Погода, казалось, уже начала теплеть, но из-за налетевшего холодного фронта Гу Лэ простудился. Во время разговора с Хань Пэем Гу Лэ чихнул, и тот, узнав об этом, посоветовал ему съездить домой и взять в школу теплую одежду.
— Болтун, — сказал вслух Гу Лэ, однако на выходных всё же вернулся к Гу Шань, чтобы забрать свои зимние вещи. Войдя в прихожую, он увидел Гу Шань.
— Седьмая, почему это ты дома в такое время? — спросил Гу Лэ. Раньше до одиннадцати вечера Гу Шань было просто не застать дома.
— Вернулся? — она поманила его рукой, подзывая к себе.
Гу Шань сидела, обхватив руками ноутбук, и смотрела фильм. Гу Лэ подсел ближе и заметил, что на экране идет диалог между двумя девушками.
— Это что, две девушки добиваются одного парня? — спросил Гу Лэ.
Гу Шань пошевелила пальцем, показывая, что он угадал неверно:
— Три девушки добиваются одного парня.
Гу Лэ изобразил неестественную улыбку:
— Сестра, у тебя вкусы и правда…
Гу Шань бросила на него косой взгляд, и Гу Лэ тут же замолчал. Указав на экран, Гу Шань произвела:
— Эта лента — победитель Берлинского кинофестиваля две тысячи девятого года, она забрала сразу семь главных наград, можно сказать, подмяла всё под себя. Исполнитель главной роли благодаря своей игре получил приз за лучшую мужскую роль. Или, как вы выражаетесь, стал киноимператором.
Тут Гу Шань вздохнула и несколько разочарованно добавила:
— Он самый молодой обладатель звания киноимператора за всю историю Берлинского кинофестиваля.
Гу Лэ показалось, что сегодня от Гу Шань веет какой-то необъяснимой грустью. По крайней мере, в обычные дни она не стала бы сидеть дома за просмотром фильмов посреди бела дня. Структура сюжета была отличной, и даже начав смотреть с середины, Гу Лэ всё понял и погрузился в происходящее. История развивалась неторопливо и плавно.
Сцена, где интеллигентный и утонченный профессор-мужчина смотрит в звездное небо, была невероятно красива. Этот человек казался таким знакомым… Гу Лэ подумал, что он очень похож на Хань Пэя, того самого попавшего в автокатастрофу киноимператора. Раньше Гу Лэ видел пару фотографий Хань Пэя, но был знаком с его творчеством не слишком близко.
Гу Лэ охватило смутное чувство. Карьера на самом пике — и вдруг оказаться прикованным к больничной койке… Хотя актерская игра трех актрис в фильме была неплоха, всё же в ней чувствовалась некоторая наигранность.
— Он нашел свою любовь? — не удержался от вопроса Гу Лэ.
Гу Шань покачала головой:
— Изначально планировались съемки продолжения, но из-за аварии исполнителя главной роли продюсеры отложили проект.
Авария? Значит, речь и правда шла о Хань Пэе. Гу Лэ спросил:
— Сестра, его случайно не Хань Пэй зовут?
Гу Шань уже собиралась ответить, но тут на ее телефон пришло сообщение. Бросив взгляд на экран телефона, она протяжно произнесла: «Угу».
— Сяо Лэ, я побежала. Когда будешь уходить, не забудь запереть дверь. Ключ лежит под ковриком у порога.
Гу Лэ хмыкнул, глядя, как она бросилась в комнату, быстро переоделась, наложила макияж, закинула ноутбук в сумку, обулась и выбежала прочь.
Гу Шань всегда была вся в делах и спешке. Окинув взглядом раскиданные по гостиной вещи, Гу Лэ покачал головой и закатал рукава, принимаясь за уборку.
Хотя мусор по комнатам Гу Шань не оставляла, порядок в вещах наводить не умела. Кое-какие материалы и папки с документами валялись где попало. Впрочем, ничего важного среди них не было, иначе Гу Шань непременно спрятала бы это понадежнее.
Убедившись, что всё примерно рассортировано, Гу Лэ подумал, что лучше всего будет отнести это в кабинет.
Он потянул за ручку, но дверь не поддалась. Заперто?
Судя по словам Гу Шань перед уходом, на связке под ковриком было три ключа, и один из них, должно быть, от кабинета. Гу Лэ сходил за ключами и, перебирая их по одному, наконец отпер дверь.
Опасаясь, что Гу Шань потом ничего не найдет, он положил бумаги на письменный стол.
— Это еще что? — на столе лежала незапертая в рамку фотография. Гу Лэ бросил на нее взгляд: на снимке было запечатлено пять человек — трое мужчин и две женщины. Все выглядели блестяще, а лица женщин украшал безупречный макияж. Гу Шань в бирюзовом костюме стояла в самом центре, слегка улыбаясь и держа в руке бокал с вином. Гу Шань — и улыбается? Жуть, подумал про себя Гу Лэ.
Но больше всего Гу Лэ поразил мужчина в черном костюме, стоявший рядом с Гу Шань. Гу Лэ только что видел его — это был главный герой того самого фильма.
Кем же работала Гу Шань, раз могла сфотографироваться со звездой?
Несмотря на все вопросы, копаться в вещах сестры Гу Лэ не посмел. Придется спросить у нее при следующей встрече. Гу Лэ посмотрел на лицо мужчины на фото и невольно коснулся его пальцем.
Неужели это Хань Пэй? Тот же самый человек, те же имя и фамилия, и даже схожая судьба… Станет ли Хань Пэй в будущем такой же всенародно любимой мегазвездой, собирающей полные залы, будет ли приковывать к себе всеобщее внимание?.. Если так, Хань Пэй наверняка будет счастлив. Но…
Этот человек сейчас превратился в «овощ», говорят, он лежит в больнице уже больше года, и шансы на пробуждение ничтожно малы. Если Хань Пэй действительно попадет в аварию… Гу Лэ не смел продолжать эту мысль. Как бы сильно он ни хотел встретиться с Хань Пэем, он вовсе не желал ему беды. К тому же они пришли в шоу-бизнес в разное время, так что, наверное, Хань Пэй не попадет в аварию.
— Город А, некое место, 2008 год —
Сюй Цзя во все глаза смотрел на стоявшего перед ним молодого актера. Тот что, шутит?
— Я просил тебя показать тоску по человеку, который, возможно, никогда не вернется из далей, а не строить из себя влюбленного дурачка, будто ты впервые женщину увидел.
Стоявший рядом другой актер, тоже пришедший на пробы, слегка задрожал губами — ему хотелось рассмеяться. Казалось, роль уже у него в кармане.
Сюй Цзя тут же перевел прицел на него:
— Чего лыбишься? Просил изобразить человека, погруженного в мысли, а ты застыл как с параличом лицевых нервов. Я знаю, что у тебя в голове буря, но покажи ты это хоть как-нибудь!
Его помощник, глянув на это, понял: дело труба, снова мимо. Выпроводив парня за дверь, он вежливо произвел:
— О результатах прослушивания мы вам сообщим.
Впрочем, можно было не сообщать — всё равно не прошел.
Вернувшись в комнату, помощник устало вздохнул:
— Режиссер Сюй, неужели среди сегодняшних кандидатов нет ни одного подходящего?
Финансирование уже поступило, подготовка шла как по маслу, но на выборе главного героя всё застопорилось.
Сюй Цзя откинул челку назад, обнажив высокий лоб:
— Говорят, профессиональные актеры с профильным образованием, а на деле — что это было? У них что, одна методичка на всех, их учат плакать и сметься по одному шаблону? Думают только о том, как контролировать мимику, а где чувства? Собака сьела?
Помощник хмыкнул, тоже чувствуя себя беспомощно:
— Мы уже столько времени ищем. Но играть-то кому-то надо.
Сюй Цзя перебрал столько кандидатур, но ни одна ему не приглянулась:
— Давай еще поищем. Главная проблема в самом сценарии, иначе можно было бы взять кого-нибудь из известных актеров.
Помощник покачал головой:
— Кто же виноват, что это фильм на тему гомосексуальности.
Сюй Цзя тяжело вздохнул, разделяя его досаду. Из-за того, что картина поднимала тему однополой любви, немногие актеры соглашались на нее. А те, кто были не против, получали отпор от собственных агентств, запрещавших им являться на пробы. Он поднялся с места и хлопнул помощника по плечу:
— Пойдем, пропустим по стаканчику.
Сюй Цзя сел за руль и припарковался недалеко от выезда с подземной парковки. Помощник удивленно посмотрел на него:
— В чем дело?
Сюй Цзя указал на уличный экран, где крутили рекламный ролик шоколада с участием Хань Пэя:
— Что это за поп-звезда?
Помощник достал телефон и принялся искать в интернете:
— Это Хань Пэй, восходящий певец из Цююй, сейчас довольно популярен. Рекламу сняли в прошлом месяце.
— Его можно ангажировать? Позвони его агенту, я хочу с ним поговорить.
Помощник засомневался:
— Но он же непрофессиональный актер.
— А по-твоему, те профессионалы показали хоть что-то стоящее? К тому же мне нужно самому взглянуть, подходит ли он на роль.
Пытка — не пытка, терять всё равно нечего.
Помощник больше ничего не сказал. Лишь произвел:
— Хорошо, я свяжусь с ними.
Стоя у окна, Бай Чжэ с мягким выражением на лице смотрел на удаляющуюся машину. V за его спиной выглядел донельзя напряженным:
— Это может его погубить.
— Фильмы Сюй Цзя всегда отличались качеством.
V отвернулся, раздраженно бросив:
— Но это фильм про гомосексуалистов! Пусть он не говорит об этом напрямую, но судя по всему, продюсеры сделают упор именно на эту тему, а у нее узкая аудитория.
Ожидание — так назывался этот сценарий, картина с ярко выраженным гомосексуальным подтекстом.
В этих краях кинематограф на подобные темы был абсолютным табу: многие открыто ненавидели гомосексуалистов и даже считали это психическим расстройством.
Сюжет крутился вокруг трех студенток, которые благодаря выигранному билету на самолет решали приударить за молодым и перспективным профессором Чжао Синем. Через это раскрывались тайные, скрытые от посторонних глаз истории.
Чжао Синь был самым желанным и в то же время самым щекотливым объектом обожания для всех студенток университета, поскольку ходили упорные слухи, что избранник этого профессора — мужчина. А если у мужчины партнер тоже мужчина, это означало лишь одно: он гомосексуалист.
Чжао Синь заявлял, что неизменно ждет свою вторую половинку, и, несмотря на пересуды и вопросы со стороны университета, хранил молчание. Его излюбленным местом была крыша, и одна из студенток случайно запечатлела его в профиль, когда он созерцал звездное небо. Эту фотографию девушки переслали трем подругам.
Троица случайно заполучила авиабилет на Мальдивы и заключила пари: та, которая первой узнает пол и имя возлюбленного профессора, забирает этот билет на одного человека.
Однако по мере сближения и общения с Чжао Синем у них постепенно зарождались три совершенно разных чувства. Сценарист выстроил переплетение эмоций безупречно.
Это действительно был отличный сценарий, и Сюй Цзя долго подыскивал на главную роль идеального исполнителя. Изначально он хотел привлечь трехкратного обладателя звания киноимператора Ло Цзымо, но тот, хоть и высоко оценил сценарий, вежливо отказался. Официальной причиной был плотный график, однако Сюй Цзя понимал: дело в излишне щекотливой теме.
Пока он не увидел рекламу с Хань Пэем. Нежный, преданный и интеллигентный образ идеально подходил под описание Чжао Синя. На этот раз режиссер решил лично нанести визит Хань Пэю со сценарием на руках, чтобы убедиться, тот ли это человек, которого он так долго искал.
Сам Бай Чжэ сценарий одобрил, но V выступил категорически против, наотрез отказываясь давать согласие. Он руководствовался не только интересами менеджера, но и соображениями друга. Фильм с такой тематикой был слишком большим риском.
— Бай Чжэ, это разрушит карьеру Хань Пэя!
http://bllate.org/book/19152/1880771
Готово:
