Зима наступила внезапно. Клены за стенами общежития окрасились в багрянец.
Е Ань, волоча за собой чемодан, смотрел на яркие, словно охваченные пламенем, кроны деревьев. Солнечный свет, пробиваясь сквозь листву, создавал причудливую игру теней, от которой рябило в глазах. Подул ветерок, и красные листья, тихо шелестя, потянулись к земле, устилая всё вокруг перед входом в общежитие мягким, безмятежным ковром.
Е Ань вышел за ворота университета. На остановке было многолюдно: их учебное заведение находилось на конечной, и в дни каникул автобусы не справлялись с наплывом студентов. Система, видя, что он стоит в очереди уже полчаса, не выдержала:
— Возьми такси.
— Не хочу.
Он хотел сберечь деньги.
— Ну и скряга же ты, — проворчала Система.
Е Ань проигнорировал её замечание. В конце концов, тратиться на машину он не собирался. После очередного выпада Системы ему наконец удалось втиснуться в подошедший автобус.
Это был последний рейс. Когда он добрался до особняка богачей, где работала его мать, уже совсем стемнело. Е Ань не мог войти через парадный вход — как и остальной прислуге, ему полагалось пользоваться служебным проходом, ведущим к комнатам для персонала. Его мать была женщиной работящей, и в доме хозяев ей выделили две небольшие комнаты, одна из которых предназначалась сыну.
Окинув взглядом помещение, Е Ань отметил чистоту и уют. Даже при минимуме мебели чувствовался размах и роскошь, присущие дому владельцев. Мать была на смене, вернуться она не могла.
— Хозяин, забыла предупредить: твоя мать работает в доме Му Хунцзина, — подала голос Система.
Е Ань, разбирая вещи, замер.
— Значит, одежда, которую она мне принесла, — это то, что Му Хунцзин больше не носит?
— Именно.
Е Ань снова перебрал вещи и нахмурился.
— Система, размер слишком маленький. Му Хунцзин намного выше и крепче меня, он бы не влез в эти вещи.
Система на секунду задумалась.
— Не знаю. Может, это вещи его младших братьев?
Е Ань кивнул. Логично. Му Хунцзин не был единственным ребенком — в семье росли ещё двое братьев и сестра. В Цзянго, особенно в богатых кланах, многодетность была обычным делом, способствующим укреплению семейных активов. Му Хунцзин был старшим и самым выдающимся из всех, и младшие в его присутствии невольно трепетали.
Система велела Е Аню держаться от Му Хунцзина подальше и отключилась.
Несколько дней спустя в доме Му устроили званый ужин. Слуги сбивались с ног. Увидев, сколько работы предстоит матери, Е Ань переоделся в форму и поспешил ей на помощь. Дом Му напоминал европейский классический дворец. Мать отвечала за мытье полов на первом этаже, причем не шваброй, а на коленях, вручную. Управляющий, увидев, что она работает с сыном, не стал возражать — платить Е Аню не нужно было, так что он закрыл на это глаза.
— Ладно, помогай матери, приведите первый этаж в порядок. Быстрее, после обеда приедут однокурсники молодого господина, — приказал управляющий.
— Слушаюсь, — кивнула мать и повела сына за собой.
Опасаясь, что Е Ань чего-то не поймет, она потратила пару минут на инструктаж по чистящим средствам. Е Ань быстро всё усвоил и принялся за работу. Его движения были быстрыми и ловкими, управляющий остался доволен и отправился проверять другие участки.
В полдень они вместе с матерью пообедали в столовой для персонала и снова вернулись к делам. Остался неочищенным длинный коридор. Мать уже долго стояла на коленях, и Е Ань заметил, как она морщится от боли, хотя старалась не подавать вида. Он подошел к ней и потянул в сторону комнаты отдыха:
— Мам, там осталось совсем немного, я закончу сам. Иди отдохни.
— Сяо Ань, — мать схватила его за запястье, вглядываясь в лицо с пугающей нежностью. — Ты точно Сяо Ань?
Е Ань опешил. В его глазах мелькнуло смятение, губы плотно сжались. Он не ответил. В этот момент сердце его бешено заколотилось. Он попытался вызвать Систему, но та молчала. Мать смотрела на него секунды три, а потом вдруг рассмеялась, разряжая обстановку.
— Иди уже, я просто пошутила.
— Хорошо.
Е Ань вернулся к работе, чувствуя себя не в своей тарелке. Взгляд матери, который она бросила на него мгновение назад, не был взглядом любящего родителя. Е Ань испугался. Но, к его удивлению, через секунду мать снова смотрела на него с прежней теплотой. Он не мог понять, что произошло, и, уткнувшись в пол, принялся тереть его до такой степени, что в нем можно было увидеть собственное отражение.
Он так погрузился в работу, что не заметил, как в коридоре появились люди. Лишь услышав насмешливые голоса, он поднял голову. Перед ним стояла группа молодых людей из его университета, все как один из богатых и влиятельных семей. В центре внимания был Му Хунцзин. Увидев Е Аня в форме слуги, он на мгновение замер.
Е Ань, не желая мешать, отодвинул тележку с инструментами к стене и опустил голову, пропуская их. Но его покорность не спасла его от неприятностей.
Один из студентов язвительно произнес:
— Посмотрите, кто это? Е Ань, ты что здесь делаешь? Слугой у Му Хунцзина подрабатываешь? А ведь раньше заливал, что твоя семья богата. Оказывается, ты просто лжец.
Этот парень давно точил зуб на Е Аня и теперь не упустил случая унизить его. Он шагнул вперед и, схватив Е Аня за воротник, усмехнулся:
— Глядите, как притворялся! А сам-то — обычный лакей.
Кто-то спросил Му Хунцзина:
— Это ваш слуга?
Му Хунцзин покачал головой:
— Я не знаю.
Кто-то из студентов позвал управляющего. Увидев молодого господина, тот испугался, что что-то пошло не так, и подбежал к ним:
— Молодой господин, что-то случилось?
Му Хунцзин, не глядя на Е Аня, спросил с полуулыбкой:
— Он наш слуга?
Управляющий поспешно объяснил ситуацию. Му Хунцзин был удивлен: он и не подозревал, что сын их многолетней экономки работает здесь. Кто-то из студентов снова попытался задеть Е Аня, но Му Хунцзин остановил его одним взглядом. Бросив пару слов управляющему, он повел гостей на банкет.
Управляющий проводил их и только после этого велел Е Аню возвращаться к делам. Е Ань кивнул и, толкая тележку, удалился.
После того случая управляющий не сказал ни слова, но мать Е Аня перевели на другую работу. Ей больше не нужно было драить полы — теперь она лишь прибиралась в комнатах молодых господ, и работа стала куда легче. Из-за этого Е Ань, помогая матери, стал чаще сталкиваться с Му Хунцзином.
Однажды, принеся свежие цветы в комнату Му Хунцзина, он уже собирался уходить, как вдруг услышал своё имя:
— Е Ань.
Е Ань застыл на месте:
— Молодой господин?
Му Хунцзину стало забавно. В университете Е Ань никогда его так не боялся, а здесь, в его доме, вел себя словно перепуганный птенец. Он с любопытством разглядывал парня:
— Подойди сюда.
Е Ань на негнущихся ногах подошел к Му Хунцзину. Его взгляд упал на начищенные до блеска носки ботинок молодого господина. Должно быть, они стоили целое состояние — чистые настолько, что в них можно было смотреться, как в зеркало.
http://bllate.org/book/18813/1829903
Готово:
