Глава 26. Словесная перепалка
Дора обольстительно улыбнулась:
— Дамы и господа, добрый вечер!
Это появление произошло без малейшего предупреждения, потряся всех присутствующих.
Выражение милосердия на лице Аро мгновенно испарилось, сменившись сосредоточенностью и бдительностью.
Движение Деметрия резко оборвалось. Он ошеломленно смотрел на Дору, слегка подрагивая от страха перед возможной потерей сокровища.
Деметрий просто не верил своим глазам: Алек и четверо остальных не только не смогли усмирить Дору или выиграть хоть немного времени, но оказались побеждены за столь короткий срок!
— Сия! — она не повышала голос, но даже этот мягкий оклик словно пронзил плотную пелену ночи, пробившись сквозь бесконечную тьму и хаос в сердце девушки.
Пустые и безжизненные глаза Сии под воздействием этого зова словно качнулись от прикосновения какой-то таинственной силы.
Постепенно в глубине ее глаз затеплился слабый огонек — словно далекая-далекая звезда в ночном небе, тусклая, но упрямая.
С появлением этого света выражение лица Сии ожило: в нем читалась борьба существа, пробуждающегося ото сна, но все еще бродящего на грани между мечтой и реальностью.
Лучик звездного света мерцал в ее пустом и темном мире; хоть он и был мал, но горел невероятно ярко, ведя за собой, даруя направление и надежду.
Сия невольно последовала за этим зовом света, медленно, шаг за шагом пробиваясь сквозь глубокую тьму навстречу сиянию и возвращению рассудка.
Лицо Деметрия вновь исказилось от напряжения и тревоги, но его оцепенелое тело ничем не могло помочь.
— Алек! — взревела Джейн. Увидев, что Алека держат под стражей, она вышла из себя и подалась вперед. — Да как ты смеешь!
Движение Джейн было остановлено угрозой смерти, и ее полный ужаса взгляд невольно обратился к Доре.
На ладони Доры тихонько заплясал мягкий, но яркий огонек — безмолвное предупреждение, полное смертоносной опасности.
В этот момент все вокруг словно застыло, внимание каждого было приковано к столь неожиданной перемене, а Сия тем временем продолжала свой путь из тьмы к свету среди этого сияния и тепла.
Аро легко взмахнул рукавом, прерывая угрозу, готовую сорваться с губ Джейн.
Сложив руки на груди, он заговорил певучим, прекрасным, подобным музыке небес голосом, который разнесся вокруг:
— О, дорогая Дора, наконец-то мы встретились, для меня это величайшая честь.
Дора проигнорировала его приветствие и лишь нежно провела рукой по белой, как снег, но ледяной щеке Алека, глядя на него с восхищением и сожалением:
— Драгоценный камень на вершине короны, ослепительный и яркий — любое малейшее повреждение способно причинить невыносимую боль и глубочайшее сожаление.
— Прекрасна, как нежный цветок, но вся усыпана острыми шипами — к такой одновременно тянет и страшно подходить.
Аро без промедления парировал выпад, слегка приподняв брови и ничуть не испугавшись угроз Доры, оставшись совершенно непоколебим.
Стоявшая рядом с ним Джейн выглядела встревоженной, но не смела действовать опрометчиво — она лишь сверлила яростным и напряженным взглядом прыгающее в руке Доры пламя.
Словно не замечая этого, Дора с прежним хладнокровием медленно перевела огонь ближе к лицу Алека. Ее голос звучал мягко и низко, но от него веяло непреклонным холодом:
— Лишь оказавшись на самом краю пропасти, проливаешь горькие слезы раскаяния, но падать уже слишком поздно.
Пламя безжалостно пожирало край воротника, ткань издавала едва слышный жалобный писк, а в воздухе начал медленно распространяться тонкий запах гари.
Стоявшие поодаль стражники, потрясенные и разгневанные дерзостью и жестокими методами Доры, приготовились к бою, намереваясь преподать дерзкой нарушительнице суровый урок.
Лицо Аро вмиг посинело. Отбросив все притворства, он исторг из себя пугающую, леденящую кровь ауру убийственного намерения:
— В этом мире никто не смеет угрожать Вольтури.
— Истиной являются лишь принципы, построенные на силе и разуме, — слегка приподняв уголки глаз, с невозмутимым видом изложила извечную истину Дора.
— В узком проходе побеждает сильнейший!
Она стояла так непринужденно, словно никакие внешние бури не могли поколебать ее веру.
Хотя внешне Дора выглядела полной уверенности в себе, все ее мышцы были натянуты как струна, а дар, словно море перед бурей, замер вокруг ее тела, готовый сорваться с цепи в любой момент.
Она подозревала, что здесь кроется какая-то неведомая ловушка: способности бывают самыми причудливыми, и всегда найдутся скрытые, трудно отразимые уловки.
Во время многолетних противостояний в прошлом мире случалось даже встречать особые артефакты, полностью блокирующие применение дара.
К тому же, тот сереброволосый Кайус так и не появился. Его здесь не было вовсе или он где-то затаился в засаде?
— Быть может, ты сама обменяешь сокровище? — Аро развел руки в стороны, приняв вид человека, который сдался и готов к сотрудничеству.
Деметрий перепугался до смерти. Он просто не верил ушам: как можно так легко отпустить свою собственную певицу?
Он умоляюще посмотрел на господина, но тот послал ему столь холодный предостерегающий взгляд, что стражник мгновенно пришел в себя.
Будучи одним из старейших телохранителей Вольтури, он лучше кого-либо понимал, что приказы главы не подлежат сомнению — ему оставалось лишь довериться суждению предводителя.
Скрепя сердце и переполненный жгучей обидой на наглость госпожи Доры, он отступил в сторону, не смея, однако, питать злых умыслов или проявлять неуважение из-за предупреждения великого Кайуса.
Он прекрасно осознавал, что по сравнению с Сией важность самой Доры не вызывает сомнений.
Лорд Аро лично прибыл сюда именно ради того, чтобы помочь лорду Кайусу заполучить певицу и прибрать к рукам эту сильную и драгоценную будущую соратницу.
Рассудок Сии постепенно возвращался к ней, однако тени гипнотических чар все еще висели над ней тяжелым грузом, заставляя идти спотыкаясь, словно каждый шаг приходилось делать по пустоте.
Как раз в тот момент, когда она потеряла равновесие и уже начала заваливаться, сердце Доры сжалось от тревоги, и ее тело инстинктивно бросилось вперед, стремясь предотвратить неминуемое падение.
Однако в этот самый миг смертельной опасности Дора уловила на губах Аро едва заметную, глубокую улыбку — точно охотник, поджидающий дичь в сетях и переполненный уверенностью в скорой победе.
В голове Доры зазвучали тревожные звонки, а мысли закрутились со скоростью молнии.
Внезапно она резко затормозила, мгновенно сменив направление усилий ног, и ее тело взметнулось назад чередой стремительных сальто, вычерчивая в воздухе изящные дуги, точно грациозная танцовщица.
Еще не коснувшись земли, Дора без малейших колебаний выпустила свой дар в определенную точку впереди, проверяя собственную догадку.
И действительно — вся атака ушла в песок, не вызвав ни звука, ни единой ряби.
Заметив это, Аро на миг опечалился, но тут же сменил сожаление на искреннее восхищение сообразительностью и способностями Доры.
Он прекрасно понимал, что при столкновении со столь изворотливым противником каждое противостояние станет предельной проверкой ума и воли.
Едва носки туфель Доры коснулись земли, как сзади, неотступно следуя за ней по пятам, обрушилась свирепая атака.
Положившись на острое чутье и молниеносную реакцию, она почти инстинктивно выполнила эффектный защитный маневр корпусом назад, разминувшись со смертельным ударом буквально на волосок.
Поднятая атакой мощная волна воздуха с пронзительным свистом пронеслась мимо, не только растрепав ее длинные волосы, но и едва не разрезав щеку — несколько оборванных прядей тут же унесло ветром.
В воздухе повисло едва уловимое ощущение жгучего напряжения и опасности.
http://bllate.org/book/20046/1980905
Готово: