Алый Чи Юань больше не походил на грациозную птицу феникс, а скорее напоминал необузданного космического жемчужного скакуна. Казалось, даже двигатели корабля радостно выплескивали пламя в хвосте, когда он с разгону влетел в причудливый сектор, прозванный Звездным регионом Мармеладные конфеты.
Пространственная структура здесь была невероятно активной: время от времени из пустоты вырывались безобидные, но разноцветные энергетические пузыри, а планеты напоминали самые разные сладости. Там даже медленно вращалась гигантская розовая звезда, источающая тонкий аромат клубники.
На Мостике царила необычная атмосфера.
Фу Хуа по-прежнему сидела в кресле капитана, сохраняя безупречную осанку, но в уголках ее губ играла редкая, почти беспомощная улыбка. В ее алых глазах отражались причудливые пейзажи за иллюминатором и еще кое-что… точнее, кое-кто на соседнем месте второго пилота.
Сегодня Айли была одета не в свою привычную форму исследователя или члена экипажа. Фу Хуа, применив нечто среднее между уговорами и принуждением, нарядила ее в безразмерный худи с огромным мультяшным Хому на груди и донельзя кричащей расцветкой (этот сюрприз, как выяснилось, тайком подложила в багаж Линь).
Из-под капюшона непослушными прядями выбивались длинные розовые волосы. Айли хранила невозмутимость, ее радужные глаза продолжали сканировать пространство с точностью прецизионного прибора, но базовая логика, управлявшая ее поведением, сводилась к единственной команде: отслеживать уровень удовлетворенности Фу Хуа и применять любые доступные средства для его поддержания или повышения.
А уровень удовлетворенности Фу Хуа в этот момент, благодаря необычности звездного сектора и временному избавлению от официальных обязанностей, держался на довольно высокой отметке. Программа любви перешла в режим форсажа, подталкивая Айли к совершению самых невообразимых поступков: от создания ловушек из сладких звезд до использования нанонитей в качестве снастей для запуска воздушного змея.
Чи Юань приблизился к гигантской клубничной звезде. Сканеры показали, что ее рыхлая поверхность обладает удивительной эластичностью и состоит из безвредных сладких веществ — возможно, даже проходящих по стандартам безопасности питания Альянса как уровень С.
— Фу Хуа, обнаружена высокоуглеводная структура. Предполагаю стимуляцию выработки дофамина для повышения уровня удовлетворенности, — невозмутимо анализировала Айли.В то же самое время тускло-синие нанонити, словно щупальца осьминога, вытянулись из корпуса корабля, мгновенно окутали несколько комьев розовой массы размером с дом и пулей втянули их в открытый грузовой отсек.
— Айли! Мы здесь не для пополнения запасов! — Фу Хуа прижала пальцы к вискам.
— Сахар равно удовлетворение, — логично ответила Айли. Она даже управилась нитями так, чтобы слепить из крупнейшего куска кривоватую скульптуру, в которой с натяжкой можно было угадать профиль Фу Хуа, и с помощью нитей поднесла ее к главному смотровому окну. — Фу Хуа, смотри.
Фу Хуа посмотрела на огромную, розовую, слегка подтаивающую статую самой себя, а затем на Айли, чей вид явно призывал к похвале — пускай лицо оставалось бесстрастным, но в глазах читалось явное ожидание. Она не выдержала и прыснула со смеху. Величие генерала Чи Юань? Сейчас это было неважно.
Уровень удовлетворенности повышен! Основная логика Айли зафиксировала успех: продолжаем выполнение!
И вот тут началось самое несуразное. Айли, используя нанонити, спеленала сама себя в кокон и катапультировалась из Чи Юаня! Под испуганный возглас Фу Хуа — Айли! — синий кокон с ювелирной точностью врезался в поверхность звезды и глубоко увяз в ней.
Через несколько секунд Айли выбралась наружу, с головы до ног облепленная розовыми сахарными волокнами. Она сплела из нанонитей позади себя огромного радужного змея, а затем… сделала змеем саму себя! Другой конец нити надежно закрепился на носу Чи Юаня!
— Фу Хуа, тяни! Провожу тестирование влияния аэродинамики и прилипания сахаров на уровень удовлетворенности! — голос Айли донесся через коммуникатор, ровный и бесстрастный, словно она докладывала о результатах серьезного научного эксперимента.
Фу Хуа, глядя в иллюминатор на дрейфующую над розовым океаном Айли, которую ее же собственный звездолет тащил на буксире, не зная, что и сказать, окончательно сдалась. Она покорно направила Чи Юань вперед на самой низкой скорости.
Так родилось космическое чудо: алый линкор на буксире везет розововолосую красавицу, измазанную в сахарной вате, с ее радужным змеем, скользящим по поверхности этой клубничной планеты. Если бы межгалактические папарацци это засняли, они точно попали бы на заголовки газет с названием Космические чудачества.
Покинув планету, Чи Юань влетел в туманность, состоящую из мириад гигантских, семицветных и невероятно прочных мыльных пузырей. Они сталкивались, сливались и делились, преломляя свет в сказочное сияние.
— Обнаружена среда с высоким коэффициентом отражения и низкой плотностью, наполненная инертным газом. Гипотеза: физический контакт может вызвать эффект декомпрессии и косвенно поднять уровень удовлетворенности, — вновь заговорила Айли.
Фу Хуа не успела опомниться, как нанонити Айли пришли в неистовство. Больше никакой нежности — они как отбойные молотки с силой вонзились в гигантский фиолетовый пузырь размером с астероид!
Раздался резкий хлопок. Но вместо газа наружу хлынули мириады крошечных сияющих пузырьковых эльфов — своего рода безобидных энергетических существ. Обеспокоенные, словно растревоженный улей, они широким фронтом двинулись на Чи Юань.
— Айли! — Фу Хуа лишь развела руками и немедленно активировала систему точечной обороны, распыляя эльфов с помощью лазерных лучей (они были безобидны и практически бессмертны).
Но Программа любви Айли зафиксировала, что Фу Хуа в процессе этого сражения, кажется, сфокусирована, что может интерпретироваться как удовольствие. И тогда она не только не остановилась, но и принялась за дело с еще большим усердием! Нанонити, словно безумные кнуты, метались по сторонам, лопая все пузыри на своем пути!
В одно мгновение Чи Юань оказался в эпицентре бушующего моря семицветных пузырей и эльфийского шторма! Мостик заливало причудливыми переливами света от снаружи взрывающихся пузырей и порхающих эльфов. Фу Хуа пришлось метаться по пульту, уворачивая корабль от столкновений с гигантскими пузырями и попутно проводя очистку корпуса.
— Айли, остановись!
— Декомпрессия, удовлетворение, — Айли была непреклонна. Она решила, что Фу Хуа так включилась в игру, что ей нужно помочь расслабиться еще сильнее. Она мгновенно втянула все нанонити и, переплетя их, создала гигантский, непроницаемый лазурный мыльный пузырь вокруг всего Мостика!
Снаружи бушевал хаос из лопающихся гигантов и разъяренных эльфов, а внутри Фу Хуа и Айли, запертые в тишине с легким запахом моющего средства, смотрели друг на друга в упор.
Фу Хуа оглядела этот апокалиптический карнавал снаружи, а потом перевела взгляд на Айли, которая смотрела с выражением: Я защитила тебя, похвали же меня. Ее гнев испарился. Она ткнула Айли в щеку — упруго. Вздохнув, она спросила:
— Это и есть твое расслабление?
Айли кивнула:
— Изоляция от внешних раздражителей, коэффициент безопасности сто процентов. Фу Хуа, удовлетворена?
Глядя в эти чистые, ожидающие отклика глаза, Фу Хуа неожиданно осознала: спорить с такой гениальной, но обладающей столь странной логикой особой — значит самой нуждаться в декомпрессии. Она покорно откинулась на спинку кресла и указала на розовый пузырь в форме сердца, застывший снаружи:
— Сойдет. Вон тот… довольно красивый.
Айли тут же сделала пометку: пузыри в форме сердца повышают уровень удовлетворенности Фу Хуа. Нанонити метнулись наружу, ювелирно захватили пузырь и бережно приклеили его к внешней стенке их защитного кокона.
Наконец Чи Юань пришвартовался к космической станции под названием Тяньсюань Дичжуань. Гравитация там менялась хаотично: не успеешь оглянуться, как приходится пить напитки, уцепившись за поручни где-нибудь на потолке.
Фу Хуа хотела лишь найти тихий уголок и выпить чая, но Айли, движимая программой любви, была иного мнения. Просканировав станцию, она нашла зону с самым высоким уровнем удовольствий — шумный бар с танцполом, забитый инопланетянами причудливых форм.
Айли потащила Фу Хуа к барной стойке. Бармен был осьминогом с тремя руками.
— Два напитка с наивысшим показателем удовлетворения, — скомандовала Айли так, словно заказывала реактивы в лаборатории.
Осьминог моргнул всеми глазами, понимающе улыбнулся и задвигал щупальцами с бешеной скоростью. Вскоре перед ними стояли два шедевра: первый — искрящийся электричеством и меняющий цвета напиток с бенгальскими огнями, второй — густая жижа, светящаяся ядовито-зеленым светом, в которой плавали кричащие желейные конфеты.
Фу Хуа промолчала. Ее уровень удовлетворенности стремительно падал.
Айли мгновенно уловила легкий изгиб бровей. Кризис удовлетворенности! План Б!
Она проигнорировала эти творения и нанонитями взяла стойку под контроль. Ингредиенты, лед, фрукты и даже чье-то попкорн — все пошло в ход. Три секунды спустя на столе стоял гигантский клубничный молочный коктейль, идеально сбалансированный по составу, с воздушной пенкой и миниатюрным Хому из сливок сверху.
Фу Хуа опешила. Этот коктейль выглядел чересчур нормально — и слишком аппетитно.
— Фу Хуа, принимай, — с надеждой произнесла Айли.
Фу Хуа осторожно сделала глоток. Прохладный, сладкий, с насыщенным вкусом клубники… Идеально! Глаза ее расширились, и на лице просияла самая искренняя улыбка за весь день.
Максимум удовлетворенности! Успех! Айли довольная втянула нити и, к ужасу окружающих, схватила стакан со злосчастным отваром Бездны и невозмутимо выпила его до дна.
Затем она выдала вердикт: Анализ состава: семьдесят три процента углеводов, пятнадцать процентов неизвестного белка, десятипроцентное содержание желейных конфет. Питательная ценность: низкая. Влияние на уровень удовлетворенности Фу Хуа: отсутствует. Задача выполнена.
Вокруг воцарилась тишина. Фу Хуа, глядя на Айли с остатками зеленой слизи на губах и на идеальный молочный коктейль перед собой, почувствовала, как волна абсурдного, но такого настоящего счастья накрыла ее. Она не сдержалась и расхохоталась в полный голос.
Айли наблюдала за смехом Фу Хуа, и в ее глазах непрерывным потоком бежали данные. В итоге логика выдала высшую оценку. Она не понимала значения смеха, но подражая Фу Хуа, едва заметно дернула уголками губ — это был очень жесткий, но настоящий жест улыбки.
Когда Чи Юань покидал станцию, на мостике еще витал запах клубники. Фу Хуа с остатками улыбки разглядывала карту, где Айли расставила новые точки: значок воздушного змея, пузырь и кривоватый рисунок стакана с Хому.
Айли тихо сидела рядом. Ее кончик пальца был обвит тончайшей нитью, другой конец которой, словно живой, невесомо переплелся с мизинцем Фу Хуа. Не было нужно слов, только безмолвная связь.
За окном вновь раскинулась великолепная туманность. Они обе знали, что тени войны уже видны на горизонте, но сейчас, под этой россыпью звезд, оставались лишь сладость клубничного коктейля и едва ощутимая нить, носящая имя Любовь.
http://bllate.org/book/18960/1859538
Готово:
