Домой добрались быстро.
Линь Цзиньду унёс купленные продукты на кухню, после чего обернулся к спутнику:
— Генеральный директор Цзи, начнём готовить сейчас или чуть позже?
Цзи Чэнъи положил лёгкий пакет с зеленью на кухонный остров и вскинул взгляд:
— Если вы не спешите, генеральный директор Линь, давайте отложим ненадолго. Я бы хотел подняться к себе и принять душ.
— Согласен, — кивнул Линь Цзиньду. — Мне тоже не помешает освежиться.
Обменявшись короткими фразами, они поднялись на второй этаж и разошлись по своим комнатам.
Оставшиеся внизу операторы и съёмочная группа у мониторов не удержались от смешков. Ну и ну, куда вообще катится эта беседа? До чего же странная между ними дистанция.
***
Спальня Линь Цзиньду
***
Линь Цзиньду отличался педантичной склонностью к чистоте: возвращаясь с улицы, он физически не мог обойтись без душа. Поэтому, едва переступив порог, сразу взял сменную одежду и направился в ванную.
Мылся он быстро — справился меньше чем за пять минут. Вытерся насухо и принялся одеваться с той же привычной ловкостью.
Натянув брюки, мужчина вдруг о чём-то вспомнил. Руки замерли. Он шагнул к раковине.
Зеркало запотело от пара; Цзиньду смахнул влагу ладонью. Когда стекло достаточно очистилось, отражая торс, он отступил на пару шагов и принялся пристально разглядывать собственное отражение.
Мужчина искренне любил спорт — тренировки помогали сбросить груз забот и усталость после тяжёлого рабочего дня. Но вот так, нарочито, результаты своих трудов он никогда прежде не разглядывал.
И теперь взглянул на себя словно со стороны: крепкая грудь, рельефный пресс с чётко прорисованными кубиками, плавные, подтянутые линии паховых связок...
В памяти невольно всплыли слова, только что сказанные Цзи Чэнъи: высокий, крепкий, с мощной мужской харизмой...
«И что это должно означать? — пронеслось в голове. — У меня хорошая фигура? Я сексуален?»
Линь Цзиньду поджал губы. Смысл оценок показался ему слегка фривольным: в конце концов, достоинства зрелого мужчины определяются вовсе не рельефом мускулатуры.
И всё же... Мысли вопреки логике упрямо повернули к бывшему парню Цзи Чэнъи.
«Интересно, каково его телосложение?»
Цзиньду вгляделся в чёткие, даже сквозь остатки пара проступающие контуры собственных мышц. Взгляд его потемнел.
«Вряд ли он сравнится со мной. Говорят, многие актёры даже партнёршу по кадру поднять не способны. А я сотню килограммов от груди выжимаю — и восемь повторений без труда».
При этой мысли в глубине его глаз мелькнула едва уловимая тень пренебрежения. Он искренне не понимал, как Цзи Чэнъи мог сойтись с настолько незамысловатым парнем... Ах да, с бывшим парнем.
Осыпав мысленными насмешками чужого предшественника, Линь Цзиньду накинул рубашку, высушил волосы феном и в весьма приподнятом настроении собрался выходить. Но едва протянул руку к дверной ручке, как замер.
Поколебавшись мгновение, он опустил ладонь и взглянул на пустую ладонь. Память упрямо вернула его в супермаркет — к тому мгновению, когда он подхватил Цзи Чэнъи за талию.
Чужие пропорции его никогда не волновали, но если судить по себе...
«У генерального директора Цзи... талия не слишком ли тонкая?»
***
Цзи Чэнъи спустился первым. Полагая, что Линь Цзиньду уже внизу, он сразу направился на кухню, однако там никого не оказалось. В отсутствие главного кулинара Чэнъи помедлил, не зная, с чего начать. Немного подумав, он выложил из пакетов готовые закуски и свежие овощи.
— Генеральный директор Цзи, вы часто готовите дома? — вовремя вставила вопрос сотрудница съёмочной группы.
Цзи Чэнъи мягко вскинул голову:
— Снова интервью?
Девушка на секунду опешила, после чего тепло улыбнулась:
— Да нет, просто болтаем. Не волнуйтесь так, генеральный директор Цзи.
— Понятно, — кивнул Чэнъи. Он догадался, что съёмочная команда пыталась оживить затянувшуюся паузу в кадре, подавая ему реплики.
Пойдя навстречу, он мягко проговорил:
— На работе завал, времени на готовку почти не остаётся. В основном питаюсь в столовой компании.
От его бархатного, спокойного голоса девушка невольно сбавила тон, заговорив ещё тише и деликатнее:
— А генеральный директор Линь? Он тоже обычно питается вне дома?
— Генеральный директор Линь... — Чэнъи задумчиво припоминал. — Завтракает он обычно дома, а вот обед и ужин чаще всего проходят в офисе или на деловых встречах.
Девушка понимающе кивнула и зашла с другой стороны:
— Выходит, сегодня вы с генеральным директором Линем впервые готовите вместе?
— Можно и так сказать, — согласился Цзи Чэнъи.
И пусть кулинар из него был посредственный, роль помощника тоже считалась участием.
Однако эта обыденная фраза заставила сотрудницу мысленно взвизгнуть от восторга. Даже сквозь медицинскую маску было видно, как её глаза лучатся с трудом сдерживаемым умилением. Чэнъи слегка озадачила столь бурная реакция, но благодаря безупречному воспитанию он лишь терпеливо ждал продолжения.
Заметив его ожидание, девушка собралась задать следующий вопрос, как вдруг со стороны лестницы раздались шаги.
Она невольно повернула голову — и тут же поспешно отвела взгляд. Линь Цзиньду обладал слишком тяжёлой, давящей аурой; привычка властвовать придавала его глубокому взгляду непреклонную строгость. Рядовые сотрудники просто боялись пересекаться с ним глазами.
Чэнъи же робких манёвров группы не заметил. Увидев приближающегося мужчину, он ровно поздоровался:
— А вот и вы, генеральный директор Линь.
— Угу, — отозвался Линь Цзиньду, подходя ближе. — Чем занимаетесь, генеральный директор Цзи?
В тот же миг до него долетел едва уловимый, сочный и свежий фруктовый аромат, исходящий от собеседника. На этот раз Цзиньду даже не нахмурился. Вот только... показалось ему или нет, что запах стал куда более насыщенным, чем раньше?
— Хочу сделать овощной салат, — Чэнъи приподнял пучок зелени.
От этого движения сладковатое благоухание окутало их ещё плотнее.
Линь Цзиньду сжал челюсти. Справляться с этой нежной сладостью всё ещё было выше его сил. Подхватив другой пакет, он сдержанно произнёс:
— Тогда я займусь креветками и говядиной.
И отвернулся к раковине.
Цзи Чэнъи, разумеется, и не подозревал, что от него спасаются. Сложив овощи в миску, он взялся за неё и шагнул к той же кухонной зоне.
Кухонный остров был оборудован двойной раковиной. Линь Цзиньду занял левую секцию, поэтому Цзи Чэнъи пристроился вплотную — у правой. Секции располагались бок о бок, так что сладкий аромат с новой силой настиг Цзиньду.
Мужчина лишь молча перевёл дыхание.
Не замечая тихих мучений коллеги, Чэнъи спокойно перебирал и промывал зелень. Для Линь Цзиньду же этот душный флёр был сродни медленному яду — от долгого вдыхания начинала слегка кружиться голова. Но сделать замечание он не мог: с какой стати ему указывать взрослому человеку, какими духами пользоваться?
Оставалось одно: работать быстрее, чтобы поскорее отсесть к плите.
Однако за работой его взгляд невольно зацепился за пальцы Чэнъи.
Руки у того были изумительные: изящные, длинные, с аккуратными круглыми ногтями, светившимися естественным розоватым глянцем. Сочные зелёные листья в его ладонях подчёркивали молочную белизну кожи.
Цзиньду хватило пары мгновений, чтобы в памяти всплыло ощущение от их первого рукопожатия.
Мягкая. Ладонь Цзи Чэнъи оказалась поразительно, невероятно мягкой. Он никак не ожидал, что рука взрослого мужчины может обладать такой нежностью — точно шёлк из туманных краёв Цзяннани.
В разгар этих мыслей до него донёсся тихий, испуганный возглас.
Цзиньду обернулся и увидел, что Цзи Чэнъи отскочил от раковины на добрый метр.
— Что случилось, генеральный директор Цзи? — смутился тот.
Чэнъи ткнул пальцем в воду:
— Ваша креветка...
Проследив за его взглядом, Цзиньду увидел, как одна из предназначенных для чистки ракообразных выпрыгнула из его секции и теперь лихо резала волны в раковине соседа.
Он выловил беглянку и посмотрел на Чэнъи:
— Вы боитесь креветок?
— Вовсе нет, — открестился тот. — Просто она перескочила слишком неожиданно, я не заметил.
Линь Цзиньду, разумеется, не поверил ни единому слову, но спорить не стал:
— Вот как. Понимаю.
Цзи Чэнъи лишь поджал губы:
— Угу.
И со сдержанным видом вернулся к мытью зелени.
Линь Цзиньду проявил тактичность и больше развивать тему не стал. Вскользь скользнув взглядом по пальцам Чэнъи, казавшимся под струями прозрачной воды почти фарфоровыми, он согреб оставшийся улов и прибавил ходу.
Дальше они работали молча, однако смотрелись бок о бок до того гармонично, что съёмочная группа не могла нарадоваться. После утреннего молчания, когда за несколько часов они не выжали из себя и пяти фраз, текущий уровень взаимодействия казался режиссёрам настоящим прорывом. Операторы предпочли не влезать с подсказками, просто наслаждаясь эстетичной картиной.
Овощной салат Цзи Чэнъи готовился проще некуда: вымыть, порвать зелень руками, заправить соусом с уксусной заправкой и перемешать. Предпочитая подавать салат охлаждённым, он затянул миску пищевой плёнкой и убрал в холодильник.
Вернувшись к кухонному острову, он обратился к Линь Цзиньду, который как раз нарезал брокколи на доске:
— Генеральный директор Линь, нужна помощь?
Цзиньду уже открыл рот, чтобы отказаться — кулинария доставляла ему искреннее удовольствие, — но, встретившись с ясным, выразительным взглядом собеседника, неожиданно передумал:
— Если вас не затруднит, промойте, пожалуйста, черри и шампиньоны.
Чэнъи оглядел поверхность острова:
— Вы про те белые грибы?
— Именно.
— Хорошо.
Он взял указанные ингредиенты и принялся за дело. Сполоснуть черри и грибы не составило никакого труда, так что уже через пару минут всё было готово.
— Куда их поставить? — Чэнъи подошёл ближе, держа в руках две тарелочки.
— Давайте мне, — Цзиньду протянул руки.
— Пожалуйста.
Приняв посуду, Цзиньду расставил её у доски. Чэнъи вежливо поинтересовался:
— Что-нибудь ещё?
Предложение помощи с его стороны было данью обычным правилам приличия. А вот загружать его работой дальше со стороны Линь Цзиньду было бы уже свинством.
Выдержав тонкую грань, Цзиньду сдержанно улыбнулся:
— Спасибо, больше ничего не нужно. С остальным я справлюсь сам, вы можете отдохнуть.
Цзи Чэнъи чиниться не стал.
— Отлично. Тогда не буду мешать, — кивнул он.
И развернулся, уйдя из кухни без единого колебания.
Линь Цзиньду: «...»
Съёмочная группа: «...»
http://bllate.org/book/20458/2130998
Готово:
