Как один из ведущих и влиятельных кланов Поселка Хунлуань, семья Цзя возвысилась относительно недавно. Однако, стоило этому роду подняться, как он один за другим скупил множество предприятий в Поселке Хунлуань, в одночасье закрепив за собой статус первой семьи в этих краях.
Сфера интересов семьи Цзя охватывала оружие, духовные травы, ростовщичество и многое другое. При этом в каждом отдельном направлении они практически вышли на первое место во всем Поселке Хунлуань. Теперь же, когда у них появился такой гений, как Цзя Пинчжэн, позиции семьи Цзя в поселке стали поистине незыблемыми.
В этот день во всем поместье Цзя царила праздничная иллюминация, а ярко-красные ковры покрывали всю усадьбу, простираясь более чем на десяток ли за её пределы. Столь роскошное зрелище невольно заставляло людей смотреть на них снизу вверх.
На внешней половине двора поместья Цзя было расставлено не менее тысячи столов из грушевого дерева. Все влиятельные и уважаемые люди Поселка Хунлуань собрались здесь, чтобы поздравить семью Цзя со свадьбой второго молодого господина Цзя Пинчжэна и старшей барышни семьи Линь — Линь Юээр.
Когда солнце поднялось в зенит, за пределами поместья Цзя загремели барабаны и раздался грохот петард. Огромная, величественная свадебная процессия под сопровождение бесчисленных простых горожан, стоявших живым коридором, медленно приблизилась к воротам семьи Цзя.
В таких влиятельных кланах, как семья Цзя, свадебные процессии то и дело разбрасывают монеты, чтобы привлечь удачу и отогнать злых духов. Подобрать брошенные деньги мог абсолютно любой желающий, из-за чего вся процессия оказалась окружена простым народом в три плотных кольца. На лицах каждого зеваки сияли радостные улыбки, словно они от всего сердца благословляли новобрачных.
У ворот поместья Цзя ключевые люди клана Цзя уже выстроились в ряд. Во главе стоял улыбающийся мужчина средних лет — глава семьи Цзя Цзя Чаошэн.
На вид Цзя Чаошэну было чуть за сорок, и внешне он не выделялся ничем примечательным — малознакомый человек вряд ли запомнил бы его лицо. Но тот, кто действительно умел наблюдать, сразу бы заметил, что дыхание у главы семьи Цзя ровное и глубокое, а взгляд пронзителен, как факел. Без сомнения, это был человек, скрывающий свою истинную силу.
По обе стороны от Цзя Чаошэна стояли старшие господа клана. Цзя Чаошэн был третьим сыном в нынешнем поколении семьи Цзя: у него имелось два старших брата и два младших родных брата, каждый из которых управлял собственным направлением в семейном бизнесе и обладал весьма незаурядными способностями.
Чуть позади располагалось молодое поколение клана Цзя. Род Цзя процветал: у самого Цзя Чаошэна было четверо сыновей и дочь, а остальные ветви семьи отставали не сильно. В столь великий день все молодые представители собрались в полном составе, что также свидетельствовало об огромном уважении к семье Линь.
Величественная свадебная процессия остановилась у ворот поместья Цзя. Во главе процессии на темно-красном жеребце восседал второй молодой господин семьи Цзя, Цзя Пинчжэн. Он был облачен в ярко-красные одежды, а на груди красовался огромный алый цветок — весь его вид излучал радость и торжество.
Ловко соскочив с коня, Цзя Пинчжэн в несколько шагов приблизился к Цзя Чаошэну:
— Сын приветствует отца. Отец, я вернул Юээр.
Нынче Цзя Пинчжэн был необычайно бодр и свеж. К тому же он являлся Воином на Шестом уровне Сферы Истинной Ци, и слова его звучали весомо и звонко. Отбросив всё прочее, одна лишь эта выправка делала его недосягаемым среди всей молодежи Поселка Хунлуань.
— Хорошо.
Бросив быстрый взгляд на паланкин позади Цзя Пинчжэна, Цзя Чаошэн перевел взор в сторону паланкина. Там как раз спешился глава семьи Линь, Линь Вэй, в сопровождении своих сородичей.
— Ха-ха-ха, брат Линь, я жду тебя уже довольно давно!
Громко рассмеявшись, Цзя Чаошэн взмахнул рукавом и лично вышел навстречу людям из семьи Линь.
Брак между семьей Цзя и семьей Линь нес в себе куда более глубокий смысл, чем простое заключение союза. Того, о чем действительно беспокоился Цзя Чаошэн, никак нельзя было назвать самой Линь Юээр.
— Ха-ха-ха, мы ведь теперь одна семья, к чему брату Цзя эта излишняя вежливость?
Линь Вэй вместе со своими людьми в несколько шагов сблизился с представителями семьи Цзя. Они и раньше поддерживали деловые отношения, так что чужаками друг другу не приходились. Встретившись, они обменялись приветствиями, и атмосфера установилась весьма дружелюбная.
— Верно. Семья Линь и семья Цзя отныне одна семья. Мы с тобой, брат, объединим усилия и вместе поведем оба великих клана к процветанию.
Цзя Чаошэн тепло притянул к себе руку Линь Вэя, словно показывая, что с этого момента они стали близки, как братья.
— Ха-ха-ха, полностью полагаюсь на решения брата Цзя! — раскатисто рассмеялся Линь Вэй, сознательно держа себя весьма скромно.
Стоило признать, что сила семьи Линь изначально уступала клану Цзя. А теперь, учитывая статус и положение Цзя Пинчжэна, соперничать с ними в будущем станет еще труднее. Если семья Линь и хотела развиваться, ей, судя по всему, придется всецело полагаться на поддержку клана Цзя.
— Отец, дорогой тесть, давайте вы продолжите беседу внутри поместья! Юээр всё еще в паланкине!
В этот момент неожиданно вмешался Цзя Пинчжэн, прерывая любезности между двумя главами семей.
Хотя Цзя Пинчжэн и был представителем младшего поколения, но сегодня — день его великой свадьбы. К тому же его статус уже не шел ни в какое сравнение с прежним: даже Цзя Чаошэну и Линь Вэю в будущем придется с ним считаться. Поэтому его слова прозвучали так, что никто и словом не смел возразить!
— Верно, верно! Брат Линь, прошу в поместье, как раз познакомлю тебя с тремя дорогими гостями.
Цзя Чаошэн изобразил вид человека, которого озарило догадкой, и одним взмахом руки почтительно пригласил делегацию семьи Линь вовнутрь.
— О? У вас гости? — Линь Вэй приподнял бровь, но колебался недолго: — Прошу, брат Цзя!
С этими словами процессия двинулась вглубь поместья Цзя. Цзя Пинчжэн же махнул рукой прислуге, и люди семьи Цзя, приготовившиеся заранее, в соответствии со всеми правилами этикета начали встречать невесту, выходящую из паланкина.
В этом мире, где превыше всего ценилась сила, на ритуалы и церемонии обращали всё меньше внимания. Заключение браков в обычных семьях зачастую обходилось вообще без каких-либо обрядов. Но клан Цзя, будучи первой семьей Поселка Хунлуань, разумеется, не мог вести себя так же просто, как простолюдины.
Несколько красивых служанок с подносами, уставленными разнообразной утварью, шли по обе стороны от алого ковра, рассыпая зерно и монеты. Другие слуги выстроились в два ряда вдоль ковра с жаровнями в руках. Несмотря на белый день, пламя в жаровнях пылало ярко-красным цветом — в них сгорали драгоценные угли из красного фосфора.
Все суетились и хлопотали, и спустя добрую четверть часа пожилая женщина с почтенным возрастом преподнесла Цзя Пинчжэну особую ветвь дерева.
Аккуратно приподняв занавеску паланкина, Цзя Пинчжэн постарался проявить максимум нежности и мягко позвал:
Внутри паланкина старшая барышня семьи Линь, Линь Юээр, сидела неподвижно в алом платье, со скрытым под красной вуалью лицом. Рядом о ней преданно заботилась личная служанка Ляньэр.
Из-за плотной вуали выражения лица Линь Юээр разглядеть было нельзя, а вот стоявшая рядом Ляньэр выглядела крайне опечаленной, на её лице не было и следа радости.
— Госпожа...
Занавеска откинулась, но Линь Юээр не сдвинулась с места. Заметив это, Ляньэр тихонько подтолкнула её.
Тело Линь Юээр едва заметно задрожало, но в конце концов она протянула руку, при поддержке Ляньэр медленно поднялась на ноги и решительно шагнула из паланкина.
Раз уж они зашли так далеко, пути назад у неё не было.
— Цц-ц, поистине первая красавица нашего Поселка Хунлуань, от одного её темперамента голова идет кругом!
— Поглядите только на эту талию, на эту фигуру — просто земное воплощение соблазна!
— Заполучить такую прелестную жену — какая удача для молодого господина Пинчжэна, просто зависть берет! Эх, если бы моя благоверная хоть на одну десятитысячную походила на барышню Юээр, я бы умер счастливым.
— Тц, сравнивать твою домашнюю тиранку с барышней Юээр... Ну ты и мастак загнути!
— Ладно-ладно, расступитесь! Вы можете и не смотреть, а я хочу полюбоваться...
Как только Линь Юээр покинула паланкин, толпа зевак тут же пришла в движение. Хотя обзор преграждала красная вуэля, природный темперамент Линь Юээр не имел себе равных. К тому же ткань слегка просвечивала, позволяя людям смутно разглядеть её несравненные черты лица. Эта мимолетная, неуловимая красота придавала девушке еще больше таинственности и неземного очарования.
— Ха-ха-ха, музыку!
Увидев, что Линь Юээр вышла, Цзя Пинчжэн взмахнул рукой, и музыканты тут же сменили мелодию, добавив усадьбе семьи Цзя еще больше праздничного веселья.
— Юээр, пойдем!
Не дожидаясь, пока Цзя Пинчжэн прикоснется к ней, Линь Юээр издала легкий горловой звук и первой направилась вглубь поместья.
Лицо Цзя Пинчжэна на мгновение исказилось от неловкости, а в глубине глаз сверкнула холодная искра.
Хм, переступишь порог моего дома, и у меня найдется тысяча способов обуздать тебя.
Впрочем, злиться он не стал: стоило лишь завести девушку в дом, как рано или поздно он заставит её покорно прислуживать себе, так что спешить не стоило.
Подумав об этом, он с улыбкой поприветствовал толпу и последовал вслед за Линь Юээр вглубь поместья...
Пока Цзя Пинчжэн и Линь Юээр входили в усадьбу, глава семьи Цзя Цзя Чаошэн и глава семьи Линь Линь Вэй уже первыми прибыли в главный зал.
Большой зал семьи Цзя поражал простором и светлым убранством: потолок был инкрустирован лунными камнями, что выдавало поистине баснословную роскошь.
На данный момент в зале было расставлено всего десять праздничных столов, и за каждым сидели лишь те, кто обладал истинным весом и положением в Поселке Хунлуань. На самом же почетном месте в верхней части зала красовался особый стол, явно предназначенный для глав кланов Цзя и Линь. И сейчас за этим главным столом уже сидели трое необычных гостей.
Эти трое явно отличались от остальных. Посередине восседал молодой мужчина едва за тридцать, а по бокам от него — двое юношей лет двадцати. Все трое сидели с опущенными взглядами. Особенно это касалось центрального мужчины: выражение высокомерия на его лице было таким, будто он ни во что не ставит всех людей под небесами.
Троица не спеша вкушала угощения, изредка перекидываясь парой фраз, когда к ним приблизился глава семьи Цзя Цзя Чаошэн со свитой Линь Вэя.
— Ха-ха-ха, три уважаемых гостя! Места у нас глухие, так что заранее прошу прощения, если прием показался скромным.
Подойдя к столу, Цзя Чаошэн первым сложил руки перед троицей в приветственном жесте, с виноватым видом на лице. Тон его был таким, какого явно не подобает использовать главе влиятельного клана.
— Пустяки. Когда пресытишься редкими деликатесами, простая крестьянская еда кажется даже внове, — небрежно бросил молодой мужчина, махнув рукой.
— Э-э, это... — Цзя Чаошэн на мгновение опешил, явно не ожидая такого ответа. Он просто из вежливости бросил дежурную фразу, никак не думая, что собеседник окажется настолько не расположен соблюдать приличия. Стоило ли говорить, что все кушанья для пира семьи Цзя закупались прямиком из Округа Лэйюнь, и называть их простой крестьянской едой было просто смешно.
Тем не менее, он прекрасно понимал, что ссориться с этими тремя нельзя, а потому не смел выказать и тени недовольства.
— Брат Линь, позволь представить: эти трое — мастера из Академии Грозового Облака. Это управляющий Академии Грозового Облака Цзян У, а эти двое — ученики внутреннего круга академии, Цзян Шань и Лэй Мин. Брат Линь, скорей поприветствуй их.
Цзя Чаошэн был человеком бывалым, а потому ничуть не растерялся из-за брошенной реплики, парой фраз сгладив собственную неловкость.
Линь Вэй еще при входе в зал заметил троицу за главным столом. Услышав представление Цзя Чаошэна, он невольно изменился в лице, и его доселе прямая спина тут же заметно согнулась.
— Простой уроженец здешних мест Линь Вэй приветствует трех уважаемых гостей.
С этими словами он низко поклонился до самой земли, выразив глубочайшее почтение.
Управляющий Академии Грозового Облака — статус этот звучал невероятно весомо. Академия делилась на внутреннее и внешнее отделения. Базовая сила учеников внешнего круга находилась на уровне от седьмого до девятого уровня Сферы Истинной Ци, тогда как ученики внутреннего круга были гениями, прорвавшимися в Сферу Истинного Источника. Что же касалось управляющих, то эти люди уже переросли статус обычных учеников и обладали полномочиями самостоятельно заведовать частью дел академии.
Поскольку старейшины Академии Грозового Облака вечно были заняты делами, они отбирали из числа учеников внутреннего круга обладателей наилучшего потенциала, выращивали их и перекладывали на них часть обязанностей — отсюда и брались управляющие академии. Иными словами, за каждым управляющим Академии Грозового Облака неизменно стоял тот или иной старейшина, готовый поддержать его за спиной.
А старейшины Академии Грозового Облака — это были сплошь могущественные суперэксперты Сферы Истинной Пилюли. В глазах подобных фигур такие кланы, как семьи Цзя и Линь, являлись не более чем жалкими букашками, которых можно раздавить одним движением пальца.
— Мм, к чему эти церемонии, садитесь за стол!
Цзян У даже бровью не повел. Увидев поклон Линь Вэя, он лишь небрежно махнул рукой, выглядя так, будто здесь всё решается исключительно по его воле.
— Вы двое, если у вас есть какие-то ритуалы, начинайте немедленно. Как только новобрачные станут мужем и женой, мне нужно будет возвращаться в Академию Грозового Облака с докладом.
Изначально они прибыли с официальным указом академии, чтобы зачислить Цзя Пинчжэна в исключительном порядке, и по завершении поручения должны были сразу отправиться назад. Лишь благодаря огромной цене, предложенной Цзя Чаошэном, троицу удалось задержать, чтобы они придали веса сегодняшнему празднику. Управляющий Академии Грозового Облака, лично ведущий свадебный пир — о подобной чести обычные кланы не могли и мечтать. Подобное хвастовство в будущем прибавило бы им немало авторитета.
— Уважаемый управляющий, прошу не беспокоиться, мой никчемный сын и Юээр появятся с минуты на минуту. Поскольку я заставил уважаемых гостей ждать, позвольте мне сперва поднести вам чашу вина в знак извинения.
Цзя Чаошэн действовал с предельным тщанием. На ходу он лично наполнил кубки Цзян У, а также сидевших рядом Цзян Шаня и Лэй Мина, после чего налил вино себе, смертельно боясь утомить гостей ожиданием.
Линь Вэй тут же последовал его примеру. Остальные гости тоже поспешили подхватить почин: тост за тостом, лесть на лесть — в итоге троицу засыпали похвалами до тех пор, пока на их лицах не появились довольные улыбки.
В этот момент неожиданно раздался зычный голос распорядителя свадебного пира, и прежде чем затихло эхо, фигуры Цзя Пинчжэна и Линь Юээр появились в главном зале, представ перед глазами всех присутствующих.
http://bllate.org/book/19250/1887548
Готово:
