Меня зовут Су Айцин, я младшая дочь в семье Су. Когда мне исполнилось двенадцать лет, мы переехали на Среброморозную улицу. В пятнадцать, когда я только пошла в старшую школу, в дом по соседству въехала новая семья. В этой семье были лишь женщина и мальчик примерно моего возраста. Его звали Чжао Хуа. Чистый, миловидный парень — именно такой тип мне нравился больше всего в те годы. К тому же он был невероятно интеллигентным и мягким в общении, а стоило мне заглянуть к нему, как он угощал меня моим любимым мороженым. Из-за всего этого я, охваченная подростковой влюбленностью, потеряла голову от мальчика, который так хорошо ко мне относился.
Мы учились в одной старшей школе, и благодаря этому мы быстро сблизились. Всего за полгода общения я погрузилась в этого парня с головой: его манера речи, его отношение к делам — всё было именно тем, что мне нравилось. И тогда я начала преследовать его с настойчивостью безумной фанатки.
Услышав, что он любит сладкое, я специально научилась готовить самые разные десерты и каждый день баловала его выпечкой, придумывая всё новые и новые рецепты. Узнав, что его задирают ученики из параллельного класса, я без колебаний избила обидчиков так, что их собственные отцы перестали бы узнавать. Во втором полугодии первого класса старшей школы я перешла в режим готовности по первому зову и постоянно вилась вокруг Чжао Хуа. Наконец, упорство было вознаграждено: незадолго до конца первого семестра во втором классе старшей школы Чжао Хуа ответил на моё признание, и мы успешно начали встречаться.
Не знаю почему, но пока мы не были вместе, я бесстыдно и напропалую преследовала Чжао Хуа, а стоило нам сойтись, как я вдруг стала застенчивой. Не это ли называют женской непостоянством, о котором все говорят?
Те дни, когда мы были вместе, принесли мне огромное счастье. В конце концов, любить кого-то и быть любимой — это всё-таки разные вещи. Я каталась с ним на колесе обозрения и на самой вершине признавалась ему в любви, мы вместе ходили в кино, пили чай с молоком из одного стакана, и даже свой первый поцелуй я отдала ему. Тот период, похожий на сказку, я крепко запечатлела в своем сердце. Но верно говорят: слишком сильно дорожишь чем-то — и в момент разрушения больнее всего будет именно тебе.
В тот день, сразу после окончания выпускных экзаменов, когда стали известны результаты, я со всех ног помчалась к соседям, желая поделиться своей радостью. Хотя я и крутила роман в старшей школе, это вовсе не значило, что я была круглой двоечницей. Мои баллы скрыли от общей выдачи, а это означало, что пусть я и не стала лучшей по гуманитарному направлению, но набрала впечатляюще высокий балл.
Я уже собиралась толкнуть дверь, отделявшую меня от него, как услышала изнутри недвусмысленные звуки. Пусть мне еще не доводилось испытать всё на собственном опыте, но я по крайней мере видела достаточно, чтобы понять: что это за звуки, я знала предельно ясно. И прежде чем я успела изойти истеричным криком, прерывающиеся голоса изнутри причинили мне еще большую боль. Оказалось, что Чжао Хуа всё это время обманывал меня, и этот обман был предопределен с самой первой минуты, как он переехал сюда.Он расспросил о моих предпочтениях и начал притворяться с самой первой встречи. Вся эта его учтивость и простота — сплошной спектакль, разыгранный для меня. Девушка внутри — его первая любовь, та, что нравилась ему с пятнадцати лет. И подобное происходило далеко не в первый раз: в пятнадцать лет он уже начал вкушать запретный плод. К тому же, он завоевал мою симпатию лишь ради того, чтобы привлечь внимание дяди Ханя. Хотя дядя Хань не состоял в близкой дружбе с моим отцом, он то и дело захаживал к нам в гости. Сам же этот парень прекрасно знал, что он — сын дяди Ханя, и обманул меня ради так называемого возвращения в лоно семьи. Но это еще цветочки! Самое отвратительное заключалось в том, что, даже добившись своей изначальной цели, он продолжал меня лгать. Из уст той девицы я узнала, что он никогда не испытывал ко мне ничего похожего на любовь. Достигнув желаемого, он внезапно понял, что ему вовсе не обязательно прекращать этот обман — в конце концов, заставлять женщину ловить каждое свое слово было чертовски приятно. Он продолжал свои безумные утехи прямо там, приговаривая, что я ему никогда не нравилась, но водить меня за нос доставляло ему радость, а согласился он быть со мной лишь из страха, что его денежный мешок упорхнет. А напоследок он выдал фразу, от которой меня едва не вывернуло наизнанку: Если бы она позвонила мне лечь с ней, я бы непременно сделал ее своей любовницей, но эта девица соизволила подарить мне всего один-единственный поцелуй за все время.
Услышав это, я на мгновение отключилась от реальности, а затем просто вылетела вон. То ли по случайности, то ли по какой-то злой иронии судьбы, как назло, шел дождь и мимо проезжала машина. Всё это выглядело донельзя нелепо, и в результате я угодила в аварию. Эту сцену увидела Ся Юэ, подоспевшая меня искать. И пока Ся Юэ пребывала в полном ступоре, Чжао Хуа выскочил наружу едва одетым и принялся меня обнимать. Быть может, этот его поступок был лишь попыткой пустить пыль в глаза — в конце концов, он прекрасно осознавал вес семьи Су.
Коль скоро память ко мне вернулась, то в момент озарения меня охватила вовсе не истерика, а жгучее сожаление. Почему, когда всё вскрылось, я не сходила на кухню за ножом, чтобы отправить эту парочку тварей прямиком в ад? Твою ж мать, до чего же я зла!
Я открыла глаза и, повернув голову, увидела Су И и Ся Юэ.
— Сяо Цин, ты… как ты себя чувствуешь? — с трепетом в голосе спросила Ся Юэ, смертельно боясь, что я отчебучу какую-нибудь глупость.
Я приподнялась, прислонившись спиной к подушкам, и бросила ей:
— Сяо Юэ, неужели ты думала, что я стану сводить счеты с жизнью? Шутишь, что ли? Я же не переживаю пубертатный период заново, с чего бы мне такое творить? К тому же этот ублюдок еще не сдох, так с какой стати мне отправляться на тот свет? Не забивай себе голову. Твоя подружка — барышня крепкая, меня так просто не возьмешь.
Ся Юэ усмехнулась:
— Ну что, у моей маленькой девчушки хватит сегодня силенок разделить со мной ложе?
— Иди ты к черту, Ся Юэ! Ты что, помрешь, если разок в день не сморозишь эту чушь?
После этого я перестала обращать внимание на Ся Юэ и перевела взгляд на Су И:
— Су И, дай мне телефон.
— Держи, — Су И протянул мне мобильник и тут же добавил: — И всё же, Сяо Цин, что ты собираешься делать дальше? Почему мы тогда ничего не сделали с Чжао Хуа — тьфу, теперь-то он Хань Е — так вот, почему тогда мы оставили его в покое, в основном из-за опасений, что когда ты вернешь память…
Я ожесточенно тыкала пальцами в экран и бросила в ответ:
— До смерти смешно! Какие еще опасения насчет возвращения памяти? Насколько я помню, папа с мамой тогда спешно вставили семье Хань палки в колеса, да так ловко, что те вмиг оказались на краю пропасти. Я еще удивлялась тогда, а теперь всё встало на свои места.
Су И улыбнулся:
— Ты же прекрасно знаешь заскоки наших предков. Ладно-ладно, хочешь что-то предпринять — просто скажи, семья Су непременно это устроит. А мне пора бежать, дел по горло. И не забудьте запереть дверь, когда будете уходить.
Су И упорхнул, но перед уходом не преминул напомнить Ся Юэ, чтобы она за мной присмотрела.
— Сяо Юэ, ты что, и впрямь абсолютно равнодушна к моему братцу?
— Даже если бы я и пылала к нему страстью, твой брат всё равно не стал бы со мной связываться. Он же помешан на медицине, вздохнуть не успеешь. Кстати, возвращаясь к делу — каков твой план?
— Изначально я вообще ничего не собиралась предпринимать, всё-таки страница уже перевернута, но…
Тут я протянула Ся Юэ телефон, чтобы она ознакомилась с историей переписки.
— Чего?! Да у него просто грандиозные виды на семью Су! И при этом он хотел, чтобы ты преданно таскалась за ним хвостиком? Вот ублюдок, ловко придумано. Такое даже собака стерпеть не сможет, не говоря уже о нас, людях.
Ся Юэ еще раз взглянула на экран:
— Слушай, а твой двоюродный братец хорош! Взял и содрал с тебя пять тысяч юаней.
Я забрала у нее телефон:
— Ничего не поделаешь, у него такой бизнес. А пять тысяч — это еще по-родственному, со скидкой.
— Подумать только, до чего же забавное у вас семейство Су.
— И то верно.
Семья Су — клан номер один среди скрывающихся от мира мудрецов. Почему их называют затворниками? Да всё предельно просто. Семья Су прочно держит в своих руках экономические артерии государства, однако никогда не выставляет это напоказ, предпочитая жить жизнью обычных людей. Каждый член семьи Су занят своим делом: к примеру, Су И работает врачом, Су Сянтань — преподаватель. И хотя все они ведут самый обычный образ жизни, недооценивать семью Су смертельно опасно. В конце концов, в этом роду едва ли не каждый — прирожденный гений, а люди семьи Су успешно обосновались в абсолютно всех сферах деятельности.Затем мы с Ся Юэ разъехались по домам. Ся Юэ рассказала о случившемся своим родителям, и, разумеется, те пришли в ярость. Бросив фразу: «Ишь ты, удумали обижать нашу названную дочку, да что вообще за хрень эта семья Хань, смотри-ка, не разорим мы их», — они принялись за дело.
Я же позвонила своему младшему дяде.
— Алло, дядя, тут такое дело, нужна твоя помощь. Могу я попросить тебя уничтожить семью Хань?
— Ого, гляди-ка, ты всё-таки вспомнила! Как прекрасно. Твой дядя как раз скучает в последнее время, так что можно и позабавиться с этой семейкой Хань. Да, кстати, заодно позову своего старшего брата и остальных, пусть тоже присоединятся.
— Прости за беспокойство.
— Пустяки! Я ведь тогда чуть было сам не уничтожил семью Хань, если бы твои папа с мамой не попросили меня действовать помягче, эта семейка давно бы уже... Подумать только, как ты вообще могла увлечься таким отбросом? Кстати, теперь-то ты к нему остыла, верно?
— Разве я могла к нему не остыть? Просто в то время была молода и глупа, ничего не понимала. Теперь же прозрела, оглядываюсь назад и думаю: батюшки, как вообще возле меня мог крутиться такой мусор?
— Ха-ха-ха, ну ты мастер словечек! Ладно, раз уж я тебе помогу, с тебя одно условие.
— Какое условие?
— Скоро праздник Дуаньу, приезжай в фамильное поместье на семейный сбор, мы все по тебе безумно соскучились.
— Поняла. Если бы вы все не вели себя так чересчур буйно, мне бы не приходилось собираться с вами только на Новый год. Ладно, болтать некогда, я вешаю трубку.
Лёжа в постели, я немного подумала, а затем открыла писательское приложение и начала новую книгу под названием «Мороз и снег».
Семья Ся открыто давила на семью Хань, а семья Су действовала изподтишка. Не прошло и месяца, как семья Хань оказалась на грани банкротства.
В тот день, как обычно, я отправилась в соседний супермаркет купить снеков, чтобы погрызть за написанием новой главы, и тут... меня похитили. Когда я открыла глаза, мы с Ся Юэ сидели в кузове грузовика. Это просто бред какой-то, с чего бы меня вообще похищать? Я ведь... ладно, у меня, кажется, и правда не было телохранителей, но вот у Ся Юэ-то они точно должны быть!
Я толкнула Ся Юэ боком, и она наконец проснулась:
— Сяо Цн, почему мы здесь?
— Это я у тебя хочу спросить. У тебя ведь круглосуточно дежурит целых двадцать четыре телохранителя, как тебя вообще умудрились похитить? Полный абсурд.
— Понятия не имею. К тому же, Сяо Цн, раз ты проснулась первой, почему не развязала себя?
— Хотела посмотреть, что они затевают. К тому же очень скоро объявится семья Су. Подумай сама, разве все грязные делишки семьи Хань вместе с похищением не заставят Хань Е сгнивить за решёткой?
— Вся в тебя. Пожалуй, лучше и впрямь не злить нашу старшую сестрицу Су, не то сгинешь — и не узнаешь за что.
— Взаимно.
В этот момент машина остановилась, и похитители затащили нас в ветхий дом. Внутри нас уже ждал Хань Е.
— Давно не виделись, моя жена, Цн.
Увидев нас, Хань Е тут же поднялся на ноги и направился ко мне.
— И впрямь давно. Впрочем, у меня нет никакого настроения ностальгировать с тобой. Хань Е, ты ведь прекрасно понимаешь: похищение лишь ускорит твой путь в тюрьму.
— Су Айцин! Верно, я отправлюсь за решётку, но перед этим я сделаю так, что вы обе потеряете всякий стыд и не сможете жить дальше!
Хань Е махнул рукой, и за его спиной возникло несколько здоровенных громил:
— Позаботьтесь как следует о нашей старшей сестрице Су и старшей сестрице Ся.
С этими словами он вышел прочь.
Глядя на неуклонно приближающихся амбалов, я бросила:
— Сяо Юэ, ты развязалась?
— Естественно.
Ся Юэ тут же вскочила на ноги — руки и ноги были абсолютно свободны. Одним резким ударом ноги с разворота она угодила прямо в лоб первому нападавшему. Ся Юэ вовсе не была нежной и избалованной барышней — она три года занималась тхэквондо!
Я тоже поднялась. Пусть я и не владела боевыми искусствами столь блестяще, как Ся Юэ, но всё же больше года ходила на каратэ:
— Сяо Юэ, у меня сегодня самочувствие не ахти, так что основную часть работы придётся взять на себя тебе!
— Эх, Сяо Цн, надо тебе больше тренироваться, — вздохнула Ся Юэ, однако я прекрасно заметила загоревшийся в её глазах азарт. Что ж, пусть развлекается, лишь бы людей насмерть не забила.
Я же с лёгким заломом руки скрутила здоровяка, бросившегося в мою сторону. Спустя полчаса все они валялись на полу.
— Пойдём. Су И и остальные, должно быть, уже привели людей.
— О-о-ой, Сяо Цн, меня тут так стукнули, прямо больно! Хочу, чтобы моя девушка меня поддержала.
— Ладно-ладно, так уж и быть, побуду твоей девушкой и поддержу нашу великую героиню.
Я с радостью подыгрывала Ся Юэ. Опираясь на меня, она вышла наружу, где мы тут же увидели Хань Е, связанного по рукам и ногам, словно огромный китайский мохнатый краб. Заметив, что я поддерживаю Ся Юэ, Су И тут же бросился к нам:
— Ся Юэ, что с ней?
Глядя на то, как сильно переживает мой брат, я лукаво улыбнулась:
— Какая забота! Уж не положил ли ты глаз на мою девушку? Ладно-ладно, чего уж там, побуду альтруисткой и помогу любящим сердцам соединиться.
С этими словами я толкнула Ся Юэ прямо в объятия Су И:
— Позаботься о моей девушке!
Подойдя к телохранителям, я скомандовала:
— Уведите его, отправить за решётку!
На Ся Юэ я больше не обращала внимания и молча последовала за охранниками к машине.
Настал еще один прекрасный солнечный день. Семья Хань окончательно рухнула, а Хань Е угодил за решётку. Говорят, ему светит лет шесть0 срока — и поделом! Прекрасно, пусть такой омерзительный тип проведет всю жизнь в тюрьме. В конце концов, он лично участвовал в бесчисленных грязных делишках семьи Хань, да еще и это похищение... Хи-хи-хи!
— Сяо Юэ, у меня сегодня отличное настроение, поехали навестим моих родителей.
— Разве это называется навестить? Смотри, как бы папа с мамой тебя до смерти не отходили.
— А я не боюсь.
Мы с Ся Юэ приехали к воротам детского дома. Когда я только поступила в университет, родители решили открыть приют. Я, разумеется, была не против и с первого по третий курс даже помогала им управлять делами. Но на четвёртом курсе я начала писательский путь и с тех пор бывала здесь гораздо реже.
Мы вошли внутрь. Мама сидела под деревом и читала малышам сказку, а папа притащил маленькую скамеечку и затесался прямо в ряды ребятни, слушая вместе со всеми.
— Ой, сестрица Айцин!
Кто-то первый заметил меня, и детвора шумной толпой бросилась к нам.
Ся Юэ шутливо погрозила им пальцем:
— Ах вы так! Помните только свою сестрицу Айцин, а меня уже и забыли?
— Хи-хи-хи, сестрица Юэ, мы больше не будем!
Малыши окружили Ся Юэ, а она со смехом присела на корточки и принялась щекотать их за пухлые щечки.
Тем временем к нам подошли родители.
— Дочка, мы уже слышали про ту историю, ты как, в порядке?
— Вы про неё услышали или сами руки приложили? Думаете, я вас не знаю?
— Ну мы же с твоим папой переживали за тебя! Кстати, раз уж с делом Хань Е покончено, не пора ли тебе задуматься о поисках парня? Сама посмотри, ты уже не девочка, пора и замуж выходить, и детей заводить.
— Именно! Мама права, мы ведь тоже хотим понянчить внуков и внучек.
Я указала на детей:
— Разве этой малышни вам мало?
— Ах ты девчонка! Разве я об этом говорю? Эти две вещи вообще никак не связаны! — возмущенно завопил папа.
— Ладно-ладно, найду я вам парня. Только всему свое время, пусть решает судьба. Когда придет нужный человек, разве я не выйду замуж? — с улыбкой посмотрела я на них.
— Ладно уж, дочка, у тебя свои соображения, мы не станем давить... по крайней мере, пока. Но ручаться, что скоро не начнем, я не берусь.
— Хорошо-хорошо!
— Дядя и тетя, идите скорее к нам, поиграйте с детьми!
— Идём-идём, ну и энергии же у тебя, девочка.
Глядя на то, как они возятся с детьми, я молча отошла в сторону, прислонилась спиной к стволу дерева и закрыла глаза. Парень? Обязательно появится... Ведь весенний верок уже вовсю повеял над землей, а вся горечь зимней стужи давно безвозвратно растаяла.
Конец.
http://bllate.org/book/20954/2124591
Готово:
