Что-то здесь было не так. Одно дело, если бы этот человек перехватил руку Яёи случайно. Но поймать летящую со стола чашку вслепую, когда твои глаза скрыты плотной тканью, — это казалось чем-то запредельным.
Способностью ориентироваться в абсолютной темноте с такой безупречной точностью обладал лишь один знакомый ему человек.
Годжо Сатору.
Словно разряд тока прошил тело юноши. Он резко вскинул голову и впился взглядом в незнакомца, отчаянно пытаясь разглядеть сквозь маску знакомые черты. Тот, видимо, тоже понял, что совершил оплошность, и поспешно разжал пальцы.
Мужчина достал телефон, быстро набрал строчку и развернул экран.
**[Ты — Накахара Яёи.]**
Когда незнакомец протянул мобильный, Яёи уловил тонкий, едва различимый аромат, исходивший от его запястья. Это был дорогой древесный одеколон.
«Пользовался ли Сатору парфюмом?» — озадачился Яёи.
Обычно, когда он оказывался рядом с Годжо, от того пахло лишь оливковым мылом. Никаких изысканных ароматов юноша за ним не помнил.
Это открытие немного утихомирило тревогу. Напряжение в груди спало: судя по всему, под маской скрывался кто-то другой.
Яёи мягко отстранил чужую руку.
Сидевший под столом Хаято тоже почуял неладное. Он осторожно высунулся наружу и удивленно шепнул:
— Господин кандидат, вас раскрыли?
Услышав его голос, дети гурьбой посыпались из-за штор и весело загалдели:
— Дядюшка поймал господина Яёи!
— Теперь водит господин Яёи!
В то, что перед ним Годжо Сатору, верилось слабо, но природная подозрительность не позволяла Яёи пустить все на самотек. Он решил убедиться лично. Поставив чашку, он взял предложенный незнакомцем плотный тканевый лоскут и завязал глаза.
Повязка не пропускала ни единого луча света. Оказавшись в абсолютной тьме, Яёи двинулся вперед, ориентируясь лишь на ощупь.
Делая вид, что ловит разбегающуюся детвору, он полностью сосредоточился на слухе. Шагов незнакомца слышно не было — мужчина остался на месте и лишь тихо опустился на диван, где мгновением ранее сидел сам Яёи.
Подойдя к дивану сзади, юноша протянул руку и коснулся гладкой прохладной ткани. На ощупь это был дорогой шелк. Рука легла точно на плечо незнакомца.
Не раздумывая, Яёи скользнул пальцами выше, нащупывая твердый деревянный ободок. Но стоило ему потянуться к краю маски, как железная хватка стиснула его запястье.
Сила у мужчины была колоссальной — кости заныли от сдавливания.
Под повязкой Яёи прищурился.
Хаято мгновенно понял, что игра закончилась и дело принимает серьезный оборот. Несмотря на полное недоумение, он без лишних слов выхватил из наплечной кобуры два пистолета и замер, ожидая приказа командира.
Яёи уже собирался свободной рукой провести болевой прием, чтобы сломать противнику локтевой сустав, но в этот момент духовка издала звонкий щелчок.
— Сконы готовы!
Веснушчатый мальчуган пулей выскочил из-под стола, натянул плотные прихватки и принялся торопливо перекладывать дымящуюся выпечку в картонную коробку.
Мужчина в маске тут же разжал пальцы.
Сняв повязку, Яёи с безразличным видом потер покрасневшее запястье и сделал Хаято едва заметный жест, приказывая убрать оружие.
***
К штаб-квартире Портовой мафии они подъехали в багровых сумерках догорающего заката.
У парадного входа выстроилась колонна черных автомобилей. Выглянув в окно, Яёи заметил спускающегося по ступеням Накахару Чую. На улице завывал резкий ветер; Чуя придерживал шляпу рукой, пока полы его темного пальто яростно метались на ветру.
Яёи хотел отвезти коробку со сконами домой, но никак не ожидал встретить брата прямо на пороге штаб-квартиры.
Он опустил стекло автомобиля и окликнул его:
— Чуя!
Тот обернулся, приветственно махнул рукой и, отдав подчиненным пару коротких приказов, направился к машине Яёи.
Стоившие неподалеку мафиози при виде младшего Накахары невольно затаили дыхание. Они поспешно отвели взгляды, страшась пересечься взором с грозным кандидатом в исполнители.
Чуя собирался на операцию. Мори Огай получил сведения, что в нейтральных водах затаилась хорошо вооруженная банда пиратов-эсперов, намеревавшаяся перехватить грузовое судно Портовой мафии. На борту корабля находилась партия драгоценных камней из Южной Америки. В случае успеха налетчиков синдикат потерял бы сотни миллионов долларов.
Ночное дежурство обещало затянуться до самого утра, и даже такой образцовый сотрудник, как Чуя, едва справлялся с навалившейся усталостью.
Однако при виде брата на его бледном лице проступила мягкая улыбка:
— Уже вернулся с черного рынка?
— Да, — кивнул Яёи.
Внешне братья не были копиями друг друга, однако любой прохожий с первого взгляда определил бы их родство. Все дело было в ярких, приковывающих внимание волосах. У Яёи они пламенели насыщенным алым цветом розы, а у Чуи отливали сочной рыжиной.
«Стоят как два факела на ветру», — подумал Хаято, но вслух, разумеется, ничего не сказал.
Он перевел взгляд на противоположную сторону лестницы. Мужчина в кимоно и лисьей маске послушно шел следом за конвоем охраны, скрываясь в недрах штаб-квартиры.
Незнакомец не обращал внимания на суету вокруг. Его скрытый маской взор был неотрывно прикован к фигуре Чуи.
Чуя тоже почувствовал на себе этот пристальный взгляд и смерил странную фигуру подозрительным прищуром.
В Портовой мафии строго блюли субординацию и форму одежды. Все новобранцы получали стандартные, отлично скроенные черные тройки. Выделяться кроем и цветом позволялось лишь исполнителям, оперативным сотрудникам разведки или доверенным помощникам руководства.
Этот же длинноногий тип вырядился в традиционное шелковое кимоно и нацепил маску. Совершенно непрактичный наряд для боевых условий. Случись внезапное нападение вражеских эсперов — и от такого телохранителя не будет никакого толку.
Чуя недовольно нахмурился.
Он прекрасно помнил в лицо каждого бойца из личной гвардии Яёи, но этого чудака видел впервые.
Чуя повернулся к брату:
— Яёи, а это еще что за фрукт в маске?
Мори Огай строго приказал не разглашать тайну существования магов, но Яёи не собирался слепо следовать воле босса.
Наклонившись к уху брата, он заговорщически прошептал:
— Дома все расскажу.
Чуя лишь обреченно вздохнул:
— Придется подождать. У меня сегодня ночной рейд, вернусь только под утро.
Время поджимало, пора было выдвигаться. Понимая, что брат наверняка не успел поужинать, Яёи всучил ему коробку с теплой выпечкой:
— Держи. Ребята из приюта передали.
Чуя принял коробку и ласково потрепал брата по макушке:
— До завтра.
— До завтра, — тихо отозвался Яёи.
Спрятав ладони глубоко в карманы пальто, он стоял у входа и долго смотрел вслед уезжающей кавалькаде машин.
***
Вернувшись в кабинет, Яёи устало опустился в мягкое кожаное кресло и уставился на плывущие за стеклом облака. Все накопившиеся дела были улажены, экстренных вызовов не поступало — выдался редкий час покоя.
Сейчас он окончательно свыкся с мыслью, что виртуальная реальность стала его настоящим домом. И все же мысли о Тенген тяжким грузом лежали на сердце, не давая расслабиться.
Хаято старался не нарушать тишину. Заметив, что в стакане шефа не осталось ни капли воды, он бесшумно направился к двери, намереваясь заварить свежего чаю.
— Хаято, — внезапно окликнул его Яёи, выходя из задумчивости, — раздобудь мне комплект одежды.
Помощник тут же развернулся:
— Куртку? Какого фасона?
— Все: от обуви до головного убора. Найди приличный секонд-хенд. На бренд плевать, бери самое старое и поношенное.
— Поношенное? Зачем вам старье? — Хаято недоуменно заморгал, но под суровым взглядом Яёи спорить не решился. — Да, хорошо, сделаю.
— И еще купи пакет влажной глины.
— Понял... — растерянно протянул тот.
Теряясь в догадках, Хаято завел мотор и отправился на поиски.
В небольшом магазинчике подержанных вещей у Краснокирпичных складов ему пришлось долго объяснять продавцу, почему его интересует только самый невзрачный и затрепанный гардероб. Затем он перешел дорогу, заглянул в лавку для художников и забрал увесистый пакет с серо-коричневой глиной.
Вернувшись в штаб, Хаято плечом толкнул дверь кабинета, держа в руках объемные свертки:
— Господин кандидат, я все привез!
Яёи молча поднялся из-за стола и решительным жестом смахнул все папки на край. Достав из пакета потертую куртку, драные джинсы и растянутую рубашку, он аккуратно разложил их на полированной поверхности.
Затем он вскрыл глину и принялся усердно втирать влажную грязь в ткань: в районе коленей, локтей и по низу брючин.
Хаято наблюдал за этим с немым благоговением и шоком. Ему казалось, что он и так выбрал предельно потрепанные вещи, но шеф, судя по всему, решил придать им вид настоящего лохмотья бродяги со свалки.
Закончив пачкать одежду, Яёи встряхнул ее и повесил прямо под струю теплого воздуха из кондиционера.
— Можешь идти домой, — ровно произнес он. — На выходе предупреди водителя, чтобы ждал меня у входа.
Голос его звучал глухо, взгляд был устремлен в пустоту.
Хаято отлично знал этот отрешенный вид. В такие моменты Яёи обычно задумывал что-то смертельно опасное.
Опыт подсказывал, что лишние вопросы могут только навредить, поэтому он лишь молча поклонился:
— Слушаюсь, господин кандидат.
Когда глина окончательно высохла и превратилась в блеклые грязные разводы, Яёи переоделся. Он застегнул молнию до упора и натянул капюшон по самые брови.
Подойдя к панорамному окну, он придирчиво осмотрел свое отражение в темном стекле.
Просторная куртка и висящие мешком джинсы идеально скрывали его фигуру, создавая образ изможденного уличного скитальца. Лицо, бледное и уставшее, пряталось в тени капюшона. В таком виде он без труда сошел бы за ночлежника, не вызвав ни единого подозрения.
Результат превзошел все ожидания. Когда Яёи проходил через главный холл штаб-квартиры, дежурный охранник едва не выставил его за дверь.
Водитель уже заждался у парадного входа. Завидев приближающегося оборванца, он на миг замер, но, вовремя заметив знакомый силуэт, торопливо распахнул заднюю дверцу. Яёи лишь отмахнулся, обошел машину и сел вперед, на пассажирское сиденье.
У бедного шофера от такой близости похолодели ладони. Не смея повернуть голову, он уставился строго на дорогу и испуганно пролепетал:
— Господин кандидат... куда едем?
— В Токио, к западному берегу Сумиды, — отозвался Яёи, провожая взглядом плывущие мимо огни вывесок. — Направляйся в район Тюо, дальше я покажу дорогу.
Машина рванула с места, выезжая на скоростную трассу, ведущую в столицу.
Точного адреса он не знал, поэтому и сел вперед, чтобы вовремя сориентироваться. Вглядываясь в очертания домов сквозь лобовое стекло, он пытался отыскать в памяти серый двухэтажный коттедж, который видел в игре.
Наконец, в окрестностях моста Киёсу, он заметил нужное строение.
— Тормози.
Водитель послушно нажал на педаль. Яёи бесшумно выскользнул из салона и остановился перед чугунными воротами аккуратного особняка.
Здесь жил Ито Тэрухико.
Эволюция Тенген неизбежно ударила бы по Портовой мафии. Безопасность организации требовала найти останки прежнего Звездного Сосуда. Но встречаться с Годжо лицом к лицу Яёи не планировал — слишком опасно. Единственным шансом разузнать хоть что-то о планах магического сообщества оставался Тэрухико.
Правда, существовала одна весомая преграда: в прошлом году Яёи фактически предал его. Если Годжо успел рассказать Тэрухико о том, кто за этим стоял, все планы пойдут прахом.
«Сначала проверю его реакцию», — решил Яёи.
Если старик ничего не знает, они сыграют по старым правилам. Если же Сатору раскрыл правду — придется немедленно убираться из Токио.
С этой мыслью он протянул руку и нажал на кнопку дверного звонка.
http://bllate.org/book/19457/2004653
Готово:
