Когда Ань Юньсюэ вместе с Су Сяовань спешно прибыла в передний зал, там уже находились и князь, и ваньфэй. Выражения их лиц были весьма сосредоточенными и серьезными.
Они увидели Шао Чэня в богатых парчовых одеждах, который стоял с одухотворенным и сияющим видом, а вокруг него было разложено множество ценных подарков.
Еще больше привлекало внимание то, что он принес с собой вовсе не обычные свадебные дары, а нечто сенсационное: он и его наставник в последнее время усердно трудились и сумели разработать чудодейственное лекарство против тифа, причем уровень излечения достигал поразительных семидесяти процентов!
— Князь, ваньфэй, цзюньчжу, — Шао Чэнь сложил руки в поклоне, и хотя в его позе скромности было не занимать, скрыть торжество ему не удавалось. — Этот рецепт — плод упорного труда и бесчисленных бессонных ночей вашего покорного слуги и его учителя. Пройдя через бесчисленные испытания, мы наконец преодолели все трудности. Ныне тиф больше не является неизлечимой болезнью, и это великое благо для простого народа. Ваш покорный слуга не смеет приписывать всю заслугу себе, но искренне надеется благодаря этому скромному достижению испросить руки цзюньчжу. В будущем он приложит все силы, чтобы оберегать мир и здоровье цзюньчжу до конца её дней, а также пожелает использовать это лекарство во благо простого народа, живущего под сенью княжеского поместья.
Едва эти слова были произнесены, все присутствующие замерли в изумлении.
На лицах князя и ваньфэй мгновенно отразились удивление и одобрение.
В эпоху, когда обычный тиф мог с легкостью унести бесчисленное количество жизней, семидесятипроцентный уровень излечения был ничем иным, как эликсиром бессмертия!
Что за колоссальная заслуга и какая оглушительная слава! Если заполучить такого зятя, для княжеского дома это станет поистине невероятным усилением!
Ань Юньсюэ слегка нахмурила изящные брови.
Она действительно ценила медицинское искусство Шао Чэня, но неизвестно почему, между ними всегда словно пролегала незримая преграда, и вызвать в себе хоть капли романтических чувств к нему она не могла.
Слушая сейчас его столь «возвышенную и праведную» речь о сватовстве, она, напротив, ощутила какое-то необъяснимое отторжение.
А стоявшая позади Ань Юньсюэ Су Сяовань, услышав фразы «семьдесят процентов излечения» и «плод упорного труда, разработанный совместно с учителем», почувствовала себя так, будто ее поразил удар молнии. Ее личико мгновенно побелело!
Неужели небеса рухнули?!
Нет… Погодите! Что-то здесь не так!
Она судорожно принялась вспоминать сюжет того романа: главный герой Шао Чэнь и его наставник, лекарь Сюэ, действительно обладали талантом в медицине, но в борьбе с тифом даже к самому финалу истории их процент успеха не превышал и тридцати! Как вдруг он мог подскочить до семидесяти?!
Это же превращало древнюю неизлечимую болезнь в обычную современную простуду! Такой поворот сюжета выглядел настолько безумным, что родная мать бы не узнала!
В ее голове вихрем пронеслась дикая и потрясающая догадка: это лекарство… этот семидесятипроцентный эффект… неужели…
В этот самый момент неожиданно раздался уже давно затихший голос Системы, в котором сквозило возбуждение, выдававшее любительницу устроить хаос:
[Дзинь! Чрезвычайная ситуация: помешайте цзюньчжу Ань Юньсюэ вступить в брак с Шао Чэнем! Награда за выполнение задания: +50 очков стремления! Хозяйка, вперед! Разоблачи этого лицемера, укравшего плоды твоего труда!]
Су Сяовань: «!!!»
Все встало на свои места! Такая реакция Системы в сочетании с этим нелепым «медицинским чудом» Шао Чэня оставляла лишь одно объяснение.
Шао Чэнь украл ее порошок! Заставил своего учителя сделать обратную разработку, состряпать низкокачественную подделку, а потом примчался присваивать себе заслуги и свататься!
Бесстыдство! Какое чудовищное бесстыдство!
Су Сяовань затряслась от гнева, и те крохи благосклонности, что она испытывала к нему как к главному герою первоисточника, испарились в одно мгновение.
Украсть ее лекарство, присвоить ее заслуги, да еще и посместься пожелать жениться на ее цзюньчжу?!
Ань Юньсюэ чутко уловила, как дыхание стоящей за ее спиной служанки стало частым и гневным. Она слегка повернула голову, вопросительно глядя на нее.
Заметив взгляд цзюньчжу и видя, что князь с ваньфэй, похоже, уже были готовы поддаться на уговоры и дать согласие, Су Сяовань поняла — ждать больше нельзя!
Она резко глубоко вздохнула, шагнула вперед и с громким стуком опустилась на колени. Ее голос звучал отчетливо, но в нем слышался сдерживаемый гнев, когда она громко произнесла:
— Прошу князя, ваньфэй и цзюньчжу рассудить по справедливости! У вашей служанки есть слова, которые она должна сказать!
Эта внезапная выходка застала всех врасплох.
Шао Чэнь посмотрел на стоявшую на коленях Су Сяовань, в его глазах на миг мелькнуло незаметное замешательство, но он быстро взял себя в руки и прикрикнул:
— Дерзость! Хозяева обсуждают важные дела, как смеет какая-то девчонка-служанка вставлять свои слова!
Однако Су Сяовань без малейшего страха подняла голову, прямо глядя на Шао Чэня, и чеканно произнесла:
— Молодой господин Шао, ваша служанка смеет спросить: включает ли главный состав лекарства, разработанного вами и лекарем Шао, такие компоненты, как корень пуэрарии, эфедра, коричная веточка, пион, солодка, свежий имбирь и китайский финик, вдобавок к которым идет один особый... порошок женьшеня с фиолетовыми усами?
Она назвала в точности те самые ингредиенты системного средства от тифа, которые ранее давала цзюньчжу!
Лицо Шао Чэня мгновенно переменилось, а в глазах отразился невероятный, дикий шок!
Откуда… откуда она может знать все настолько подробно?! Ей известна даже та редчайшая добавка из женьшеня с фиолетовыми усами, служившая катализатором?!
Заметив резкую перемену в его выражении лица, Су Сяовань холодно усмехнулась про себя и продолжила наседать:
— Ваша служанка также хочет спросить молодого господина: неужели этот рецепт действительно создан вами и достопочтенным лекарем в результате «упорного труда», а не… добыт в готовом виде и лишь скопирован и улучшен?
— Ты… что ты несешь! — Шао Чэнь изо всех сил старался держаться уверенно, но его голос уже выдавал панику. — Это тайное знание моей школы! Разве тебе, презренной служанке, позволено критиковать его!
Су Сяовань вдруг рассмеялась, и в ее смехе сквозила насмешка:
— Быть может, происхождение вашей служанки и ничтожно, но она случайно знает, что настоящий оригинальный рецепт дает не семидесятипроцентный эффект, а все сто из ста! И так получилось, что несколько месяцев назад ваша служанка спасла жизнь цзюньчжу с помощью лекарства именно с этим «абсолютным» эффектом! В этом могут засвидетельствовать ее высочество цзюньчжу и все, кто тогда присутствовал! Молодой господин Шао, откуда же взялось ваше творение, на создание которого вы потратили столько сил и которое дает лишь «семьдесят процентов»? Неужели… вы подобрали остатки лекарства, выброшенные другими, и вернулись, чтобы заставить своего учителя… «исследовать» их?
Едва эти слова сорвались с губ, в зале воцарилась мертвая тишина!
Князь и ваньфэй со смешанными чувствами тревоги и сомнения перевели взгляд на Ань Юньсюэ.
Ань Юньсюэ в этот момент наконец-то прозрела! Вот оно что! Оказывается, Шао Чэнь просто украл лекарство Сяовань! Неужели она чувствовала, что здесь что-то не так!
Взгляд, которым она одарила Шао Чэня, стал мгновенно до жути ледяным. Она произнесла низким голосом:
— Отец, матушка, то, что сказала Сяовань, — чистая правда. В тот день, когда ваша дочь тяжело болела, именно ее лекарство спасло меня, подействовав с первой же дозы. Ваша дочь и подумать не могла, что это лекарство столь драгоценно, но кто-то втайне выкрал его, чтобы использовать как средство ради погони за дешевой славой и выгодного брака!
Лицо Шао Чэня посерело, словно пепел. Он указал на Су Сяовань, дрожащими губами выговаривая:
— Ты… ты возводишь навет! Этот порошок определенно… определенно…
Он хотел заявить, что его преподнес некий покойный друг, но сейчас, под пристальным взглядом Су Сяовань, казалось, видевшей его насквозь, выстраивать ложь дальше не было никаких сил.
Су Сяовань решила развить успех и отвесила тяжелый поклон князю и ваньфэй:
— Прошу князя и ваньфэй во всем разобраться! Ваша служанка готова лицом к лицу сойтись с молодым господином Шао! Ваша служанка даже может назвать точный способ обработки того порошка женьшеня с фиолетовыми усами и время его добавления в котел. Если молодой господин Шао действительно тот самый творец, что «не щадил сил», он ведь наверняка должен это знать, верно?
Шао Чэнь окончательно потерял дар речи, его лоб покрылся крупными каплями холодного пота.
Его учитель сумел разложить на составляющие лишь большую часть компонентов и уловить примерные пропорции, а вот с техникой обработки ключевого порошка женьшеня с фиолетовыми усами они действительно до конца еще не разобрались!
Ситуация перевернулась в одно мгновение!
Лица князя и ваньфэй помрачнели, а взгляды, устремленные на Шао Чэня, несли в себе разочарование и гнев.
Они чуть было не попались на удочку этого лицемерного и алчного до фальшивой славы мерзавца!
Ань Юньсюэ смотрела на стоявшую на коленях Су Сяовань, которая отстаивала справедливость, излучая какое-то непередаваемое сияние, и в ее сердце поднималась волна невыразимого трепета и… гордости.
[Дзинь! Задание выполнено на 70%! Сватовство успешно сорвано! Половина награды выдана досрочно: +25 очков стремления! Просим хозяйку продолжать в том же духе, сорвать маску с главного героя и получить всю награду целиком!]
Слушая подсказку Системы и ощущая поступившие на счет 25 очков стремления, Су Сяовань окончательно успокоилась.
Уж извини, главный герой, но если бы ты не был столь бесстыден и не присвоил себе чужие заслуги, я бы еще посмотрела на тебя с уважением.
Раз уж ты поступил так, мы окончательно сожгли все мосты.
http://bllate.org/book/18826/1832347
Готово:
