В то время как Юй Цюжань и Ао Цзинъи пребывали в состоянии противостояния, Чжань Чэньлан вернулся, ведя за собой небольшую группу альпак.
Юй Цюжань немедленно с надеждой спросила:
— Ну что, господин Чжань, всех собрали?
Чжань Чэньлан покачал головой.
Ситуация оставалась крайне сложной. Люди, которых он взял с собой, прочесали горы вдоль и поперек, но испуганные альпаки, заслышав человеческие голоса, забивались в самую глушь. Некоторые из них в панике перемахнули через горный хребет и оказались на территории старших классов. К счастью, он заранее связался со студсоветом и попросил выставить заслон, чтобы животные не помешали праздничному шествию.
Если так пойдет и дальше, разбежавшиеся альпаки будут бесцельно уходить всё дальше, и с каждой минутой найти их будет всё труднее. Единственной хорошей новостью было то, что Чжань Чэньлан расставил в лесу разработанные им миниатюрные разведывательные дроны, имитирующие животных. Они работали отлично, позволяя постепенно определять местоположение оставшихся особей.
Чжань Чэньлан нажал на фамильный герб у себя на груди. Раздался короткий писк, и перед троицей возник полупрозрачный виртуальный экран. Юй Цюжань присмотрелась: зеленые точки, обозначавшие людей, уже выстроились вдоль границы хребта, блокируя путь. Однако из-за огромной территории и малого числа людей риск того, что красные точки — альпаки — прорвут оцепление, оставался велик.
Ей пришлось признать, что предложение Ао Цзинъи, возможно, было лучшим выходом. Пусть это будет ее вклад в спасение репутации семьи Юй.
С видом мученика Юй Цюжань приняла из рук Ао Цзинъи его фамильный герб, включила функцию записи и с каменным лицом, едва слышно произнесла:
— Ме-е...
Чжань Чэньлан слегка вздрогнул, глядя на нее. Ао Цзинъи сдержал смешок, изо всех сил стараясь сохранить серьезное выражение лица, и похлопал ее по плечу:
— Господин Юй, вы подражаете как-то неправильно.
Юй Цюжань холодно смахнула его руку:
— Это мой предел, и это определенно сработает.
Заставить ее блеять, как альпаку? Никогда в жизни!
Услышав это, Ао Цзинъи не стал спорить, а просто выкрутил громкость на гербе на максимум.
Протяжное, чистое и холодное Ме-е Юй Цюжань мгновенно разнеслось по всему склону. Альпаки в загоне тут же синхронно повернули головы, помчались к той стороне, где стояла Юй Цюжань, и, столпившись у ограды, наперебой принялись сладко отзываться:
— И-и... И-и-и...
Да, на самом деле альпаки — те еще любители попищать!
Юй Цюжань с безразличным видом наблюдала, как Ао Цзинъи щелкнул пальцами. Его личный дворецкий вместе с персоналом словно из ниоткуда возникли перед троицей из Общества Дунман, поклонились и принялись споро собирать палатку у подножия горы. Розовый Домик персикового цветения вновь предстал во всей красе.
Ао Цзинъи, стоя у столика, собственноручно налил ей купленного персикового вина, достал из подарочного пакета маленькую коробочку и с предельной заботой произнес:
— Господин Юй, говорят, персиковое вино довольно сладкое, поэтому я специально заказал для вас в кондитерской лимонный кекс.
В сочетании с вином вкус будет еще лучше.
Юй Цюжань с крайне холодным выражением лица подошла, села и с яростью отрезала кусок кекса, запихнув его в рот.
Бесполезный господин Ао, как бы ты ни старался выслужиться, это не скроет того факта, что твое предложение стало для меня настоящим социальным самоубийством!
Герб Ао Цзинъи продолжал циклично воспроизводить запись. Юй Цюжань еще не успела проглотить кусок десерта, как увидела, что из леса выскочили несколько альпак, которые с писком помчались прямо к ней.
Студенты биологического факультета были в полном восторге. Изначально они недоумевали, чем занимаются господа из Общества Дунман, но теперь обернулись к Юй Цюжань с благоговением. Юй Цюжань слушала свое собственное Ме-е, разносящееся по округе, и видела их горящие глаза.
Нет, я совсем не хотела такого восхищения.
Из-за поднятого шума студенты, обожавшие следить за Обществом Дунман, потянулись на звук, собираясь всё плотнее. Они с изумлением наблюдали, как кураторы биологического факультета изо всех сил пытались догнать альпак, вызванных Юй Цюжань, и те, убегая, кружили вокруг ее Домика персикового цветения.
Одна маленькая альпака ловко увернулась от рук студентки, пытавшейся ее поймать, и пулей влетела к самому входу в палатку. Там ее за голову прижал Чжань Чэньлан — высокий, статный, с суровым лицом, охранявший вход. Альпака по-человечески нахмурилась, неуклюже попятилась и плюнула Чжань Чэньлану под ноги. Затем она попыталась повернуться к Юй Цюжань, сидевшей за столом, чтобы поластиться, но не успела издать и пары звуков, как была безжалостно схвачена и утащена в загон.
Благодаря Великому искусству призыва из леса выходило всё больше альпак. Все они без исключения пытались прорвать оцепление, чтобы пробраться в палатку и потереться о Юй Цюжань. Однако из-за того, что на входе стоял грозный господин Чжань, все эти воины-альпаки терпели поражение.
Дворецкий подвел лошадь Ао Цзинъи. Тот положил свой герб на край стола и жестом указал Чжань Чэньлану:
— А-Лан, оставайся здесь и присматривай за господином Юй. Не подпускай к нему животных, чтобы снова не началась аллергия.
Затем он оставил дворецкого помогать Юй Цюжань, а сам взял поводья. Горные тропы были слишком узкими для транспорта, поэтому верховая езда была самым быстрым способом передвижения. Он собирался взять собаку-пастуха и снова отправиться в горы, чтобы гнать животных с тыла в нужном направлении.
Чжань Чэньлан не возражал против такого плана. Он нажал на свой фамильный герб, и в небе раздался громкий крик орла. Двухметровый орел-робот спикировал вниз и сел на дерево неподалеку. Это был главный пульт управления всеми разведывательными дронами Чжань Чэньлана, позволявший видеть всё, что происходит на задних склонах с высоты птичьего полета. Он передал права управления Ао Цзинъи, чтобы тот мог контролировать общую картину.
Юй Цюжань молча наблюдала, как они с невероятной эффективностью распределили обязанности, видела, как Ао Цзинъи помахал ей и ловко вскочил в седло. Держа в одной руке поводок собаки, а другой управляя летящим в небе орлом, он лихо умчался прочь.
Она с каменным лицом запихнула в рот еще один огромный кусок кекса и, жуя, слушала, как герб на краю стола громко поет, а в загоне, теснясь, пушистые создания восторженно вторят ей: И-и-и.
Кто-то может сказать: Левой рукой держу желтую собаку, правой — взлетающего сокола, тысяча всадников мчат по равнине. А кто-то, как я, обречен: Слева — ме-е, справа — и-и-и, и прямо перед глазами — сцена социального самоубийства.
Юй Цюжань смотрела, как снаружи становится всё теснее, как альпаки безумно носятся вокруг палатки, отказываясь возвращаться в загон, как суетятся преследователи, запыхавшиеся и сбившиеся с ног, но продолжающие улыбаться ей. А за ограничительной лентой — толпы зевак, возбужденно делающих снимки.
Если она не ошибалась, на форуме академии уже вовсю плодились темы вроде Истории о господине Юй и альпаках.
Она молча сделала глоток персикового вина и в ярости хлопнула по столу:
— Еще закуски!
Дворецкий тут же подал ей шестнадцать видов десертов. Юй Цюжань попробовала каждый, но гнев не утихал. Тогда она уставилась на Чжань Чэньлана, прямо стоящего у полога палатки.
Она радушно пригласила его:
— Господин Чжань, разве не утомительно стоять у входа? Заходи, выпей и перекуси со мной.
Чжань Чэньлан окинул взглядом палатку в нежно-розовых тонах и ее сказочное убранство, помедлил и ответил:
— Не нужно, я не устал.
Юй Цюжань одарила его милой, но опасной улыбкой и с полной уверенностью произнесла:
— Нет, ты устал.
Глядя на ее сияющую улыбку и оскаленные белые зубы, Чжань Чэньлан, повинуясь звериному инстинкту, молча опустил голову, скованно вошел в Домик персикового цветения и послушно сел на маленький табурет у ног Юй Цюжань. Когда Лео злится и готов укусить, он тоже так прищуривается, обнажая клыки.
Юй Цюжань, глядя на погрязшего в розовом цвете Чжань Чэньлана, удовлетворенно кивнула. Вот так-то лучше. Хорошие друзья должны вместе делить как радости, так и невзгоды. Она не собиралась тонуть в одиночку!
***
Шум школьного праздника никак не касался Су Тяньтянь, которая убиралась в Художественном музее. Она отложила швабру, вытерла пот со лба и потерла поясницу. Сегодня был уже второй день праздника, и она надеялась поскорее закончить уборку, чтобы успеть на остаток торжества.
Говорят, вчера господин Юй и остальные отлично повеселились с альпаками в клубе исследований магических существ. Она видела посты на форуме и даже молча сохранила множество фотографий. Она снова вспомнила Чжань Чэньлана, сидевшего вместе с господином Юй в розовом домике. Задание убираться в музее дал ей именно он — это было условием, на котором он позволил ей жить в лесном домике.
Из-за большого наплыва людей на празднике, среди которых было много высокопоставленных родителей, охрана была слишком занята и не могла уделить внимание музею. К тому же, здание было полностью закрыто. Из-за того, что нельзя было допустить утечки информации о повреждении системы безопасности склада, весь обслуживающий персонал распустили под предлогом отпуска. И эта тяжелая задача легла на плечи посвященной в тайну Су Тяньтянь.
Она посмотрела на огромный зал и снова размяла ноющие плечи. Хорошо хоть, что господин Чжань потребовал протереть только пол в главном зале и перила. Но даже так, ей приходилось приходить сюда после занятий, и времени ни на что другое не оставалось. Однако сегодня работа была почти закончена, и скоро она сможет пойти посмотреть на площадку с альпаками, где был господин Юй.
Су Тяньтянь сжала кулаки, подбадривая себя. Она снова достала телефон, посмотрела на вчерашние фото, почувствовала прилив сил и легкой походкой вышла из-за огромной колонны.
И тут же столкнулась с несколькими рослыми мужчинами в масках, которые несли деревянные ящики. Обе стороны замерли, глядя друг на друга. Один из бандитов выхватил пистолет. Су Тяньтянь вскрикнула и бросилась вглубь зала. Преступник без колебаний выстрелил ей в спину, но девушка поскользнулась на луже воды и упала, чудом избежав пули.
Пуля попала в резную стену музея, и в здании тут же взвыла сигнализация.
— Разве не говорили, что система сигнализации отключена? — вскрикнул стрелявший.
— Идиот, кто разрешал тебе стрелять? — главарь бандитов пришел в себя. Очевидно, сигнализация склада и сигнализация главного зала были раздельными.
Он в панике взвалил ящик с картинами на спину:
— Хватайте девчонку, уходим!
Один из подручных в растерянности спросил:
— Босс, сигнализация сработала, скоро здесь будут люди, прежним путем точно не выйти.
Главарь стиснул зубы:
— Уходим через Восточный дворец в сторону задних гор.
Другой бандит пришел в ужас:
— Там людей меньше, но охрана всегда самая сильная!
Главарь, жестом приказывая следовать за ним, быстро пояснил:
— Слышал, персиковая роща там новая, видеонаблюдение еще не везде поставили. Пошли!
***
Тем временем Ао Цзинъи и Чжань Чэньлан, совершавшие второй обход, услышав сигнал тревоги, немедленно бросились в комнату охраны. По пути Ао Цзинъи получил сообщение от охраны музея: склад был взломан, две антикварные картины стоимостью в сотни миллионов пропали. На стене в главном зале остались следы от выстрелов.
Ао Цзинъи нахмурился:
— Стреляли по стене? Разве музей не был пуст?
Чжань Чэньлан на мгновение замолчал и произнес:
— Возможно, объект наблюдения был там.
Ао Цзинъи вспомнил, что, чтобы не дать Су Тяньтянь повода встретиться с Юй Цюжань, они с Чжань Чэньланом решили занять ее уборкой музея. Они ворвались в центр управления видеонаблюдением, где сотрудники вовсю пытались отследить бандитов. Сначала они просмотрели записи из музея и увидели, что Су Тяньтянь была схвачена и уведена, но, к счастью, не пострадала.
Все было выдохнули, как вдруг один из сотрудников в ужасе закричал:
— Бандиты с заложницей вошли в персиковую рощу!
Ао Цзинъи резко обернулся к главному экрану. Получив сообщение, вооруженная охрана уже вошла в рощу. Ответственный за безопасность пытался утешить себя:
— Они, должно быть, просто хотят срезать путь через рощу и уйти в горы. Охрана уже зашла в Восточный дворец с трех других сторон, перекрыла границы центральной зоны и разделилась, чтобы отрезать им путь к отступлению…
Ао Цзинъи закрыл глаза и с тяжелым видом перебил его:
— А вы нашли в Восточном дворце господина Юй? Он сегодня отдыхал там и не выходил.
Этот парень больше всего на свете любил забираться в персиковую рощу и спать на деревьях. Если эти две группы столкнутся, последствия будут непредсказуемы.
Ответственный, который действительно не видел следов Юй Цюжань в Восточном дворце, на мгновение остолбенел, а затем, осознав опасность, зарычал на сотрудников: немедленно связаться с группой в секторе Восточного дворца и вывести изображение с камер персиковой рощи. Однако, связавшись с ними, сотрудники получили мрачный ответ: система наблюдения в роще семьи Юй еще не была достроена, сейчас видны только окраины.
Ао Цзинъи смотрел на монитор, показывающий края рощи. Из-за громкой сирены и массового перемещения охраны внимание людей было приковано к происходящему, особенно к саду Восточного дворца. Многие студенты, не понимая ситуации, потянулись следом за охраной, надеясь поглазеть или воспользоваться моментом, чтобы посмотреть на персиковую рощу.
Ао Цзинъи немедленно связался с вице-президентом студсовета, приказав разогнать толпу и натянуть ограничительную ленту. Он распоряжался и одновременно сканировал экраны. Наконец, он увидел того, кого искал. В углу одного из мониторов команда школьных репортеров, нагруженная камерами, с восторгом бежала прямо за охраной. Эта команда была известна своим безрассудством — они всегда лезли в самое пекло.
Ао Цзинъи медленно выдохнул и приказал ответственному подключиться к их прямой трансляции. Кадр быстро появился на экране: охрана уже обнаружила бандитов и встала в позицию противостояния. На экране были видны двое преступников. Один держал Су Тяньтянь, приставив нож к ее горлу, и орал на охрану:
— Все назад, иначе я убью ее!
Второй бандит целился из пистолета в толпу зевак за спинами охраны:
— Или мы просто пристрелим пару человек из толпы.
Студсовет уже начал эвакуацию людей сзади, но стоявшие в первом ряду зеваки боялись пошевелиться, опасаясь спровоцировать бандитов. К тому же там оставались такие же безбашенные репортеры, желавшие получить эксклюзив. Стороны застыли в напряжении, бандиты осторожно отступали вглубь рощи. Охрана медленно продвигалась вперед, прикрываясь щитами.
Ао Цзинъи смотрел на экран, чувствуя тревогу. В музее было четверо бандитов, а сейчас, в трансляции, рядом с Су Тяньтянь были только двое.
В этот момент Чжань Чэньлан, управлявший разведывательным дроном, поднял голову:
— Я нашел господина Юй.
Юй Цюжань обнаружила маленькая птичка-иволга, сидевшая на высокой ветке персикового дерева и транслировавшая картинку. Юй Цюжань полулежал на ветке, дремля. Ветви были густыми, цветы создавали призрачную дымку, и в мягком свете его длинные, как вороново крыло, ресницы отбрасывали легкие тени на почти прозрачную белую кожу. Юй Цюжань обнимал толстую книгу; золотое тиснение на обложке перекликалось с чисто золотыми застежками его плаща, придавая его болезненно-бледным губам красивое сияние. Он спал среди пышных цветов с таким спокойным лицом, словно вокруг него было невидимое поле, защищающее от мирской грязи.
В центре управления все невольно замолчали. Глядя на монитор, люди даже невольно задерживали дыхание, боясь потревожить спящего.
В этот момент громкий звонок заставил всех вздрогнуть. Маленький дрон-пчела, следовавший за бандитами, пересекся с зоной наблюдения иволги и подал сигнал Чжань Чэньлану. Это означало, что бандиты подошли совсем близко к Юй Цюжань.
Ао Цзинъи изменился в лице и снова посмотрел на большой экран. Ресницы Юй Цюжань слегка дрогнули, и он открыл глаза. Солнечный свет, пробиваясь сквозь густую листву, оставлял лишь самые нежные лучи, которые мягко ложились в глубину его глаз. Светлые глаза отражали чистый золотой свет, напоминая прозрачный хрусталь. Из-за своей чрезмерной ясности в них сквозило что-то нечеловеческое, холодное и безжизненное.
Юй Цюжань, казалось, услышал шум внизу, слегка нахмурился и сел. Лепестки цветов закружились, подхваченные его плащом. Меланхоличный бог, сидящий среди цветов, равнодушно и с состраданием смотрел на разыгрывающийся внизу фарс.
http://bllate.org/book/19878/1956878
Готово:
