне в его вкусе.
Правда, когда Ши Тянь украдкой прикинул размер нижнего белья, оказалось, что он почти такой же.
Откуда он узнал?
Ши Тянь замер, вспомнив, как тот держал его в объятиях, и его лицо мгновенно залила краска. А увидев цену на бирке, он вовсе забыл о смущении.
Так дорого!
Как же это теперь вернуть?
Можно ли сдать это обратно и купить что-нибудь подешевле?
Машина плавно катилась по асфальту. Вэнь Чжичжи затушил сигарету, попросил водителя опустить окно, чтобы проветрить салон от запаха дыма. Внезапно его потянули за рукав. Он обернулся и увидел Ши Тяня, который обнимал пакет и уныло проговорил:
— Я все-таки хочу вернуться на экзамен, мне нужна стипендия.
— ...
*
В больнице, не дожидаясь очереди, Вэнь Чжичжи прямиком направился в кабинет специалиста. Врач, мужчина лет сорока-пятидесяти, зашивая рану на ноге Ши Тяня, спросил:
— Как же тебя угораздило так пострадать?
Ши Тянь опустил голову, не зная, что ответить. Врач заметил припухлость на его шее, перевел взгляд на Вэнь Чжичжи, стоявшего рядом, и, кажется, всё понял.
Продолжая накладывать швы, он произнес:
— Знаете, омеги в период течки крайне уязвимы. Мы должны бережно к ним относиться, независимо от целей и наличия любви.
Ши Тянь растерянно распахнул глаза, глядя на него.
— У некоторых омег в период течки организм становится настолько хрупким, что даже маленькая ранка может привести к пожизненному недугу. А если не повезет, сердце может не выдержать нагрузки.
Врач с добротой в глазах улыбнулся Вэнь Чжичжи:
— Впредь, пожалуйста, избегайте чрезмерной жестокости!
Тон его был в точности как у старого лекаря, рассуждающего об интимной жизни: многозначительно, с намеком на то, что нужно быть аккуратнее и беречь здоровье.
Вэнь Чжичжи, сидевший на стуле и наблюдавший за ранами Ши Тяня, лишь после того, как врач повторил это несколько раз, глядя прямо на него, начал понимать намеки.
Закончив шить и обрезав нить, врач добавил:
— Насильно мил не будешь. Возможно, сейчас он кажется тебе привлекательным, но через некоторое время ты остынешь. Однако для омеги твои сиюминутные действия могут обернуться последствиями на всю жизнь. Поэтому, когда речь идет о чувствах, мы должны в полной мере уважать волю омеги и обеспечивать ему максимальную защиту.
— ...
Хотя врач говорил разумные вещи, Вэнь Чжичжи совсем не нравилось, что тот смотрит на него как на зверя. Когда врач собрался продолжить свои нотации, Вэнь Чжичжи небрежно вытянул перед ним свои длинные ноги:
— Рот закрыть не хочешь?
Врач:
— ...
— Игла и нить как раз под рукой. Скажешь еще хоть слово — зашью сам.
Врач молча отправился мыть руки.
Ши Тянь был доволен. Он ткнул Вэнь Чжичжи в плечо и с важным видом сказал:
— Ты должен защищать меня, слышал, что сказал врач?
Слишком много себе позволяешь.
Вэнь Чжичжи развернул стул вместе с собой в сторону Ши Тяня. Его фигура отбросила тень, накрыв парня. Ши Тянь вдруг понял, что сегодня, кажется, перегнул палку, и, приоткрыв рот, пробормотал тише:
— ...Я пошутил.
Врач, вернувшись после мытья рук, как раз застал эту сцену: Ши Тянь, сжавшись под тенью Вэнь Чжичжи, опустил голову, выглядя очень напуганным. А взглянув на его многочисленные раны, врач почувствовал настоящую жалость.
Этот порочный мир, где разрыв между альфами и омегами так огромен!
Врач выписал Ши Тяню мазь от ссадин. Перед самым выходом он тихо шепнул ему:
— Купи перцовый баллончик, в следующий раз просто прысни ему в глаза...
Но, поймав на себе взгляд Вэнь Чжичжи, тут же отвернулся и невозмутимо зашагал прочь.
Ши Тянь, сжимая рецепт, невольно улыбнулся.
Кажется... каждый раз именно Вэнь Чжичжи попадает под удар.
Забрав лекарства, Ши Тянь, прихрамывая, пошел в палату.
Сняв одежду, он понял, что не может дотянуться до ссадин на спине. Решив сначала принять душ, а потом нанести мазь, он открыл кран. Потоки воды, попав на раны, вызвали резкую колющую боль. От неожиданности он дернулся, ударился о стену и, оступившись, с грохотом рухнул на пол...
Черт!
Это была адская боль. Ши Тянь сидел на полу, ошеломленный, не в силах даже вскрикнуть.
Вэнь Чжичжи был за дверью. Ши Тянь закрыл ее наглухо, не оставляя ни щелочки, чтобы тот ничего не увидел, — оборонялся как мог. Однако Вэнь Чжичжи чутко уловил шум в ванной и вошел. Ши Тянь сидел на полу, упершись руками в табурет, и судорожно хватал ртом воздух.
Вода лилась непрерывным потоком, его одежда промокла насквозь, волосы спутались, а по выражению лица было ясно: он едва сдерживает слезы, лицо раскраснелось от боли.
— ...
Вэнь Чжичжи поднял его на руки, не зная, что сказать.
Ши Тянь обнял его за плечи, долго втягивал воздух, но все-таки сдержал слезы — держался молодцом.
Вэнь Чжичжи похлопал его по ягодицам, черт возьми, настроение было паршивое:
— Больно?
Ши Тянь, у которого от падения все онемело, не осознал жеста и продолжал кивать:
— Угу, угу, угу.
— Ну ты даешь... — Вэнь Чжичжи усадил его на табурет и выключил душ. — У тебя на спине раны, нельзя мочить. Я протру тебя полотенцем.
Ши Тянь замер, осознав смысл слов:
— Мне нужно снять одежду? Тогда не надо.
— ... — Вэнь Чжичжи помрачнел. Он отвел взгляд, прикусил щеку, размышляя, и наконец произнес: — Ши Тянь.
— М?
— Не нужно постоянно защищаться от меня.
Ши Тянь:
— ...
Вэнь Чжичжи приподнял бровь, его взгляд был холодным:
— Если бы я захотел тебя поиметь, не имеет значения, одет ты или нет.
Ши Тянь:
— ...
В общем-то, так оно и было.
Ши Тянь поднял руки, снял футболку и повернулся спиной. Гладкая, как тонкий фарфор, белая кожа, плавная линия позвоночника, уходящая в ямочки на пояснице — он был по-юношески худощав, но очень красив. Ссадины на спине, полученные от гвоздей в досках, были неглубокими.
Ши Тянь почувствовал холод и вцепился в полотенце. Вскоре он ощутил, как Вэнь Чжичжи намочил ткань, и теплая влажная поверхность коснулась его кожи.
Тот протирал раны, очищая их от крови для дезинфекции.
От прохлады по спине пробежали мурашки, а тяжелый взгляд, устремленный на него, заставлял чувствовать себя неловко. Ши Тянь начал понимать, что происходит что-то не то. Пускай одежда для него ничего не меняет, но сам факт того, что он не хочет раздеваться, должен о чем-то говорить. А если он останется без одежды, и кто-то узнает — вдруг подумают, что он сам был согласен?
Пока Ши Тянь предавался этим мыслям, его тело внезапно стало легким — Вэнь Чжичжи посадил его к себе на колени!
— ??
Ши Тянь в панике попытался прикрыться полотенцем, но Вэнь Чжичжи, которому было совершенно наплевать на его попытки, просто выдернул ткань.
Ши Тянь опешил и возмущенно воскликнул:
— Ты что творишь?
— Думаешь, полотенце тебя спасет? — Вэнь Чжичжи равнодушно скользнул взглядом по его телу, не задерживаясь, но едва заметно поджал губы.
Ши Тянь был в ярости и попытался соскользнуть вниз:
— Даже если так, ты не имел права его вырывать!
— О, — Вэнь Чжичжи опустил взгляд и тихо усмехнулся: — Стесняешься, что тебя увидели?
Такое определение...
Лицо Ши Тяня вспыхнуло. Его руку, державшую полотенце, перехватили. Пальцы Вэнь Чжичжи были длинными, а хватка — твердой и обжигающе горячей.
В душевой было тесно, они сидели очень близко, и Ши Тянь видел эмоции в его глазах. Это была тщательно сдерживаемая игривость. С самого знакомства Вэнь Чжичжи смотрел на него именно так: не как на вещь, а как на милого, сладенького зверька.
Ему просто нравилось его дразнить.
Ши Тянь был крайне раздражен, краснота залила даже уголки глаз. Он сглотнул и тихо сказал:
— Я не буду тебя любить.
Рука Вэнь Чжичжи замерла.
Ши Тянь поспешно добавил:
— На самом деле... ты неплох, но я не могу принять твои феромоны. Запах крови, это же ужасно, правда? А я такой трусишка.
Вэнь Чжичжи поджал губы, словно хотел что-то сказать, но промолчал, внимательно разглядывая Ши Тяня.
Ши Тянь продолжил:
— У меня уже есть феромоны, которые мне нравятся.
— Вот как, — голос Вэнь Чжичжи звучал холодно.
Ши Тянь, наблюдая за его реакцией, набрался храбрости:
— Я почувствовал их пару дней назад, они были невероятные. Мне кажется, за всю жизнь я не встречал ничего приятнее.
Вэнь Чжичжи наклонился, отложил одежду Ши Тяня в сторону, вертя в пальцах полотенце. Свет падал на кончик его носа, отражаясь холодным бликом. Он сосредоточенно намочил ткань и отжал ее.
Голос звучал безразлично:
— И чем же они пахнут?
— Ну, как бы это сказать... даже не знаю. Те, кто понимает — поймут, а тем, кто не понимает, объяснять бесполезно.
— ...Правда?
Вэнь Чжичжи странно изогнул губы.
Ши Тянь воодушевился, его глаза заблестели, когда он вспомнил тот запах:
— Я даже представил, сколько детей у нас могло бы быть.
Вэнь Чжичжи усмехнулся:
— Кажется, ты слишком торопишься.
— ...
Ши Тянь сник и опустил голову:
— Тоже верно. Я ведь даже не знаю, кто это.
Вэнь Чжичжи открутил крышку флакона с лекарством, задумчиво перекатывая ее большим пальцем.
В тот вечер, сам не зная почему, возможно, из-за влияния течки Ши Тяня, его феромоны впервые выделились в избытке, перекрыв запах крови.
Но это длилось лишь мгновение, словно приветственный жест, который тут же исчез.
Говорить об этом сейчас было слишком рано.
Вэнь Чжичжи находил ситуацию весьма забавной.
С самого начала он знал, что только Ши Тянь может чувствовать его феромоны и, более того, будет — совершенно ими очарован.
Точно так же, как он сам был очарован им.
*
Закончив с ранами, Ши Тянь надел чистую одежду и, припрыгивая, вышел из ванной.
Но едва переступив порог, он столкнулся взглядом с людьми в палате и застыл на месте.
Чжань Мин, успевший сыграть пару партий в игру на телефоне, приветливо замахал рукой:
— Хай!
Вэнь Чжичжи, державший больничный таз, следовал за Ши Тянем и, увидев затор, поднял взгляд. Чжань Мин, как старый проныра, усмехнулся:
— Банные процедуры закончены?
Ши Тянь моргнул, ошарашенно допрыгал до кровати и сел.
Вэнь Чжичжи убрал таз в шкафчик, а Чжань Мин крутился вокруг:
— Не спрашивай, откуда я узнал, что ты в больнице. Кто-то позвонил в полицию, заявив, что у школьных ворот омега в течке, а днем, когда проверили списки, оказалось, что вас двоих нет на экзамене. Вэнь-гэ, сколько раз тебе говорить: не доводи людей до больницы, что за бунтарство!
— ...
Чжань Мин принес корзину фруктов. Ши Тянь, очистив банан, с удовольствием наблюдал, как Чжань Мин подкалывает Вэнь Чжичжи — это было очень забавно.
Вэнь Чжичжи молчал, опустив веки.
— Довел парня до травм, а ведь обычно так печешься о нем. Как только просыпается животный инстинкт, вся забота испаряется? — Чжань Мин не знал, насколько сильно пострадал Ши Тянь, но, видя, что тот вышел в чистой одежде, решил, что они были у гинеколога.
— Тем более, ходит он как-то странно.
Вэнь Чжичжи снова возился с тазом, странно следуя за ним.
Тут точно что-то было.
Ши Тянь прыснул со смеху, доел банан и принялся за мандарин.
Каждый раз, когда Вэнь Чжичжи принимали за зверя, неспособного оправдаться, это выглядело так смешно.
В какой-то момент Вэнь Чжичжи бросил на него безразличный, но мрачный взгляд.
— ...
Ши Тянь перестал смеяться и принялся запихивать в рот дольки мандарина.
Чжань Мин продолжал ходить кругами вокруг Вэнь Чжичжи:
— Тебе что, слова не доходят? Чем ты отличаешься от того, что было со мной? Рано или поздно потеряешь свою половинку, понял?
После того как тот долго его донимал, Вэнь Чжичжи не выдержал, схватил Чжань Мина за воротник и замахнулся кулаком:
— Болтать не надоело?
Удар был несерьезным, Чжань Мин легко увернулся, услышав, как Сяо Вэй спокойно читает заключение:
— Разрыв кожи на ноге, не в паху.
Чжань Мин:
— ...
Ши Тянь:
— ...
Голос Сяо Вэя был таким холодным и серьезным, что Ши Тянь подавился, его уши вспыхнули, а мандарин в пальцах превратился в кашицу.
Узнав, что произошло, Чжань Мин пришел в недоумение:
— Почему ты не вколол ингибитор?
В этом вопросе ответственность действительно лежала на нем. Ши Тянь попытался отшутиться, но Чжань Мин уже все понял и повернулся к Вэнь Чжичжи:
— Ты вообще человек? Даже ингибитор не дал вколоть?
Вэнь Чжичжи не сдержался — стул с грохотом полетел на пол.
Ши Тянь снова закусил губу, сдерживая смех.
Вэнь Чжичжи так и не понял, чему он улыбается.
Весь израненный, с трудом жует фрукты, а все равно смеется.
Память у него короткая.
— Пошли, раз уж пострадал, пусть Вэнь-гэ угостит чем-нибудь вкусным, восполните питательные вещества.
Чжань Мин внезапно предложил это, явно намереваясь разорить Вэнь Чжичжи, и все поддержали идею.
Ши Тянь чувствовал, что и так отнял у Вэнь Чжичжи слишком много времени, и чувствовал себя неловко, но, прихрамывая, шел медленно. Чжань Мин тем временем уже звонил:
— Забронируй отдельный зал, м-м, давай шашлыки — старший брат Ши, будешь шашлыки?
Ши Тянь испугался такого обращения:
— Ты слишком вежлив.
— Какая вежливость? — ответил Чжань Мин. — Вэнь-гэ — брат, а ты — старший брат, в любом случае ты должен быть выше него.
Ши Тянь: «А это еще что? Как я посмею???»
Вэнь Чжичжи, казалось, не возражал против такого предложения. Он шел на два шага позади, то и дело поглядывая на костыль Ши Тяня.
Ши Тянь немного подумал и сказал:
— Это... разве можно?
Чжань Мин обернулся и махнул рукой:
— Или ты хочешь быть папочкой? Старший брат Ши, это уже перебор, хотя если ты захочешь, Вэнь-гэ заставит нас так называть, но это же форменное издевательство!
— ...
Ши Тяню стало смешно. Из всей этой компании Чжань Мин определенно лучше всех умел ладить с людьми. Встретились всего пару раз, а уже стали такими близкими.
В шашлычной.
Ши Тянь сел, Вэнь Чжичжи отодвинул стул, сел рядом, просмотрел меню и положил перед Ши Тянем:
— Заказывай.
Ши Тянь, упершись в меню, взял ручку и спросил:
— Что ты хочешь?
Вэнь Чжичжи назвал несколько мясных блюд, Ши Тянь отметил их, а потом заказал еще кое-что.
Закончив, Ши Тянь поднял глаза и встретился взглядом с Гу Янем. Непонятно почему, но до этого момента он его не замечал — тот словно стал почти невидимым.
Сейчас, поймав взгляд Ши Тяня, Гу Янь почему-то вжался в стул.
Он выглядел напуганным.
Ши Тянь протянул ему меню.
Гу Янь изобразил на лице мучительное раздумье: «Брать или не брать?». Его взгляд метнулся к месту рядом с Ши Тянем, выражение лица стало искаженным, словно он вел какой-то внутренний спор, и наконец, махнув на всё рукой, он сдался:
— Я не голоден.
Ши Тянь: ?
Гу Янь отодвинул стул и встал:
— У меня внезапно разболелась голова, пойду домой спать.
— ...
Ши Тянь медленно перевел взгляд. Вэнь Чжичжи открыл банку пива и отпил, его лицо было невозмутимым. Уход Гу Яня не только не вызвал у него вопросов, но, казалось, даже... удовлетворил.
Псих.
Чжань Мин усмехнулся, не удивленный:
— Ничего страшного, старший брат Ши, не волнуйся, Гу Янь действительно неважно себя чувствует. Завтра Вэнь-гэ его накормит, без обеда он не останется.
Ши Тянь послушно кивнул:
— О.
Вэнь Чжичжи встал, неясно, чтобы поговорить с Гу Янем или нет. Ши Тянь налил себе чаю. Чжань Мин обсуждал с Сяо Вэем экзаменационные вопросы, что-то подсчитывая в телефоне.
Ши Тянь скучал. В этой странной атмосфере он был ближе всего именно с Вэнь Чжичжи.
Он достал телефон. В группе «ленивцев» было несколько сообщений. Сяхоу Хоу и Юнь Су пошли есть вместе, они звонили ему, но он не ответил, так как обрабатывал раны.
Ши Тянь начал печатать.
«Жестокий О: У ингибитора, который мне дала сестра, есть проблемы, но это странно. Даже если она раньше вела себя странно, она бы не стала так подставлять с лекарствами».
«Жестокий О: К тому же, мне кажется, хотя она и избалованная, она не такая уж плохая — ее очень легко подговорить, понимаешь? Раньше было так...»
Ши Тянь строчил сообщение, как вдруг над головой нависла высокая фигура.
Ши Тянь погасил экран телефона и поднял голову. Вэнь Чжичжи, согнувшись, смотрел на него. В его длинных пальцах была банка молока, которую он с глухим звуком поставил на стол:
— Сегодня не пей алкоголь.
Ши Тянь кивнул.
Вэнь Чжичжи подцепил кольцо и открыл банку, подвинул ее к нему и вставил трубочку.
Ши Тянь взял банку, отпил, украдкой глядя на него. Тот, опустив взгляд, смотрел, как он пьет молоко.
— ... — Ши Тянь отвел глаза и принялся жадно пить.
Странное дело, наверное, он немного опьянел от молока, уши снова начали гореть.
Альфы из Южного домена, самые знатные из всех, общались вполне нормально: никакой роскоши, дорогих машин или шампанского. Темы разговоров в основном крутились вокруг игр, оружия, иногда сплетен, милых омег и странных историй.
Ши Тянь, влившись в компанию, чувствовал себя легко и потихоньку ел.
Вскоре на тарелке остался последний кусочек говядины. Ши Тянь только собрался положить его в миску, как чьи-то палочки опередили его — Вэнь Чжичжи забрал кусок себе.
— ...
Ши Тянь был недоволен.
Однако Вэнь Чжичжи обмакнул говядину в соус и положил обратно ему в миску. У Ши Тяня соусница была пуста, и он не успел добавить новый.
Ши Тянь только сейчас понял его доброе намерение. Поколебавшись, он подцепил мясо палочками, отправил в рот и принялся хрустеть зеленью, продолжая есть, как маленький хомячок.
Вэнь Чжичжи улыбнулся:
— Наелся?
Ши Тянь кивнул:
— Наелся.
— Правда наелся?
Ши Тянь смутился:
— Тогда... можно еще порцию говядины с черным перцем.
— ...
Мясо на гриле шипело, отдавая золотистым жиром, на вкус оно было нежным. Остальные уже почти закончили и ждали только Ши Тяня.
Вэнь Чжичжи заметил:
— А ты довольно много ешь.
Ши Тянь виновато признался:
— ...Угу.
Он действительно ел много, аппетит был отменный, но впрок ничего не шло. Особенно он любил жирное мясо: одной такой говядины за раз мог съесть три порции.
Закончив, Ши Тянь вытер рот. Вставая, он почувствовал, что немного переел, а его животик стал чуть круглее — было неловко.
На выходе Вэнь Чжичжи расплатился, а Ши Тянь украдкой взглянул на чек.
Внизу Чжань Мин, почесывая голову, сказал Вэнь Чжичжи:
— Время всего половина девятого, может, еще погуляем? Вэнь-гэ, на площадку?
Ши Тянь ждал, что они пойдут, а он тогда откланяется, но Вэнь Чжичжи взглянул на часы и отказался:
— Идите, я отвезу его домой.
http://bllate.org/book/21227/2147838
Готово:
