Ледяная тюрьма Северной Бездны.
Это название отнюдь не было преувеличением.
Миновав пещеру, где обитало девять подземных пожирающих кости цветов, путники углубились туда, где дорога уже не была создана природой.
Огромные ледяные трещины были грубо разорваны и расширены некой свирепой силой, образовав уходящий вниз ледяной туннель, напоминающий утробу преисподней.
Стены туннеля больше не состояли из бледно-голубого загадочного льда — их покрывал почти чистый черный «Морозный металл вечного покоя», плотность которого заставляла сердце тревожно сжиматься.
Холод больше не просто впивался в плоть — он нес в себе абсолютную, поглощающую всё живое безмолвную смерть, способную, казалось, заморозить даже свет и время.
Воздух стал густым, как жидкий азот, превратившийся в твердь; каждый вдох отзывался жгучей болью в легких, а выдыхаемый воздух тут же превращался в ледяную пыль и сухой сыпался вниз.
Под ногами стелилась скользкая, покрытая мелкими ледяными граньми поверхность из морозного металла, и малейшая неосторожность грозила падением в бездонную темную трещину.
Свет здесь исчез окончательно. Лишь устойчиво расширяющаяся вокруг Цзян Яня сфера темно-синей ци Юомина, словно крошечный одинокий островок среди абсолютной тьмы, испускала холодное и непоколебимое сияние, кое-как освещая путь на несколько метров вперед.
Стояла абсолютная, звенящая тишина.
Даже свист ветра был поглощен этим предельным холодом и мертвым безмолвием.
Лишь тихий хруст ледяных граней под ногами двоих одиноко эхом разносился по этому туннелю, ведущему в глубины преисподней, и каждый звук отдавался ударом по натянутым нервам.
— Тц, — голос Лу Чэня прозвучал внутри поддерживаемой Цзян Янем сферы холода; он говорил очень тихо, с чуть хрипящими нотками из-за онемевшего от мороза горла. — Эта дыра… похлеще шлаковой ямы в печи Лаоцзюня после того, как там погас огонь. Небесный Демон выбрал это местечко, чтобы прятать людей… неужто мозги отморозил?
Он потер затянутые в перчатки руки; пляшущие на кончиках его пальцев золотые электрические дуги казались наощупь тусклыми.
Даже несмотря на то, что его защищала божественная искра, этот холод, способный заморозить саму основу души, всё равно вызывал у него дискомфорт, не говоря уже о том, что тупые боли в духовном теле от недавнего применения золотой молнии сейчас странным образом отзывались на эту обстановку.
Цзян Янь никак не ответил на его жалобы.
Он шел впереди, его фиолетовые глаза были остры как клинки, пронзая тусклый свет ци Юомина и намертво вцепившись в глубину ледяного туннеля.
Его незримое восприятие ловило в абсолютной тишине малейшие признаки аномальных энергетических колебаний.
Внезапно он резко замер!
— Стоять, — холодный призыв прозвучал как нерушимый закон.
Лу Чэнь мгновенно подобрался, его золотые глаза настороженно окинули окрестности.
Впереди туннель, казалось, подходил к концу: смутно угадывалось более широкое пространство, наполненное густым черным морозным туманом.
Цзян Янь поднял правую руку, и тончайшая нить концентрированного темно-синего холода бесшумно вырвалась из его пальца, растворяясь в клубящемся впереди тумане.
Холод, словно капля воды, упавшая в раскаленное масло, заставил черную мглу бурно завихриться!
В глубине тумана внезапно проступили бесчисленные тончайшие, почти прозрачные бледно-голубые «ледяные нити» — плотно переплетенные, пересекающие пространство вдоль и поперек, они образовали сложнейшую лазерную сеть, заполнившую весь выход из туннеля!
Это были не просто материальные преграды, а ловушка, сотканная из чистейшей, предельной силы закона холода!
Заключенная в ней замораживающая мощь далеко превосходила ту, что исходила от встреченных ранее ледяных демонических волков — ее было достаточно, чтобы мгновенно заморозить и разорвать в клочья плоть, кости и даже саму первооснову души коснувшегося!
— Ловушка закона, — голос Цзян Яня оставался ледяным, но в глубине его фиолетовых глаз промелькнула тень сосредоточенности. — Создана не природой. Кто-то… управляет здешними законами.
— Управляет законами? — золотые глаза Лу Чэня сузились, а золотые искры на кончиках его пальцев бесшумно уплотнились. — Похоже, нашему «Звездному владыке Симину» сейчас несладко. — Его взгляд скользнул по этой густой сети ледяных нитей, источающих смертоносную ауру. — Сможешь сломать?
Цзян Янь ничего не ответил, лишь фиолетовый свет в его глазах вспыхнул с новой силой!
Его руки молниеносно сплели печать перед грудью, двигаясь так быстро, что оставили лишь тени!
Еще более чистая и леденящая воля тяжко рухнула сверху!
Это была абсолютная воля Великого Императора Фэнду Северной Тени — повелевать мириадами душ и подавлять нечисть!
— Собрать! — последовал холодный приказ.
Повинуясь ему, та тонкая нить темно-синего холода, что тянулась от пальцев Цзян Яня, мгновенно разбухла и разделилась! Она обратилась в мириады еще более тонких, сгущенных иссиня-голубых нитей! Эти нити, словно обзавевшись собственной волей, с безупречной точностью вонзились в узлы впереди лежащей сети ледяных нитей!
Ш-ш-ш…!
Безмолвное плавление началось на уровне законов!
Там, где проходили иссиня-голубые нити, те смертоносные ледяные путы, сотканные из законов холода, столкнувшись с порядком более высокого порядка, мгновенно замедлились, размягчились и в конце концов бесшумно разрушились и рассеялись!
Ци Юомина в руках Цзян Яня за счет более глубокой и чистой силы «заморозки» и «абсолютного запечатывания» насильственно переписала законы в этой ловушке!
В сети ледяных нитей на глазах прожгло правильный круглый проход!
— Идем! — бросил Цзян Янь и первым шагнул в проход.
Лу Чэнь последовал за ним; его золотые глаза скользнули по краям медленно восстанавливающихся ледяных нитей, и на дне его взгляд мелькнула холодая убийственная аура Небесного императора.
С кончиков его пальцев сорвалась крошечная, но несущая в себе величественную Небесную волю золотая искра молнии, безошибочно впечатавшись в крошечный узел закона на краю прохода.
Грох!
Раздался глухой стук, от которого, казалось, застонало само пространство!
Этот узел был мгновенно уничтожен золотой молнией, содержащей волю Пути Неба! Скорость восстановления всей сети ледяных нитей резко застопорилась, словно ядовитая змея, которой придавили седьмой позвонок!
Оба проскочили сквозь проход и окончательно погрузились в то широкое пространство, где клубился густой черный морозный туман.
Картина перед глазами резко изменилась, погружая их в еще более глубокое безмолвие и отчаяние.
Это был невообразимо огромный купол из ледяного металла!
Высокий свод терялся где-то в глубинах густой, неразгонимой черной мглы.
Под ногами расстилалась бездонная темная пропасть, из которой торчали лишь несколько толстенных ледяных колонн, также сложенных из морозного металла вечного покоя. Словно позвоночники титанов, поддерживающих небеса, они пронзали всё пространство, соединяясь с невидимым сводом.
И ровно посередке одной из самых толстых колонн, на высоте в несколько тысяч чжанов от дна пропасти, была накрепко закована человеческая фигура!
То был силуэт молодого мужчины.
На нем были рваные одежды, первоначальный цвет которых уже невозможно было разглядеть — их плотно опутывали ледяные кристаллы и цепи из морозного металла. Тело казалось пугающе худым, таким, что его, казалось, мог унести любой порыв ветра.
Несколько толщиной в чашу весов железных цепей, источавших иссиня-голубые руны, словно свирепые гигантские питоны, пронзали его плечи, руки и ноги, распластав в позе иероглифа «большой» на холодном каменном столбе!
По цепям струилась видимая глазу, густая как тушь темно-морозная энергия, которая непрерывно пожирала и замораживала его тело. С каждым всплеском этой энергии его хрупкое тело жестоко судорожно сокращалось, а из горла вырывался сдавленный до предела болезненный стон.
Но больше всего привлекал внимание предмет, паривший в трех чи над его головой — странный кристалл размером с кулак, абсолютно белоснежный, внутри которого, казалось, рождались и умирали мириады звезд!
Кристалл испускал слабое, но отчетливое ощущение бессмертной божественной основы, управляющей путями судеб и связывающей созвездия — это был след бессмертной божественной основы Звездного владыки Симина, превратившийся в маяк!
Однако в этот момент этот звездный маяк был оплетен и окутан бесчисленными крошечными, похожими на кровеносные сосуды черными энергетическими щупальцами!
Эти щупальца глубоко впились внутрь кристалла, жадно высасывая заключенную в нем чистейшую силу бессмертной основы и одновременно насильственно вливая туда порции грязной и хаотичной воли Небесного Демона!
Свет звездного маяка то угасал, то разгорался в борьбе, грозя каждую секунду быть окончательно оскверненным и поглощенным!
— Симин! — зрачки Лу Чэня резко сузились, и в золотых глазах мгновенно вспыхнуло чудовищное пламя гнева!
Он с первого взгляда узнал эту скованную и терзаемую фигуру, а также оскверненный звездный маяк!
Покоящаяся глубоко в его теле божественная искра Небесного императора отозвалась трепетом и яростью, раздирающей на части!
— Ке-ке-ке… Наконец-то… пришли… — хриплый, зловещий и безмерно жадный голос, будто мириады насекомых ползали по льду, донесся со всех сторон из густой черной мглы. — Ждали вас… так долго… Остатки Небесного Двора… обломки Юомина… Ваша плоть и души… помогут мне полностью поглотить судьбу этого Звездного владыки… и открыть врата в этот мир!
В тот момент, когда голос затих!
Грох! Грох! Грох!
Вокруг огромной ледяной колонны, в бездонной темноте внизу, внезапно вырвались три огромные искривленные тени!
То были три жутких создания из ледяной бездны — ледяные демонические тени!
У них не было постоянной формы, казалось, они состояли из чистейшей тьмы, льда и хаотичной воли!
Огромные, пылающие бледно-голубым хаотичным пламенем душ глаза были вплавлены в извивающиеся тела, а бесчисленные щупальца из льда и теней безумно метались, источая ужасающую ауру, намного превосходящую уровень ранга B+ и бесконечно приближающуюся к рангу A!
Едва появившись, они ринулись на Цзян Яня и Лу Чэня, поднимая бурю замораживающего душу холода и разрывающие разум демонические визги, подобно трем движущимся ледяным горам!
Там, где они проносились, даже колонны из морозного металла издавали стоны под непосильной ношей!
Цель была ясна! Окружить и уничтожить!
— Ищете смерти! —
Ярость в глазах Лу Чэня взметнулась до небес! Огонь в его золотых глазах почти превратился в материальное золотое пламя! Он сделал шаг вперед, намереваясь вновь призвать яростную золотую молнию Изгнания Зла!
Однако —
— Ледяной омут слева! —
Ледяной голос Цзян Яня прозвучал как ушат ледяной воды на голову, мгновенно подавив ярость Лу Чэня.
Лу Чэнь резко повернул голову!
Он увидел, что у края левой бездны, примерно в сотне чжанов от колонны, где был заперт Симин, в небольшой впадине действительно находился странный «водоем»!
То была не обычная вода. Жидкость напоминала жидкую ртуть глубинных сине-черных тонов, способную поглощать любой свет!
Поверхность воды была абсолютно гладкой, как зеркало, отражая клубящийся под сводом черный туман и контуры ледяных колонн, и источала предельную стужу, способную заморозить время и пространство и осадить тысячелетия!
То был Морозный омут Сюаньмин! Залеживающейся на дне омута десятитысячелетней морозной ледяной эссенции суждено было стать ключевым заменителем для варки благовония, привлекающего души — эссенции воды реки забвения!
И что еще важнее — у края омута, в воде ближе к ледяной колонне, плавал небольшой осколок, похожий на расколотый кусок глазури, источавший слабое серебристо-белое звездное сияние!
Эта субстанция медленно разъедалась и растворялась под воздействием предельно иньской силы омута! И ее аура… несомненно, была того же происхождения, что и звездный маяк, сковывающий Симина!
Это были обломки бессмертной божественной основы Звездного владыки Симина, исторгнутые и рассеянные сквозь цепи!
— Спаси маяк! Забери ледяную эссенцию! Демонические тени беру на себя!
Цзян Янь говорил с предельной скоростью, даже не давая Лу Чэню времени на раздумья. Не успело эхо слов затихнуть, как его фигура превратилась в темно-синий луч света, несущийся навстречу трем ревущим демоническим теням с ужасающим холодом, способным заморозить всё сущее!
Грохот — !!!
Темно-синяя морозная волна столкнулась с черными демоническими тенями лоб в лоб!
Ослепительный свет взорвался в тот же миг! Бурная энергетическая волна пронеслась по тюремному пространству, как цунами! Твердая земля из морозного металла была разорвана на огромные пропасти! Ледяная крошка вперемешку с хаотичными потоками энергии бешено разлеталась во все стороны!
Фигура Цзян Яня мгновенно была поглощена тремя огромными тенями! Было видно лишь то, как темно-синяя ци Юомина бешено кружила среди них разъяренным драконом, рассекая и замораживая всё на своем пути! Каждое столкновение сопровождалось оглушительным гровом и пронзительным визгом демонических теней! Сражаясь один против трех, он намертво сковал трех ужасных монстров, приближающихся к рангу A, на внешних подступах к омуту!
Лу Чэнь смотрел на зону битвы, окутанную бушующим энергетическим штормом, и его золотые зрачки резко сузились.
Он отчетливо чувствовал ту ужасающую силу, исходящую от Цзян Яня, которая принадлежала основе Великого Императора Фэнду!
Но он так же отчетливо ощущал и хаотичную волю, заключенную в этих трех тенях, способную разорвать в клочья божественную искру!
Каждое столкновение заставляло его сердце сжиматься от боли!
Но он понимал намерения Цзян Яня еще лучше! Маяк Симина висел на волоске!
Первоначальные осколки в омуте таяли! Каждая секунда была на вес золота!
— Черт! —
Лу Чэнь свирепо стиснул зубы, насильственно подавляя желание броситься туда и сражаться бок о бок! Он резко развернулся, намертво вперив золотые глаза в огромную ледяную колонну в ста чжанах от него и застрявший на ней звездный маяк!
Сто чжанов расстояния!
Внизу — темная бездна, поглощающая всё!
Посередине — пустые пространства, наполненные клубящимся черным туманом и остаточными ловушками законов!
— Была не была! —
В глазах Лу Чэня блеснуло безумие! Он вовсе не собирался выбирать безопасный путь!
Древняя звездная карта Шага Тяньган под его ногами мгновенно ярко вспыхнула!
На этот раз он не стал скрываться!
Карта засияла, идеально резонируя с великим законом вращения небесных сфер, призывая не духовную силу Земной жилы, а истинную силу звезд!
Его фигура обратилась в золотой луч света, подобный раскалывающей тьму падающей звезде. Игнорируя притяжение лежащей внизу бездны и оставшиеся в пустоте ловушки законов, ослабленные Цзян Янем, он с непреклонным упорством устремился прямо к ледяной колонне!
Ш-ш-ш…!
Остаточные ледяные нити законов зазмеились вокруг, впиваясь в его защитное золотое сияние и издавая пронзительный скрип! Хаотичный черный туман с разъедающей волю силой безумно ударил по его духу!
Из глубины бездны донеслось ужасающее притяжение!
Лицо Лу Чэня мгновенно побледнело, в уголке рта выступила струйка крови с золотым отливом! Но скорость его ничуть не упала, и в глазах отражались лишь приближающийся звездный маяк и исхудавшая фигура, пронзенная цепями!
— Раскройся… для меня…!!!
В момент, когда до ледяной колонны оставалось менее десяти чжанов, Лу Чэнь издал яростный рев!
Концентрированная до предела золотая искра молнии на кончике его пальца, подобно рассветному лучу, с величественной небесной властью вершителя судеб всех злых духов вонзилась в черные энергетические щупальца, оплетавшие и пронзавшие звездный маяк!
Цзя-ла…!
Пронзительный звук растворения в сочетании с пронзительным визгом воли Небесного Демона пронесся по округе!
Золотая дуга молнии, словно острейший священный меч, с абсолютной точностью отсекла все черные щупальца, соединяющие маяк!
Оскверненная энергия, опутавшая маяк, испарилась и очистилась за мгновение, как снег под лучами солнца!
Серебристый звездный маяк сильно задрожал, извергая невиданный доселе чистейший свет!
Хотя он все еще был прикован цепями к ледяной колонне, его коренная основа наконец-то избавилась от угрозы загрязнения!
Фигура Лу Чэня тяжело рухнула на поверхность ледяной колонны. Споткнувшись о край, он резко побледнел и тяжело задыхался.
Только что совершенный отчаянный бросок и точный удар почти исчерпали его и без того удерживаемые на износ силы.
Он не мог позволить себе передышку и тут же поднял голову, глядя на запертую фигуру.
Истощенный мужчина, казалось, почувствовал изменение в маяке и приближение Лу Чэня, и с трудом приподнял голову.
То было совершенно бескровное, изможденное, но по-прежнему благородное лицо; его глаза были пусты и растеряны, словно бесконечные страдания стерли из них всякий фокус.
Но когда его взгляд столкнулся с пылающими золотом глазами Лу Чэня, полными тревоги и заботы, в глубине этих пустых глаз едва заметно и мучительно вспыхнула крошечная искра надежды.
— Не бойся! — голос Лу Чэня был хриплым и торопливым, он постарался сделать его как можно мягче. — Мы пришли спасти тебя! Держись!
Его взгляд скользнул по ледяным цепям, пронзавшим тело мужчины, ощущая чудовищную морозную силу, что струилась по ним и была связана со всеми законами ледяной тюрьмы. Брови его нахмурились. Попытка силой разорвать цепи неизбежно вызвала бы ответную реакцию законов всей тюрьмы, и в его текущем состоянии это было абсолютным самоубийством!
В этот момент!
Грохот — !!!
Взрыв, куда более ужасный, чем предыдущий, донесся со стороны омута!
Лу Чэнь резко повернул голову!
Он увидел, что у края омута фигура Цзян Яня металась в окружении ледяных демонических теней подобно призраку! Ци Юомина вокруг него бушевала, силуэт черного императорского халата мелькнул и исчез! Его руки сложили сложнейшую печать Юомина!
— Запечатать! —
Ужасающий холод, способный заморозить время и пространство и пресечь всё живое, с грохотом вырвался из Цзян Яня!
Мгновенно накрыв три безумно бросавшиеся ледяные демонические тени!
Хрусь! Хрусь! Хрусь!
Движения трех огромных теней мгновенно застыли! Начиная с внешних щупалец, бледно-голубое пламя душ вместе с хаотичными телами демонов на глазах покрылось слоем темно-синего льда, мерцающего темно-золотыми рунами! В мгновение ока они превратились в три гигантские ледяные скульптуры, застывшие в свирепых позах для прыжка! Даже их хаотичный рев замерз в горле!
Однако плата за принудительное использование столь ужасающей первоосновы Юомина оказалась огромной!
В тот момент, когда Цзян Янь приземлился, его тело качнуло! Кровь полностью ушла с его бледного лица, а из уголка рта выступила крайне заметная темно-золотая струйка крови! Эта кровь, казалось, содержала в себе предельную стужу, и, упав на ледяную поверхность морозного металла, она мгновенно заморозила небольшой участок темно-синих ледяных кристаллов! Свет в его фиолетовых глазах заметно потускнел.
— Цзян Янь! —
Сердце Лу Чэня подскочило к самому горлу! Золотые глаза наполнились ужасом и жалостью!
Цзян Янь, казалось, не обращал на это никакого внимания.
Он с трудом удержал равновесие, даже не вытерев кровь с уголка рта.
Его ледяной взгляд мгновенно скользнул по плавающим у края омута серебристым осколкам, размываемым водой, а затем по привязанному Симину и очищенному маяку на стороне Лу Чэня!
Ни малейшего колебания!
Его фигура вновь превратилась в темно-синий луч света, но не бросилась к Лу Чэню и Симину, а, подобно мотыльку, летящему на огонь, устремилась прямо к окутанному абсолютной смертной тишиной Морозному омуту Сюаньмин!
— Ты что делаешь?! —
Вырвался у Лу Чэня испуганный крик! Морозная сила этого омута заставляла содрогаться даже его божественную искру!
Цзян Янь только что пережил тяжелую битву, его основа была потрясена, и бросаться туда сейчас было равносильно самоубийству!
Цзян Янь остался глух!
В мгновение перед тем, как коснуться густой, как ртуть, темной воды, его руки вновь сложили печать! На этот раз не для атаки, а для призыва!
Чистейшая ци Юомина хлынула из его ладони, превратившись в огромную темно-синюю полупрозрачную руку, которая с аурой заморозки всего сущего яростно погрузилась в воду омута!
Ш-ш-ш…!
Темная вода омута мгновенно забурлила! В тот же миг еще более ужасная морозная смерть, подобно разъяренному зверю, ринулась в контратаку!
На поверхности темно-синей морозной руки мгновенно образовались толстые черные ледяные кристаллы, издавая жалобный треск под непосильной ношей!
Лицо Цзян Яня побледнело еще сильнее, а темно-золотой крови в уголках его рта стало больше!
Но его взгляд оставался прежним — ледяным и полным неоспоримой решимости!
Огромная морозная рука проигнорировала разъедание, насильственно прорвала густую воду и схватила клубящийся на дне омута комок десятитысячелетней морозной ледяной эссенции, источающий чистейшую морозную духовную эссенцию!
В то же время край морозной руки с безупречной точностью завернулся, обхватив и несколько плавающих серебристых осколков, принадлежащих Симину!
— Поднять! —
С приглушенным криком морозная рука резко выдернула добычу из бурлящей воды!
Грохот!
Густая вода взметнулась огромными волнами!
Черные кристаллы льда, покрывавшие морозную руку, раскололись на куски!
Когда рука полностью вынырнула из омута, окружавшая ее ци Юомина уже поблекла наполовину, а в ладони крепко зажались кристаллы эссенции ледяного ядра размером с кулак, испускавшие синеватый морозный свет, и несколько слабо мерцающих серебристых осколков!
Цзян Янь взмахнул рукой, и морозная рука с эссенцией и осколками подлетела обратно.
Не глядя, он сразу же запечатал их в заранее заготовленный специальный сосуд из холодного нефрита.
Все его действия были плавными, но лишь его побледневшее лицо и яркая капля темно-золотой крови в уголке рта свидетельствовали о только что пережитой опасности и цене победы.
Сделав это, он слегка повернул голову, и его ледяные фиолетовые глаза сквозь клубящийся черный туман устремились на до смерти перепуганного Лу Чэня, стоявшего на ледяной колонне.
— Вещь у меня, — его голос донесся сквозь ледяной воздух с едва заметной ноткой усталой хрипоты, но звучал все так же ровно. — Бери человека, уходим.
Лу Чэнь смотрел на бледное, но по-прежнему суровое лицо Цзян Яня, на этот яркий алый след в уголке его рта, и в глубине его золотых глаз бушевали сложнейшие эмоции — жалость, гнев и пронзительное до мозга костей волнение от того, что его защищают.
Его зубы сжались, и последняя капля сомнений в глазах окончательно испарилась!
— Держись за меня! —
Рявкнул Лу Чэнь привязанному Симину, и свет в его глазах вспыхнул с новой силой!
Его руки резко опустились на ледяные цепи, пронзавшие тело Симина! На этот раз он не пытался уничтожить сами цепи, а превратил остатки божественной силы в мириады тончайших золотых молний, несущих кару Небес, и яростно вонзил их в узлы законов на стыке цепей и тела Симина!
Цзя-ла…!
Пронзительный звук растворения вперемешку со стоном боли Симина разнесся под сводами!
Те узлы законов, что сковывали Симина и пожирали его жизненные силы, под ударами карающих божественных молний мгновенно распались, как хрупкий лед! И хотя это не могло полностью уничтожить цепи, этого хватило, чтобы временно разорвать их энергетическую связь с телом Симина!
Сила оков внезапно исчезла!
Истощенное тело Симина сорвалось с ледяного столба, как порванный воздушный змей!
Лу Чэнь среагировал мгновенно, подхватив едва не потерявшего сознание, ослабшего Симина за талию!
Тот оказался ледяным и легким, словно у него совсем не было веса.
— Идем! —
Прижимая к себе Симина и вновь зажигая под ногами звездную карту Тяньган, Лу Чэнь без колебаний бросился в сторону Цзян Яня!
Цзян Янь уже ждал его у края омута.
Сфера ци Юомина вокруг него вновь расширилась, накрывая бросившихся к нему Лу Чэня и Симина.
Его ледяные фиолетовые глаза скользнули по потерявшему сознание и находившемуся при смерти Симину на руках у спутника, а затем перевели взгляд на бледное, но полное тревоги лицо Лу Чэня, не говоря ни слова.
— На выход! —
Три фигуры превратились в переплетенный сине-золотой луч света, устремившись назад по ледяному железному туннелю сквозь клубящуюся черную мглу и остатки ловушек закона с невероятной скоростью!
Позади на поверхности трех замерзших ледяных скульптур демонов начали появляться тончайшие трещины, из глубины бездны донесся еще более страшный рев, и вся ледяная тюрьма Северной Бездны, словно разъяренный до предела зверь, начала пробуждаться!
В ледяном туннеле тени и свет мелькали с бешеной скоростью.
Прижимая к себе невесомого Симина, Лу Чэнь чувствовал, что его тело холодно до жути, не как у живого человека, а дыхание было слабым, как у свечи на ветру.
Он изо всех сил направлял Шаг Тяньган и в то же время без оглядки вливал оставшуюся в его теле крупицу чистой божественной силы в тело Симина, пытаясь стабилизировать его угасающие жизненные силы.
— Держись! Мы сейчас выберемся отсюда! — в голосе Лу Чэня звучала спешка, которой он сам не замечал.
Симин, похоже, почувствовал это теплое и мощное влияние силы; его веки с трудом дрогнули, тусклые и рассеянные синие зрачки чуть сфокусировались, упав на красивое лицо Лу Чэня, полное тревоги, а затем скользнули дальше — на окутанного морозной ци фиолетовоглазого юношу, чей профиль был холоден и тверд, как изваяние из льда.
Его губы беззвучно зашевелились, голос был слаб донельзя, преисполнен предельной слабости и смутного отклика, рожденного из глубин души на некую высшую власть, звучал словно молитва:
— …Бог… Божественный ранг… запечатай… меня… владычество…
Он словно бессознательно искал признания и коронации от высшего существа, дабы укрепить рушащуюся основу своей души.
Сердце Лу Чэня тяжело упало!
Он прекрасно понимал, о чем молит Симин!
Это пробуждающаяся душа инстинктивно взывала к приказу Небесного императора, который некогда даровал ему эту власть!
Если бы у него была полная власть Императорской Печати, то сейчас же упавший свет божественного указа не только закрепил бы душу Симина, но и позволил бы ему вновь обрести часть полномочий Звездного владыки!
Но…
Лу Чэнь ощущал, как в глубине его тела хрупкая, словно покрытая трещинами глазурь, трепещет и рассыпается первозданная основа души; он чувствовал, как от насильственного пробуждения божественной силы по всему существу прокатываются волны раздирающей, невыносимой боли.
Принудительно задействовать законы Трех Миров ради дарования титула?
Это было всё равно что навлечь небесную молнию на собственную чадящую масляную лампу!
Он не только не смог бы спасти Сымин — его собственная душа мгновенно раскололась бы на части, и он сгинул бы без следа, уничтоженный дотла!
В его золотых глазах мелькнула тень глубокой боли и бессилия, но тут же сменилась еще более твердой решимостью.
Его руки, обнимавшие Сымин, сжались крепче. В голосе зазвучала непреклонная решимость, смешанная с почти нежной заботой, и он тихо произнес:
— Божественный титул у нас будет, и власть тоже вернется. Но... не сейчас.
Он сделал короткую паузу, бросил взгляд на холодный, суровый профиль стоявшего рядом Цзян Яня, с величайшим трудом растянул уголки губ в бледной, но странно теплой улыбке и, обращаясь то ли к теряющей сознание Сымин, то ли скорее к самому Цзян Яню, мягко добавил:
— Эту жизнь Императора... мне еще нужно сберечь.
— Чтобы составить компанию кое-кому...
— И собрать эти Три Мира... заново.
Голос его был негромким, но отчетливо прорезал свист яростного ветра и звон раскалывающихся ледяных кристаллов, достигая слуха Цзян Яня.
Мчавшийся вперед Цзян Янь на миг едва заметно замер.
На дне его холодных фиолетовых глаз, словно в потревоженной брошенным камнем ледяной пучине, на секунду взметнулась буря.
Он чуть повернул голову, бросив мимолетный взгляд на натянутую, вымученную улыбку на бледном лице Лу Чэня, а затем перевел его на едва живую Сымин, прижимаемую к груди Лу Чэня.
Не говоря ни слова, он резко прибавил скорости!
Вокруг него с грохотом вырвалась на свободу ледяная ци Юомин, словно разъяренный дракон, прокладывающий путь. Она свирепо сметала, замораживала и обращала в пыль клубящийся впереди морозный туман и оставшиеся ловушки из ледяных шипов!
Прорываясь сквозь безнадежную гибель, он грубой силой проложил для них двоих ледяную дорогу, ведущую к спасению!
Густой, как тушь мрак раскололся от пронзительного синеватого сияния, и три силуэта, подобно вырвавленным из оков ада падающим звездам, помчались навстречу слабому свету, символизирующему выход, отчаянно борясь за жизнь!
http://bllate.org/book/18859/1839922
Готово:
