Готовый перевод The Wicked Princess Marries the Demonic Prince / Дикая принцесса и демонический принц: Глава 108

Фэн Цяньсюэ и Чу Цинъянь обменялись взглядом. Фэн Цяньсюэ с усилием подавила в себе бушевавший гнев. Сегодня она просто не верила, что не найдёт способа усмирить эту женщину.

Она тут же скрыла раздражение за улыбкой и, приподняв уголки губ, произнесла:

— Госпожа Сюэ, ваше мастерство в стрельбе из лука поистине поразительно. Вы даже превзошли самого главу министерства! Хотя, насколько помнит принцесса, достопочтенный министр вовсе не силён в этом искусстве. Говорят… будто пять лет назад его супруга изменила ему… Госпожа Сюэ, правда ли это?

Сюэ Цинчэн, стоявшая рядом, зловеще усмехнулась и мягко выступила вперёд:

— Отвечаю Вашему Высочеству: это правда.

— О, вот как! Теперь всё ясно. Неудивительно, что у госпожи Сюэ такое великолепное умение стрелять из лука. Принцесса, наконец, разрешила своё недоумение.

Фэн Цяньсюэ усмехнулась с явным подтекстом. Все присутствующие прекрасно поняли её намёк: она прямо обвиняла Сюэ Линлун в том, что та — дочь Хуа Люуу от внебрачной связи, то есть незаконнорождённая.

Гнев Сюэ Линлун вновь вспыхнул яростным пламенем. Она могла терпеть насмешки и оскорбления в свой адрес, но ни за что не допустит, чтобы оскорбляли её мать. Хотя Хуа Люуу была матерью прежней обладательницы этого тела, теперь, когда Сюэ Линлун заняла его, Хуа Люуу стала её настоящей матерью. Фэн Цяньсюэ осмелилась оскорбить её мать? Отлично. Пусть же принцесса наберётся храбрости, чтобы выдержать её гнев! Думает ли Фэн Цяньсюэ, что сама чиста, как снег?

Но даже если бы она и была чиста — с сегодняшнего дня Сюэ Линлун объявит её распутницей, и так оно и будет. Фэн Цяньсюэ больше не найдёт себе достойного жениха. Принцесса и не подозревала, что её сегодняшние насмешки не только доставят неприятности Сюэ Линлун, но и очень скоро дойдут до ушей Сюэ Тяньао, который немедленно потребует объяснений у Хуа Люуу. Однако одновременно с этим Фэн Цяньсюэ получит репутацию падшей женщины — и её имя будет звучать в одном ряду с именем Сюэ Линлун. В итоге принцесса, некогда желанная невеста для всех знатных домов, останется совсем без женихов.

Сюэ Линлун перевела взгляд на Сюэ Цинчэн. Отлично. Эта женщина дважды сегодня унизила её. Она непременно преподаст ей урок, который та не забудет.

Сюэ Цинчэн встретила её взгляд без страха. Сегодня здесь присутствовали принцесса и императрица, которые мечтали о смерти Сюэ Линлун. Ей, Сюэ Цинчэн, разумеется, не стоило враждовать с ними — напротив, следовало заручиться их поддержкой и избавиться от этой девицы, чтобы самой стать законнорождённой дочерью дома. Но Сюэ Цинчэн и не подозревала: если бы она сегодня выбрала другие слова, у неё ещё остался бы шанс. Однако, оскорбив Сюэ Линлун, она сама подписала себе приговор.

— Сестрица, ты и вправду моя добрая сестрица, — сказала Сюэ Линлун, глядя на Сюэ Цинчэн. Та и не знала, что месть уже началась. Её величайшей ошибкой стало то, что она осмелилась оскорбить мать Сюэ Линлун. «Хорошо же, — подумала Сюэ Линлун. — Посмотрим, кто на самом деле дитя внебрачной связи».

Сюэ Цинчэн почувствовала леденящий душу страх от этого пронзительного взгляда. Она понимала, что Сюэ Линлун что-то замышляет, но не могла представить, что именно. В глубине души она даже побаивалась этой женщины, но ненависть и зависть были сильнее страха. Ведь Сюэ Линлун явно уступала ей во всём, и всё же именно она — законнорождённая дочь дома главы министерства! Этот статус давил на неё, перекрывая все пути к блестящему будущему.

Девицы из знатных семей шептались и смеялись за спинами. Сюэ Линлун не обращала на них внимания. Она верила в невиновность Хуа Люуу. Пусть эти женщины смеются сколько угодно — даже если слухи дойдут до Сюэ Тяньао, достаточно будет капли крови для проверки родства и подтверждения, что она действительно его дочь.

Сюэ Линлун холодно усмехнулась:

— Надеюсь, Ваше Высочество действительно разрешили своё недоумение. Скажите, на этом праздник Дочерей завершён? Если да, позвольте мне удалиться.

Она прекрасно знала, что Фэн Цяньсюэ не отпустит её, но хотела прекратить сплетни о Хуа Люуу. Хотя Сюэ Тяньао и запретил слугам обсуждать этот вопрос, информация всё равно могла просочиться наружу — как, например, через Сюэ Цинчэн.

Сюэ Цинчэн, одетая в нежно-розовое, притворно ласково засмеялась:

— Сестрица только пришла, а уже хочет уйти? Её игра на цитре — истинное чудо! Хотя мы уже состязались в музыке, я прошу Ваше Высочество и Её Величество дать сестрице ещё один шанс продемонстрировать своё мастерство.

— Разумеется, дадим! Госпожа Сюэ — особа поистине необыкновенная, — с двусмысленной улыбкой ответила Фэн Цяньсюэ.

Сюэ Цинчэн сказала, что Сюэ Линлун «играет на цитре как никто другой», чтобы подчеркнуть обратное: на самом деле та вовсе не умеет играть. Принцесса с радостью воспользовалась этим, надеясь устроить Сюэ Линлун позор и наказать её за дерзость.

В это время девушка в пурпурном шелковом платье громко рассмеялась:

— Госпожа Сюэ и вправду необыкновенная особа! Необыкновенно то, что, потеряв девственность до свадьбы, она ещё осмеливается жить на свете! Такая, как она, должна была бы повеситься от стыда. На моём месте я бы давно свела счёты с жизнью, а не показывалась бы на людях. Сегодня вы здесь только благодаря милосердию Её Величества!

Это было откровенное оскорбление. Сюэ Линлун подняла глаза на говорившую. Та была одета в пурпурное, изящна и прекрасна, но…

Эта дочь генерала осмелилась насмехаться над ней? Думает ли она, что Сюэ Линлун — беззащитная жертва, которую можно топтать? И уж точно она выбрала не ту, с кем можно так поступать. К тому же, пока все смотрели на неё, Сюэ Линлун уже успела кое-что выяснить.

Она сделала пару шагов вперёд, уловила запах, исходивший от девушки, и окончательно убедилась в своей правоте.

— Госпожа Люй, — холодно сказала Сюэ Линлун, — почему бы вам самой не повеситься?

Прямой ответ ошеломил Люй Юй. Она была двоюродной сестрой Сюэ Цинчэн и выступала в её защиту. Её отец — генерал второго ранга, человек с немалыми заслугами. И вдруг эта девица так грубо ей ответила! Люй Юй нахмурилась, сердце её сжалось от тревоги: неужели Сюэ Линлун что-то знает? Нет, невозможно!

Но мелькнувшее в глазах Люй Юй смятение не укрылось от Сюэ Линлун. Та с ещё большей насмешкой смотрела на неё. «Люй Юй, ты думаешь, что твои дела скрыты ото всех? Ошибаешься. Перед тобой стоит целитель, известный как „Врач, равный Хуато“. Прежде чем судить других за чистоту, убедись сама, что ты чиста. А ты, оказывается, вовсе не девственница. Ты сама должна повеситься, как только что советовала мне!»

Люй Юй чувствовала себя всё более неловко под этим пристальным взглядом, но раз уж начала, то должна была довести дело до конца.

— Сюэ Линлун! Что ты сказала?! — крикнула она в ярости.

Сюэ Линлун лишь усилила насмешливую улыбку:

— Госпожа Люй, я сказала, что вам пора повеситься.

— Сюэ Линлун, ты…! — Люй Юй бросилась было к ней, чтобы дать пощёчину, но подруги удержали её.

Сюэ Линлун покачала головой. Эта женщина — просто безмозглая. Не выдерживает даже пары слов и уже готова драться. «Я думала, — сказала она с сожалением, — что госпожа Люй, так рьяно судящая других за честь, сама должна быть образцом чистоты. Но, похоже, вы прекрасно соответствуете своему имени — Люй».

Она нарочито протянула последнее слово. Все присутствующие поняли намёк: «Люй» звучит как «лиу» — «ветвь ивы», а в народе «ветвь ивы» означает «распутницу».

Люй Юй вспыхнула от гнева и стыда. Она готова была пронзить Сюэ Линлун взглядом. В глубине души она паниковала: ведь она и вправду уже не девственница. Но она мечтала выйти замуж за одного из принцев и стать наложницей, а то и женой! Ей никак нельзя было допустить, чтобы об этом узнали.

— Сюэ Линлун! Кого ты называешь распутницей?! — закричала она, готовая ринуться вперёд.

В отличие от неё, Сюэ Линлун оставалась совершенно спокойной и невозмутимой.

— Посмотрите, кто так разъярился, что готов убить меня, — с ледяной усмешкой сказала она. — Вот именно о ней я и говорю, госпожа Люй. Согласны?

Хотя она и не назвала прямо, эффект был сильнее любого прямого обвинения: только Люй Юй покраснела до корней волос и бросалась на Сюэ Линлун с яростью.

Все взгляды устремились на Люй Юй. «Неужели правда? Люй Юй уже не девственница?»

Люй Юй, вне себя от ярости, кричала:

— Сюэ Линлун! Хватит клеветать! Ты сама — позор семьи, и теперь хочешь оклеветать других! Я, Люй Юй, не такая бесстыдница, как ты! Если бы я потеряла девственность, я бы повесилась! Не стала бы позорить род!

Она говорила это, чтобы доказать свою чистоту, но лишь усугубила своё положение.

Девицы переводили взгляды с Люй Юй на Сюэ Линлун. Даже Сюэ Цинчэн с недоверием смотрела на свою кузину и хотела было заступиться, но, вспомнив, как Сюэ Линлун её унизила, тихо отступила назад. Сюэ Линлун заметила это и почувствовала жалость к Люй Юй: вот ради такой «сестры» она готова была рисковать?

«Дешёвая родня», — подумала Сюэ Линлун, глядя на остальных девиц, чьи глаза светились любопытством. Для них это было просто зрелище, повод для сплетен.

На самом деле Сюэ Линлун не хотела причинять вред женщинам. Жизнь и так трудна для них. Но разве эти женщины понимали, что «женщины не должны мучить женщин»? Сегодня она должна была показать всем: с ней не шутят. Она обязана быть доброй к себе, чтобы быть доброй к другим. Как целительница, она не могла спасать других, если сама оставалась беззащитной. Иногда помощь и кара идут рука об руку.

Девицы радовались происходящему. Сначала одна из них, Му Цин, испугалась до того, что обмочилась, а теперь ещё и Люй Юй оказалась нечистой. Праздник Дочерей в этом году обещал быть особенно интересным! Все ждали новых сенсаций.

Сюэ Линлун искренне вздохнула. Если бы Люй Юй сейчас замолчала, она бы сама помогла ей оправдаться перед всеми — ведь в древности честь женщины ценилась выше жизни. Хотя Сюэ Линлун и не была святой, она не хотела губить невинных. «Не тронь меня — и я не трону тебя. Тронешь — отвечай!» — таков был её принцип. Она дала Люй Юй шанс, но та сама его упустила. Значит, Сюэ Линлун не оставит ей ни единого шанса на спасение.

http://bllate.org/book/2025/232790