Выпрямившись, Лю Чжиян провёл языком по пылающей изнутри щеке. Схватив девчонку за волосы, он сдёрнул её с пола и бросил сухой, ледяной взгляд на Босса Яня:
— Босс, я уведу её к себе.
Янь лишь снисходительно хмыкнул, давая добро.
Едва дверь за ними закрылась, Чэнь Сун перевёл взгляд на молчавшего доселе Гань Чуаня:
— Замдиректора Гань, и ты вот так это спустишь?
Гань Чуань оскалился в ленивой ухмылке:
— Что, Чэнь, завидно стало? Не довелось ещё неоперённых попробовать?
Чэнь Сун поднял бокал, сощурившись:
— А с чего ты решил, будто я завидую ему, а не девчонке? Если на то пошло, с парнями я и вправду не пробовал. А такого мальчишку, как Лю Чжиян, во всей Муяме днём с огнём не сыщешь. Замдиректора Гань, не хочешь поделиться, дать снять пробу?
Улыбка на лице Гань Чуаня медленно угасла. Он подался вперёд, упёршись локтями в колени, и въелся взглядом в Чэнь Суна. Тяжёлые, чуть нависшие веки придавали его лицу волчий, хищный оскал.
Босс Янь, чуя закипающую вражду, поспешил вмешаться:
— Раз уж заговорили о том, как делиться, перейдём к делу. Я стар стал, за всем не уследишь, так что хочу распихать пару лакомых кусков между вами.
Отослав девиц, старик выложил на стол папку с бумагами.
***
Лю Чжиян тащил девушку за волосы всю дорогу и отпустил только в своей каюте. Бедняжка тут же сжалась в угол на краю койки.
Задёрнув плотные шторы, Чжиян налил ей стакан воды, присел на стул напротив и спросил уже совершенно иным, мягким тоном:
— Как ты сюда попала?
Девчонка застыла, уставившись в пол, всё ещё не в силах опомниться от страха.
Чжиян перешёл на чистый китайский:
— Как ты здесь оказалась?
Звук родной речи будто вывел её из оцепенения. Она медленно подняла заплаканные глаза и еле слышно пролепетала:
— Ме-меня... обманули.
— Не бойся, — ровно проговорил Чжиян. — Расскажи всё с самого начала. С того момента, как приехала в Муяму, и до сегодняшнего дня.
Поддавшись его спокойной уверенности, девушка судорожно сжала стакан:
— Я приехала отдыхать... с друзьями, нас было четверо. Первые дни всё было хорошо, тихо, безопасно — совсем не так страшно, как пишут в интернете. Пока мы не... — Она всхлипнула. — Пока мы не заселились в отель «Ваньхао» возле Сянлиня. Двух наших парней официант заманил в казино. В первый же день они выиграли тридцать тысяч — отбили все расходы на поездку! На следующий день мы пошли вместе. То выигрывали, то проигрывали... А на третий не удержались и снова спустились туда. И спустили все тридцать тысяч до чистой копейки...
Она зашлась в слезах.
— Если бы... если бы мы тогда остановились...
— Вас нашли агенты казино, верно? — мягко перебил Чжиян.
Девушка кивнула:
— Это была девушка. С виду такая приятная, отзывчивая... Сказала, что тоже из Китая, что сама пару дней назад всё продула, а потом взяла фишки в долг у заведения, отыгралась и ещё сто тысяч сверху подняла. Я уже тогда чуяла неладное, но она предложила оформить заём на своё имя: мол, выиграем, а казино отдадим всего девяносто процентов. Мы будто с ума сошли... Так хотелось вернуть своё! Пошли за ней, одолжили денег, а в итоге...
Слова утонули в рыданиях.
Чжиян протянул ей пачку бумажных салфеток:
— Что с остальными тремя?
— Один... у одного парнишки семья богатая, они сейчас из дома перевод собирают. Про второго не знаю, у его родителей таких денег отродясь не было. А девочка... Нас всех запер администратор казино. Меня чем-то опоили... Очнулась уже на корабле. Что с ней — без понятия...
— Как тебя зовут?
Только она открыла рот, как в кармане Чжияна завибрировал телефон.
На экране высветился стандартный спам с предложением купить недвижимость. Чжиян велел девушке отдыхать и вышел.
***
На палубе гулял ледяной морской ветер. Чжиян поведя плечами, порываясь запахнуть куртку, и лишь тут вспомнил, что отдал её бойцу А-Лю.
Он вгляделся в ночную гладь, освещённую полной луной. Где сейчас А-Лю? Вышел ли из территориальных вод Муямы? Повезло ли ему встретить спасательное судно в нейтральных водах?
Из нижних кают доносилась яростная ругань, но хорошая звукоизоляция глушила слова, оставляя лишь глухой гул.
Оглядевшись и убедившись, что палуба пуста, Чжиян достал телефон, извлёк из потайного кармана на груди вторую сим-карту и ловко поменял их местами.
Тут же пришло сообщение с китайского IP-адреса:
«Отель „Ваньхао“. Четверо: двое парней, две девушки. Имена: Ван Синь, Шэнь Цзяжуй, Гао Фэн, Цуй Цзыхань. Выводить через тропу в лесу Гаолигун».
Помяни черта.
Заучив имена наизусть, Чжиян вытащил секретную карту, спрятал её обратно в подкладку и вернул рабочую симку.
Через причалы Третьего района их не вытащить — четверо пленников слишком бросаются в глаза, засыплются на первом же чекпоинте. Остаётся только тайная тропа через лес Гаолигун. Но там всё кишит армейскими патрулями Губернатора, просто так не проскочишь.
Чжиян насупился: сперва нужно отыскать остальных троих.
— Милый, ты чего тут один скучаешь? — раздалось за спиной. Гань Чуань поднялся на палубу неслышно, словно тень.
— Да так, — Чжиян обернулся. — Решил проветриться.
Гань Чуань подошёл ближе, ядовито прошипев:
— И чего лицо такое мрачное, а, дорогой? Маленькая красавица не пришлась по вкусу?
Чжиян прекрасно понимал, что тот просто исходит ревностью, и не сдержал лёгкой ухмылки.
— Опять ты за своё! Я с тобой о деле, а ты лыбишься! — наигранно возмутился Гань Чуань, хотя уголки его глаз уже потеплели от этой ухмылки.
Впрочем, улыбка Чжияна растаяла так же быстро, как появилась, уступив место привычной ледяной маске:
— Я слышал, вы там цапались. К чему пришли?
Гань Чуань перевалился через поручень, глядя на бескрайнее чёрное море:
— Знаешь ведь, что у старика есть сапфировый рудник?
— «Хунпинь», в Сянлине. Слыхал, он последние годы приносит одни убытки.
— Угу, — буркнул Гань Чуань. — И старик решил спихнуть его мне.
Чжиян осекся. Рудник «Хунпинь» — гиблое дело, горячая картофелина. Есть там ещё самоцветы или нет — бабка надвое сказала, а если закрыть шахту, тысяча голодных ртов, что кормятся от неё, поднимет кровавый бунт. К тому же формально рудник принадлежит Боссу Яню, а заправлял им Тай Цзинь. Сменишь хозяина — и конфликт интересов неизбежен. Передать такую обузу Гань Чуаню прямо сейчас — чистой воды подстава.
— А Чэнь Суну что досталось?
— Этому ублюдку повезло больше. Ему отдали отельный бизнес на востоке Сянлиня. Включая «Ваньхао».
«Ваньхао». У Чжияна упало сердце. Теперь вытащить ребят будет в разы сложнее.
Докурив сигарету, Гань Чуань щелчком отправил окурок в волны и окинул Чжияна оценивающим взглядом:
— Милый, а куртка твоя где?
— В машине оставил, — без единого колебания соврал Чжиян.
Гань Чуань зацепил пальцем подтяжку его рубашки, слегка оттянул и спустил с лёгким щелчком:
— А я уж грешным делом подумал, ты решил меня соблазнить.
Чжиян прижал руку к ужаленному месту на груди. Гань Чуань игриво вскинул бровь.
— Ты можешь думать о чём-нибудь кроме этого? — процедил Чжиян.
В следующую секунду Гань Чуань сгрёл его за тонкую талию, скользнув ладонью ниже:
— А если не хочу?
Чжиян резко отпихнул его руку. Но Гань Чуань и не думал отступать — прильнув к самому уху, он прошептал горячим шепотом:
— Мы ведь ещё ни разу не пробовали на корабле, милый... Говорят, на волнах качает так, что входит гораздо глубже.
Чжиян оттолкнул его и шагнул к трапу, ведущему в нижние каюты.
Довольный произведённым эффектом, Гань Чуань расплылся в улыбке:
— Ну давай же, милый! Подожди...
Вдруг его ухмылка мгновенно застыла. Уши Гань Чуаня чуть дёрнулись.
Чжиян тоже что-то уловил и резко повернулся к нему.
От дурашливости Гань Чуаня не осталось и следа — в лунном свете его взгляд стал острым и опасным, как лезвие.
— Кто-то за бортом, — едва слышно проронил он.
Уловив ещё какой-то звук, он схватил Чжияна за руку и потащил к левому борту.
Едва они сбежали на левую палубу, как в дальнем конце коридора мелькнула тёмная тень. Гань Чуань без колебаний рванул в погоню.
Чжиян же бросился к борту, судорожно всматриваясь в тёмную воду. Вдруг он заметил среди пены всплеск. Присмотрелся — Босс Янь!
Волосы на затылке встали дыбом.
Старика сбросили в море!
Размышлять было некогда: главное, что это сделал не Гань Чуань, а значит, можно поднимать шум.
Собравшись с духом, Чжиян рявкнул во всё горло:
— Человек за бортом! Босс Янь в воде!
Этот крик сработал получше любой сирены. С обоих бортов сбежалась охрана. Сначала среди шестёрок поднялась паника, но Чжиян быстро взял управление на себя: под его чёткими командами парни наскоро обвязались верёвками и сиганули в море, выгребая в сторону тонущего босса.
Из кают высыпали остальные гости, охая и наперебой обсуждая случившееся.
Последним прибежал Чэнь Сун. На его лице читался дикий шок. В сопровождении подручных он подскочил к борту, увидел удаляющиеся всплески на воде и, схватив одного из подчинённых за грудки, ошалело заорал:
— Разворачивай посудину!! Разворачивай, сука!
— Да мы... мы уже даём полный назад! — заикаясь, отчитался тот.
Махине вроде этой требовалось немало времени, чтобы погасить ход и развернуться. Видя, что круги на воде вот-вот исчезнут, Чэнь Сун сжал зубы, ухватил канат и без раздумий махнул с кормы прямо в ледяную пучину.
Палуба ахнула.
В этот момент кто-то тяжёлой ладонью сжал плечо Чжияна. В нос ударил знакомый лёгкий аромат парфюма Гань Чуаня, и тот тихо шепнул прямо на ухо:
— Пленник у меня в каюте. Зажми его как следует и выбей всё, что он знает.
Чжиян коротко кивнул и, юркнув прочь от бортовой толкотни, направился в каюты нижнего яруса.
А Гань Чуань, выждав секунду, сам рывком перемахнул через ограждение и ласточкой ушёл в море.
Старика Яня уже не спасти — это факт. Но сыграть спектакль они обязаны безупречно.
***
В каюте Гань Чуаня.
В центре комнаты на стуле восседал крепко связанный мужчина-муямец. Лицо его превратилось в сплошной синяк, из рассечённого глаза сочилась кровь, а в рот был забит плотный кляп из ветоши.
Войдя, Лю Чжиян первым делом включил диктофон на телефоне. Затем шагнул вперёд и без лишних слов заехал пленнику в челюсть, отчего тот вместе со стулом грохнулся набок. Лишь после этого Чжиян присел на корточки и, сорвав мужчину за грудки, прошипел:
— Я сейчас вытащу тряпку. Дёрнешься или пикнешь — прибью на месте. Понял?
Глядя в эти холодные, как арктический лёд, глаза, пленник сглотнул и испуганно закивал.
Чжиян выдернул кляп. Мужчина закашлялся, но кричать действительно не стал.
Сверля его сверху вниз ледяным взглядом, Чжиян спросил:
— Чэнь Сун подослал?
Мужчина, коверкая слова на ломаном муямском, нагло ухмыльнулся:
— Считай, что так.
Чжиян прищурился.
Чутьё подсказывало: этот тип — не человек Чэнь Суна.
Но кто ещё на этом корабле, кроме Чэнь Суна и Гань Чуаня, мог желать смерти Боссу Яню?
Чжиян снова въелся взглядом в пленника.
В его глазах не было бандитской жестокости — не профессиональный киллер. Зато сложен крепко, и действовал на редкость решительно. Будь он из банды Чэнь Суна, они с Гань Чуанем давным-давно вычислили бы его.
Повинуясь внезапной догадке, Чжиян отпихнул ногой ствол упавшего стула, опять опустился на корточки и взял мужчину за руку, разглядывая пальцы.
На указательном и среднем пальцах явственно выделялись застарелые мозоли — верный признак того, что человек годами не выпускает из рук оружие.
Чжиян поднялся во весь рост:
— Ты полицейский.
Каким бы диким ни казался хаос Муямы, она оставалась суверенным государством, где имелась своя полиция. Правда, местная полиция плясала исключительно под дудку олигархов и региональных губернаторов, а обычных граждан лишь вбивала в грязь.
Мужчина ничего не ответил, но метнувшийся в сторону панический взгляд выдал его с головой.
Да и выглядел этот так называемый коп заметно моложе самого Чжияна — дерзкий, неотёсанный, с гонором первогодка.
— Из какого ты участка? Как пробрался на борт? Зачем кокнул старика Яня? И та баба перед отплытием — она с тобой заодно? — отрывисто чеканил Чжиян.
Пленник на мгновение задумался, а затем проворчал:
— Я должен видеть одного человека. Скажу всё только ему.
— Кому?
— Лю Чжияну.
Тишина повисла тяжёлым грузом. Чжиян насупился.
— Ну, правой руке Гань Чуаня! — пояснил задержанный. — Ты же не скажешь, что не знаешь его?
Выждав паузу, Чжиян поднял стул, рывком усадил на него парня и, видя, что его налившиеся свинцом пальцы совсем посинели, разрезал путы на запястьях:
— Я — Лю Чжиян.
Парень расправил воротник и сочувственно хмыкнул:
— За дурака меня держишь?
Чжиян перешёл на безупречный китайский язык:
— Я Лю Чжиян.
Мужчина осёкся, глаза его округлились:
— Ты... ты правда Лю Чжиян?!
— Выкладывай, — отрезал Чжиян.
Парень огляделся по сторонам и вдруг оживился. Он ещё раз потянул воротник и прошептал:
— Вот уж воистину: искал везде, а нашёл под носом! Господин Лю, я прибыл от шерифа Му. Он хочет предложить вам сотрудничество.
— Я слышал это сотни раз и каждый раз отказывал, — чеканил Чжиян. — Наша компания работает строго в рамках закона, мне не о чем с вами сотрудничать.
— Раньше — это раньше, а сейчас — совсем другое дело! — Парень подался вперёд и заговорщически подмигнул. — Господин Лю... ведь вы тоже офицер полиции, верно?
http://bllate.org/book/20071/1990798
Готово:
