### Глава 19
Университет Т считался одним из ведущих высших учебных заведений города и стабильно входил в рейтинги лучших вузов страны. Главный кампус занимал огромную территорию, на озеленение которой ректор в свое время ухнул колоссальные средства. Стоило миновать главные ворота, как взгляд упирался в ухоженные парковые зоны: аккуратно подстриженные вечнозелёные падубы и разнокалиберные деревья выстраивались в безупречные композиции. Меж ними вились мощёные камнем тропинки, откуда то и дело выныривали стайки студентов. Эти дорожки терялись где-то в густой зелени, уводя в глубину парка.
Юань Чэ и Кэ Жань добрались до главного корпуса в самый разгар обеденного перерыва. Городок кипел жизнью: одни на ходу проглатывали перекус и бежали на пары, другие вальяжно прогуливались в тени деревьев, наслаждаясь свободным временем. В этом лабиринте аллей и корпусов оперативники едва не заблудились.
Пришлось спрашивать дорогу. Лишь после третьей попытки, провожая взглядом очередной отзывчивый отряд студенток, Юань Чэ наконец осознал одну любопытную деталь.
Прохожие — особенно девушки — беспрестанно на них оглядывались.
Поправив полы куртки, Юань Чэ незаметно осмотрел свой наряд, потом перевёл взгляд на Кэ Жаня и проследил за взорами хихикавших девчонок. Все они без исключения цеплялись за его спутника.
Юань Чэ даже досада взяла. Чем он хуже? Одет не менее стильно, лицом не обижен — с чего вдруг такое явное предпочтение? Но, присмотревшись к юноше внимательнее, он быстро понял причину. С таким лицом, как у Кэ Жаня, внимание девяноста процентов окружающих было гарантировано по умолчанию. К тому же выглядел тот настолько свежо и юно, будто только вчера выпустился из школы и ещё не успел утратить этот первокурсницкий лоск. Настоящий «красавчик-свежачок».
Юань Чэ погладил себя по подбородку: «Мне ведь только-только за тридцать... Неужели успел постареть?»
— Похоже, в студенческие годы ты от девчонок отбоя не знал, — с лёгкой иронией бросил он.
Кэ Жань, тоже заметивший повышенное внимание к своей персоне, уже успел слегка заплыть румянцем:
— В полицейской академии девушек раз-два и обчелся. Так что никакой популярности не было.
Вспомнив утренний эпизод, Юань Чэ вовремя умерил свой оценивающий взгляд — так ведь недолго и привязаться.
Следуя указаниям прохожих, они наконец вышли к кофейне «Супер Кофе» возле северных ворот. Перед выездом Юань Чэ связывался с деканатом и выяснил: если у профессора Хэ Чао нет занятий, после обеда он почти всегда коротает время именно здесь.
Сегодня во второй половине дня лекций у него не числилось.
Внутри заведения стоял гул — свободные столики почти отсутствовали. В «Супер Кофе», помимо напитков, подавали нехитрые блюда европейской кухни, и студенты с преподавателями, уставшие от столовской стряпни, периодически заглядывали сюда разнообразить рацион.
Юань Чэ остановился у входа и обвёл взглядом зал. Меж столиками сновали официанты в оранжевых футболках и коричневых фартуках — судя по всему, подрабатывающие студенты.
К ним сразу подскочила темноглазая девушка с лучезарной улыбкой:
— Добро пожаловать в «Супер Кофе»! Вас двое?
К этому моменту Юань Чэ уже засек Хэ Чао в дальнем углу у окна. Несмотря на плотную посадку и необходимость подсаживаться друг к другу, соседние стулья возле профессора пустовали.
Хэ Чао сидел, держа в одной руке книгу, а другой периодически пригублял кофе. Сделав глоток, он морщился, медленно опускал чашку, ненадолго прикладывал ладонь к области желудка и снова погружался в чтение. Внешний шум вокруг него абсолютно не касался.
— Мы ищем конкретного человека, — перебил её Юань Чэ. — Не подскажете, где профессор Хэ Чао?
Улыбка на лице девушки мгновенно увяла. Слегка поведя подбородком в сторону дальнего угла, она отвела взгляд, и её голос утратил всю сладость:
— Профессор Хэ там.
Развернувшись, она тут же отправилась встречать новых посетителей.
Юань Чэ прищурился, глядя ей вослед. В этом сухом тоне явственно проскользнула какая-то история.
Они подошли к столику и без лишних церемоний уселись на свободные места прямо напротив.
Ощутив чужое присутствие, Хэ Чао оторвался от книги. Его взгляд, брошенный на визитёров, искрился откровенным раздражением и высокомерным пренебрежением.
Хэ Чао, сорок пять лет, уроженец города R. Окончил филологический факультет Университета Т, остался на кафедре ассистентом и менее чем за десять лет дорос до доцента. Женитьба на дочери известного художника Люй Циня дала мощный толчок его карьере: он быстро получил профессорскую должность, набрал популярность и стал любимцем студентов.
Всю эту справку Юань Чэ выудил накануне из сети. Теперь же, глядя на сидевшего перед ним мужчину и огибающую его зону отчуждения, капитан понимал: интернет-слухи сильно приукрашены.
Впрочем, выглядел Хэ Чао эффектнее, чем на фото. От кончиков аккуратно уложенных волос до холеных ногтей он излучал лоск ухоженного, зрелого мужчины. Пожалуй, такой тип способен вскружить голову любой женщине. Юань Чэ даже успел подумать, не стал ли этот импозантный профессор причиной, по которой Цюй Цзин вдруг решила возобновить учебу. Вот только несчастная видела лишь фасад, а официантка, похоже, успела столкнуться с изнанкой.
Однако, вопреки атлетическому сложению, вид у Хэ Чао был откровенно болезненным. За стёклами очков угадывалась тупая усталость. И хотя кондиционер в заведении работал на полную мощность, заставляя поёживаться от прохлады, на переносице профессора выступили капельки пота.
Они молча мерялись взглядами, не желая уступать.
Наконец Юань Чэ нарушил тишину — спокойно, но веско:
— Профессор Хэ? Хэ Чао?
— Вы кто такие? — сухо сбросил тот, едва скользнув взглядом по Кэ Жаню и зафиксировав внимание на Юань Чэ.
Несмотря на сравнительную молодость, Юань Чэ успел пройти суровую школу в уголовном розыске и уже два года возглавлял оперативную группу. Годы работы выработали у него тот самый въедливый, пронизывающий взгляд, от которого у большинства фигурантов мурашки бежали по коже.
Смерив профессора именно таким тяжелым взором, Юань Чэ достал из внутреннего кармана удостоверение, коротко мелькнул им так, чтобы видел только собеседник, и тут же спрятал обратно:
— Мы пришли узнать об одной абитуриентке, поступающей на заочное отделение в сентябре. Её зовут Цюй Цзин.
При виде корочки на лице Хэ Чао мелькнула тень замешательства, но мгновение спустя он вернул себе невозмутимую мину. При имени Цюй Цзин его желваки на секунду сжались, будто он стиснул зубы, однако черты лица остались неподвижны — проявление жесткого самоконтроля. При этом блеск в его глазах заметно померк.
Внешне профессор казался готовым к сотрудничеству, но во взгляде читалась глухая оборона.
— Надо же, слуги народа, — с едва уловимой желчью проговорил он. — В такую жару — и на службе. Тяжко вам.
— Служба народу легкой не бывает, — парировал Юань Чэ. — Так что скажете? Помните такую?
— Понятия не имею, с чего вы решили обратиться ко мне, — твердо срезал Хэ Чао. — Занятия у нового потока еще не начались, списков я не видел. Не рановато ли вы взялись за расспросы, товарищи?
Юань Чэ доброжелательно улыбнулся, хотя взгляд его оставался острым, как скальпель. Он фиксировал каждое микродвижение — вплоть до дрожания ресниц. Поняв, что профессор решил сдать назад, капитан сменил заходик:
— Ладно. Допустим, имя Цюй Цзин вам ни о чём не говорит. А знаком ли вам пользователь под ником «Начать всё с чистого листа»?
Хэ Чао захлопнул книгу, с грохотом бросил её на стол и скрестил руки на груди, слегка ссутулившись:
— Извините, но мой аккаунт в Вэйбо взломали. С тех пор я туда не заглядываю. В интернете сейчас никакой приватности, сплошная грязь.
— А когда именно его взломали, не напомните?
— Точно не скажу... Полгода назад, может, больше. Около года. А в чём, собственно, дело?
Кэ Жань тем временем успел достать телефон и вбить в поиск знакомый ник. На экране высветилось: «Пользователь не найден». Он показал дисплей Юань Чэ.
Уголок губ капитана пополз вверх:
— Какое совпадение. Вчера профиль ещё существовал, а сегодня утром его аккуратно подчистили.
— Не понимаю, к чему вы клоните, — отчеканил Хэ Чао. — Страницу взломали. Удалена она или нет — я к этому отношения не имею.
— Профессор Хэ, будьте так добры, не налегайте на слово «товарищ». Мы здесь без лишнего шума. Да и обращение это в наши дни звучит неоднозначно.
Юань Чэ не прогадал: краем глаза он заметил, как сидевшие неподалеку посетители при слове «товарищ» невольно косились в их сторону. Профессор явно провоцировал их намеренно.
— Прошу прощения, не подумал, — сухо проронил Хэ Чао.
— Ничего страшного. Тогда ответьте: где вы находились вечером четырнадцатого июня, примерно в семь тридцать?
— Это что, допрос?
— Обычное уточнение деталей. Как гражданин, вы обязаны содействовать следствию.
— Что ж, раз таковы обязанности гражданина... В тот вечер мы с женой ужинали в ресторане, а потом ходили в кино.
— Вот как? И что за картину смотрели?
— Не помню точно. Кажется, какую-то авторскую драму. Супруга обожает артхаус.
— А вы, стало быть, не жалуете?
— По профессии я филолог, но, признаться, предпочитаю голливудские блокбастеры. А под тягучие драмы меня обычно клонит в сон.
Юань Чэ вдруг подался вперед и тихим, выразительным тоном декламировал:
— «Встретил красавицу — и с той поры ни дня, ни часа не могу забыть. Лишь день не вижу — и тоска грызёт меня...»
Хэ Чао заметно побледнел. Взгляд его налился тяжелой, мрачной злобой. В первое мгновение зрачки его дёрнулись, но он тут же взял себя в руки и выдавил кривую усмешку:
— Не знал, что среди сотрудников полиции встречаются ценители классической поэзии. Правда, цитата из «Оды к прекрасной деве» в данной обстановке звучит по меньшей мере неуместно.
— Верно, занесло меня, — легко согласился Юань Чэ. — И последний вопрос: где вы находились двадцать третьего и двадцать четвёртого июня во второй половине дня?
— Был ливень, занятия отменили. Я воспользовался паузой, чтобы разгрести рукописи. Оба дня провел в университете. Что, проверяете алиби? Может, и свидетели нужны? Мои аспиранты подтвердят: мы ночевали в лаборатории, работали до утра.
— Спешите вы, профессор. Мы ведь даже не озвучили суть дела, а вы уже про алиби заговорили.
— Насмотрелся детективов. Раз полиция задает такие вопросы — значит, ищет алиби. Вашу Цюй Цзин я не знаю, а на чужих людей времени не трачу.
— Не открещивайтесь так ретиво. Вы ведь, считай, полгода общались.
— Я уже сказал: я её не знаю! — Хэ Чао неожиданно сорвался на повышенные тона, на его лбу надулась синеватая жилка. — Не смейте вешать на меня ярлыки, пользуясь своим положением!
— Вы меня не так поняли, профессор. Это просто рутинная проверка. Раз вы с ней незнакомы — не смеем задерживать.
Юань Чэ поднялся, сдержанно улыбнулся и направился к выходу вместе с Кэ Жанем.
Проходя мимо стойки, он улучил момент и взглянул на ту самую официантку. Девушка с такой ожесточённой яростью натирала столешницу, что от трения едва не летели искры.
На улице обрушился плотный, липкий зной. Асфальт плавился на глазах.
Они укрылись под раскидистой кроной деревьев у обочины. Юань Чэ оглянулся на витрину заведения:
— Надо бы разузнать про ту девчонку с подносом.
— Похоже, она этого профессора на дух не переносит, — заметил Кэ Жань.
— Не просто не переносит. Там чистая ненависть.
— Судя по пустому столу и тишине вокруг него, он тут местный царек, — нахмурился Кэ Жань.
— Вопрос в том, ограничивается ли его самоуправство кофеем, — откликнулся Юань Чэ.
Не успел он договорить, как из-за поворота аллеи раздался приятный, чистый женский голос:
— Товарищи офицеры! Какая встреча.
К ним приближалась Люй Ижоу. В руках она держала сумочку и нежно-зелёный зонтик от солнца, на ней было изысканное ципао с вышитыми пионами.
Несмотря на изнуряющую жару, от которой прохожие истекали потом, эта женщина выглядела свежей и умиротворённой, словно находилась в отдельном помещении с климат-контролем.
— Действительно, совпадение, — ответил Юань Чэ, пока Кэ Жань привычно отступил на полшага, укрываясь за спиной капитана.
— Я пришла за мужем, мы планировали пройтись по магазинам, — улыбнулась Люй Ижоу. — Вы уже нашли профессора Хэ Цимэна?
— Пока нет, вот, думали попытать счастья.
— У Хэ Чао много работы, — ровно проговорила она. — У него полно аспирантов, наверное, проверяет чью-то диссертацию.
— Надеемся, нам повезет. Вы с профессором часто ходите в кино?
— Да, мы оба любим романтические драмы. Недавно вышло одно неплохое кино, думали завтра сходить.
— А я слышал, недавно крутили «Ушедшие годы нашей юности». Говорят, достойная картина.
— Замечательный фильм, — согласилась она. — Я едва не расплакалась при просмотре.
— Постойте... Мне кажется, я вас где-то видел. Четырнадцатого июня, в середине месяца! Я ходил на сеанс со своей девушкой и заметил невероятную красавицу в ципао. Даже засмотрелся, за что потом получил от своей спутницы. Это были вы?
Услышав про «девушку», Кэ Жань мгновенно перевел быстрый, пытливый взгляд на Юань Чэ.
— Четырнадцатого июня?.. — Люй Ижоу слегка нахмурилась, делая вид, что пытается вспомнить. — Возможно... Мы действительно ходили в кино в тех числах, точно не скажу.
Её тон оставался идеально вежливым, гладким и совершенно неуловимым. Эта женщина держалась с чарующей естественностью, сбивая с толку куда искуснее своего нервного мужа.
Юань Чэ уже подбирал слова, чтобы надавить сильнее, как вдруг Кэ Жань резким тоном перебил его:
— Юань Чэ, смотри! Там что-то не так!
Капитан быстро обернулся.
За панорамным стеклом кофейни четко просматривалась фигура Хэ Чао. Профессор поднялся со своего места. Его тело неестественно раскачивалось, руки судорожно вытягивались вперед, а движения выглядели деревянными, неуправляемыми — будто он утратил контроль над собственными конечностями.
В следующее мгновение стеклянная дверь кофейни распахнулась настежь, и на улицу выплеснулся дикий, полный смертного ужаса визг. Посетители, давя друг друга в дверях, лавиной вываливались наружу, спасаясь бегством.
Сцена казалась выдранной из низкобюджетного фильма ужасов.
«Он что... в зомби превращается?!» — пронеслась в голове дикая мысль.
http://bllate.org/book/20479/2134741
Готово:
