Жун Чэнь, отпив из бокала, искоса заметил это движение партнера, но вида не подал.
Зазвучала живая музыка — пианист у края сцены виртуозно коснулся клавиш, настраивая гостей на нужный лад. Разговоры в зале постепенно поутихли: официальная часть вечера вступала в свои права.
В салон вошел старейшина Ян. Под руку он вел молодую очаровательную девушку. Высокая прическа открывала изящную шею, черное вечернее платье с открытой спиной подчеркивало хрупкую фигуру. Она держалась с безупречным достоинством, озаряя присутствующих мягкой, приветливой улыбкой.
Представив спутницу собравшимся, хозяин вечера объявил, что это его внучка — Ян Цюнъинь, которая лишь недавно вернулась в Китай после долгих лет учебы за границей. Те, кто помнил ее еще ребенком, с удивлением перешептывались: угловатая девочка превратилась в настоящую красавицу. В высшем обществе Цюнъинь слыла главной драгоценностью семьи Ян. Мать девочки рано ушла из жизни, и дедушка Ян, давший внучке фамилию покойной дочери, души в ней не чаял, окружая безграничной заботой и любовью.
Пока Ян Чуньюй обходил гостей, представляя внучку старым знакомым, Миньюй безучастно наблюдал за происходящим со стороны. Однако вскоре прямо перед ним раздался чистый, мелодичный голосок, в котором сквозило искреннее изумление:
— Ой! Это вы!
Жун Чэнь, до этого лениво склонивший голову к плечу Миньюя, медленно поднял взгляд.
Перед ними стояла запыхавшаяся Ян Цюнъинь. Ее хорошенькое личико расплылось в радостной улыбке.
— Какое совпадение!
Миньюй недоуменно оглядел девушку. Лицо казалось смутно знакомым, но память упорно отказывалась выдавать имя, поэтому он помедлил с ответом.
— Вы меня не помните? — разочарованно протянула она, заметив его замешательство. — Ну как же, это ведь я! Тот вечер у входа в бар... Вы тогда так выручили меня.
В голове Миньюя наконец щелкнуло.
— А, вспомнил.
— В прошлый раз я даже не успела спросить, как вас зовут. Как здорово, что мы сегодня встретились!
— Цзи Миньюй, — внезапно вмешался Жун Чэнь. Он вальяжно, точно пьяный, склонил голову на плечо Миньюя и в упор, не мигая, уставился на девушку. — Его зовут Цзи Миньюй.
Ян Цюнъинь растерялась. Она, разумеется, знала, кто такой Жун Чэнь — его репутация в деловых кругах внушала трепет, — но лично они никогда не пересекались, да и желания такого у нее не возникало.
Лу Чжиин, мгновенно уловив повисшее в воздухе напряжение, перевел взгляд с Цюнъинь на эту странную парочку и поспешно вклинился между ними с дежурной улыбкой:
— Сяо Инь, сколько лет, сколько зим!
К слову, Чжиин не врал Миньюю насчет родственных связей — они действительно приходились друг другу дальними родственниками и в детстве частенько виделись.
Ян Цюнъинь, все еще не оправившись от тяжелого взгляда Жун Чэня, вяло повернулась к Лу Чжиину и выдавила сухое:
— А, привет.
Заметив заминку с другого конца зала, старейшина Ян едва заметно кивнул своему помощнику, безмолвно приказывая увести внучку. К девушке тут же подошли и вежливо попросили вернуться к дедушке.
Цокая каблуками, Цюнъинь вернулась к Ян Чуньюю и, обняв его за плечо, не удержалась — обернулась назад. И снова натолкнулась на пронзительный, леденящий взгляд Жун Чэня.
— Ты знакома с Цзи Миньюем? — негромко спросил старик, выводя ее из оцепенения.
— Он как-то раз очень мне помог, но его имя я узнала только сейчас. Дедушка, а ты откуда его знаешь?
Цюнъинь искренне удивилась. На этот прием съехались сотни именитых гостей, но ее дед помнил поименно лишь единиц.
— Это тот самый потерянный сын твоего дяди Цзи, о котором я тебе рассказывал. Помнишь?
— Ах, так это он...
Девушка припомнила недавние скандальные заголовки о группе Чжэнъюй и покушении.
— Должно быть, ему пришлось несладко.
— Несладко или нет — не твоя забота, — сухо оборвал ее Ян Чуньюй. Он бросил мимолетный взгляд на Миньюя и закрыл тему.
Лу Чжиин, почуяв неладное, предпочел тихо испариться. Другие гости тоже держались на почтительном расстоянии, так что вскоре Миньюй и Жун Чэнь снова остались наедине.
Жун Чэнь небрежно выпрямился и с напускным безразличием поинтересовался:
— Спас красавицу из беды? И когда же это случилось?
— Да так, недавно. Мимо проходил, — отмахнулся Миньюй, совершенно не придавая этому значения.
Жун Чэнь лишь тихо хмыкнул, качнув головой, и осушил свой бокал.
— Возможно, ты не в курсе, но Ян Цюнъинь помолвлена еще с детских лет.
— Вот как?
«Помолвка с колыбели?» — пронеслось в голове Миньюя.
В прессе об этом не было ни слова — то ли соглашение давно аннулировали, то ли хранили в строжайшей тайне. Но зачем Жун Чэнь завел об этом разговор?
Будто прочитав его мысли, Жун Чэнь склонился к самому его уху и выдохнул едва слышно:
— А ее жених — наследник семьи Цзи.
http://bllate.org/book/20118/2003925
Готово:
