Цзин Юань уже устроился на сиденье экскурсионного кара, крепко обняв обеими руками термос. Услышав это нежное «малыш», он воззрился на Цзи Яня с таким ужасом, будто перед ним явился выходень с того света. Предчувствие было самым паршивым.
Нин Цзинь, сидевший подле Цзин Юаня, тоже перевёл взгляд на подошедшего; в его глазах мелькнула едва уловимая тень изумления.
Цзи Янь, чеканя шаг длинными ногами, приблизился к Цзин Юаню, который сжался и ушёл в себя, точь-в-точь нахохлившаяся перепёлка.
— Юань-Юань, ты ведь обещал со мной расплатиться?
Цзин Юань на пару секунд впал в ступор, после чего опустил ресницы и еле слышно пробормотал:
— А… ну да.
Скользнув поверхностным взглядом по лицу Нин Цзиня, Цзи Янь совершенно естественным жестом взял Цзин Юаня за руку:
— Выходи-ка. Обсудим в подробностях, чем именно ты будешь искупать вину.
Произнесено это было с мягкой улыбкой. Для постороннего человека, не посвящённого в подоплёку, фраза прозвучала бы как игривый шифр сокровенно близких людей.
Пальцы Цзи Яня отдавали холодом. Цзин Юань вожделел воспротивиться, но духу не хватило, поэтому он лишь виновато улыбнулся Нин Цзиню:
— Кузен Нин, ты поезжай один, ладно? Нам с Цзи Янем нужно кое-что обсудить.
Нин Цзинь ответил непринуждённой улыбкой:
— Хорошо, без проблем.
Когда кузен скрылся из виду, застывшие на месте мужчины долго хранили молчание.
Ладонь Цзин Юаня по-прежнему покоилась в руке Цзи Яня. Исподтишка разглядывая профиль спутника, Юань попытался угадать его мысли: похоже, тот не слишком-то жалует своего родного кузена. Иначе с чего бы стал мешать их совместной поездке?
— Цзи Янь, — тихо позвал Цзин Юань.
Ты же хотел поговорить про искупление? Почему замер?
— Экскурсионный кар вот-вот подъедет, — отозвался Цзи Янь, опустив взгляд.
— Мы разве не на машине поедем? — изумился Цзин Юань.
— А разве нашего малыша не укачивает в автомобилях? — в голосе Цзи Яня проскользнула едва уловимая насмешливая ирония.
Цзин Юань втянул голову в плечи:
— А…
«И чего это ты вдруг воспылал такой заботой?»
Спустя пару минут они уже мчались на открытом электрокаре. Цзин Юань, поудобнее устроившись у поручня и плотнее закутавшись в пуховик, решил взять инициативу в свои руки:
— То, что я продинамил тебя в ту ночь — моя вина. Назови любое условие или желание, я всё исполню.
— Любое? — небрежно переспросил Цзи Янь.
— В пределах моих скромных возможностей, — поспешно уточнил Юань.
Цзи Янь на мгновение задумался:
— Юань-Юань.
— Я!
Сбросив непринуждённую маску, Цзи Янь заговорил обманчиво-лёгким тоном, за которым скрывалась глубокая сосредоточенность:
— Ты помнишь ту автомобильную аварию, в которую попал в детстве?
Цзин Юань ответил предельно честно:
— Помню. Но смутно, лишь обрывки.
— Если в один прекрасный день вспомнишь подробности… расскажешь мне, как всё было на самом деле? — Цзи Янь заглянул ему в глаза. — Для меня это невероятно важно.
Цзин Юань редко видел Цзи Яня настолько серьёзным. Не понимая до конца его истинных мотивов, он тем не менее уверенно кивнул:
— Хорошо.
Цзи Янь вгляделся в его лицо, пряча на дне тёмных зрачков сложную гамму чувств:
— Умница.
Он поднял руку и ласково взъерошил мягкие волосы на макушке юноши.
Цзин Юань посмотрел на него чистым, доверчивым взглядом и слегонца подался навстречу, потеревшись затылком о холодную ладонь, словно принимая этот жест.
***
Вскоре их привезли к месту ночлега — обособленной вилле в самом сердце курортной зоны.
Чэнь Цзифэн встретил их прямо у порога и с вальяжной ухмылкой заставил войти:
— Неужто наш заядлый трудоголик наконец решил дать себе передышку?
Цзи Янь проигнорировал поддёвку, лишь жестом велев Цзин Юаню не отставать.
Цзин Юань, восседавший на чемодане с электроприводом, и не думал напрягаться — сжав руль, он с лёгкостью обогнал идущих пешком мужчин.
Глядя на его довольную физиономию, Чэнь Цзифэн вполголоса поинтересовался у приятеля:
— Он сам напросился за тобой?
— Нет, — коротко отрезал Цзи Янь.
Чэнь Цзифэн вопросительно изогнул бровь.
— Я сам взял его с собой.
— Ого! Неужто солнце встало на западе? — Чэнь Цзифэн изумлённо расхохотался.
Цзи Янь не стал ничего объяснять, лишь сдержанно улыбнулся.
На вилле находился не только Цзин Юань с Цзи Янем: здесь расположились и остальные их общие друзья — в том числе Се Линь.
— Ваша спальня на третьем этаже, там лучшее освещение, — Чэнь Цзифэн хлопком по плечу попрощался с Цзи Янем и отправился к прочим гостям.
Остановившись перед дверью спальни, Цзин Юань тянул тонкую шею, с любопытством заглядывая внутрь. Здесь было очень тепло, и без объёмного пуховика юноша казался совсем хрупким.
В сущности, Цзин Юаню исполнилось всего двадцать два. Он питал слабость к ярким, сочным цветам. На его комбинезоне красовалась милая брошка в форме конфеты, придававшая образу детскую непосредственность.
Ту пару цзиней, что он набрал за последнее время, похоже, целиком ушла в ягодицы — когда он наклонялся, под тканью комбинезона явственно прорисовывались аппетитные, округлые формы.
Цзи Янь замер у него за спиной:
— Чего не входишь?
Цзин Юань торопливо выпрямился, утаивая смущение:
— А, да так…
На самом деле он пытался разглядеть, есть ли в комнате смежная спальня. Увы, их ждала лишь огромная двуспальная круглая кровать.
Цзин Юань ел как птичка, но и метаболизм у него был сумасшедший. Дома он привык перекусывать каждые пару часов: утренний чай, полдник, ночной дожор.
Сейчас же, позавтракав от силы пару часов назад, он снова почувствовал укол голода. Выудив из кармана орешек, юноша принялся с увлечением его разжёвывать, сидя на краю кровати и с опаской поглядывая на Цзи Яня.
Он гадал: какова вероятность того, что Цзи Янь выйдет из себя, если предложить спать в разных комнатах?
Цзи Янь боковым зрением чувствовал на себе этот вороватый взгляд. Опустившись на одно колено, чтобы расстегнуть чемодан, он внезапно встретился взглядом с Цзин Юанем и изогнул губы в мягкой полуулыбке:
— О чём задумался?
Цзин Юань виновато уткнулся носом в пол:
— Ни о чём…
Цзи Янь скинул пиджак, оставшись в облегающем чёрном лонгсливе. Когда он вешал плечики в шкаф, под тонкой гладкой тканью явственно проглядывал рельеф крепких грудных мышц.
Опасаясь нажить себе ячмень на глазу от таких видов, Цзин Юань спешно отвернулся и закинул в рот пару пластинок женьшеня.
Разложив свои вещи, Цзи Янь спросил:
— Помочь тебе разобрать чемодан?
— Не нужно! — Цзин Юань хоть и устал с дороги, но доверить свои багажные секреты Цзи Яню не решился. К тому же его чемодан был далеко не так «чист», как казалось.
Цзи Янь не стал настаивать. Подойдя к юноше, он вальяжно наклонился к нему:
— Пойдём обедать?
Цзин Юань инстинктивно подался назад, упёршись в матрас точёными руками и избегая прямого взгляда:
— Пойдём.
Не думая отступать, Цзи Янь протянул руку и поправил брошь у него на груди. Его взгляд проскользил по белоснежной шее Цзин Юаня — словно хищник, осматривающий свои владения:
— Идём.
Он обнял юношу за талию и легко потянул вверх, помогая подняться.
Цзин Юань прекрасно знал, что Цзи Янь зарится на его тело, и с ужасом думал о том, как переживёт грядущую ночь.
Цзи Янь тем временем разложил складную инвалидную коляску:
— Поедешь?
Цзин Юань немного поколебался:
— Ну давай.
Жаль только, что такой шикарный наряд никто не оценит — в коляске вся красота пропадёт.
***
В ресторане на первом этаже Чэнь Цзифэн уже усадил гостей за стол. Увидев, что Цзи Янь вкатывает Цзин Юаня последним, он поддел его:
— Мы тут решили: с опоздавшего три штрафные!
Цзи Янь равнодушно посмотрел на него:
— Выпей за меня.
— Ну ты и жук! — хохотнул Чэнь Цзифэн и велел подавать блюда.
За столом собрались давние приятели, поэтому в представлениях никто не нуждался. Впрочем, Цзин Юань впервые оказался в этой компании.
Друзья Цзи Яня, естественно, не питали к нему тёплых чувств. Се Линь шепнул Чэнь Цзифэну:
— С какого перепуга он его притащил?
— Цзи Янь сам его позвал, — прошептал в ответ Чэнь Цзифэн.
Се Линь сделал такое лицо, будто увидел восставшего мертвеца — логика происходящего от него ускользала.
Заметив свободное место рядом с Нин Цзинем, Цзин Юань радостно направил коляску туда. Нин Цзинь казался ему мягким, приятным человеком, да и относился к нему хорошо, так что юноша с удовольствием готов был составить ему компанию.
Цзи Янь зафиксировал этот манёвр. Не говоря ни слова, он перехватил ручки кресла и перекатил Цзин Юаня на другое место, а сам уселся аккурат между юношей и Нин Цзинем.
— Отсюда подают горячее, — невозмутимо пояснил он. — Садись подальше, чтобы не обжечься.
Цзин Юань растрогался такой заботой. И хотя взгляд Цзи Яня показался ему странноватым, он прямо при всех сложил пальцы в сердечко и адресовал ему милый жест:
— Спасибо!
Этот перформанс буквально взорвал мозг присутствующим. Се Линь дёрнул Чэнь Цзифэна за рукав:
— Это что ещё за спектакль?
— Сам в шоке, — задумчиво протянул Чэнь Цзифэн.
Вскоре на столе появились блюда.
У Цзин Юаня была куча аллергий. История с гортензиями его сильно напугала, так что он за ночь вызубрил весь список запрещённых продуктов оригинала, опасаясь отдать концы от случайного кусочка. Дома всю еду готовили с учётом его ограничений, а вот здесь большинство угощений были ему противопоказаны.
Высмотрев наконец единственное безопасное блюдо — запечённого голубя в винном уксусе, Цзин Юань стал терпеливо ждать, пока вращающийся поднос доставит к нему заветную тарелку.
В этот момент сын молодого господина Лю захотел лягушачьих лапок, и Чэнь Цзифэн приостановил вращение стола.
Цзин Юань, едва не падавший в голодный обморок, печально опустил пушистые ресницы и с тоской во взгляде уставился на голубя.
Заметив это, Нин Цзинь поднялся и потянулся палочками к птице:
— Сяо Юань, ты, должно быть, проголодался? Поешь пока.
Перешагнув через Цзи Яня, он положил пару сочных кусочков в тарелку юноши.
Палочки Цзи Яня, которыми он как раз выбирал еду для Цзин Юаня, замерли в воздухе.
Глаза Цзин Юаня мгновенно вспыхнули — на Нин Цзиня он посмотрел так, словно перед ним предстал супергерой из комиксов.
Поблагодарив кузена, он набил щёки нежным мясом и аж зажмурился от удовольствия.
Поток воздуха из кондиционера изменил направление, взъерошив щёлку у него на лбу.
Причёска от стилиста была хороша, но волосы спереди отросли и лезли в глаза. Боясь, что чёлка помешает ему наслаждаться трапезой, Цзин Юань достал из кармана резинку и состряпал на макушке смешной хвостик. С этой пальмочкой его аккуратная круглая головка стала похожа на маленькое яблоко.
Нин Цзинь не сводил с него тёплого взгляда:
— Хочешь ещё?
— Спасибо, кузен, я дальше сам, — засмущался Цзин Юань.
Цзин Юань с детства славился редкой красотой — друзья Цзи Яня если и не видели его лично, то были наслышаны. Вот только они всегда считали его привлекательность дерзкой и вызывающей. Сегодня же перед ними сидел совершенно иной человек.
Цзин Юань казался удивительно кротким и мягким. Несмотря на болезненный вид, в нём бурлила живая, обаятельная энергия.
Се Линь удивлённо пробормотал:
— Слушай, а он вроде не такой монстр, как про него болтали?
— Ты с ним всего пять минут знаком, — охладил его пыл Чэнь Цзифэн.
Се Линь присмотрелся к юноше с ещё большим любопытством.
Тем временем Цзи Янь молча поднялся и вышел в уборную.
Его лицо оставалось непроницаемым, но в глубине глаз бушевала мешанина из подозрений и вопросов.
Ему было дико интересно: если Нин Цзинь и впрямь так неравнодушен к Цзин Юанью, почему он не боролся за него раньше?
Когда Цзи Янь мыл руки, за его спиной бесшумно выросла фигура Нин Цзиня.
Тот сохранял своё неизменное добродушие:
— Дедушка скучает по тебе. Навести его, когда выкроишь время.
Цзи Янь неторопливо вытирал пальцы шелковым платком:
— Тебе нравится Цзин Юань.
Нин Цзинь даже глазом не моргнул:
— Да.
Цзи Янь вскинул голову. Его тёмные, как пропасть, глаза въелись в отражение Нин Цзиня в зеркале:
— Держи свои порывы при себе. Если с тобой что-то случится, дедушка будет безутешен.
Выражение лица Нин Цзиня слегка изменилось:
— Насколько я помню, он тебе не нужен.
Цзи Янь глянул в зеркало и вдруг усмехнулся — холодно и жутко:
— С чего бы? Он мне безумно нравится. До беспамятства.
Нин Цзинь, глядя на эту пугающую улыбку, нахмурился:
— Семья Цзин окончательно разорена. Ты имеешь полное право расторгнуть помолвку. Если не хочешь жениться…
— Хочу.
— Ещё как хочу!
Цзи Янь повысил голос, поправил оправу изящных очков и безупречно вежливо улыбнулся.
Нин Цзинь застыл, не в силах поверить:
— Вы уже назначили дату?
Цзи Янь изогнул бровь:
— Я ему ещё не говорил.
В этот момент у дверей уборной раздался характерный тихий скрип колёс.
— А вот теперь я в курсе!
Цзин Юань высунулся из-за косяка и, цепляясь пальчиками за кафельную плитку, воровато уставился на них обоих.
http://bllate.org/book/20481/2132413
Готово:
