— Ой, ой, простите! — Возможно, осознав, что не рассчитал силу, У Чжуанчжуан аккуратно опустил на землю всё ещё барахтавшегося в воздухе Се Лэя, обращаясь с ним так бережно, будто с тряпичной куклой. Громко хлопнув себя по груди, У Чжуанчжуан с любопытством произнес: — Отличный паренек! С сегодняшнего дня ты мой брат. Будут какие-то трудности — помогу решить, говори!
— Н-нет, ничего, — покачал головой Се Лэй. Этот громила действовал слишком прямолинейно: поболтали немного, угостили парой бутылок выпивки — и он уже записывает его в братья. Ишь чего удумал, на лицо посмотришь — душу не разглядишь, кто знает, какие мысли прячутся за этой простодушной удалью У Чжуанчжуана. Се Лэй всё ещё не до конца доверял ему, а потому вываливать свои секреты было никак нельзя. Не признаваться же ему: я собираюсь убить Ван Цижуя? Даже если У Чжуанчжуан и Ван Цижуй недолюбливают друг друга, когда дело касается дисциплины и стабильности в отряде, У Чжуанчжуан, скорее всего, попытается его остановить. Некоторыми делами лучше заниматься лично.
Посадка в машину.
— Ты случайно не в ссоре с Ван Цижуем? — Каким бы мастерством маскировки ни обладал Се Лэй, его выдавал взгляд, который он то и дело бросал на старосту Вана.
— Д-да нет же, — Се Лэй замахал руками.
— Прaвда? — У Чжуанчжуан подался ближе.
— Прaвда нет. Не веришь — как хочешь, — намеренно бросил Се Лэй.
— Ну и ладно, — неожиданно для Се Лэя У Чжуанчжуан не стал допытываться дальше. — Но если у тебя появятся проблемы, можешь выложить мне всё как есть. Больших дел я провернуть не сумею, но набить морду тому парню — раз плюнуть. — Бросив эти слова, У Чжуанчжуан удалился.
Набить ему морду? Ну надо же. А мне-то нужна его смерть, сможешь ли ты помочь с этим? Провожая взглядом покачивающуюся фигуру У Чжуанчжуана, уходившего с бутылкой в руке, Се Лэй не без горечи подумал об этом. Скосив глаза на старосту Вана, он заметил, что тот как раз смотрит в его ответ. Когда их взгляды встретились, староста Ван первым отвёл глаза. Се Лэй слегка растерялся, не понимая, что и думать. По идее, командир, не сумевший завоевать авторитет среди подчинённых, должен был жутко беситься, так почему всё обернулось именно так? Однако в одном он был уверен точно: из-за того, что он так сблизился с У Чжуанчжуаном, староста Ван теперь поглядывал на него с явным подозрением.
Аккуратно упрятав оставшуюся бутылку белой в рюкзак и оградив её от жадных, голодных взглядов окружающих — это всё-таки одно из немногих сокровищ, что у него осталось, нельзя позволять этим людям переводить добро на ветер. В качестве коктейля Молотова её разрушительная сила теперь, пожалуй, невелика, но это не отменяет другого её применения: водку можно использовать и как антисептик для обработки ран, и как безотказное средство, чтобы согреться и снять стресс. О том, чтобы приподнести эту последнюю бутылку в знак уважения старосте Вану, Се Лэй даже не помышлял. Приобретая что-то одно, неизбежно теряешь что-то другое, за двумя зайцами не погонишься. В противостоянии между У Чжуанчжуаном и старостой Ваном Се Лэй благоразумно выбрал У Чжуанчжуана. К тому же между ним и старостой Ваном неизменно стоял злосчастный Цзян Юань, так что даже попытки задобрить командира вызывали бы лишь липкий страх. Куда разумнее было сразу определиться с лагерем, чтобы потом не оказаться жертвой внезапных перемен.
— Что за черт? — Се Лэй испугался до полусмерти: земля заходила под ногами ходуном, словно при землетрясении. Издали, даже сквозь несколько домов, было видно, как у главных ворот жилого комплекса полыхает огонь.
— Началось, всем приготовиться! — донёсся сбоку ещё один мужской голос. Обернувшись, Се Лэй увидел командира Чжао. Он ещё не успел осмыслить, что именно тот имел в виду под словом «началось», как со стороны ворот раздалось ещё несколько мощных взрывов, и колонна из четырёх армейских грузовиков, прорвав завесу огня, двинулась прямо к ним.
— Живей! — снова рявкнул командир Чжао и первым вскочил во второй подъехавший грузовик. Первый же грузовик, не сбавляя скорости и поднимая тучи грязи, помчался дальше вглубь дворов.
Куда это его понесло? Дорогу расчищать? Пока Се Лэй стоял в растерянности, обстановка на месте накалилась до предела. Раз уж командир — человек с высшим званием и непререкаемым авторитетом — уже залез в машину, остальные рядовые бойцы, разумеется, перестали соблюдать какой-либо порядок. Все толпой ринулись к дверям, и перед тремя грузовиками вмиг образовалась давка.
— Староста Ван, староста Ван! Где он? — Се Лэй украдкой коснулся пистолета на ремне, который раньше принадлежал Цзян Юаню, и принялся шарить глазами вокруг в поисках старосты Вана. Если бы удалось прикончить его прямо сейчас исподтишка, то даже небесные небожители не смогли бы его спасти. Пока Се Лэй озирался по сторонам в поисках цели, остальные солдаты уже рассовали себя по машинам, и он остался стоять в одиночестве у дверного проема, бездумно глядя по сторонам.
— Ты чего застыл! Живо внутрь! — Пустая бутылка звякнула и разорвалась о камни у самых ног Се Лэя, возвращая его витавшую где-то далеко душу в суровую реальность.
— Ой, ой. — Повернув голову, Се Лэй заметил прильнувшего к бронированному стеклу У Чжуанчжуана с искаженным от тревоги лицом и поспешно откликнулся. Задрав ногу, Се Лэй взобрался в ближайший грузовик: раз уж отыскать старосту Вана не вышло, месть придется отложить.
— Сюда! — Чья-то рука протянулась изнутри и втащила Се Лэя в кузов.
— Спасибо, — пробормотал Се Лэй, чувствуя, что голос кажется знакомым, но никак не мог сообразить, чей он. Увидев протянутую широкую ладонь, он ухватился за неё, почувствовал резкий рывок вперед и оказался внутри машины.
— Фух... — Стерев пот со лба, Се Лэй оглянулся на задний борт. Толпа зомби уже прорвала установленные армией заграждения и медленно надвигалась к колонне. — Фух... — Се Лэй снова тяжело выдохнул. Пусть он понятия не имел, сколько времени прошло, пока он витал в облаках, и не превысил ли лимит в тридцать секунд, но то, что военные всё же подождали его и позволили запрыгнуть в машину после истечения срока, вызывало у него искреннюю благодарность. Если бы тогда армия бросила его, зеленого новобранца, на произвол судьбы и уехала, Се Лэй просто не представлял бы, как ему удалось бы вырваться живым из лап этой нежити.
— Спасибо тебе! — глядя на маячившую неподалеку толпу мертвецов у заднего борта машины, Се Лэй, не оборачиваясь, поблагодарил того, кто протянул ему руку помощи.
— Брось ты, я же твой староста! — раздался за спиной простой, привычный мужской голос.
— Чт... — Услышав слово «староста», Се Лэй в полном неверии крутанулся на месте. Так и есть. Встретившись взглядом с полуулыбкой на лице старосты Вана, Се Лэй мысленно содрогнулся, но изо всех сил натянул подобострастную гримасу и пролепетал: — Большое спасибо, староста Ван! Я как раз только о вас и думал.
— Правда? И что же ты думал? — с ухмылкой поинтересовался староста Ван, разглядывая лицо Се Лэя, чья улыбка выглядела куда хуже слез.
«Думал, как бы тебя прикончить, идиот». Разумеется, вслух такого не скажешь, и Се Лэй поспешил развить тему вслед за старостой Ваном: — Хотел узнать, где вы и не нужна ли вам помощь.
— Серьезно? — В голосе старосты Вана послышалось изумление.
— Вы мне не верите! — Се Лэй изобразил жест человека, готового распороть себе живот ради доказательства преданности.
Староста Ван мягко и доброжелательно произнес: — Ну что ты такое говоришь, Се Лэй, я, конечно же, твоим словам... — В тот самый момент, когда Се Лэй уже позволил себе расслабиться, выражение лица старосты Вана резко изменилось, и он свирепо бросил: — Не верю.
— Вы... Староста Ван, кстати, не хотите выпить? У меня еще осталось немного, просто боялся, что тот бугай У Чжуанчжуан отберет, вот и спрятал понадежнее, специально для вас приберег. — Окинув взглядом салон, Се Лэй заметил, что, кроме водителя, здесь находились лишь он сам, староста Ван, Чжао Пу и какой-то незнакомец.
Впрочем, то, что он этого парня не знал, вовсе не значило, что староста Ван и остальные были с ним незнакомы. Судя по тому, как Чжао Пу и этот незнакомец невзначай держали его на мушке, все они были одним поля ягодой. Черт, ну и угораздило же его с везением! Из трех машин надо было выбрать именно эту, угораздило же сесть сюда. Как было бы здорово оказаться сейчас в одном грузовике с этим дуболомом У Чжуанчжуаном! Се Лэй был готов зареветь от безысходности. Но реальность есть реальность, её не заменишь несбыточными фантазиями. Столкнувшись с сильным противником, лучше не идти напролом, порой отступить на шаг — самое разумное решение.
— Что ты там думал обо мне? — наседал староста Ван. Сяо Ли.
— Н-нет, не... Я ничего такого, — залепетал Се Лэй, пятясь назад. От избытка чувств язык его едва ворочался.
— Хотел меня убить? Точно так же, как убил Цзян Юаня! — рявкнул староста Ван.
— Нет, нет, нет! Цзян Юаня убил не я, клянусь! Его загрызли зомби, я тут совершенно ни при чем! — сбивчиво оправдывался Се Лэй.
— Не ты? А это тогда что? — Староста Ван сделал резкий шаг вперед, прижав Се Лэя спиной к стеклу у заднего борта.
— Ч-что это? — Се Лэй, еще не оправившийся от внезапного шквала давления, тупо уставился перед собой.
— Вот это! — Староста Ван ткнул ему под нос предмет, в котором Се Лэй мгновенно узнал пистолет, стащенный им у Цзян Юаня.
— Я... — Он машинально проверил пояс — и впрямь пусто. Староста Ван наверняка стянул его во время той кутерьмы, когда он сам потерял голову от страха. И когда только он заметил у меня этот ствол? Се Лэй уже не мог контролировать себя, холодный пот ручьями катился со лба.
— Не хочешь объясниться? Где ты откопал эту пушку? — Староста Ван устроился на сиденье рядом и принялся крутить пистолет на указательном пальце, просунув его в спусковую скобу.
— Я... — Глядя на закинувшего ногу на ногу старосту Вана, излучавшего ауру прожженного бандита, Се Лэй мычал что-то невнятное, не зная, что ответить.
— Значит, так? Оправданий у тебя не осталось. Раз Сяо Ли так... могу я потребовать, чтобы ты сдох прямо сейчас? — Подбросив пистолет в воздух, староста Ван поймал его после красивого сальто.
— Ты... Я... Ты не смеешь меня убивать! Здесь армия, если ты меня убьешь, тебе тоже не жить, тебя отдадут под трибунал, тебя расстреляют! — взвизгнул Се Лэй, глядя на вороненое дуло, нацеленное ему прямо в лоб.
— Трибунал? Ха-ха-ха... Ха-ха-ха... — С силой вдавив ствол в лоб Се Лэю, староста Ван жестоко усмехнулся: — Ты всерьез думаешь, что сейчас еще существует какой-то сраный трибунал? Кто прилетит судить меня? И потом, кто докажет, что тебя убил я? Может, я сам это докажу? — Староста Ван ткнул пальцем в собственную грудь.
— Или прикажешь Чжао Пу свидетельствовать против меня? — Он перевел палец на бесстрастного Чжао Пу.
— Или попросить Лу Жэньцзю выступить свидетелем? — Староста Ван кивнул на парня, стоявшего рядом с Чжао Пу.
— А может, ты хочешь, чтобы Шань Бинъи написал на меня донос? — На этот раз он указал на водителя, сосредоточенно вглядывавшегося в дорогу.
— Даю тебе шанс. Если согласишься, я сохраню тебе жизнь.
— Выкладывайте, — Се Лэй опустил голову, пытаясь скрыть выражение лица.
— Хочу, чтобы ты к нам присоединился! — шепнул староста Ван ему на ухо зловещим голосом.
— Присоединиться к вам? И какая мне выгода?
— Выгода в том, что ты не умрешь. Минусов пока не вижу, но если ты откажешься прямо сейчас — пожалуй, хуже исхода и придумать нельзя.
— Я... я согласен, — удрученно пробормотал Се Лэй. — Верни пистолет.
— Пока рано, — староста Ван отстранил его руку. — Сперва мы должны убедиться в твоей преданности. А теперь твое первое задание.
— Говори.
— Убей У Чжуанчжуана.
— Что?!
— Ты отказываешься?
— Я... — Се Лэй замялся. Пусть они с У Чжуанчжуаном не были закадычными друзьями, пообщались всего ничего да выпили по рюмашке, и даже тогда тот вступился за него скорее ради выпивки, чем из благородных побуждений, но... заставить Се Лэя убить человека, ставшего первой отдушиной в этом кошмаре, он просто не мог. Рука не поднималась.
— Хм, я так и знал. Что ж, дорожи своей дружбой и отправляйся вместе с ней прямиком в ад! — Настроение старосты Вана менялось так стремительно, что Се Лэй не успевал за ним следить.
— Нет, я, я... — Горло Се Лэя пересохло от жуткого спазма.
— Жду ответ: одно слово или два? Согласен — будешь жить. Отказываешься — проваливай в ад прямо сейчас.
— Я, я, я... — Поколебавшись еще немного, Се Лэй наконец принял решение. Он вскинул голову и прямо посмотрел старосте Вану в глаза: — Я выполню это задание. Только смотри не пожалей об этом.
— С чего бы мне жалеть? — Староста Ван выглядел абсолютно беззаботным. — Я никогда в жизни ни о чем не жалел.
— Правда? Надеюсь, в этот раз будет так же. — Се Лэй боком протиснулся мимо старосты Вана и опустился на свободное место у двери.
— Можно задать вопрос? — Голос Се Лэя звучал холодно.
— Знать слишком много вредно для здоровья, этот ублюдок У Чжуанчжуан тебя ничему не научил? — бросил староста Ван.
— Всё равно мне теперь недолго осталось, верно? Хоть перед смертью хочу разобраться кое в чем.
— Валяй. Только если это не касается глобальных принципов, на пару вопросов отвечу. В конце концов, теперь ты с натяжкой в нашей банде, — подумав, ответил староста Ван.
— Цзян Юань. Разве он не родной младший брат твоего лучшего друга Цзян Фана? Почему, когда я его прикончил, ты не убил меня? Разве это не идет вразрез с наказом Цзян Фана приглядывать за братцем?
— О, я смотрю, ты подслушал нашу ссору с Цзян Юанем в том здании! — насмешливо бросил староста Ван.
— А что тут такого? Вы орали так громко, что не услышать было трудно. Спорили из-за какого-то гражданского по имени Чжао Ань.
— И отлично. Если ты так думаешь, значит, наш план удался на славу.
— План? — Се Лэй выпрямился и обернулся назад.
— Ты что, в игры не играл? — Староста Ван внезапно бросил эту фразу невпопад.
— ? — Безмолвно повторив знак вопроса, Се Лэй уточнил: — Какое это имеет отношение к вашим показушным крикам из-за какого-то Чжао Аня чуть ли не до драки?
— Там всё просто: Шу, Вэй и У, а мне досталась роль одного из персонажей царства Шу.
— Только не говори мне, что ты — Шу, а Цзян Юань — У, и вы то грызетесь, то помогаете друг другу. Я же не дурак.
— А я разве говорил, что ты дурак? — Староста Ван развел руками в наивной позе. — Ты сам это признал.
— Тц! — Се Лэй хмыкнул и отвернулся.
— Ничего удивительного. Наверняка У Чжуанчжуан уже выложил тебе: до того как стать старостой этого отряда, я был командиром отряда вооруженной милиции в районе Хэдун города Тяньцзинь. Думаешь, какой-то гражданский выскочка смог бы со мной тягаться? Ты понятия не имеешь, насколько подковерная борьба в официальных структурах грязнее и опаснее. Сколько сил я отдал, чтобы получить эту должность... Все твои жалкие попытки маскировки выглядели передо мной как на ладони. Все твои планы, что ты вынашивал до сих пор, я прочел от корки до корки. Какой же ты всё-таки круглый дурак!
— То есть... ты с самого начала видел меня насквозь?! — Се Лэй вскочил с места, не веря собственным ушам. Неужели он действительно раскусил его с первой же минуты? Ерунда какая-то!
Пока Се Лэй пребывал в ментальном раздрае, староста Ван тихо процедил с издевкой: — Жалкие мыслишки. Я же говорю: ты круглоголовый идиот без ума и фантазии.
— Ах ты! — От бесконечных оскорблений Се Лэй потерял контроль над собой. Забыв о разнице в силе, он бросился на старосту Вана и изо всех сил замахнулся кулаком ему в голову.
— Тц, идиот. — В пылу гнева Се Лэй смутно услышал чей-то презрительный мужской окрик. В следующее мгновение он почувствовал резкую боль в области брови, и его тело само собой опрокинулось назад.
— Тсс... — Он провел рукой по лбу, ощущая жгучую боль, а пальцы тут же испачкались кровью. Се Лэй зашипел от боли.
— Эй, эй, ты чего так летишь, напугал до смерти. Рефлексы сработали, извиняй. В следующий раз давай без этого, ладно? — Староста Ван присел рядом с его головой с «искренне заботливым» выражением лица.
— Тьфу, — сплюнув, Се Лэй облизал пальцы и слегка стер слюной кровь с рассеченной брови. Боль не утихла окончательно, но стало чуть легче.
— Вставай, на полу грязно, нечего разлеживаться. — Староста Ван без лишних слов ухватил Се Лэя за руку, рывком поднял на ноги и усадил на прежнее место.
Чтоб тебя, ублюдок! При таком обращении Се Лэю оставалось лишь скрипеть зубами и глотать обиду. Вот и вся разница между командиром вооруженной милиции и гражданским: он проиграл подчистую — и психологически, и физически.
— В порядке? Ударил я тебя, правда, крепковато, давай больше так не ошибаться, ладно? Сяо Ли, — «позаботился» староста Ван. Плюхнувшись напротив Се Лэя, он откинул в сторону пальцы парня, всё еще массировавшего бровь, осмотрел рану и скомандовал: — Чжао Пу, у нас же оставались пластыри? Дай-ка нашему новому товарищу заклеить лоб.
— Понял, староста. — Чжао Пу всё это время с интересом наблюдал за представлением и лишь теперь, по команде, очнулся. Отроняв короткое «угу», он протянул старосте Вану бактерицидный пластырь.
— Ну-ка, не дергайся, сейчас прилеплю. — Староста Ван надорвал упаковку и потянулся к лицу Се Лэя.
— Не нужно. — Се Лэй оттолкнул его руку, вложив в жест всю накопившуюся ненависть. Не дожидаясь ответа, он потер лоб, поднялся и пересел подальше от старосты Вана на свободное сиденье.
— Ого, какой характер. Неплохо, неплохо, — пробормотал себе под нос староста Ван с фальшивой улыбочкой, не выказав и следа злости от того, что его руку оттолкнули.
— Ты так и не ответил на мой вопрос, — холодно бросил Се Лэй.
— Вопрос? — Староста Ван удивленно приподнял брови. — А, ты про это... Я же объяснил: Троецарствие.
— Вот потому я и спрашиваю: при чем здесь вообще Троецарствие? Какое отношение оно имеет к тому, почему ты меня не прикончил? Неужели тебе не страшно, что я в тихую прирежу тебя во сне?! — взбеленился Се Лэй.
— Прирезать меня? У тебя кишка тонка, — усмехнулся староста Ван, глядя на еле сдерживающего гнев парня. — Говорю же: нынешняя молодежь... Про Троецарствие, про клятву в персиковом саду слыхал? Лю Бэй, Гуань Юй, Чжан Фэй.
— И какая связь? Хочешь сказать, мы трое — это они? Ты — Лю Бэй, Чжао Пу — Гуань Юй, а Цзян Юань — Чжан Фэй? Что за бред собачий!
— Не-а, не угадал. Ошибочка. Я не Лю Бэй, он — Лю Бэй. — Староста Ван кивнул на задремавшего с закрытыми глазами Чжао Пу и, не давая Се Лэю вставить слово, продолжил: — Я — Гуань Юй, Цзян Юань — Чжан Фэй, а Чжао Пу — это Лю Бэй.
Глядя на ухмыляющегося старосту Вана, Се Лэй умолк. Он просто холодно смотрел на него, ожидая продолжения.
— Всё еще не догоняешь? Вот тормоз, — староста Ван выудил из пайка консервную банку и принялся уплетать ее содержимое. — Лю Бэй — это светлое лицо, Гуань Юй — красное, а Чжан Фэй — черное. Теперь дошло? Хе-хе.
— То есть вы втроем разыгрывали спектакль? Один играет злодея с черным лицом, другой — героя с красным, а третий изображает миротворца со светлым лицом?
— Умница. Вижу, до тебя дошло: как бы мы ни грызлись на людях, в конце концов мы одна семья.
— Ну так твоя «семья» уже на том свете. Чжан Фэй погиб от моей руки.
http://bllate.org/book/21123/2143622
Готово:
