Лоу Тинсюй, обессиленная, висела в руке Чжэ Лань. Открыв глаза и увидев гнев на лице своей спасительницы, она заметно расслабилась и тут же потеряла сознание.
Пинъань тоже пострадал от разлетающихся осколков камней, его вырвало кровью, и он лишь с трудом смог перевести дух, опираясь на свой меч.
Кровь духовного тигра очень скоро привлекла бы внимание других демонических зверей, и тогда не избежать бы нашествия желающих урвать кусок. Чжэ Лань взмахнула рукой, создавая барьер, который полностью отсек распространение запахов и энергии, и только после этого, не выпуская Лоу Тинсюй из рук, опустилась на землю.
— Старшая сестра! — Пинцзин подбежал к ним, вытряхивая всё содержимое своих карманов: — Вот, это всё для старшей сестры!
Чжэ Лань не знала, что это за снадобья, поэтому позволила Пинцзину выбрать из кучи то, что восстанавливает духовные силы, и вложить его в рот девушке.
— Идемте со мной под воду, — глядя на бурлящий поток, без всяких предисловий бросила она.
Хотя в последнее время они во всём слушались Чжэ Лань, сейчас, глядя на бездонную темную пучину, Му Син и двое его товарищей невольно заколебались.
Чжэ Лань не стала настаивать. Путь самосовершенствования, как и удача — дело сугубо личное. Хороших вещей на всех не хватит, и она не собиралась делиться ими с теми, кто ищет лишь покоя и безопасности.
Она бросила напоследок:
— Я поставила здесь барьер, ни люди, ни духовные звери не приблизятся. Если чувствуете опасность, восстанавливайте силы здесь.
Сказав это, она вошла в воду. Пинъань, не раздумывая, последовал за ней.
— Цзинцзин, оставайся здесь, я скоро вернусь!
Бурный поток ударил в его хрупкое тело, и на глазах у всех, кто с замиранием сердца наблюдал за ними, он скрылся под водой.
Подводный мир оказался совсем не таким неспокойным, как казалось с поверхности: там виднелся довольно широкий проход, озаренный мягким светом. Пинъань с изумлением заметил, что вода вокруг Чжэ Лань ведет себя как нечто подобострастное: она обтекала её, не смея приблизиться, благодаря чему одежда Чжэ Лань и той, кого она несла, оставалась совершенно сухой.
Пинъань вошел вслед за ней в пещеру. Вход был закрыт синим световым пологом, который исчез по одному лишь желанию Чжэ Лань.
Пинъань с огромным удивлением шагнул внутрь: в пещере не было ни капли воды. Он жадно задышал, пытаясь избавиться от гула в ушах.
Пространство освещалось множеством синих сгустков духовной энергии. Прямо перед глазами открылся простой массив, по углам которого лежали несколько обнаженных женщин. Рядом валялись одежды Секты Брачных Уз, но дыхания в телах уже не было.
Увидев эту картину, Пинъань испытал невыразимый гнев:
— Как этот духовный тигр мог сотворить такое!
Чжэ Лань бросила беглый взгляд: на телах женщин не было ни единой царапины, они лежали строго по углам — это был рукотворный массив, всё оказалось куда сложнее, чем выглядело на первый взгляд.
— Я слышала об одной тайной технике: если нарисовать массив, используя кровь, поместить внутрь демонического зверя, а остальным встать по точкам силы, то при запуске массива можно разделить культивацию зверя поровну, — она покосилась на того, кто стоял позади: — Этот массив именно такой.
По-видимому, люди из Секты Брачных Уз случайно наткнулись на это место, усыпили спящего тигра с помощью техники очарования и попытались поглотить его культивацию, но пали жертвой обратного удара. Розоватое свечение в глазах тигра при первой встрече было тому подтверждением.
Пинъань был потрясен:
— Это… как же так?!
Чжэ Лань небрежно уложила потерявшую сознание Лоу Тинсюй на каменный выступ и, заложив руки за спину, оглядела помещение.
— Идущие по пути самосовершенствования должны воспитывать дух, отличать зло от добра и следовать справедливости, а не поддаваться низменным желаниям. То, что видишь своими глазами, не всегда является истиной.
Всего несколько слов Чжэ Лань прозвучали для Пинъаня как откровение. Добро и зло существуют не в видах существ, а в человеческой — или звериной — натуре. Он предвзято решил, что тигр похотлив и совершил чудовищное преступление, но ведь он не видел всего сам, как же мог судить?
— Благодарю за наставление, госпожа Чжэ Лань!
Чжэ Лань отмахнулась, она уже обнаружила тайную комнату:
— Разбей эту стену.
Она очертила область потоком воды и отошла в сторону, не желая пачкаться в пыли. Пинъань направил духовную энергию и одним ударом разнес преграду. Внутри лежали лишь четыре предмета: два нефритовых свитка, меч и пространственное кольцо.
— Принеси, посмотрим, — сказала Чжэ Лань.
Пинъань послушно и осторожно принес все вещи и положил на стол перед ней. Чжэ Лань бегло осмотрела их: один свиток содержал технику стихии металла, другой — света. Похоже, их приход сюда был предопределен судьбой.
Она протянула свиток металла Пинъаню:
— Это тебе.
Затем она взглянула на кольцо: внутри были снадобья и талисманы, судя по всему, высокого ранга, ведь вещи, лежащие рядом с мечом небесного уровня, не могли быть обычными.
Пинъань машинально вытер руки о штаны, и в его взгляде, устремленном на Чжэ Лань, почтение постепенно сменилось глубокой благодарностью. Он тут же опустился на колени и поднял руки над головой:
— Благодарю вас, госпожа Чжэ Лань!
К такому земному поклону Чжэ Лань привыкла — в бесчисленных храмах мира она получала их ежедневно. Она не придала этому значения и легким движением рукава подняла его на ноги.
— В следующий раз просто не давай ей попасть в такую ситуацию — считай, что отблагодарил.
Это был второй раз, когда она сказала нечто подобное; то же самое она произнесла, когда отдавала ему Внутреннюю Пилюлю Чернокрылого Феникса.
Пинъань посмотрел на все еще без сознания Лоу Тинсюй, и его охватило чувство вины. Поколебавшись мгновение, он прокусил указательный палец и прошептал заклинание.
Чжэ Лань с недоумением наблюдала за его действиями, пока не увидела, как кровавый след впитался в лоб Лоу Тинсюй. Пинъань опустился на одно колено:
— Я одинок и слаб, мне нечем отплатить за столь великую милость, оказанную мне и старшей сестре. Я только что дал кровавую клятву: отныне я — слуга старшей сестры, и буду служить ей до конца своих дней!
Этот жест верности и отваги поставил Чжэ Лань в тупик. Она ведь просто подумала, что Лоу Тинсюй нужен помощник — одной ей сложно уберечь всех, а самой Чжэ Лань надоело вмешиваться в каждое происшествие.
Почему он такой упрямый? Еще и кровавую клятву принес? Она открыла было рот, но, встретившись с горящим взглядом Пинъаня, осеклась:
— ...Иди учи технику. Об этом поговорим, когда она очнется.
Пинъань больше ничего не сказал, взял свиток и нашел чистое место, чтобы погрузиться в изучение.
Чжэ Лань взглянула на Лоу Тинсюй. Снадобья подействовали, духовные силы восстановились, но до пробуждения было еще далеко. Чжэ Лань не желала сидеть в этой пещере, поэтому, наполнив руку Силой Морского бога, подошла к Лоу Тинсюй и приложила ладонь к её груди.
Сине-белое сияние разлилось от сердца по меридианам, и спустя несколько мгновений девушка тяжело вздохнула и открыла глаза.
Чжэ Лань стояла перед ней. Убедившись, что та в порядке, она указала на предметы на столе:
— Это тебе. Поглоти как можно скорее, и уходим отсюда.
Лоу Тинсюй вздохнула с облегчением: значит, тигр мертв. Оценив свое состояние — духовные силы восстановились на двадцать процентов — она сочла это приемлемым.
Но что это за контракт слуги?..
Она подошла к столу, рассматривая вещи. Чжэ Лань только сейчас вспомнила про пространственное кольцо:
— В кольце снадобья и талисманы. Не знаю, для чего они, поделите между собой. Я отдохну, не беспокойте меня, пока не закончите.
Лоу Тинсюй поклонилась в знак согласия и увидела, как Чжэ Лань наколдовала себе изящную кровать, легла на неё и прикрыла глаза. Даже занавески появились.
Она отвела взгляд и поправила неудобный воротник, удивляясь, как её одежда могла так помяться. Время было дорого, и она начала с восстановления сил с помощью имеющихся снадобий уровня Сюань, оставив более ценные, уровня Земли и Неба, на потом.
Время в пещере летело незаметно. Когда оба закончили изучение техник, прошел еще месяц, и до закрытия Тайного царства оставалось всего десять с небольшим дней.
Пинъань очнулся первым, следом за ним Лоу Тинсюй. Оба молча и почтительно охраняли покой Чжэ Лань, не смея её потревожить, пока она сама не проснулась.
Чжэ Лань потянулась, взмахом рукава убрала кровать и, только удивившись, почему они так медленно справляются, увидела двоих, стоявших перед ней, словно верные стражи.
Заметив, что она проснулась, они одновременно поклонились:
— Старшая (госпожа Чжэ Лань), мы закончили.
Если бы не их лица, Чжэ Лань по степени их почтительности могла бы подумать, что вернулась во Дворец Морского Божества. Она подняла руку, прерывая их:
— Рассказывайте, чего достигли.
Лоу Тинсюй собрала энергию в ладони, и та приняла форму меча:
— Это воплощение энергии из моей техники. Она называется Тяньгуан Фубай, это техника небесного уровня, сочетающая мечи и заклинания. Моя культивация достигла средней ступени Зарождающейся Души, но дыхание еще немного нестабильно.
Глядя на её призрачный клинок, в точности повторяющий очертания Меча Чжиси, она поняла, что Тяньгуан Фубай, вероятно, тоже творение Шу Чжо. Похоже, всё в этом мире было предрешено. Чжэ Лань вздохнула и кивнула Пинъаню.
Пинъань перевел дыхание:
— Моя техника тоже небесного уровня, называется Путь Клинка. Сейчас я могу освоить только первую ступень. Благодаря прорыву старшей сестры, моя культивация тоже достигла предела, думаю, скоро я перейду на новый уровень.
Лоу Тинсюй вопросительно посмотрела на него, и Пинъань спокойно пояснил:
— Пока старшая сестра была без сознания, я принес кровавую клятву. Я добровольно стал вашим слугой.
Лоу Тинсюй нахмурилась:
— Я этого не хочу.
Пинъань тут же опустился на колени:
— Если бы не ваша с госпожой Чжэ Лань великая милость, я бы никогда не смог отомстить за свою семью. Для меня это честь, и я обязан отплатить!
Лоу Тинсюй была крайне недовольна. Она знала, что все жизни равны, и не могла принять такую неравноправную клятву.
Пинъань, что случалось редко, занервничал и украдкой взглянул на Чжэ Лань, надеясь на её заступничество. Он сделал это не только из верности: Лоу Тинсюй была сильна, а её мастерство владения мечом — непревзойденным, и быть рядом с ней сулило ему лишь пользу. Отплатить за добро, стать сильнее и отомстить за отца и мать — разве это плохо? Он лишь формально стал слугой, Лоу Тинсюй ведь не будет относиться к нему как к рабу, что в этом такого?
Чжэ Лань не стала вмешиваться, она хотела поскорее выбраться отсюда.
— Через десять дней Тайное царство закроется. Разбирайтесь со своими делами сами.
Сказав это, она пошла вперед, показывая, что пора уходить. Лоу Тинсюй пришлось отложить разговор с Пинъанем и последовать за ней:
— Вернемся в секту, я найду способ снять клятву.
Пинъань ничего не ответил и, замыкая шествие, вышел из пещеры.
Трое остальных снаружи уже извелись от беспокойства. Но барьер Чжэ Лань никто не мог ни увидеть, ни разрушить, поэтому им оставалось лишь в отчаянии ждать. В конце концов они с огромным трудом вытащили труп духовного тигра на берег, жарили то, что можно было съесть, а остальное использовали для дела.
Больше месяца они питались мясом тигра, что заметно укрепило их тела и подняло духовные силы — Му Син был уже на пороге средней ступени Золотого Ядра.
Увидев, что они вышли, все трое радостно бросились навстречу, расспрашивая, что произошло.
http://bllate.org/book/19690/1936765
Готово:
