— Тук-тук-тук!
— Дядя Ган, с Новым годом!
Во дворе на мгновение воцарилась тишина, а следом послышались быстрые шаги, и кто-то рявкнул во всю глотку:
— Какой ещё мелкий щенок решил надо мной подшутить?!
Ли Юаньтянь отступил на два шага назад.
— Бац!
Деревянные ворота с грохотом распахнулись от мощного рывка, и на пороге возник жилистый мужчина. Ли Юаньтянь едва успел моргнуть, как грубые, мозолистые руки, словно железные клещи, потянулись к его горлу.
Не увернуться!
Сердце Ли Юаньтяня сжалось от страха.
— А? Это ты, Юаньтянь.
Железные руки тут же опустились, а на лице жилистого мужчины промелькнуло удивление. Ли Юаньтянь сложил руки в приветственном жесте:
— Дядя Ган, мне нужно попросить вас об одолжении.
Ли Даган поспешно пригласил его во двор.
***
Ли Даган был отставным солдатом, известным своим взрывным характером. Единственное, к чему он относился с глубоким почтением, — это люди ученые. Ли Юаньтянь за последние пару лет снискал себе добрую славу своими успехами в учебе, к тому же в праздники он всегда помогал жителям Деревни семьи Ли писать поздравительные парные надписи. По этой причине даже вспыльчивый ветеран всегда обращался с ним учтиво. Да и в свободное от учебы время Ли Юаньтянь нередко заглядывал к Ли Дагану послушать байки о военной службе, так что чужими они не были.
— Что? Хочешь учиться у меня боевым искусствам? — во дворе Ли Юаньтянь изложил свою просьбу и выложил на стол два куска вяленого мяса.
— Постой, Юаньтянь, ты же так хорошо учишься, зачем тебе это? Это же каторжный труд. Не лучше ли будет в будущем сдать экзамены и стать уездным начальником, чем махать тяжелым ножом?
Ли Даган был в полном недоумении. Глядя на вяленое мясо, он хмурился всё сильнее.
— Дядя Ган, у меня есть на то причины. Учеба… она никуда не денется, а сейчас мне жизненно необходимо, чтобы вы меня наставили.
Ли Юаньтянь поклонился до самой земли, демонстрируя твердость своих намерений. Ли Даган оглядел крепкую фигуру парня, отметив про себя, что в свои одиннадцать-двенадцать лет тот уже вытянулся с него ростом — настоящий талант для занятий боевыми искусствами. Затем он снова скосил взгляд на мясо: ого, тут фунтов пять, не меньше!
— Раз ты решил, а я знаю, что ты с малых лет не отступаешь от своих слов, то приходи, когда будет время.
— Благодарю, дядя Ган! — Ли Юаньтянь просиял и тут же спросил: — Дядя Ган, правда ли, что воинские искусства, если достичь в них мастерства, позволяют рвать на части тигров и леопардов голыми руками?
Ли Даган при этих словах слегка кивнул с гордостью, свойственной мастерам, но тут же спохватился и прикрикнул:
— Еще ходить не научился, а уже бегать хочешь! Поздно уже, приходи завтра днем!
С этими словами он выпроводил Ли Юаньтяня со двора. Тот лишь усмехнулся про себя: значит, в военном деле действительно есть чему поучиться.
***
На следующее утро, едва рассвело, Ли Юаньтянь в короткой куртке и теплом ватнике поверх нее явился к дому Ли Дагана. В деревне не залёживаются — как только петухи пропоют, все на ногах. Деревня семьи Ли еще тонула в утреннем тумане, над крышами вились струйки дыма: кто-то уже разводил пойло для свиней, кто-то ставил котел с водой, готовя лапшу, а кто-то бросал ложку свиного сала на сковороду, чтобы приготовить рис с солью…
Ли Юаньтянь принюхался и улыбнулся. Пахнет рисом на свином сале — это у зажиточных крестьян. Удачно он заглянул!
Ли Даган был на несколько лет моложе Ли Дагэня. Из-за ранней службы в армии он женился позже остальных и растил сына и дочь, старшему было всего шесть-семь лет, чуть больше, чем Ли Юйцзяню. Ли Юаньтяню досталась большая миска риса с тем самым вяленым мясом, которое он вчера принес, — с зеленым лучком да крупинками соли. Ел он так, что за ушами трещало.
После завтрака Ли Даган отвел его на задний двор, который был явно обустроен с умом. Земля под ногами была плотно утрамбована — слой старого ила с речного дна, который долго били и укатывали каменными катками, так что теперь её было не размыть водой, а ножом или топором не разрубить. У стены стоял навес с сельхозинструментами, а рядом аккуратно лежали каменные замки — правда, покрытые пылью, словно к ним давно не прикасались.
Ли Даган смахнул пыль, подал Ли Юаньтяню самый маленький замок, а сам взял тот, что побольше, и встал в центре двора.
— Ты человек ученый, Юаньтянь, и знаешь, что для тренировок нужно вставать спозаранку. Боевые искусства — дело несложное, в сравнении с наукой — даже попроще.
Он взмахнул рукой, поднял замок потяжелее и выставил вперед руку, напрягая жилистые мышцы так, что они натянулись до предела.
— В армии у нас нет никаких секретных техник, только этот Искусство каменного замка для закалки тела. Никаких тайн здесь нет: работай усердно, и сила сама придет! Как говорил наш армейский наставник, Искусство каменного замка развивает хватку, силу запястий, плеч, поясницы и ног. Но главное — это развитие мощи в руках.
Ли Даган опустил замок и вытащил из кучи инвентаря огромный камень высотой в два фута, по бокам которого были приделаны деревянные ручки.
— В народе говорят: чтобы одолеть тысячу фунтов четырьмя унциями, нужно сначала развить силу в десять тысяч фунтов. А это нелегко. Этот камень весит больше двухсот фунтов, смотри внимательно!
Он ухватился за ручки, рыкнул, и огромный камень, оторвавшись от земли, оказался у него на груди. Затем, снова рыкнув и слегка раскачиваясь, он вдруг взмахнул руками, и камень, описывая круг вокруг его поясницы, вернулся на грудь! После этого он поставил камень между ног, еще пара движений — и он уже над головой. Еще один громогласный крик, и огромный камень с глухим стуком рухнул на свободный участок земли.
Земля содрогнулась, и Ли Юаньтянь невольно вздрогнул. Это… божественная сила! Глядя на жилистого мужчину ростом меньше метра шестидесяти, он не мог взять в толк, откуда в нем столько мощи. Да это же готовый спецназовец в современных условиях!
— Пробуй. Начни с десятифунтового.
Ли Даган заставил его поднять самый маленький замок, показал стойку мабу и начал обучение. Искусство каменного замка делилось на подъемы перед собой, над плечом и удержание. Удержание было самым сложным, а подъемы — базой. В процессе нужно было освоить приемы рывка, броска, вращения и толчка.
Даже с десятифунтовым замком мышцы Ли Юаньтяня через четверть часа начали ныть от боли. Он хотел сменить руку, но Ли Даган рявкнул, чтобы он этого не делал. Лишь когда замок вконец расшатался и едва не упал парню на голову, наставник позволил сменить руку.
К полудню Ли Юаньтянь уже снял ватник и остался в одной короткой куртке, но с него градом лил пот. В прохладном феврале он совершенно не чувствовал холода. Отказавшись от приглашения ветерана пообедать, Ли Юаньтянь на ватных ногах вернулся домой. За обедом руки у него дрожали так сильно, что он не мог удержать палочки, и мать Ли, увидев это, едва не расплакалась, требуя, чтобы он бросил эти тренировки. Отец, Ли Дагэнь, тоже нахмурился. Ли Юаньтяню пришлось долго и упорно доказывать свою решимость.
После обеда он продолжил тренировать базу, при первой же возможности снова спросив у наставника, как живут настоящие мастера. В этот раз Ли Даган не стал отнекиваться и прямо сказал, что люди, способные рвать зверей голыми руками, в армии хоть и редкость, но существуют! Правда, большинство из них обладают врожденным даром, и одной лишь тренировкой с каменными замками этого не достичь. Он пощупал крепкое плечо Ли Юаньтяня и с завистью заметил:
— У Ли Дагэня хороший сын растет. С таким телосложением тебе будет куда проще. А Искусство каменного замка — стандарт для всей армии. Даже у наших величайших полководцев нет никакой силы, способной в одиночку перебить тысячу воинов. В бою всё решают построения…
Ли Юаньтянь успокоился. Пусть Ли Даган и не знал, существует ли внутренняя энергия, но потолок силы явно был выше, чем в его прошлой жизни. Перспективы здесь куда шире, чем в учебе!
С того дня Ли Юаньтянь тренировался до изнеможения. Из заднего двора Ли Дагана то и дело доносились кряхтенья и выкрики. Юноша взрослел: пушок на лице сменился жесткой щетиной, грудь стала широкой и крепкой, а книжная утонченность сменилась решительным взглядом. Учебник «Лунь Юй» на столе в боковой комнате покрылся толстым слоем пыли…
Прошли весна и лето, настало время сбора урожая. Золотистые колосья склонились к земле, словно благодаря её за щедрые дары. Вся Деревня семьи Ли — от глубоких стариков до детей — вышла на поля.
Ли Юаньтянь, сжимая серп, быстро срезал толстые стебли риса. Вскоре он догнал мать и устремился вглубь поля. Десятилетний юноша ростом под метр семьдесят, одетый в простую холщовую одежду, не мог скрыть своего крепнущего тела. После полугода тренировок от него исходила такая жизненная сила, что при приближении чувствовался исходящий от него жар.
Юноша выпрямился посреди золотистого поля, на мгновение перевел дух и снова окунулся в работу…
В этом году урожай хороший. Лишь бы перекупщики не слишком сильно сбили цену.
http://bllate.org/book/19524/1914173
Готово:
