Оу Цзимин получил уведомление о переносе совещания и поначалу решил, что Синь Юэ просто слишком увлекся забавами с мужчиной-моделью, чтобы думать о делах.
Он лениво приплелся на отложенную встречу. Стоило ему толкнуть дверь в небольшую переговорную, как из темноты на него бросилась чья-то фигура. Всё произошло так внезапно, что он даже не успел оттолкнуть нападавшего, как оказался прижат к стене.
Горячие губы жадно впились в его рот, а руки начали бесцеремонно шарить по телу — незнакомец выглядел настолько голодным, будто собрался проглотить его целиком.
Оу Цзимин с силой ударил нападавшего коленом в живот.
Тот отпрянул, согнувшись от боли:
— Ты охренел, что ли? Мы же договаривались —!
Это был никто иной, как тот самый манекенщик, который только что в примерочной вовсю лапал Синь Юэ.
В переговорной щелкнул выключатель, зажегся свет. Увидев Оу Цзимина, мужчина застыл в изумлении:
— Ты… почему… почему это ты?
Лицо Оу Цзимина почернело, он злобно уставился на модель:
— Да чтоб тебя…
Манекенщик оказался не совсем глуп и быстро сообразил, что к чему:
— Нас… нас обоих подставил этот тип по фамилии Синь…
Не успел он закончить, как из-за двери раздался удивленный голос:
— Ой… господин Оу, вы сегодня так рано? Впервые вижу, чтобы вы были столь усердны на совещаниях.
Синь Юэ стоял в дверях, глядя на них с нескрываемым недоумением. Его глаза за стеклами очков моргнули, но в этом холодном, отстраненном взгляде сквозило нечто пугающе злое.
Встретившись с ним глазами, манекенщик сразу понял, что стал жертвой интриги. Синь Юэ, должно быть, давно знал о сделке между ним и Оу Цзимином, но не стал ничего разоблачать, а, наоборот, воспользовался ситуацией, чтобы подставить их обоих.
Мужчину охватила ярость:
— Ах ты, Синь! Ты специально меня подставил!
Синь Юэ обернулся к нему, изображая крайнее удивление:
— Разве вы не закончили примерку еще час назад? Почему вы до сих пор в компании? Есть какие-то другие дела?
Его растерянное выражение лица выглядело настолько правдоподобно, что Оу Цзимина и модель от этого зрелища просто передернуло.
— Ты… — манекенщик хотел при всех разоблачить Синь Юэ, но понял, что это бессмысленно: тот всё равно ничего не признает.
Синь Юэ, видя, что тот стоит на месте, спросил:
— Вы еще не ушли? Что-то случилось?
Манекенщик скрипел зубами, но не мог вымолвить ни слова в свое оправдание.
В этот момент к переговорной начали подходить другие топ-менеджеры компании. Оу Цзимин прорычал:
— Убирайся отсюда! У нас сейчас совещание.
Модели пришлось уйти, сгорая от ярости.
В комнате остались только они двое. Синь Юэ посмотрел на Оу Цзимина:
— Господин Оу, вы всё же слишком молоды. Но вы меня удивили — умеете держать лицо, иначе бы уже прославились на всю компанию.
Оу Цзимин сжал кулаки так, что хрустнули суставы. Он смотрел на Синь Юэ налитыми кровью глазами и мысленно поклялся, что однажды уничтожит этого человека и втопчет его в грязь.
Топ-менеджеры, заходя в комнату, увидели двух мужчин, между которыми летали искры, и тут же осеклись. Улыбки на их лицах мгновенно исчезли, и они, опустив головы, поспешили занять места.
Синь Юэ, понимая, что при таком количестве свидетелей Оу Цзимин ничего не сделает, притворно-обеспокоенным тоном спросил:
— Господин Оу, у вас такой бледный вид. Вы себя плохо чувствуете?
Оу Цзимин за всю свою жизнь еще не попадал в такую ловушку, где нельзя было даже врезать обидчику. Он чувствовал, как кровь ударила в голову, и боялся, что от ярости его сейчас хватит удар.
Прежде чем окончательно потерять контроль, он процедил сквозь зубы:
— Не думал, что ты на такое способен.
Синь Юэ захлопал глазами, делая вид, что ничего не понимает:
— Господин Оу, я не понимаю, о чем вы. Но все коллеги в сборе, может, начнем совещание?
— Начни с того, что пошел ты к черту! — Оу Цзимин в ярости пнул мешавший ему стул и, чеканя шаг, прошел к своему месту.
Следом за ним вошла женщина с эффектной фигурой и деловым видом. Её взгляд был острым, а уверенность в себе — вызывающей; сразу было видно, что она не из робкого десятка.
Синь Юэ узнал её — вчера вечером в баре она сидела рядом с Оу Цзимином.
Синь Юэ проигнорировал её и обратился к собравшимся:
— Коллеги, это господин Оу Цзимин, наш новый мажоритарный акционер и президент. Отныне он будет принимать непосредственное участие в управлении компанией.
Оу Цзимин, не меняясь в лице, сухо хмыкнул, что должно было сойти за приветствие.
По комнате прокатились жидкие аплодисменты. Топ-менеджеры уже знали, что главный акционер уходит, и полагали, что Чжао Дунхай передаст акции Синь Юэ и Чунь Цзюэсяо, но никто не ожидал, что сверху спустят нового владельца.
Говорили, что этот акционер — богатый наследник, совсем молодой. Все гадали: не от скуки ли он решил поиграть в бизнес, выкупив долю Чжао Дунхая? Теперь Синь Юэ и Чунь Цзюэсяо придется несладко. Но больше их волновало, не начнет ли новый гендиректор «чистку» рядов.
Тут подал голос Оу Цзимин:
— Хотя я руковожу компанией недолго, я уже изучил отчеты, кадровые данные и стратегии. Я обнаружил, что прошлые действия компании были крайне нелогичны, а управление — хаотичным. Поэтому сегодня я объявляю о кадровых перестановках.
Женщина за его спиной на мгновение замялась:
— Но…
Оу Цзимин отрезал:
— Делай, как я сказал.
Женщина поднялась и зачитала список новых назначений. Несколько топ-менеджеров были понижены в должности, а несколько рядовых сотрудников — напротив, повышены.
В прежде тихой комнате поднялся шум. Они догадывались, что этот амбициозный богач начнет с них, но не ожидали, что он лишит их даже права на передышку, сразу огласив вердикт.
Оу Цзимин медленно отпил чаю, обводя присутствующих взглядом. Те, кого уволили, громко возмущались, но никто не осмелился выступить открыто — все взгляды были прикованы к Синь Юэ.
Оу Цзимин тоже перевел взгляд на него.
Синь Юэ не ладил с Оу Цзимином и изначально не хотел вмешиваться, но под давлением ожидающих взглядов коллег был вынужден заговорить. Он понимал: сейчас Оу Цзимин расправляется с руководством, а следующим будет он сам.
— Господин Оу, вы — крупнейший акционер, но вопросы управления всегда решались тремя акционерами совместно. Не слишком ли поспешно вы приняли решение об этих перестановках в одностороннем порядке?
Оу Цзимин посмотрел на Синь Юэ так, что тому стало не по себе:
— Правила? Если правила нелепы, зачем им следовать?
Синь Юэ промолчал.
— Топ-менеджеры опаздывают на важные совещания, не воспринимают компанию всерьез, в отделах царит неразбериха — вот главные проблемы компании, — холодно добавил Оу Цзимин.
Синь Юэ спросил:
— Вы хотите сказать, что самые большие проблемы у нашего отдела дизайна?
Оу Цзимин одобрительно кивнул:
— Господин Синь, вы действительно умны, схватываете на лету.
Это одобрение показалось Синь Юэ особенно неприятным:
— И что же вы предлагаете делать, господин Оу?
Оу Цзимин указал на эффектную женщину, стоявшую за его спиной:
— Госпожа Тина работает в индустрии моды, она прекрасно разбирается в рынке и является выпускницей Миланского института моды. Я думаю, что по профессиональным навыкам и чуткости к рынку она ничем не уступает двум вашим ведущим дизайнерам. Впредь все вопросы, касающиеся операционной деятельности отдела дизайна, будут в ведении госпожи Тины. А вы двое можете спокойно заниматься дизайном.
Это означало, что госпожу Тину поставили над ними начальницей. Если Оу Цзимин дал ей такие инструкции, их с Чунь Цзюэсяо жизнь превратится в ад, и рано или поздно он их выживет.
Тина вовремя шагнула вперед и с улыбкой кивнула всем:
— Всем привет, меня зовут Тина. Надеюсь на плодотворную работу.
Тина была не только красива, но и умела пользоваться своими преимуществами. Стоило ей пустить в ход свое женское обаяние, как большинство мужчин в комнате сразу прониклись к ней симпатией.
http://bllate.org/book/20981/2129920
Готово:
