Он направил своего клона Мэй Линэр домой первым, а сам достал из-за пазухи баночку для сверчков. Пользуясь удачным моментом, он решил поймать парочку отборных насекомых и только потом возвращаться.
Опустилась ночь, и стрекотание сверчков раздавалось отовсюду — поймать их не составляло особого труда. Однако цель Мэй Цзинмо заключалась вовсе не в том, чтобы просто наловить сверчков; его подлинным намерением было поднять свое мастерство в Укрощении Зверей.
Путь Укрощения Зверей, в его понимании, требовал установления глубокой связи с творениями природы, создания особой неразрывной нити.
Поэтому он не мог полагаться лишь на ловкость рук — ему нужно было сделать так, чтобы сверчки сами, по собственной воле забрались в его баночку и стали ему служить.
Мэй Цзинмо скрестил ноги, закрыл глаза и принялся имитировать стрекотание сверчка. Поначалу его звуки звучали грубо, но постепенно стали мелодичными и приятными, словно в траве и впрямь запел настоящий сверчок.
Проработав рассказчиком двадцать лет, научиться такой мелочи, как стрекотание сверчка, он мог без всякого труда — это было проще простого.
Окружающие сверчки, похоже, заинтересовались этим звуком и стали один за другим слекаться к нему.
Мэй Цзинмо мысленно обрадовался, понимая, что его метод сработал. Он продолжил издавать мягкое стрекотание, одновременно приоткрывая крышку баночки.
Это называлось: старик Цзян Тайгун закидывает удочку — и рыба сама плывёт в садок.
Однако всё оказалось не так гладко, как представлялось. Хотя некоторые сверчки и приблизились к баночке, они, казалось, всё еще в чем-то сомневались и не решались забраться внутрь.
Мэй Цзинмо прекрасно понимал, что одной лишь имитацией звуков и терпеливым ожиданием тут не обойтись. Ему требовалось предложить настоящую приманку, удовлетворить их инстинктивные желания. У всего живого есть свои потребности — еда, продолжение рода, сон и тяга к жизни, и эти сверчки не были исключением.
Он огляделся по сторонам: дикая равнина заросла густой травой и с виду казалась бедной, так что жизнь местной стайки сверчков явно была не из легких. Взгляд Мэй Цзинмо упал на несколько ив, только что выпустивших побежки; нежно-зеленые ветки ярко выделялись на фоне ночного пейзажа.
Его мысль скользнула вслед за порывом ветра, и он стремительно метнулся к деревьям. Ловким движением сорвав пучок свежих зеленых веточек, он бережно уложил их на дно баночки, с тайной надеждой в сердце.
Свежесть и аромат ивовых веток несомненно служили величайшим искушением для сверчков.
Такова была его стратегия: обмен товарами, соблазнение через желания.
В этот самый момент в поле зрения Мэй Цзинмо попался крупный сверчок. Его стать была мощной, лапки — сильными, а большая массивная голова с первого взгляда выдавала в нем настоящую Свирепую Тигрицу.
Глядя на это насекомое, Мэй Цзинмо почувствовал странное тепло и решил пошутить:
— Ого, какая ладная девица! Ну-ка, иди к дедушке, я обеспечу тебя сытной едой и знатным питьем, да еще подыщу тебе крепкого мужичка, как тебе такое?
Сверчок мысленно ответил:
— Псих.
— Пф-ха-ха!
Мэй Цзинмо расхохотался, осознав всю комичность ситуации, и покачал головой: благо сверчки не понимали его слов, иначе он бы жутко опозорился.
Однако, пока Мэй Цзинмо предавался самоиронии, эта Свирепая Тигрица вдруг подпрыгнула и с невероятной грацией шмыгнула прямо в его баночку.
От увиденного Мэй Цзинмо остолбенел и лишился дар речи.
В тот же миг перед его глазами возникла строка мелких букв:
[Питомец успешно приручен]
[Имя: Китайский боевой сверчок]
[Кличка: Свирепая Тигрица]
[Пол: Женский]
[Уровень: Обычное тело]
[Навыки: Нет]
Мэй Цзинмо слегка моргнул, а затем легонько помассировал виски.
[Мастерство: Укрощение Зверей (Начальный этап)]
[Прогресс: 26/1000]
[Эффект: Начальные познания в Укрощении Зверей. Отныне вы способны общаться со всеми видами зверей на уровне душ и первоначально управлять их силой.]
Общение на уровне душ означало, что сверчок мог понимать его слова, а вот он слова сверчка — нет. Мэй Цзинмо заглянул внутрь баночки.
— Малышка? — мягко и с легкой насмешкой позвал он.
Сверчок качнул усиками на голове в знак ответа. Хитро улыбнувшись, Мэй Цзинмо обхватил баночку руками.
— Пошли! Дедушка как раз собирается подыскать тебе мужа!
С этими словами, ступая легким шагом и бережно прижимая к груди сосуд, он направился домой.
Появление чего-то нового всегда вызывает восторг.
Его первый в жизни питомец — только посмотрите на эту самку сверчка!
Ее изумрудно-зеленое тело было испещрено золотыми узорами, словно драгоценный нефрит, оплетенный золотыми нитями. Пара длинных усиков на голове легко трепетала, напоминая струящиеся на ветру локоны небожительницы.
***
Мэй Цзинмо возвращался домой при лунном свете и у самого порога заметил круглую, белесую фигурку, которая тоже бережно держала в руках баночку со сверчком — это был Маленький Тан Лэ. Ребенок выглядел растерянным, словно не знал, что делать, и его застенчивая неловкость казалась весьма забавной.
Мэй Цзинмо подошел к мальчику и проследил за его взглядом: Мэй Линэр хлопотала у плиты, и ее лицо в отсветах пламени казалось еще более мягким. Указав на нее, он сказал Тан Лэ:
— Это твоя тетушка. Сестра твоей мамы и моя младшая сестра, ее зовут Мэй Линэр.
Услышав это, Тан Лэ озадаченно моргнул, пытаясь уложить в голове все эти родственные связи, и повернулся к Мэй Линэр. В этот момент она как раз подняла голову, и их взгляды встретились.
Мэй Линэр легко улыбнулась и поманила Тан Лэ рукой, а в ее улыбке сквозило столько тепла и ласки.
Но мальчик, похоже, испугался: он перевел взгляд с Мэй Цзинмо на Мэй Линэр и вдруг припустил что есть мочи. Мэй Цзинмо проводил его взглядом и невольно усмехнулся про себя:
— Вот шустрый пацан, до чего же дикий.
Посмотрев вслед круглой фигурке Маленького Тан Лэ, Мэй Цзинмо легко улыбнулся уголкарм рта, а затем крикнул в темноту:
— Возвращайся поскорее ужинать, не дай еде остыть.
С этими словами он шагнул в кабинет и притворил за собой дверь.
Внутри ярко горел свет, а на книжных полках аккуратно выстроились самые разные трактаты по боевым искусствам. Мэй Цзинмо подошел к столу, сел, достал пожелтевший манускрипт и углубился в чтение. Его взгляд был сосредоточен и глубок, казалось, сквозь густо исписанные строки он стремился постичь самую суть боевого мастерства.
Мэй Цзинмо хотел овладеть не просто готовыми приемами, а их внутренним смыслом и принципами. Он стремился создать собственное боевое искусство.
Сам процесс познания истины и непрекращающихся поисков вызывал у него жгучее вовремя воодушевление.
Мэй Цзинмо обладал немалыми амбициями, однако его сосредоточенности порой не хватало: глядя на изображенных в книге людей с мечами, он думал вовсе не о технике ударов, а о полете на мечах. Интересно, как вообще осуществить полет на мече?
Если объяснять полет на мече с точки зрения физики из его прошлой жизни, то земля обладала отрицательным зарядом, а клинок меча — тоже отрицательным. Одноименные заряды отталкиваются друг от друга, позволяя взлететь, а значит, для полета на мече в первую очередь требовалось с помощью какой-то неведомой силы изменить распределение зарядов на клинке.
Однако вопрос заключался в том, как именно переносить эти заряды.
Впрочем, если вспомнить те времена, когда он только попался сюда, многие умели летать на мечах, пусть даже это были ничтожные пешки на начальной ступени Ляньци. Значит, секрет переноса заряда должен быть неразрывно связан с этой самой ци.
— Что я вообще делаю?
Мэй Цзинмо потер виски — его мысли уносились слишком далеко.
http://bllate.org/book/21057/2141093
Готово:
