— Старик! — Мань Линсюань встревожилась и попыталась преградить путь Чжун Юню, но тот лишь оттеснил её за спину.
— Противоядие! — Чжун Юнь протянул к ней руку, требуя отдать снадобье.
Лицо Мань Линсюань побледнело. Она попятилась, выражая немой протест, но Чжун Юнь рявкнул:
— Отдавай!
Мань Линсюань скривилась, долго колебалась, однако, не посмев ослушаться, с ненавистью выудила из-за пазухи маленький зеленый флакон и вложила ему в руку.
Чжун Юнь перевел взгляд на Чу Цзинъяня и спокойно произнес:
— Этот юный бессмертный отравлен паучьим ядом Маньэр. Если не дать ему противоядие, через три часа его меридианы будут разорваны, и он умрет.
С тех пор как Чу Цзинъянь попал в этот мир, он уже столько раз оказывался на волосок от гибели, что, услышав слова Чжун Юня, лишь горько усмехнулся собственной невозмутимости.
В оригинале книги этот эпизод с отравлением, разумеется, происходил с Янь Ло. Но у Янь Ло всё сложилось куда проще: как только Мань Линсюань почувствовала в нем кровь расы демонов, она сама отдала ему лекарство. Поэтому никакого Чжун Юня там не было — Янь Ло впервые встретился с ним лишь после того, как стал владыкой демонов.
Почему же теперь все сюжетные повороты валятся на его голову? Чу Цзинъянь чувствовал себя бесконечно уставшим.
— Когда я успел отравиться? — повернувшись к Су Цзяню, спросил он.
— Хм, конечно, когда ты попался в ловушку и был без сознания. Разве ты не чувствуешь, что шея чешется? — Су Цзянь самодовольно вскинул подбородок.
— М-м, и правда… — Чу Цзинъянь сделал вид, что внезапно осознал происходящее, хотя на самом деле действительно ощутил странный зуд в области шеи.
Чжун Юнь облегченно вздохнул, посмотрел на Чу Цзинъяня, а затем обратился к Янь Мину:
— Раз уж этот бессмертный связал себя с Бессмертным владыкой Фумином Печатью парного совершенствования, значит, он человек, которым владыка весьма дорожит.
Мань Линсюань, всё еще пребывавшая в ярости, услышав эти слова, наполовину остыла, но тут же сменила гнев на испуг. Она переводила взгляд с Янь Мина на Чу Цзинъяня и, указывая на них пальцем, воскликнула:
— Что? Ты? Он? Вы двое?!
Почему в первом слове ты у Мань Линсюань звучало потрясение, в слове он — презрение, а в финальном вы двое — полное неверие?
Су Цзянь, остолбенев, уставился на Чу Цзинъяня и повторил с той же интонацией:
— Что? Ты? Он? Вы двое?!
Услышав, как Чжун Юнь при всех разболтал о Печати парного совершенствования, Чу Цзинъянь чуть было не выплюнул кровь из сердца. Он долго приходил в себя, прежде чем смог вернуть лицу прежнее спокойствие:
— Прошу вас, тише, тише… Мы с владыкой пока не хотим это афишировать…
В книге было сказано, что Чжун Юнь лучше всех умеет читать людские души, но Чу Цзинъянь никак не ожидал, что это проявится в такой форме!
Чу Цзинъянь посмотрел на Янь Мина. Чаокуанъгэ, чувствуя гнев своего хозяина, едва слышно вибрировал. Сам же Янь Мин оставался невозмутим, хотя в его светло-янтарных глазах бушевал шторм. Больше всего на свете он ненавидел, когда ему угрожали.
— А если я скажу нет? — спросил Янь Мин.
Чу Цзинъянь тихо кашлянул и удивленно воскликнул:
— Кх-кх, владыка?
Янь Мин посмотрел на него, и в его взгляде читалось такое намерение убить, словно он хотел пронзить Чу Цзинъяня насквозь.
Чжун Юнь, сжимая в руке зеленый флакон, взмолился:
— Прошу, владыка, хорошенько подумайте. Жизнь этого юного бессмертного в обмен на жизнь моей неразумной внучки Маньэр. Что до меня, то я уже на закате своих дней — можете схватить меня и доставить в Секту Ланцан.
— Старик! — из глаз Мань Линсюань брызнули слезы.
Она потянулась к рукаву Чжун Юня, но прежде чем успела вскрикнуть, пронесся ледяной порыв ветра. Мгновение — и Янь Мин оказался прямо перед ними. Острие Чаокуанъгэ уперлось в горло Чжун Юня, но тот даже не шелохнулся.
— Смеешь угрожать мне? — отчеканил Янь Мин. До того, чтобы перерезать горло старику, оставался всего дюйм.
Чжун Юнь тяжело вздохнул, видя, что Янь Мин не опускает меч, и проговорил:
— Если Бессмертный владыка Фумин не согласится, мне останется лишь уничтожить это противоядие прямо сейчас.
Он посмотрел на зеленый флакон и добавил с уверенностью:
— Меч владыки быстр, но мои пальцы успеют раздавить этот пузырек раньше.
Чу Цзинъянь, неотрывно следя за флаконом, мысленно молил: Бессмертный владыка Фумин, выбирай меня! Скорее выбирай меня!
Но когда Янь Мин перевел на него взгляд, Чу Цзинъянь с благородным видом выпалил:
— Ради уничтожения расы демонов я готов умереть!
Тьфу, конечно, это была ложь. Во-первых, он вовсе не хотел умирать в книге. Во-вторых, если бы он начал скулить и просить спасти его, шансы на то, что Янь Мин прикончит его сам, возросли бы многократно. К тому же он не мог допустить, чтобы гарем Янь Ло и его главный советник погибли в одном месте!
Янь Мин отвел взгляд. Чаокуанъгэ в его руке потускнел.
— Эй, ты что, передумал? Почему тебя трясет? — Су Цзянь, явно издеваясь, толкнул Чу Цзинъяня локтем.
— Просто хочу побольше подвигаться, пока еще могу, — Чу Цзинъянь изо всех сил старался сохранять вид героя, перед которым рушатся горы, боясь, что малейшая дрожь в мимике выдаст его страх.
— Черт возьми, ну и упрямый же ты! — не скупясь на комплименты, бросил Су Цзянь.
Каждая секунда тянулась бесконечно, испытывая терпение всех присутствующих.
Янь Мин долго вел негласную дуэль взглядов с Чжун Юнем. Наконец, словно приняв тяжелейшее решение, он опустил Чаокуанъгэ и, протянув руку, произнес с неожиданным спокойствием:
— Противоядие.
Чу Цзинъянь облегченно выдохнул: он не только спас свою жизнь, но и сохранил гарем Янь Ло…
Чжун Юнь ссутулился, его плечи поникли. Он медленно вложил зеленый флакон в ладонь Янь Мина:
— Я верю, что владыка держит свое слово.
Янь Мин спрятал флакон за пазуху и пристально посмотрел на Мань Линсюань.
— Что… что ты опять задумал? — Мань Линсюань, понимая, что не ровня ему, отступила на два шага.
— Отдавай, — холодно приказал Янь Мин.
Мань Линсюань тяжело дышала, сдерживая гнев, но в итоге сняла с пояса расшитую пионами сумочку и достала из нее предмет. Он был кроваво-красным, прозрачным и ярко сиял в свете свечей.
Мань Линсюань с болью в сердце передала вещь Янь Мину.
Чу Цзинъянь заметил, что Су Цзянь ведет себя странно, и толкнул его:
— Эй, ты чего опять дрожишь?
Су Цзянь тяжело дышал, не сводя глаз с того предмета. Раздраженный тем, что Чу Цзинъянь мешает ему, он огрызнулся:
— Не твое дело!
Янь Мин сжал ладонь. Раздался хруст — предмет был раздавлен.
— А-а! — лицо Мань Линсюань стало белее мела, она сжала кулаки, не отрывая взгляда от рук Янь Мина.
Осколки не упали на пол, а начали медленно подниматься вверх, собираясь в воздухе.
Чу Цзинъянь ахнул:
— Кровь из сердца?!
Оказалось, Янь Мин потребовал у Мань Линсюань Кровь из сердца, необходимую для полива Древа Посо.
По мере того как частицы собирались, в воздухе начали проявляться картины. И одновременно с этим все услышали нежный, словно весенний дождь, голос:
— А-Цзянь, когда ты вырастешь, брат отведет тебя в столицу смотреть на фонари.
http://bllate.org/book/18917/1849984
Готово:
