Юй Чэнкай, сжимая в руке стаканчик с кофе, молча наблюдал за мной и Лун Жуем. Его вид выражал полное равнодушие, словно он встретил случайных прохожих. Впрочем, о равнодушии не могло быть и речи: мы были его главными потенциальными врагами и соперниками в любви, готовыми идти до конца. Самое странное, что еще недавно он пытался подкупить нас деньгами, а самое ироничное — что мы сражались друг с другом не на жизнь, а на смерть из-за другого мужчины.
Спустя некоторое время Юй Чэнкай неспешно подошел к нам. Он одарил меня милой улыбкой, а затем перевел взгляд на Лун Жуя. Странно, но на этот откровенно пренебрежительный, почти оскорбительный взгляд Лун Жуй ответил молчанием. Зная его характер, в любой другой ситуации он бы уже давно взорвался.
Позже я спросил Лун Жуя, почему он так себя повел. Подумав, тот выдал лишь одно слово: статус. По словам Лун Жуя, в тот самый момент, когда Юй Чэнкай посмотрел на него, он безотчетно напрягся и даже растерялся. Именно тогда он понял, что такое социальное положение.
— Не ожидал встретить вас здесь, — Юй Чэнкай сделал глоток кофе. — Вы тоже члены этого клуба?
Под «этим» он имел в виду спортзал, куда мы направлялись. В Шанхае он пользовался немалой известностью: во-первых, из-за солидной цены, а во-вторых, из-за того, что его облюбовала местная элита.
— Какое совпадение, мы пришли потренироваться, не думал, что господин Юй тоже здесь занимается, — я улыбнулся и взглянул на небоскреб, где располагался зал. — Раз уж нам выпал такой случай встретиться, почему бы не подняться вместе? Говорят, с напарником тренировки проходят продуктивнее и веселее.
Юй Чэнкай в ответ улыбнулся. Не знаю, показалось ли мне, но в его улыбке всегда сквозила какая-то горечь. Так было с самой нашей первой встречи, и сейчас ничего не изменилось — интересно, не Чэнь Цзэюй ли довел его до такого состояния? Впрочем, эта мысль тут же вызвала у меня смешок. Хотя я видел Юй Чэнкая всего раз, было ясно: это скорее Чэнь Цзэюй страдает от его выходок, а не наоборот.
— Раз уж встретились, давайте выпьем чаю. Как удачно, мне как раз нужно кое-что обсудить с вами обоими.
Не успел он договорить, как направился к чайной под названием «Люй» на первом этаже здания, не оставив нам времени на раздумья. Странно, но если бы подобное произошло раньше, я бы пришел в ярость. Однако на этот раз, как и Лун Жуй, я покорно последовал за ним.
Юй Чэнкай явно был здесь завсегдатаем, причем уровня VIP: едва мы сели, как официант радушно поприветствовал его и спросил, подавать ли «как обычно». Юй Чэнкай лишь властно махнул рукой, и официант тут же удалился.
— Это место неплохое, мы с Чэнь Цзэюем часто здесь сидим, когда есть время, — Юй Чэнкай положил телефон и пачку сигарет на стол. — У нас схожие вкусы, поэтому каждый раз мы заказываем одно и то же. Вот официанты и прозвали это «как обычно».
Хотя Юй Чэнкай говорил легко и непринужденно, я чувствовал, что он хвастается, пытаясь обозначить свои права на Чэнь Цзэюя. На самом деле, ему не нужно было так стараться: по всем законам и правилам он был законным супругом, а мы с Лун Жуем — лишь случайными интрижками на стороне.
— Нам, простым смертным, не понять игр успешных людей, — холодно заметил я. — Спасибо, господин Юй, что дали возможность прикоснуться к прекрасному. В конце концов, это ваша заслуга.
Юй Чэнкай уловил нотки недовольства в моем голосе и слегка смутился. К счастью, в этот момент официанты принесли чай и закуски, разрядив обстановку.
— Думаю, господин Лун в курсе: Сяо Хайян недавно звонил мне и просил двести тысяч, — Юй Чэнкай сделал глоток английского чая, дождавшись кивка от Лун Жуя. — Повторюсь: деньги не проблема. Но как только они поступят на счет, вы оба должны немедленно исчезнуть из жизни Чэнь Цзэюя. Можете это сделать?
Ранее я уже обсуждал это с Лун Жуем, включая сумму в двести тысяч и то, что мы разделим их пополам. Я был откровенен не только из-за наших особых отношений, но и потому, что такие вещи скрыть невозможно. Если бы Лун Жуй узнал правду, он бы тут же обернулся против меня, превратившись в опасного врага.
Деньги можно заработать всегда, а вот нажить врага в лице человека, который знает тебя досконально — это последствия, которые не исправить и за пару лет. Даже если удастся, нанесенный ущерб будет невосполним.
Лун Жуй казался жестким, но на деле не имел собственного мнения. Раньше он говорил, что во всем доверится мне, лишь бы получить свою долю. Теперь же, услышав Юй Чэнкая, он лишь смотрел на меня. Я взял чайник, налил чаю, помешал его маленькой серебряной ложечкой и отпил.
— Если это сделка, то нужно соблюдать правила, — я откинулся на спинку стула. — Скажу прямо: для вас Чэнь Цзэюй может быть золотым слитком, но для нас он — обычный клиент. Так что господину Юю не стоит язвить, это выглядит жалко.
Любого другого мои слова вывели бы из себя, но Юй Чэнкай сохранил выдержку. Он не разозлился, а лишь не спеша откусил кусочек пирожного.
— О Клубе «Минлю» ходят легенды: мол, туда входят принцами, а выходят евнухами, — Юй Чэнкай вытер рот салфеткой. — Мне интересно, сколько в этом правды, а сколько вымысла?
Я слышал об этом: Клуб «Минлю» считался самым элитным местом в Моду, где даже богачи должны были раскошелиться и запастись смелостью, прежде чем войти. Говорили, что одна ночь там может стоить не только денег, но и жизни.
Лун Жуй хотел что-то ответить, но я пнул его под столом. Юй Чэнкай не стал бы затевать этот разговор без причины. Я решил вернуть мяч на его сторону поля.
— Клуб «Минлю» действительно высасывает деньги, но это ни для кого не секрет. Рыночная экономика: есть спрос — будет и предложение, — я снова пригубил чай. — А что до «принцев и евнухов» — это явное преувеличение.
Юй Чэнкай хмыкнул и с насмешкой спросил:
— Тогда позвольте спросить: в ваших кругах существуют лишь деньги и страсть? Или вы уже давно утратили способность к чувствам, превратив всё в сделку?
Слова звучали неприятно, по сути, они были прямым оскорблением. Но на меня это не подействовало. Я поставил чашку и причмокнул губами:
— Позвольте спросить вас, господин Юй: когда вы сошлись с Чэнь Цзэюем, сколько в этом было любви, а сколько — его денег?
Заметив, как изменилось лицо Юй Чэнкая, я холодно усмехнулся:
— Не думайте, что ваш статус дает вам право смотреть на людей как на мусор. Не забывайте, вы сами когда-то вышли из этой же кучи.
Лун Жуй не выдержал и рассмеялся. Мы, люди из индустрии развлечений, привыкли быть острыми на язык. Юй Чэнкай думал, что мы не посмеем дерзить, но он ошибся. Если мне суждено пасть, я утяну кого-нибудь с собой.
Похоже, сегодня не день Юй Чэнкая — именно он выбрал роль того, кого я потяну на дно.
— Ты хоть понимаешь, что сказал? — его красивое лицо исказилось. — Какая дерзость! Сяо Хайян, ты хоть представляешь, что я могу с тобой сделать?
Я наигранно ахнул и с силой бросил серебряную ложечку на поднос. Звон получился оглушительным.
— Прошу прощения, кажется, драки не избежать, — Юй Чэнкай произнес это так, словно выпускал очередь из пулемета. — Что ж, начнем эту игру. Сяо Хайян, запомни: тебя предадут твои же люди, тебя вышвырнут из «Минлю», и ты останешься ни с чем.
Лун Жуй был напуган, его лицо подергивалось, он застыл, не смея пошевелиться. Я тоже боялся, но отступать было поздно. Я допил чай и, подняв голову, посмотрел Юй Чэнкаю прямо в глаза.
— Хорошо. Раз господин Юй так жаждет игры, я принимаю вызов. Но сразу предупреждаю: никто из нас не должен говорить об этом Чэнь Цзэюю, и мы не будем использовать его влияние, чтобы давить или мириться.
Сказав это, я потянул Лун Жуя к выходу. Вслед нам донесся голос Юй Чэнкая:
— Сяо Хайян, ты еще пожалеешь об этом! Мы еще посмотрим!
http://bllate.org/book/20546/2051724
Готово:
