Когда Юй Цинь рухнула в воду, первой её мыслью было: ну и ну, до чего же у меня поганый язык.
Озеро оказалось неглубоким, при падении она даже коснулась рукой ила на дне. Плавать она умела, так что страха не испытала. Задержав дыхание, она выпрямилась — вода доходила ей как раз до груди. Вокруг поднялась суматоха, и Юй Цинь, видя, как все переполошились, поспешила успокоить окружающих:
— Ничего страшного! Не волнуйтесь! Продолжайте писать пожелания, со мной правда всё в порядке!
Когда она выбралась на берег, Цин И тут же накинула ей на плечи накидку и, всё ещё дрожа от испуга, запричитала:
— Госпожа, вы нас до смерти напугали! Раньше никогда ничего подобного не случалось, кто бы мог подумать, что в этот раз… — Она вдруг осеклась, словно что-то вспомнив, и легонько хлопнула Хун И по плечу. — Вот говорила же тебе: вечно ты ворчишь, а как только замолчала — сразу беда. В следующий раз… тьфу, никакого следующего раза! Госпожа, больше ни за что не лазайте по деревьям!
Фэн Линъюй, стоявшая рядом, сжала руку Юй Цинь. В её голосе промелькнула холодность, с которой она говорила при их первой встрече:
— Сяо Цин, больше так не делай.
Юй Цинь закивала, как заведённая:
— Хорошо-хорошо, больше не буду. Ладно, пойду переоденусь и приведу себя в порядок.
Фэн Линъюй кивнула. Заметив, что Хун И стоит поодаль с покрасневшими глазами, она помедлила и неловко добавила:
— Не переживай, с твоей госпожой всё хорошо.
Хун И взглянула на неё, затем перевела взгляд на удаляющуюся спину Юй Цинь, которую сопровождала Цин И. Закусив губу, она ничего не ответила и поспешила следом.
Летний зной сменился приятной прохладой после купания в озере. Когда Юй Цинь, переодевшись в сухое платье, вернулась, она увидела, что Цзин-пинь и Чжаои Цю о чём-то оживлённо беседуют с Фэн Линъюй, держа в руках красные ленточки.
Она с улыбкой понаблюдала за ними, а затем подошла ближе. Не успела она даже поприветствовать их, как Цю Лу схватила её за руку, сияя от восторга:
— О, благородная дама Юй, как вы до этого додумались? Это так здорово!
Юй Цинь улыбнулась:
— Мне довелось видеть нечто подобное, вот я и подумала, что нам стоит попробовать.
Цзин-пинь посмотрела на красные ленты, украшавшие дерево:
— Благородная дама Юй, позволите ли вы моим людям из дворца тоже прийти и загадать желание?
— И моим! И моим тоже! — подхватила Чжаои Цю, не отпуская руку Юй Цинь.
— Конечно, я буду только рада. — Юй Цинь посмотрела на Фэн Линъюй, взяла её за руку и обратилась к остальным: — Но, пожалуйста, пришлите кого-нибудь, кто умеет писать, чтобы они записывали пожелания на лентах. А то, если моя Сяо Юй продолжит писать, у неё совсем руки отсохнут.
Четверо девушек переглянулись и рассмеялись. Женская дружба — вещь удивительная: всего за один вечер их отношения стали куда ближе. Юй Цинь предложила остальным остаться на ужин во дворце Янъюэ, и все с радостью согласились.
На горизонте полыхали закатные облака, сумерки окутывали старое дерево, сплошь увешанное красными лентами. Подул ветерок, и переплетение ярко-алого с глубокой зеленью листвы приобрело почти священный, торжественный вид.
Юй Цинь попросила слуг, желавших загадать желание, прийти завтра, и, когда место опустело, приказала накрыть столы прямо под деревом. Ужин на свежем воздухе обещал быть чудесным.
Когда слуги расставили блюда, четверо девушек расселись вокруг стола. Чжаои Цю, чьё любопытство не знало границ, тут же спросила:
— Говорят, Сяо Юй, это та самая Жуй-пинь утром столкнула тебя в озеро?
Фэн Линъюй ответила:
— Она не то чтобы толкала, она хотела ударить меня. Сяо Цин попыталась её остановить, я не удержалась на ногах и упала.
— А почему она хотела тебя ударить? — уточнила Цю Лу.
Юй Цинь ответила:
— Кажется, Жуй-пинь не любит аромат мелиссы. А на мне как раз был мешочек с ней. Наверное, она увидела, что Сяо Юй хороша собой, и решила сорвать злость на ней.
— Ого, ну и старая карга, злая и страшная, — возмутилась Цю Лу.
Лю Юаньцзин поинтересовалась:
— А почему ты вдруг надела именно этот мешочек?
Юй Цинь взглянула на Фэн Линъюй:
— Его подарила дама Су. Она приходила к Сяо Юй вчера днём, я как раз была у неё.
Лю Юаньцзин промолчала, а Юй Цинь спросила:
— Когда утром император наказывал Жуй-пинь, я слышала, как она кричала ему, чтобы он кое-что не забыл. О чём речь? Ты не знаешь, Юаньцзин?
Цю Лу тут же вставила:
— Об этом я знаю! Жуй-пинь стала наложницей императора, потому что он случайно съел редкий ядовитый гриб. Она оказалась рядом и знала народное средство, которое спасло ему жизнь. Придворные лекари говорили, что если бы не она, император бы не выжил. Позже император спросил, чего она хочет, и она попросила взять её в жёны.
— Император велел ей подумать, сказал, что даст ей богатство и покой, но не сможет дать любви и привязанности. Она всё равно настояла на своём. Сначала была наложницей в покоях наследного принца, а когда он взошёл на престол, пожаловал ей титул Жуй-пинь.
Юй Цинь слушала, открыв рот. Она и представить не могла, что у персонажа, которого она придумала на ходу, окажется такая запутанная история.
Лю Юаньцзин добавила:
— Жуй-пинь считает, что раз она спасла императору жизнь, то ей всё дозволено, поэтому ведёт себя крайне высокомерно. Все во дворце её боятся.
Юй Цинь спросила:
— А как же Шу-фэй…
Лю Юаньцзин посмотрела на неё:
— Ты уже во дворце, почему же ничего не знаешь?
Юй Цинь про себя подумала: если бы я могла прописать историю каждого второстепенного персонажа, была бы я автором третьесортного чтива? Она натянула дежурную улыбку:
— Я просто люблю развлекаться…
Цю Лу рассмеялась:
— Ха-ха-ха! Мой отец вечно твердит, что я только и делаю, что развлекаюсь, но даже я знаю такие вещи! Видимо, ты любишь это дело ещё больше меня!
Юй Цинь промолчала — говорить ей не хотелось.
Лю Юаньцзин тоже прикрыла рот рукой, сдерживая смех:
— Говорят, покойный император, будучи пьяным, договорился с господином Ши о помолвке, когда нынешний император был ещё младенцем. Покойный император и покойная императрица были глубоко преданы друг другу, это был брак по любви. Императрица была против навязанного союза, но слово императора — закон. В итоге они пошли на компромисс: если к совершеннолетию император полюбит Шу-фэй, она станет главной супругой, если нет — останется побочной.
Цю Лу тихо добавила:
— Как мы все знаем, Шу-фэй стала побочной супругой.
Фэн Линъюй, до этого молчавшая, вдруг спросила:
— А какой он, император?
Юй Цинь загадочно улыбнулась. Лю Юаньцзин осталась невозмутимой и холодно произнесла:
— Я его не знаю.
Цю Лу воодушевлённо воскликнула:
— Давай я расскажу!
Она понизила голос и подалась вперёд:
— Императора зовут Юнь Сяомо. Он был рождён покойной императрицей, поэтому с рождения стал наследным принцем. Он вырос в атмосфере всеобщего поклонения, его статус был недосягаем. Знаете ли вы, что Сяо — это фамилия покойной императрицы?
Цю Лу скривила губы и продолжила:
— Мой отец говорит, что род Юнь всегда отличался глубокой привязанностью. Он советовал мне: если смогу завоевать любовь императора, то буду жить без забот, а если нет — чтобы даже не пыталась бороться за его внимание, потому что это лишь покроет меня позором и не принесёт никакой пользы.
Лю Юаньцзин кивнула и добавила серьёзным тоном:
— Это правда. После тяжёлых родов здоровье императрицы было подорвано, она слегла. После её смерти покойный император, не выдержав горя, тоже занемог и вскоре скончался… А ещё был предыдущий император: говорят, его любимая наложница погибла из-за дворцовых интриг, и он распустил гарем, а затем отрёкся от престола и отправился странствовать по свету.
http://bllate.org/book/19992/1971092
Готово:
