Готовый перевод Infinite: He Plays with Hearts in the Dungeon / Бесконечность: Он манипулирует призраками в смертельных играх: Глава 26

Только вот интересно, можно ли засунуть туда парочку электронных тараканов, чтобы их напугать…

— Брат Гу, что ты будешь делать сегодня вечером? — Юэюэ не злопамятна, хотя двоечники больше всего ненавидят, когда их допрашивают об учёбе.

Гу Шэньцин слегка опешил:

— С чего ты взяла?

— Брат Вэнь Дунсин смотрел на тебя нехорошо. Взгляд у него был злобный, и в нём чувствовалось какое-то хищное желание.

Гу Шэньцин усмехнулся. Даже ребёнок это заметил.

А он-то думал, может быть, его «Значок с белой камелией» приняли за знак Убийцы богов, и за ним увязалась какая-нибудь организация. Иначе с чего бы такая «удачная» встреча — сразу двое, да ещё и с подставой.

В команде оборотней все знают друг друга, и у честных игроков тоже не может быть иначе — хоть одна пара да найдётся, верно?

Значит, это они двое. Сюй Чжэнъи и Вэнь Дунсин. Сомнений нет.

— Я буду осторожен. А на сегодняшний вечер… у меня ведь есть предметы, — ответил Гу Шэньцин.

Его Большой белый гусь в этом инстансе ещё не пригодился. Хотя… он забыл купить для него корм за 100 очков. Но, наверное, гусь ещё сможет работать? Кхм-кхм.

Дело не в жадности. Просто после всех гулянок у него осталось всего 10 очков.

— Мой предмет может подменить меня. Сегодня ночью я отправлю его вместо себя, а сам буду бродить в виде души. Если меня и правда отравят, мы пообщаемся в чате.

Если его отравят, это даже к лучшему. Лу Инцы сегодня ночью, скорее всего, допилит функцию чата. И он как раз сможет туда зайти и повеселиться — права администратора совсем не то, что у обычных участников.

— Яд? Вэнь Дунсин — Ведьма?

— Может быть, да, а может, и нет. Но подумай: если бы он не был Божественным чином, вряд ли бы он вёл себя так нагло. А если бы он был Охотником, его наглость была бы с примесью трусости.

— Тогда, брат Гу, как ты думаешь, кто Охотник?

— Следуя нашей логике: до сих пор мы резали и голосовали за Деревенских жителей. Се Цзецзе — Провидец. Вэнь Дунсин, возможно, Ведьма. Тогда Охотником может быть только брат Юй или сестра Ваньсяо…

— Гуань Ваньсяо, — уверенно ответил Гу Шэньцин.

Видя недоумённый взгляд Юэюэ, Гу Шэньцин улыбнулся, и в его глазах зажглись звёзды:

— Мы с ней довольно хорошие друзья. Она не настолько сдержанна, как сейчас. Даже несмотря на её сегодняшнюю вызывающую речь.

— Понимаешь? Наглая Провидица притворяется Охотником. А настоящий, спокойный и немногословный ловец никогда не раскрывает себя, а прячется в тени, выжидая момент, чтобы насытиться.

— Жаль, что я пока не могу рассказать ей правду об этом инстансе.

Он мог избить NPC и бросить вызов боссу. Он мог сократить время «Мафии» с пяти дней до трёх.

Если бы он сейчас раскрыл правду и заручился поддержкой всех, во-первых, те двое поняли бы, что их цели раскрыты, и стали бы осторожнее и скрытнее. А во-вторых, он снова мог бы получить предупреждение от Призрачного представления.

В инстансе «Глиняный Горшок» он уже получил одно жёлтое предупреждение. После трёх таких его закроют в тёмной комнате. Пока что он не может себе этого позволить.

— Завтра, наверное, будет интересно, — Гу Шэньцин взял Юэюэ за руку и проводил до её комнаты.

— Спокойной ночи!

Юэюэ не хотела заходить. Она остановилась и, как в прошлом инстансе, достала свой Мягкий золотой доспех.

— Мм… Возьми.

— Я не знаю, поможет ли он тебе, но мне очень хочется тебе его дать.

Сердце Гу Шэньцина дрогнуло. Он улыбнулся и принял подарок.

— Хорошо. Кстати, за прошлую награду я получил Зачарованные перчатки. Посмотрю, можно ли их совместить.

Если их можно совместить, да ещё и с защитой Большого белого гуся, то, возможно, даже если его отравят, функции его тела не умрут.

А если он попросит Лу Инцы спрятать тело, а потом, в нужный момент, заставит его «восстать из мёртвых» — разве это не будет забавно?

Ничья при трёх живых волках — звучит прекрасно, правда?

— Спокойной ночи, ложись пораньше, — он потрепал девочку по голове.

Но в следующую секунду его голос стал угрожающим:

— Не смей сидеть в чате допоздна! И не играй с этими старыми развратниками!

Весь день те двое буянили, и Юэюэ тоже принимала в этом активное участие.

Но Лу Инцы был слишком занят, чтобы остановить её. А он сам до этого не знал, что болтовня в чате — это проблема. Видел, что ребёнок веселится, словно вырвался из тюрьмы, и не стал особо мешать.

Пока не пролистал историю чата. Эти старые извращенцы учат ребёнка плохому!

【Мо、】: Хе-хе, а я вдруг захотел…

【Чжо Хуасун】: Ты уже развалился на куски, о чём ты можешь думать! Пошляк!

【Чжо Хуасун】: Не то что я — само благородство! И мои бумажные человечки будут любить меня вечно! У нас связь на уровне души!

【Мо、】: Разве это можно сравнивать? [Праведный гнев]

【Шекспир】: Бульк

【Чжо Хуасун】: Хе-хе-хе, сестрёнка~

…………

— Ты слышала меня, нет! — хотя Юэюэ ничего плохого не делала, но культура влияет на людей незаметно.

Юэюэ угрюмо ответила:

— Ага…

— Если не будешь слушаться, в следующий раз, когда пойдёшь в инстанс, я дам тебе с собой летние домашние задания. Если их не будет в магазине Системы, я сам составлю тебе задачи. Сначала повторим китайский, математику, английский, а потом изучим политику, историю, географию, физику, химию, биологию…

— … — маленькая Юэюэ почувствовала страх перед тотальным контролем.

— Мы рано или поздно выберемся отсюда. У нас нет будущего здесь, — Гу Шэньцин мягко коснулся её плеча.

Он повторял эту фразу в своём сердце каждый день.

Юэюэ о чём-то задумалась. Когда-то давно чьи-то старые, неуклюжие руки заплетали ей волосы. Красная резинка делала причёску уродливой, и она доставала розовую, с зайчиком, и требовала поменять.

«Хорошо-хорошо, моя хорошая девочка».

Он распускал волосы, аккуратно расчёсывал и снова заплетал.

«Моя внучка — самая большая модница».

«Вовсе нет!» — она вертелась перед зеркалом, хвостик ходил ходуном.

Но потом дедушка внезапно заболел с температурой, и эти руки были только в больничной палате: кормили дедушку кашей, переодевали, ухаживали за ним.

Бабушке стало не до неё.

Она больше никогда не вернётся в прошлое — в то время, когда они были «молоды», когда она могла беззаботно капризничать.

— Да, брат Гу, это я струсила и отступила.

— Кажется, я боюсь не учёбы. Я боюсь выйти и увидеть больных родных…

— Но я тоже должна взрослеть. — Даже самый понимающий человек может чувствовать бессилие и уныние, как и самый успешный в жизни человек может переживать упадок.

Взгляд Гу Шэньцина потемнел:

— Не нужно так себя заставлять… — Он не знал, что его слова заставят Юэюэ думать о таком.

Хотя он на работе и имел дело с особенными людьми чаще, чем с обычными, но чтобы вот так, одним словом довести до слёз… такого ещё не было.

— Эх… — Гу Шэньцин очень бесцеремонно вытащил конфету из кармана юбки Юэюэ, развернул фантик и засунул ей в рот.

— Съешь что-нибудь сладкое, станет веселее. Кариеса не бойся. — Теперь ему пришлось говорить это.

Возиться с детьми и правда нелегко…

Посетовав, Гу Шэньцин «отконвоировал» Юэюэ спать.

— Не смей думать о всякой ерунде! Поняла!

— Завтра ещё голосование! К тому времени за столом останутся только ты и Лу Инцы — два волка. Будьте осторожны!

Юэюэ взяла себя в руки, пряча печаль:

— Хорошо.

— И ещё, брат Гу, ты только что засунул конфету слишком быстро. Я её проглотила, даже вкуса не почувствовала…

Гу Шэньцин похлопал её по голове:

— Глупый ребёнок!

72. Мафия — Гу Шэньцин выбывает

【Ночь Оборотней. Трое злобных оборотней, неся смертоносные намерения, врываются в комнаты невинных и убивают их. Этой ночью Сюй Чжэнъи был убит оборотнями. Ведьма, будете ли вы использовать зелье?】

— Ведьма, будете ли вы использовать зелье? — холодно спросил Осьминог-официант, ничем не выдавая, что ещё утром между ними произошла односторонняя драка.

Ведьма, то есть Вэнь Дунсин, холодно усмехнулся:

— Я не буду использовать зелье! Я использую яд!

Он помнил о своей цели. Этой ночью его конкурент Сюй Чжэнъи умер. Если он заберёт предметы Гу Шэньцина, то место ключевого члена организации достанется только ему!

Вспомнив видео, которое показывал им лидер группы, Вэнь Дунсин почувствовал жар в груди.

— Сегодня ночью я отравлю Гу Шэньцина!

«Месть Маргариты» — он должен заполучить её любой ценой!

— Хорошо, Ведьма, ложитесь спать. — Официант не церемонился и просто шлёпнул его на кровать. Вэнь Дунсин, не в силах сопротивляться, провалился в сон.

Официант пришёл в комнату Провидца.

На этот раз он поумнел. Он взял палку и, не приближаясь, ткнул ею в Се Цинь, пока та не проснулась.

— Провидец, кого вы хотите проверить сегодня ночью?

Се Цинь на мгновение нахмурилась, вспомнив утреннюю перепалку, и сказала:

— Я хочу проверить Лу Инцы.

На лице официанта появилась жуткая улыбка:

— Он… оборотень~

Се Цинь, не успев осознать, что он сказал, просто оттолкнула его.

— Отвратительно! С твоей улыбкой ещё отвратительнее!

Голова Осьминога-официанта была довольно круглой, и его улыбка выглядела странно-комично, как у глуповатого боба. Но он при этом корчил страшные рожи, что выглядело особенно нелепо.

Официант промолчал, но прежние раны, казалось, заныли. Он поспешно вышел из комнаты.

«…»

В тихой комнате Се Цинь в оцепенении села на кровать.

В подсознании у неё было ощущение, что на Лу Инцы можно положиться.

Будто он когда-то сделал что-то… будто он когда-то прикрывал их собой.

Но если подумать, то ничего не вспоминалось. Хотя, хотя они знали друг друга так недолго.

Но в глубине памяти, казалось, мелькнул синий цвет, похожий на слезу.

— Оборотень… — Она вспомнила утреннюю позицию Лу Инцы — он склонялся к Гу Шэньцину!

— Этого не может быть… — пробормотала она в оцепенении.

Тот, кто активно продвигал инстанс, — оборотень?

Нет… нет!

Се Цинь вдруг схватилась за голову. Ей казалось, что в её воспоминаниях Гу Шэньцин активно продвигал инстанс только один раз, и все получили по пятьсот очков. Но её женская интуиция подсказывала ей — нет, не один!

От резкого дискомфорта от этого противоречия Се Цинь вдруг нервно усмехнулась: ладно, она просто посмотрит, что эти двое выкинут!

Она поняла: они точно знают больше, чем она. Возможно, её роль уже раскрыта.

Если бы они действительно хотели победы оборотней, первым, кого нужно было бы убить, была она. Но этого не произошло.

Се Цинь расслабилась, с удовольствием плюхнулась на кровать и даже с нетерпением ждала завтрашнего дня.

— Может быть… все останутся живы…

На следующее утро собралось только шесть человек.

Поскольку причина смерти не разглашалась, каждый, зайдя в две пустые комнаты, увидел только голову и прямоугольное пятно ниже.

Увидев голову Гу Шэньцина, Лу Инцы действительно испугался. Как это так — после одной ночи его товарищ по команде уже копыта отбросил!

К счастью, остальные тоже были удивлены — удивлены, что за ночь умерло два человека. Так что его слегка преувеличенное выражение лица не выглядело странно.

Хорошо, что он вспомнил про созданный им чат.

После того, как тех старых извращенцев забанили, в чате осталось всего несколько сообщений.

【Собрание Нобелевских лауреатов эпохи Возрождения】

【Гу Саньшуй】: Капитан, меня отравил Вэнь Дунсин. Раньше я не был уверен, Ведьма ли он, но теперь, когда я мёртв, я точно знаю.

Проверить на себе — это нормально?

Ты бы ещё утешил своего капитана, у которого при пробуждении сердце чуть не выпрыгнуло от вида твоего пиксельного пятна!

【Лу Инцы】: В следующий раз, если у тебя есть какие-то мысли на чей-то счёт, сначала говори мне!

【Лу Инцы】: Отдел разработки тоже имеет право знать результаты маркетинговых исследований!

【Гу Саньшуй】: (￢￢)~ок

Лу Инцы несколько раз взглянул на голову, неподвижно лежащую на белой простыне. Раньше, когда он одновременно разрабатывал технологии и проходил инстансы, он тоже видел много голов, но головы знакомого человека — впервые.

Солнечный свет за окном падал на безжизненную кожу Гу Шэньцина, окрашивая её в светлый ореол.

Янтарные, прекрасные глаза больше не откроются. Октябрьский ветер снаружи колыхал скирды соломы, желтоватый цвет напоминал бледную световую полосу заходящего солнца.

Люди умирают, не так ли?

В чате Гу Шэньцин всё ещё строчил сообщения:

【Гу Саньшуй】: Эй, капитан! Не зависай! Юэюэ, дёрни его поскорее, пусть придёт в себя!

Комнату Гу Шэньцина осматривали второй. Сейчас все выходили наружу, направляясь в главный зал.

【Гу Саньшуй】: Капитан Лу! Капитан Лу!【Гу Саньшуй】: (▼миска▼#)

Лу Инцы, глядя на смайлик в облачке сообщения, пришёл в себя. Что это на него нашло? Он же вот он, здесь, живой.

Он мысленно скомандовал.

【Лу Инцы】: В будущем, если позволят условия, докладывай мне обо всём, что делаешь. Мне спокойнее.

【Гу Саньшуй】: Оу~кк

73. Мафия — Лу Инцы раскрыт

Пока Судья ещё не пришёл, все в зале начали обсуждение.

— Снова двое погибших… Наверное, Ведьма тоже кого-то отравила, иначе не могло умереть двое, — нахмурившись, сказала Се Цинь.

Гуань Ваньсяо сидела рядом в оцепенении, ничего не слыша.

В её голове всё ещё стояла та голова.

После того, как она прошла тот инстанс с Гу Шэньцином, она попала в другой, где познакомилась с Сюй Чжэнъи. Система определила их как партнёров.

В инстансе они сотрудничали, заработали нужное количество золотых монет, пережили стихийные бедствия и успешно сбежали.

Сюй Чжэнъи был не сказать чтобы очень красив и не обладал дьявольским умом Гу Шэньцина, но Гу Шэньцин был недосягаем, а Сюй Чжэнъи вызывал у Гуань Ваньсяо желание завести с ним роман.

Время в инстансах и вне их течёт по-разному, в каждом своё.

Они вдвоём продержались в инстансе положенное время — три месяца. Эти три месяца, день за днём, были достаточны, чтобы сердце Гуань Ваньсяо затрепетало.

Это была не любовь с первого взгляда, а скорее желание найти кого-то, кто будет рядом, когда после попадания в Призрачное представление перед ней встаёт бесчисленное количество развилок, и она теряется.

Поэтому, выйдя из инстанса, она сразу же добавила его в друзья. Но Сюй Чжэнъи не принял её запрос. Она немного расстроилась и отправилась в следующий инстанс.

Вернувшись, она обнаружила, что Сюй Чжэнъи принял её заявку и пригласил её в тот же инстанс.

Как раз в это время Призрачное представление открыло командный режим, и они вдвоём объединились, чтобы войти в «Мафию».

Но теперь он мёртв!

Скорее всего, его убили оборотни. Оборотни… Оборотни!

Да, она Охотник. Она может отомстить за него!

Разрозненные мысли наконец сплелись в клубок. Голова с выражением шока и непонимания, не closing глаза, подстёгивала её изнутри.

Вэнь Дунсин незаметно подошёл к ней, наклонился и прошептал на ухо:

— Лу Инцы — оборотень.

— Это он убил Сюй Чжэнъи. Давай голосовать за него.

Голос, как навязчивый мотив, звенел в ушах.

Гуань Ваньсяо повернула голову. Её пустые глаза смотрели на него, как на мертвеца.

— Правда? — холодно спросила она.

Не дожидаясь ответа, она снова отвернулась, всем своим видом показывая «не подходи ко мне».

Вэнь Дунсин лишь улыбнулся, зная, что добился своего. В конце концов, не у каждого есть выданная организацией наклейка «Смутьян».

В тот момент, когда он наклонился, чтобы заговорить, он приклеил наклейку на одежду Гуань Ваньсяо за волосами. Наклейка была идеально скрыта прядями и снаружи была совершенно незаметна.

Даже если утреннее голосование не выкинет этого несимпатичного ему Лу Инцы, ночью Охотник прихватит его с собой. Двойная страховка!

Кто виноват, что в этом мире всегда есть кто-то лучше него?

Все люди рождаются, но некоторые с самого рождения получают исключительные условия: выдающуюся внешность, безупречные манеры…

Не то что он. До встречи с Призрачным представлением он был серой мышью, мелким клерком в компании, мечтающим стать большим боссом.

А после того, как попал в Призрачное представление, он тоже ничем не выделялся. Даже «Мафия» смеялась над ним, дав ему роль обанкротившегося босса.

А так называемая помощь Лу Инцы, та насмешка про «обанкротившегося босса, который сосёт кровь рабочих», попала прямо в самое сердце!

Он думал, что, прикинувшись безобидным, сможет усыпить бдительность других, но не ожидал такого унижения!

И все считали, что это для его же блага! Он был в ярости!

Месть… это была единственная мысль, кроме желания заполучить предметы.

Судья появился перед ними, словно призрак, и объявил:

— Сегодняшнее голосование официально начинается. Для справедливости мы будем придерживаться порядка, обратного первому дню. Вчерашний номер десять сегодня будет номером один.

— Слово предоставляется номеру один~

Юэюэ, хоть и была удивлена, но встала спокойно и своим милым голоском две минуты несла какую-то бесполезную информацию.

Никто и не ожидал, что ребёнок скажет что-то дельное. Если бы сказала, это вызвало бы подозрения.

Гуань Ваньсяо встала. Она не сводила глаз с сидящего напротив Лу Инцы. В глазах горел огонь, словно перед ней был заклятый враг.

— Оборотень — это Лу Инцы! Разве он не выдавал себя за Провидца? Почему оборотни не убили его прошлой ночью? Не говорите мне, что Ведьма использовала зелье, чтобы его спасти. Если Ведьма использовала противоядие, она не могла использовать яд!

Она перевела дух, чтобы голос звучал не так агрессивно:

— Всем известно, что в «Мафии» Ведьма не может спасти саму себя и не может использовать два зелья в одну ночь.

— И, как вы думаете, Ведьма обязательно спасет того, кто выдает себя за Провидца? Те, кто играл, знают: тот, кто первый выдает себя за Провидца, скорее всего, им и не является!

— Он может быть Деревенским жителем, оборотнем или другим Божественным чином!

— Ведьма не обязана его спасать. А раз он не оборотень, почему оборотни его не убили? Единственная правда в том, что он оборотень! — Гуань Ваньсяо подвела черту. За всю речь было совершенно непохоже, что она мстит за Сюй Чжэнъи.

— Хлоп-хлоп! — Судья похлопал, словно одобряя, но тут же произнёс:

— Время вышло. Следующий.

Гуань Ваньсяо с гневом замолчала. Слова Вэнь Дунсина в какой-то степени помутили её рассудок.

Следующим выступал Вэнь Дунсин. Что он мог сказать? Конечно, он поддержал мнение Гуань Ваньсяо.

Вчера вечером они были в оппозиции, сегодня — едины.

Лу Инцы смотрел на этих двоих и чувствовал, как на него надвигается дым сражения.

В чате он спросил своего профилировщика:

【Лу Инцы】: Ты мне чего-то не договариваешь?

【Гу Саньшуй】: Ха-ха, ха-ха, не всё же сразу рассказать… кк

【Гу Саньшуй】: Сейчас ситуация такая: Гуань Ваньсяо мстит за Сюй Чжэнъи. Я только что заметил, как Вэнь Дунсин тайком с ней разговаривал. Возможно, он уже тогда её настраивал.

【Гу Саньшуй】: Но даже если Сюй Чжэнъи убили мы, что с того? Капитан Лу, делай, как я скажу…

После объяснения брови Лу Инцы постепенно разгладились.

【Лу Инцы】: Ну и голова у тебя, умеет же играть на чужих чувствах!

http://bllate.org/book/19171/1882288