Тань Чжэн уже был в полном ступоре:
— Эта стерва! У неё откуда-то взялась запись! Невозможно, та комната была временной постройкой, вокруг открытое пространство, никто не мог вести скрытую съёмку.
Одумавшись, он тут же решил:
— Это наверняка заговор! Они подставили меня!
Ван Хэ обессиленно рухнул на стул — всё было кончено! Три года его упорного труда пошли прахом!
Нынешняя молодёжь без ума от таких, как Тань Чжэн. Актёр из него так себе, но внешность хороша. Стоит такому смазливому пареньку пару раз надрывно завопить — и готова песня, а во время съёмок сериала достаточно просто постоять перед камерой, чтобы обеспечить толпы зрителей. Он вложил в него все силы за три года, и вот наконец-то тот стал популярным, начал приносить деньги, как вдруг случилось такое!
Увидев состояние своего агента, Тань Чжэн поспешил подбежать и успокоить его:
— Братуха, у меня есть фанаты. Они любят меня до глубины души, готовы умереть за меня, они точно не бросят меня из-за этого! Я ведь ничего с ней не сделал, да и в накладе не остался, верно? Мы наймём ботов, я не пропаду, поверь мне!
Агент глубоко вдохнул, собрал все оставшиеся силы и влепил ему пощёчину. Раздался громкий звук удара, от которого у Тань Чжэна онемела половина лица.
— Всё ещё витаешь в облаках! Бесчинствовал! Не уважал женщин! Какая у тебя теперь может быть возможность отмыться? Ты кончен, понимаешь? Даже если нанять ботов, на тебе останется клеймо, кто после этого позовет тебя сниматься!
Комментарии в сети были полностью односторонними:
[Проведенная техническая экспертиза подтвердила: эта запись настоящая, я и представить не мог, что Тань Чжэн за человек! До чего же противно!
Тань Чжэн поделом получил! Почему Бай Сыцяо не отделал его до конца! Какого же ублюдка я фанатила! До чего же тошно!
Всё, Гун Цинюй больше не чиста, её трогал мужчина.
Сдохни эта баба! Сдохни, уродка! Не трогай брата Чжэна, сволочь! А-а-а-а!
Психбольница, заберите пациентку выше.
Я не верю, тут точно какое-то недоразумение! Это не отец ли Бай Сыцяо подослал кого-то сделать это видео? Сговорился с Гун Цинюй, чтобы подставить Тань Чжэна, да?
Опять отец Бай Сыцяо! Он что, всю вселенную подмял под себя?
Да ладно вам, не позорьтесь! Просто фанатели от отброса, чего уж тут бояться признать, свет клином на нём не сошёлся, найдётся кто и получше!
Мне плевать, я буду покупать продукцию папаши Бая! Телефоны, компьютеры, ноутбуки, айпады, наушники, игровые приставки... Всё, что выпускают компании папаши Бая! Всё куплю!
Поддерживаю отечественного производителя! Поддерживаю своего батюню!
Простите, я вчера вас ругал! Пойду куплю телефон в знак извинения!]
В корпорации «Бай» обнаружили, что они еще даже пальцем о палец не ударили, а направление ветра в интернете уже переменилось, и даже акции компании пошли вверх.
Главной темой обсуждения стал вовсе не Бай Сыцяо — интернет-пользователи единодушно осуждали Тань Чжэна и требовали внести его в чёрные списки: такого мусора на экранах быть не должно!
Зато Гун Цинюй, не побоявшаяся разницы в социальном положении и открыто выступившая против Тань Чжэна, заставила весь интернет узнать эту смелую девчонку, чьё имя доселе никому было не известно. Этот инцидент не только не испортил её репутацию, но и привлёк множество новых поклонников.
Правда, поступив так, она смертельно обидела Ван Хэ. Тандем разорван, и раз уж Тань Чжэну конец, Ван Хэ не собирался оставлять в покое и Гун Цинюй — он намеревался уничтожить их обоих!
Гун Цинюй сидела на диване в своей студии. При росте один метр шестьдесят пять сантиметров и весе всего в сорок пять килограммов она казалась на диванчике совсем крошечной и немного жалковатой.
Агент положил трубку после очередного звонка и спросил её:
— Теперь дошло до тебя, каково это — бояться? Даю тебе еще шанс: поступила бы ты так снова?
Гун Цинюй упрямо вскинула голову:
— Да. Я не могла смотреть, как травят человека, который мне помог.
У неё были утонченные черты лица и чистый, невинный темперамент — воплощение того самого образа чистой богини, так любимого нынешним зрителем. К тому же она обладала актерским талантом, а главное — была готова упорно трудиться и не боялась усталости. Ей стоило дать еще пару лет на огранку, и она бы наверняка засияла на вершине славы.
Взглянув на её несгибаемый и лишенный раскаяния взгляд перед лицом столь серьезных неприятностей, агент вдруг усмехнулся. Он поправил очки, скрывая промелькнувшее в глазах одобрение: у этой девчонки имелся стержень.
Такие люди, если их раскрутить, не предадут по пустякам, а даже добившись успеха и уйдя в сольное плавание, не станут пинать его напоследок. С ней стоило работать.
Строгим голосом произнес агент:
— Возвращайся и готовься к прослушиванию. Если провалишь эту роль, можешь смело ждать конца карьеры.
Гун Цинюй с удивлением поднялась на ноги:
— Вы хотите защитить меня?
— Электронная корпорация «Бай» ищет амбассадора и назвала твое имя. Поблагодари своего однокурсника, тебе повезло в несчастье, иначе мне пришлось бы приложить немало усилий, чтобы прикрыть тебя.
Ли Фэй позвонил Бай Сыцяо:
— Я только освободился и узнал, что творится в сети. Как так вышло, из-за чего такой шум?
Бай Сыцяо беспомощно ответил:
— Сам не знаю почему, я ведь ничегошеньки не сделал.
Они так упорно норовили подкинуть ему порции эмоций, прямо каждый как на подбор превратился в «маленького ангела» — ему даже стало немного неловко.
— Хочешь выпустить пар? Подумаешь, какая-то звёздочка с пятьюдесятью миллионами подписчиков! Нам стоит показать ему, что перед лицом капитала все эти просмотры и лайки — ломаного гроша не стоят. Я навел справки: та компания, где он числится, принадлежит двоюродному брату моего дружка. Жди, я велю приволочь его сюда, чтобы он тут перед тобой на коленях валялся и вымаливал прощение.
— Да ладно, брось, — остановил его Бай Сыцяо. — Мне лень с ним возиться.
Ли Фэй никак не мог успокоиться за своего приятеля:
— И всё? Просто спустим это на тормозах? Он натравил на тебя такую толку интернет-троллей, да он даже пукнуть не посмел в своё оправдание — кто поверит, что это не было спланировано?
Смеясь, ответил Бай Сыцяо:
— Я и в мыслях не держал принимать это близко к сердцу. У меня сердце размером с кулак, если я каждого встречного буду в нём носить, сколько же во мне усталости накопится? Кто он такой вообще?
Ли Фэй на миг потерял дар речи. И впрямь, кто он такой, этот хрен с горы? Стоило просто потопить его и дело с концом, тратить на него время — только портить себе настроение.
— Ну ладно, а почему ты не позвал меня спасать человека?
— Разве ты не улаживал дела с оформлением документов для поездки на учебу за границу? Так совпало.
Разочарованно протянул Ли Фэй:
— Эх, я тоже хотел вытащить череп со дна, это же такой адреналин!
Бай Сыцяо лишь рассмеялся в ответ:
— Передаю тебе эту удачу по наследству.
— Чур меня, если меня будет преследовать такая невезуха, я не выдержу. Сунь Циюань уже привёл ту торговую точку в порядок, когда захочешь съездить — я тебя отвезу, покажу всё.
Поразмыслив немного, ответил Бай Сыцяо:
— Давай послезавтра. Эти пару дней я хочу отдохнуть.
На том они и порешили. В этот момент в дверь дважды постучали:
— Сыцяо, ты в комнате?
К своему удивлению, Бай Сыцяо услышал голос отца.
Бай Чжэньцзян уже и не помнил, когда в последний раньше заходил к нему в комнату. Раньше они вечно ссорились при встрече, да и Бай Сыцяо держался от него отчужденно. Как-то раз он случайно заглянул сюда и обнаружил, что все стены в комнате были обвешаны плакатами звезд эстрады, а стол завален фигурками из мультфильмов.
Теперь же стены комнаты были совершенно чистыми, а на столе… на столе стройными рядами стояли книги?!
Потрясенный Бай Чжэньцзян взял одну из них — учебник по истории для выпускного класса.
Бай Сыцяо последовал за ним следом и кротко произнес:
— Раньше плохо учился, теперь навёрстываю.
У Бай Чжэньцзяна тяжело сжалось сердце. Учись он так прилежно раньше, разве докатилось бы всё до сегодняшнего дня? Сам виноват, уделял ему слишком мало внимания…
[Эмоция вины: +800]
Бай Сыцяо догадался, о чем думает отец, и промолчал.
Колеблясь, Бай Чжэньцзян не стал упоминать о недавних событиях:
— Делать добрые дела — это хорошо, но нужно беречь себя. Вода там такая глубокая, тебя-то куда понесло?
Он и сам не знал, когда старший сын успел научиться плавать, да еще и так здорово.
[Эмоция вины: +800]
Бай Сыцяо кивнул в ответ:
— Хорошо, папа, впредь буду осторожнее.
На столь безупречное признание вины возразить было нечего. Лицо Бай Чжэньцзяна смягчилось:
— Тот мастер, к которому ты обращался раньше… смог бы он приехать к нам домой?
— Се Iчжоу? Зачем он вам понадобился?
Нахмурившись, с беспокойством произнес Бай Чжэньцзян:
— Пусть он посмотрит на тебя, не черна ли у тебя аура на лбу? Почему к тебе вечно липнут такие неприятности?
— Я сам съезжу к нему, — подумал про себя Бай Сыцяо: вот отец уйдет, он сразу набросит себе сорок очков удачи, и большеникаких бед!
Посчитав, что старший сын наконец взялся за ум, Бай Чжэньцзян больше ничего не стал говорить и уже повернулся уходить, как Бай Сыцяо вспомнил про младшего брата:
— Папа, можно отпустить моего брата куда-нибудь развеяться на несколько дней?
Обернувшись, переспросил Бай Чжэньцзян:
— Сытин?
— Он всё лето сидел за учебниками, скоро снова начнется учеба, ему нужно дать хоть немного личного времени. В его возрасте подростки как раз вступают в период бунта, нельзя давить на него слишком сильно. К тому же в любом деле важен баланс между трудом и отдыхом. Если вы беспокоитесь, я могу присмотреть за ним.
Поразмыслив, Бай Чжэньцзян счел слова старшего сына разумными:
— Ладно, бери его с собой, только будьте осторожны. И смотри мне, больше никаких глупостей.
Горько усмехнувшись, серьезно пообещал Бай Сыцяо:
— Больше не буду.
Стоило Бай Чжэньцзяну выйти за дверь, как он столкнулся с младшим сыном, который притаился в углу коридора и подслушивал. Его вечно холодное личико едва сдерживало эмоции, кончики ушей покраснели, а уголки губ так и норовили поползти вверх.
Бай Чжэньцзян невольно улыбнулся: и впрямь, он слишком пренебрегал тем, чего хотят дети.
Поездка братьев вдвоем — отличная идея, смогут наладить отношения. Вот только… его всё же немного тревожило: а вдруг старший снова выбросит младшего? Младший на вид вроде бы похитрее брата, а вдруг решит отомстить за прошлое и бросит его где-нибудь?
Покачав головой, Бай Чжэньцзян отбросил эту мысль: вряд ли они до такого дойдут.
Бай Сыцяо получил еще триста тысяч очков эмоций, доведя общую сумму излишков до миллиона ста тысяч.
Заперев дверь и убедившись, что его никто не потревожит, он активировал систему. Один миллион сто тысяч очков эмоций можно было обменять на сто десять единиц телесных характеристик.
Он больше не желал терпеть такую невезуху, поэтому сразу вложил сорок очков в удачу. Сила — девятнадцать, ловкость — тридцать один. Харизму он за эти дни то поднимал, то снижал, так что у него уже имелся тридцать один пункт, и Бай Сыцяо решил, что этого пока достаточно, не став тратить на нее остальные очки.
Система отрапортовала:
[Обновление характеристик носителя:
Сила: 40/100
Ловкость: 40/100
Интеллект: 92/100
Духовная энергия: 0/100
Удача: 40/100
Неизвестная энергия: 1 (???)
Харизма: 31/100
Новая характеристика: Жемчужина жизни — 1]
Озадаченно ткнув в строчку неизвестной энергии, спросил Бай Сыцяо:
— Это когда она успела измениться?
Система: […Не обратил внимания.]
— Ты же система, и не обратил внимания?
Система: [Я был слишком увлечен сбором эмоций, я так волновался.]
— Ладно, впредь следи внимательнее.
Открыв страницу книги навыков, он вложил в боевые искусства максимум — двадцать очков характеристик.
В голове мгновенно пронеслись бесчисленные картины боевых приемов. Помолчав немного, Бай Сыцяо изрек:
— …Забудь.
Система: [Ты потратил двести тысяч очков эмоций, и говоришь «забудь»?]
Улеглась на кровать Бай Сыцяо:
— Не переживай, я тренируюсь силой мысли.
Система: […]
Навык кулинарии: двадцать очков.
Вот это вызвало у Бай Сыцяо куда больший интерес:
— Эта штука куда практичнее, от нее зависит качество дальнейшей жизни. Кулинария — такой навык, которым можно и не пользоваться, но владеть им обязан.
Система уже смирилась:
— Раз тебе нравится, пусть так.
Далее следовало получение наград за задания: тридцать очков духовной энергии, шестьдесят тысяч опыта, двадцать попыток розыгрыша призов, одна жемчужина жизни и одно яйцо питомца.
Нажав кнопку получения, Бай Сыцяо увидел, как порция опыта в шестьдесят тысяч в мгновение ока подтолкнула систему к грани нового уровня.
Система оповестила:
[Данная система разделена на пять уровней, достижение максимального уровня позволяет обрести божественность.
Для перехода на второй уровень необходимо довести все навыки, кроме «неизвестной энергии», до ста очков.
Необходимо активировать восемь книг навыков. Текущие активированные навыки носителя: актерское мастерство, плавание, первая помощь, боевые искусства, кулинария. Осталось еще три.]
Как только тридцать очков духовной энергии поступили на счет, Бай Сыцяо обнаружил, что мир вокруг неузнаваемо преобразился. Небо и земля пестрели черными, красными, белыми, желтыми, зелеными… самыми разными красками, словно над миром рассыпали радугу.
Пояснила система: [Черный цвет — это обида и злость, красный — зловещая ци. Если зловещей ци слишком много, она из красной переходит в фиолетовую, а от фиолетовой рукой подать до черной, тебе нужно научиться их различать. Желтый — это финансовая удача, золотой — мирные заслуги и добродетель, она есть и на тебе самом.]
Бай Сыцяо заметил на себе тончайшую золотистую пленку и счел это забавным. Все статуи Будды покрыты золотом, неужели это и есть так называемая благодать добродетели?
Система: [Можешь стать золотым человечком, поезжай в Голливуд за «Оскаром».]
Система уже прекрасно усвоила, что больше всего эмоций приносит индустрия развлечений — нынешние пользователи сети просто безумны.
— Нет, я туда не поеду, — тут же отказался Бай Сыцяо. Заставлять его летом в жару в плотной одежде валяться в грязи, зимой стелиться по снегу, да еще и выпрашивать еду с оглядкой на выражение лица агента — исключено, это не работа, а каторга.
Система: [Как знаешь. Пока ты приносишь очки эмоций, можешь делать всё, что пожелаешь.]
Проходящие мимо люди — теперь Бай Сыцяо видел над их головами ауры самых разных цветов. Это невольно натолкнуло его на мысль: если человек совершил слишком много дурного, неужели его макушка окрашивается в черный цвет?
— Если злодеяний накопится до определенной степени, в моих глазах его голова будет выглядеть как оживший угольный шар?
Система: […Именно так.]
Цокнув языком, Бай Сыцяо подумал, что если видеть этот мир столь отчетливо и с первого взгляда безошибочно определять, кто хорош, а кто плох, то жить с таким пониманием станет слишком утомительно.
Приобретя в магазине функцию фильтрации за несколько сотен очков эмоций в день с возможностью продления, он получил способность включать ясность видения лишь тогда, когда это нужно, а в остальное время оставаться в приятном неведении.
Бай Сыцяо остался весьма доволен — в его глазах этот мир не изменился, и стало так комфортно.
Следующим пунктом шло яйцо питомца. Приподняв его, Бай Сыцяо слегка подбросил:
— Весит больше двух фунтов, как раз на большую сковородку.
Система: […]
На скорлупе вились красные узоры, на ощупь она была горячей. Подняв яйцо к свету, он попытался разглядеть, что находится внутри, но разглядеть было ничего невозможно.
Система: [Ты потискай его, погладь почаще, оно запомнит твой запах и примет за маму.]
Уложив яйцо на прикроватную тумбочку, Бай Сыцяо засомневался:
— А оттуда не вылезет какая-нибудь сороконожка, крыса или змея? Я не люблю животных без шерсти.
Система: [Как повезет. По моему опыту, обычно вылупляются пушистые питомцы. Каких животных ты предпочитаешь?]
— Саблезубый тигр, шерстистый мамонт, свирепый лев, эпиорнис и всё в таком духе.
Система: […Лучше просто крути рулетку.]
Раз уж система способна пасть в объятия мужчины, способного голыми руками сносить крылья королю зомби, носитель определенно не был милым крошкой.
Вдобавок к двадцати премиальным попыткам и пяти выигранным ранее за спасение тонущего ребенка, Бай Сыцяо добавил еще пять тысяч очков эмоций, доведя число попыток до тридцати.
Видя собственные сорок очков удачи, Бай Сыцяо преисполнился абсолютной уверенности. Посчитав, что тридцать попыток — это слишком мало, чтобы развернуться вовсю, он потратил все оставшиеся очки эмоций и прикупил еще десяток.
Сорок вращений подряд — на этот розыгрыв у Бай Сыцяо были самые грандиозные надежды. Тщательно вымыв руки, намазав их кремом и брызнув капельку духов, он произнес:
— Ну что ж, настало время стать свидетелем чуда.
http://bllate.org/book/19118/1877590
Готово:
