Ван Хао всё ещё застыл в позе для рывка, простояв так пару секунд, прежде чем медленно оглянуться.
Он посмотрел на мяч, тихонько замерший на месте, затем перевёл взгляд на покатывающуюся со смеху толпу напротив, и его лицо мгновенно побагровело.
Неловкость на футбольном поле порой ранит куда сильнее, чем пропущенный гол.
Игроки команды «Дикие Волки» не упустили эту возможность: один из защитников подбежал и взял мяч под контроль.
Он поднял глаза и бросил взгляд на Су Бэя.
Этот парень в красной тренировочной форме всё ещё застыл в прежней позе — задом наперед, прикрывая мяч корпусом, вот только теперь он пытался развернуться.
Сам процесс разворота происходил очень медленно.
Его тело поворачивалось рывками, напоминая шестерёнки, забывшие смазать маслом.
Игрок команды «Дикие Волки» посчитал это удачным моментом.
Он тут же отдал пас партнеру по флангу, намереваясь разыграть быструю стенку, чтобы просто обойти этого странного толстяка.
Траектория передачи пролегала как раз через то место, где должен был пройти разворачивающийся Су Бэй.
Мяч покатился вперёд.
Тело Су Бэя как раз довернулось до этой точки.
Он даже не выставил ногу.
Мяч с глухим стуком сам врезался ему в голень, а затем послушно остановился прямо перед его стопой.
И снова смена владения.
На поле на мгновение воцарилась тишина.
Если первый раз можно было списать на случайность, то как быть на этот раз?
Игрок команды «Дикие Волки» вытаращил глаза.
Он никак не мог этого понять.
Этот человек — его движения при развороте казались замедленной съемкой, почему же он вечно оказывается именно на траектории мяча?
У Су Бэя в груди тоже ёкнуло.
Побочный эффект этой паршивой карточки просто убийствен.
Он всего-то хотел повернуться, чтобы посмотреть, где находятся его партнёры по команде, и вовсе не собирался перехватывать мяч.
Это чистой воды слепая кошка поймала мёртвую мышь.
Но теперь мяч снова оказался у него в ногах.
Он чувствовал, что сила карты «Авианосец Магуайра идёт на разворот» всё ещё действует. Его нижняя база была крепка, как скала, но гибкость тела равнялась практически нулю.
Сейчас он представлял собой нечто вроде орудийной башни, способной двигаться исключительно по прямой, причём даже без возможности повернуть голову.
— Держите его! Намертво держите! — заорал сзади капитан команды «Дикие Волки».
Два игрока снова взяли его в тиски, подбежав с левой и правой сторон.
Они уже не рисковали бросаться в отбор опрометчиво. У того товарища по команде, которого только что отброром откинуло назад, до сих пор ныло плечо.
Они просто кружили вокруг, пытаясь перекрыть Су Бэю возможные варианты для паса.
Су Бэй закрыл мяч корпусом.
Он поднял голову и обвёл взглядом поле.
Мастер Лю из столовой всё еще стоял у центрального круга, уперев руки в боки и тяжело дыша.
Трое любителей зависать в интернет-кафе торчали кто где, их расстановка выглядела совершенно бестолковой.
А вот дедушка Чжан на воротах вёл себя расслабленно: он уже догулял до штанги и снова открутил крышку своего термоса.
Отдать этот пас было абсолютно некому.
Мозг Су Бэя лихорадочно работал.
Нельзя вести мяч, нельзя крутиться, нельзя пасовать.
Тогда остается только…
Он бросил взгляд на чужие ворота.
До них было примерно метров тридцать.
Он глубоко вздохнул, сосредоточив всю свою силу в правой ноге.
Затем, под изумлёнными взглядами двух защитников, он отвёл правую ногу назад.
Никакого разбега — удар наносился с места.
— Бах!
Глухой удар.
Мяч, словно пушечное ядро, сорвался с места и полетел строго в ворота команды «Дикие Волки».
Мяч летел с невероятной скоростью, резко падая вниз.
Вратарь команды «Дикие Волки» явно не ожидал удара с такой дистанции и в подобном исполнении.
Он попытался совершить символический прыжок, но кончиками пальцев даже не задел мяч.
Мяч описал в воздухе причудливую дугу, пролетев прямо у него над головой.
— Бац!
Грохот разнёсся на всю округу.
Мяч со страшной силой врезался в перекладину ворот, после чего высоко отлетел за лицевую линию.
Всё поле вместе с воротами даже слегка задрожало.
На стадионе повигла мёртвая тишина.
Все смотрели на всё еще вибрирующую перекладину ворот, долго не в силах вымолвить ни слова.
— Черт возьми…
Кто-то на трибунах грязно выругался.
— Какого хрена человек способен вложить такую силу в удар?
— Он же только что бил без замаха с места? Насколько же у него должна быть страшная сила мышц кора?
Су Бэй и сам застыл на секунду.
Он просто хотел выбить мяч подальше, чтобы разрядить обстановку.
Он никак не ожидал, что эта карта не только наделяет железной устойчивостью, но и даёт такую безумную мощь удара.
Он опустил взгляд на свои отклеивающиеся кепы «Звёздные лужайки», носок одного из них, кажется, снова немного разошлся.
Если бы этот удар пришёлся точно в цель…
А Ту, стоявший у кромки поля, выронил блокнот из рук, и тот с громким шлепком упал на землю.
Он бормотал себе под нос:
— От такого удара мою печку для жареного холоднаго лагмана унесло бы к чертям собачьим…
На трибунах, в самом углу.
Линь Цинюй поправила свои очки в золотой оправе, а пальцы, сжимающие ручку, побелели от напряжения.
Она только что исчертила тактическую доску самыми разными стрелочками и символами, пытаясь разобрать те необъяснимые оборонительные действия Су Бэя.
Теперь же она безжалостно стёрла всё до единой пометки.
Она смотрела на спину человека в красной тренировочной форме с ценником 29.9 юаней с бесплатной доставкой, и в её взгляде больше не читался аналитический расчёт — это было сродни религиозному благоговению.
— Это не тактика…
— Это философия, — тихо произнесла она.
— Он отказался от скорости, отказался от ловкости, оставив лишь самое главное — силу и позицию.
— Он не двигается не потому, что медлителен, а потому, что ждёт. Ждёт, пока соперник сам окажется в поле его ци.
— Используя самый медленный разворот, он перекрывает самые быстрые траектории передач. Это… это победа над силой за счёт покоя, это умение опередить противника, самому оставшись неподвижным.
— Это тайцзи… на футбольном поле.
Чем больше Линь Цинюй думала об этом, тем сильнее её захлёстывали эмоции, а вдохновение било ключом.
Она тут же открыла свой портативный ноутбук, и её пальцы застучали по клавиатуре с невероятной скоростью.
В самом верху документа родился заголовок:
[Защита в стиле тайцзи: на полях Цзянчэнского университета объявился футбольный философ]
Матч в итоге завершился с загадочным счётом 0:0.
Команда «Дикие Волки» нанесла за всю игру больше двух десятков ударов, но так и не забила ни единого гола.
Они чувствовали себя так, будто играли против глухой стены.
Стены, которая медленно перемещается, а временами ещё и палит из пушек.
На следующий день.
В региональном выпуске Цзянчэнской спортивной газеты в самом незаметном уголке появилась странная статья.
Староста Ли Мин с газетой в руках влетел в общежитие.
— Су Бэй, Су Бэй, ты прославился!
Су Бэй лежал на кровати, размышляя над тем, какую бы отговорку придумать для следующего матча, чтобы заставить арендодателя дедушку Чжана снова встать на ворота.
Он лениво приподнял голову:
— В смысле прославился? Мой грандиозный план сети точек жареного холодного лагмана раскрыли?
Ли Мин развернул перед ним газету.
— Сам глянь!
Су Бэй приподнялся, и его взгляд упал на ту самую статью.
От жирного заголовка у него дёрнулось веко.
[Защита в стиле тайцзи: на полях Цзянчэнского университета объявился футбольный философ]
Он стал читать дальше.
…Вчера во время матча группового этапа Кубка «Ред Булл» игрок по имени Су Бэй продемонстрировал нам совершенно новую футбольную философию. Он отбросил акцент на скорость и прессинг, воспеваемые современным футболом, и обратился к гармоничному единению человека с мячом, человека с пространством…
…Каждый его медленный разворот напоминал движения мастера тайцзи, выводящего круги. На первый взгляд казалось, что он полон брешей, но на деле он брал под полный контроль все атакующие направления. Любые стремительные комбинации соперника выглядели так, будто тот сам услужливо доставлял мяч ему в ноги. Это высшая ступень мастерства — побеждать движение покоем, разрушая быстрые атаки неторопливым ритмом…
Су Бэй остолбенел.
Это про меня, что ли?
Разве я крутился медленно не исключительно из-за побочного эффекта карточки?
Ли Мин ткнул пальцем в газетную полосу с невероятным выражением лица:
— Су Бэй, тут пишут, что ты разрушаешь быстрые атаки неторопливым ритмом… Скажи честно, ты ведь просто бегать не умеешь?
Ван Хао высунулся с верхней полки:
— Я понял, это называется компенсацией пинга. У Маленького Су просто пинг высокий, вот система автоматически и предсказывала его перемещения.
Лю Вэй поправил очки и подвёл итог:
— Нет, это превосходство высшего порядка. Использовать философию оздоровительного футбола против спорта высоких достижений — соперники просто оказались к такому не готовы.
Су Бэй пару раз демонстративно кашлянул, аккуратно словил газету и с непостижимым выражением лица сунул её в карман.
— Поверхностно.
— Вы ничего не понимаете, это футбол на уровне философии.
Эту статью нужно было бережно сохранить: если он вдруг и впрямь откроет сеть точек с жареным холодным лагманом, эта история станет славной страницей в описании бренда.
Эта статья, словно крошечный камешек, брошенный в тихий пруд любительского футбола Цзянчэна, пустила по воде круги.
Некоторые болельщики постарше после прочтения материала дружно закивали в знак согласия.
— Нынешняя молодежь играет в футбол так, будто умеет только бегать сломя голову, ни капли выучки!
— А этот паренёк по фамилии Су, похоже, постиг истинную суть наших традиционных боевых искусств!
— Настоящий мастер скрывается прямо среди нас!
В общем чате ФК «Альфа-самец».
А Ху снова скинул туда фотографию из газеты.
А Ху: «Мэн-гэ, все живо гляньте, этот придурок по имени Су Бэй попал в газету, его тут еще и называют футбольным философом, умора до слёз».
В чате воцарилось молчание на пару секунд.
Чжао Мэн прислал смайлик с усмешкой.
Чжао Мэн: «Строят из себя невесть что».
Чжао Мэн: «У журналистов совсем глаза ослепли, раз они восхваляют такой мусор. Ну ничего, подождите».
Чжао Мэн: «В следующем матче я сам пойду посмотреть на этого философа».
Чжао Мэн: «Хочу я лично увидеть, выдержит ли его тайцзи хотя бы один мой удар».
http://bllate.org/book/19471/1909225
Готово:
