Готовый перевод The Female Supporting Character is a CP Fan / Злодейка-фуданка: Я шипперю главных героев!: Глава 21

Юй Цинь бросила взгляд на стоявшую рядом Хун И, немного подумала и произнесла:

— Тогда попроси евнуха немного подождать, я пойду приведу в порядок платье.

Вернувшись во внутренние покои и поправив наряд и макияж, она спросила Хун И:

— Кто живёт во дворце Фумянь? Удалось что-нибудь узнать?

Должности нескольких второстепенных персонажей женского пола и расположение их дворцов она выяснила ещё в первоначальном сюжете, но о дворце Фумянь у неё совершенно не было никаких воспоминаний.

Всё произошло слишком внезапно, и она была абсолютно сбита с толку.

Хун И нахмурилась, размышляя, и покачала головой:

— Без понятия.

— Ладно, пошли, — Юй Цинь поднялась на ноги. — На месте разберемся.

Обе девушки вышли вслед за евнухом из зоны задних покоев, где проживали наложницы, и Хун И слегка дёрнула Юй Цинь за рукав.

Юй Цинь бросила на неё успокаивающий взгляд.

Хотя она и пребывала в растерянности, паниковать это ей не мешало.

Ей просто казалось, что она упустила какой-то ключевой момент.

Только вот вспомнить никак не получалось.

Добравшись до дворца Фумянь, евнух велел доложить о прибытии, а затем с улыбкой склонился перед Юй Цинь:

— Благородная дама Юй, входите скорее, юный князь вас уже ждёт.

Юный князь?

Юный?

Юй Цинь замерла.

Как там звали главного героя, которого Цю Лу упоминала в тот день, когда они все вместе обедали?

Юнь...

Юнь Сяомо?

Разве Юнь — это не фамилия императорского рода?

— Сестричка Сяо Цин!

Лица ещё толком не было видно, а голос уже долетел до них. Следом за криком Юнь Пинъань вихрем помчался к ней.

Его личико, как и прежде, было красивым и изящным, а большие круглые глаза ярко блестели.

Разница заключалась лишь в том, что теперь за спиной Юнь Пинъаня толпой следовала целая группа людей, которые, завидев Юй Цинь, почтительно склонили головы в поклоне.

Заметив, что Юй Цинь смотрит на прислугу позади него, Юнь Пинъань повернулся и приказал:

— Вы больше не ходите за мной, все свободны!

— Но... — замялась пожилая матушка-нянька.

— Матушка Ляо, уводи остальных, — услышав знакомый голос, Юй Цинь повернула голову в ту сторону.

Мужчина был облачен в парчовый халат цвета лунного света. Его фигура приближалась из дали, сдержанный и чистый темперамент напоминал бамбук, а выражение лица было спокойным и отрешённым.

Она на мгновение растерялась.

Юнь Пинъань взял её за руку. Она опустила голову на малыша, моргнула, перехватила его ладошку в ответ, присела на корточки, чуть приподняла подбородок и улыбнулась:

— Так это ты, юный князь.

Юнь Пинъань почесал в затылке:

— Я не специально не говорил сестричке Сяо Цин, просто в тот день я сбежал из дома.

Закончив говорить, юный князь снова в недоумении вытаращил большие глаза и спросил:

— Почему сестричка Сяо Цин вдруг стала наложницей моего старшего брата?

— Это... — Юй Цинь онемела. — Из-за смотра невест...

И вот тебя, прямо перед лицом объекта твоего тайного воздыхания, спрашивают: почему это ты вдруг стала чужой наложницей?

Юй Цинь: не спасайте меня, дайте мне умереть.

Раздался прохладный и чистый голос Юнь Ци:

— Пинъань, давай пообщаемся в помещении.

— Хорошо, — кивнул Юнь Пинъань и, потянув Юй Цинь за собой, направился в комнату. — Второй брат тоже здесь, я ведь приготовил столько вкусных сладостей!

Юй Цинь, опустив голову и глядя на носки собственных туфель, проскользнула мимо Юнь Ци, словно перепуганный перепел.

Когда они вошли, Юнь Аньпин, развалившись на кушетке с видом заправского господина, уплетал пирожные. Увидев Юй Цинь, он выпрямился и тут же завёл разговор:

— Почему ты не сказала, что идёшь во дворец в жёны к старшему брату? Ты хоть знаешь, что Пинъань места себе не находил, не получая от тебя вестей, и даже есть бросил?

— Дядя император отправлял людей расспросить в вашей усадьбе, и только тогда выяснилось, что ты давно во дворце. Из-за этого Пинъань целыми днями только и делал, что ждал новостей из Павильона Ста Вкусов!

— Второй брат! — Юнь Пинъань усадил Юй Цинь рядом с собой. — Дядя император сказал, что сестричка Сяо Цин не знала о нашем происхождении, поэтому и не сказала. Ведь так, сестричка Сяо Цин?

Юнь Аньпин громко возразил:

— С чего бы ей не знать? Да кто в царстве Юнь не знает, что фамилия Юнь — императорская? Пусть даже она не узнала нас в лицо, дядю-то императора она точно должна была знать! Она же водила нас за нос, называясь чужим именем, у неё явно недобрые замыслы!

Юй Цинь мысленно взвыла: помилуйте, да откуда мне было знать, что Юнь — это ваша императорская фамилия?! Если уж кого и винить, так это меня саму: попав сюда, я слишком расслабилась и не удосужилась как следует изучить устройство этой династии! Но главное — в той истории, которую я сама же и написала, чёрт побери, не было никаких двойняшек! С чего бы мне догадаться?!

Мысленно отругав всё на свете, Юй Цинь сохранила невозмутимое выражение лица, чтобы не выдать эмоций.

Юнь Ци неторопливо устроился на стуле напротив неё.

Юнь Пинъань повернулся к ней и в упор уставился на неё глазами, надеясь услышать объяснение.

Поразмыслив немного, она заговорила довольно искренним тоном:

— До того как я попала во дворец и познакомилась с вами, я действительно не знала, что фамилия Юнь — императорская.

— И понятия не имела, кто вы такие.

Она моргнула, на секунду умолкла и продолжила:

— Я никак не ожидала, что пройду отбор... Я думала, что после того дня у меня ещё выпадет возможность навестить Пинъаня, но потом пришёл императорский указ, и покидать поместье по своему желанию стало нельзя. Я рассудила так: раз уж после входа во дворец всё равно не представится шанса выйти наружу, то лучше не плодить лишних хлопот, поэтому и не стала передавать весточку в Павильон Ста Вкусов.

— Знай я о происхождении Пинъаня, у меня не было бы ни единой причины скрывать это от него.

— Что же до имени... Пинъань сам назвал меня сестричкой Сяо Цин, а Сяо Цин — это просто дружеское прозвище среди близких людей. К тому же, когда ваши люди провожали меня домой, они прекрасно знали, что это усадьба Юй, я ничего специально не утаивала. Разве это имеет такое уж большое значение?

Глядя в глаза Юнь Пинъаню, Юй Цинь совершенно искренне произнесла:

— Я поступала так, как подсказывали мне мои собственные соображения, и в итоге заставила тебя волноваться. Я приношу свои извинения, прости меня.

По правде говоря, в тот момент она действительно промолчала, посчитав это ненужным, просто никак не ожидала, что события примут столь фантастический оборот.

У главного героя откуда-то нарисовались два младших брата-близнеца.

Но ещё более пугающим было то, что она внезапно поймала себя на мысли: при всей своей абсурдности происходящее всё же подчинялось какой-то логике.

Поскольку она чётко помнила, что это вовсе не та история, которую она написала сама — как бы там ни переписал всё плагиатор, она заранее знала, что в этот роман внесены изменения, вот только вспомнить их не могла!

Юнь Аньпин демонстративно фыркнул, собираясь заявить: Какая жалкая отговорка, неужели ты думаешь, что мы в это поверим? — как вдруг родной младший брат звонким и чистым голосом прервал его: Ничего страшного, сестричка Сяо Цин, я тебе верю! Эти слова так ошеломили его, что голос застрял в горле.

Юй Цинь улыбнулась, и на её щеках проступили глубокие ямочки:

— Какой же ты у меня хороший, маленький Пинъань!

— Да вы... вы... — Юнь Аньпин недоверчиво посмотрел на эту парочку, затем перевёл взгляд на Юнь Ци, и на его лице проступило редкое выражение обиды: — Дядя император, вы только посмотрите на них...

Юнь Ци едва заметно, легко усмехнулся:

— Главное, чтобы Пинъань был доволен, какое тебе дело до остального?

— К тому же, неужели ты думаешь, что у неё были какие-то скрытые мотивы?

Юнь Аньпин остолбенел.

Юй Цинь тоже услышала их диалог и громко произнесла:

— Вот именно! Какие у меня могли быть мотивы? Я всего лишь слабая, жалостливая и беспомощная заблудшая овечка.

С этими словами она ещё и самым натуральным образом жалобно захныкала.

В комнате мгновенно воцарилась тишина.

Юй Цинь: о боже, кажется, я переигрываю.

Она с опозданием ощутила неловкость, а чей-то лёгкий смешок заставил её от смущения едва ли не поджать пальцы на ногах.

Смех Юнь Ци был необычайно тихим и прекратился так же мгновенно, но из-за абсолютной тишины в комнате его отчетливо услышали все присутствующие.

Весёлая девчонка, которой чужда романтика.

Юй Цинь с горьким чувством прикрыла глаза.

Хотя романтики тут изначально и не было, увы-увы.

http://bllate.org/book/19992/1971095