— Госпожа Фу, — она насмешливо хмыкнула, — что за лотерейные билеты ты купил? Какие выигрышные номера? Дай-ка я в интернете проверю. Наверняка там сумма приличная, на покупку квартиры хватит. Давай, выкладывай всё как есть, я завтра же пойду хвастаться тете Сюй из соседней палаты.
— ... — Фу Жань обреченно вздохнул. — Мам, а ты не можешь просто побыть той самой слепо доверяющей своему сыну мамочкой?
Госпожа Фу фыркнула:
— Ты такую чушь несешь, что я бы и рада довериться, да не выходит.
Фу Жань вздохнул:
— Ладно, ладно, расскажу всё как на духу.
Госпожа Фу отбросила шутливый тон, села ровнее и посерьезнела:
— Говори, я слушаю.
Фу Жань собрался с мыслями и через десяток секунд произнес:
— Я не только присматриваю за лавкой босса, но еще и стал интернет-знаменитостью, деньги потекли рекой.
Госпожа Фу скривила губы:
— Я полдня ждала, чтобы услышать это?
— А что еще я мог сказать?
Госпожа Фу ткнула его в лоб:
— Я уж было подумала, что ты банк ограбил.
— Это... это задачка не из легких, вы явно переоцениваете мои способности.
— Язык у тебя без костей!
— Хе-хе-хе.
Мать и сын весело болтали. Порыв ветра ударил в окно, заставив согнутые ветви деревьев забарабанить по стеклу. Фу Жань поднял голову и с удивлением осознал, что лето подходит к концу.
— Осень уже на пороге...
Госпожа Фу тоже посмотрела в окно:
— И правда. Я провела в этой палате всё лето.
Фу Жань сжал её руку:
— Как только поправишься, поедем на Гавайи, там лето круглый год.
— Ой, брось. Я в больнице с таким трудом отбелила кожу, не хватало еще превратиться в уголек.
— Да вы и так белокожая, красавица, кто даст вам почти пятьдесят? Если мы пойдем вместе, люди точно подумают, что вы моя старшая сестра.
Фу Жань так расхвалил мать, что она расцвела, со смехом упрекая его в том, что он подсластил язык медом.
Фу Жань подмигнул:
— Разве только язык? Я сам вырос, купаясь в меду!
Госпожа Фу легонько толкнула его, и в уголках её глаз засияла нежная улыбка:
— Иди ты, на людях не вздумай говорить, что ты мой сын, позорища не оберешься.
Фу Жань схватился за сердце, изображая скорбь:
— Вы что же, даже от сына решили отказаться?
— Именно, — ответила госпожа Фу. — Отказываюсь. Хочешь поплакать — иди за дверь.
Фу Жань надул губы:
— Хоть вы и отказываетесь, я всё равно от вас ни на шаг, прилипну — не отлепите.
— Пф-ф... — она снова рассмеялась. — Ну и ребенок ты.
Фу Жань улыбнулся в ответ. Его самым заветным желанием было видеть мать счастливой каждый раз, когда он приходил в больницу.
Пробыв в больнице до двух часов дня, Фу Жань собрался уходить:
— Мам, я пошел. Будет что нужно — звони, я мигом примчусь.
Госпожа Фу кивнула:
— Иди, работай хорошо, не ленись.
— Будет сделано!
Провожая взглядом уходящего сына, госпожа Фу постепенно перестала улыбаться, и на её лице отразилась тревога. Сын так быстро разбогател, что заговорил о покупке квартиры... не почку же он продал? Хотя, даже если продать все почки, на квартиру всё равно не хватит. Этот ребенок, никакой с ним жизни нет.
...
Фу Жань был человеком дела. Стоило ему выйти из больницы, как он тут же отправился в агентство недвижимости. В наши дни агенты смотрят на клиентов, как разъяренные быки на красную тряпку — готовы затащить их в самую дорогую квартиру и применить все уловки, лишь бы заставить купить.
Фу Жань не был готов к такому напору, но оказался достаточно сообразительным: чтобы сбежать, он заявил, что ему срочно нужно встретить босса, и обещал вернуться позже.
Продавец спросил, кем он работает. Фу Жань выпятил грудь и с достоинством ответил:
— Личный водитель.
Личный водитель вряд ли много зарабатывает. Цены на жилье здесь были заоблачными, хотя на то были свои причины. Сначала продавец принял Фу Жаня за какую-то звезду и старался изо всех сил, но, узнав, что перед ним всего лишь водитель, тут же потерял интерес.
Фу Жань нарочно спросил:
— И какой тут первоначальный взнос? Выглядит неплохо, но место не очень: противоположное здание загораживает солнце. Я хотел бы...
Он начал болтать без умолку, выискивая мелкие недостатки и мастерски изображая прижимистого клиента, у которого мало денег, но зато куча требований. Терпение продавца иссякло, и он с фальшивой улыбкой предложил Фу Жаню посмотреть жилье подешевле. Тот с радостью согласился и, довольный, ушел. По пути домой он размышлял, что стоит доложить о покупке квартиры господину Ханю — было бы здорово, если бы тот помог с оформлением.
Вечером, вернувшись с работы, господин Хан выслушал его, не задавая лишних вопросов, и лишь коротко бросил:
— М-м. Поручу помощнику Лю.
— Как-то неудобно... слишком уж много хлопот помощнику Лю.
Господин Хан приподнял бровь:
— Тогда...
— Но раз уж некоторые вещи всё равно приходится перекладывать на других, то пусть этим займется он! — Фу Жань искренне схватил его за руку.
Господин Хан, чью речь прервали, ничего не ответил. Он высвободил руку и расстегнул две верхние пуговицы рубашки:
— Давай ужинать.
— Хорошо-хорошо, присаживайтесь, — Фу Жань услужливо отодвинул стул.
Господин Хан подчинился и невозмутимо сел.
Когда помощник Лю передал Фу Жаню ключи от квартиры, сентябрь уже подходил к концу, впереди ждали октябрьские праздники. У господина Ханя тоже был отпуск, и несколько дней назад он обмолвился, что хочет увезти Фу Жаня на какой-нибудь курорт.
Вечером перед праздниками Фу Жань уже упаковал вещи, предвкушая утренний полет. Ему даже снилось, как он жарит шашлыки и ловит рыбу на курорте.
В зале ожидания господину Ханю позвонили.
— Что случилось?
Фу Жань, потягивая сок, растерянно смотрел на внезапно поднявшегося господина Ханя. Тот посмотрел на него сверху вниз, взгляд его был сложным:
— Не поедем. Отпуск отменяется.
— А... — Фу Жань почувствовал разочарование, но быстро взял себя в руки и понимающе добавил: — Ну, в другой раз. У тебя в компании что-то случилось? Иди решай дела.
Господин Хан помолчал, а затем сказал правду:
— Звонил Цюй Шаочжэн. Он вернулся в страну.
— ...
В глазах Фу Жаня промелькнуло удивление, он опустил голову, скрывая выражение лица. Он сидел тихо, словно ребенок, которого бросили взрослые. Господин Хан нахмурился, чувствуя тяжесть на сердце, и сделал шаг к нему.
Он думал, что Фу Жань не может принять эту новость, но тот был просто ошеломлен. В его голове крутилось: всё пропало, больше нельзя стричь купоны, моя империя рухнула, карьера великого «золотоискателя» окончена, как же я теперь буду жить без такого щедрого и во всех смыслах выдающегося спонсора?
Господин Хан положил руку ему на плечо, думая, что кое-что изменилось — в конце концов, привычка действительно может перерасти в нечто большее. Он уже собирался заговорить, как Фу Жань поднял голову и робко спросил:
— В контракте не прописаны отступные, но мы ведь прожили вместе несколько месяцев, какая-то привязанность всё же есть. Вы не могли бы...
— ...
Если когда-нибудь господин Хан умрет преждевременно, то только от ярости, вызванной этим парнем по фамилии Фу.
Цюй Шаочжэн.
Фу Жань не понимал, почему господин Хан ушел, не сказав ни слова. Он остался стоять в полном недоумении, машинально покусывая трубочку. Господин Хан — настоящая свинья! Стоило появиться его первой любви, как он безжалостно бросил замену. Бесстыдство! Разве можно так поступать? Неужели он не слышал, что расставаться надо красиво?
Чем дольше он думал, тем обиднее ему становилось. Аэропорт такой огромный, люди снуют туда-сюда, а его вот так просто бросили. Какой же он несчастный. Если не заплатят, он этого так не оставит.
Фу Жань сидел на месте и не двигался. Раз уж на самолет он всё равно не попал, спешить некуда — сперва допьет напиток. Аэропорт — отличное место, чтобы полюбоваться красивыми людьми. Созерцание прекрасного поднимает настроение. Фу Жань почувствовал, что уже оправился от удара: у него есть чайная, банковская карта и даже квартира в сто двадцать квадратов! В целом, господин Хан был его благодетелем, их сотрудничество прошло успешно, расчеты произведены, будущее выглядит перспективно.
Пока он предавался этим мыслям, он не заметил, как кто-то вернулся. Только когда на него легла тень, он медленно поднял голову и удивленно спросил:
— Почему ты вернулся?
Господин Хан стоял перед ним, глядя сверху вниз с холодным выражением лица:
— Почему ты не пошел за мной?
Фу Жань подумал и ответил:
— Мы же подписали контракт: как только он вернется, наши отношения прекращаются. Там еще было сказано избегать контактов и забыть друг о друге...
Заметив, что лицо господина Ханя помрачнело, Фу Жань испугался:
— Ты... ты что, передумал?
— Я...
Фу Жань широко раскрыл глаза, глядя на господина Ханя с поощряющим и почти отеческим выражением. Господин Хан понимал: если он скажет, что передумал, события выйдут из-под его контроля. Фу Жань, словно необъезженная лошадь, унесется в даль, и никакой самолет его не догонит.
Прикинув это, он вдруг перехотел говорить, что передумал. Нельзя давать Фу Жаню повод для выходок. Но если промолчать, этот бессердечный парень действительно будет держать дистанцию и никогда больше с ним не заговорит.
Господин Хан молчал долго. Фу Жань допил напиток, выбросил стакан в урну и назидательно произнес:
— Мужчина не должен колебаться, промедление смерти подобно. Господин Хан, не тратьте на меня время, идите к своей возлюбленной. Я поеду в квартиру собирать вещи. Хорошо, что помощник Лю помог найти жилье, иначе я бы не знал, куда податься.
— Тебе не нужно съезжать, — сказал господин Хан. — Можешь остаться там.
— Ого, не ожидал от вас такого!
??
— Одной уже мало, решили завести сразу двоих?
— ...
— Но я не соглашусь, это слишком противоречит моим принципам. Давайте расставаться по-хорошему.
Фу Жань подхватил чемодан и ушел, не оглядываясь. Господина Ханя его решительный вид почти довел до смеха. Он догнал его, схватил за запястье и, глядя глубоким взглядом, спросил:
— Столько времени прошло, у тебя ко мне совсем нет чувств?
Фу Жань вздрогнул, выдернул руку и медленно покачал головой:
— Нет.
Наверное, нет. Среда, в которой он рос, и его сексуальная ориентация мешали ему влюбляться. Можно сказать, он был девственником в отношениях, без опыта, и пока не мог разобраться, что именно чувствует к господину Ханю. В конце концов, изначально он пришел только за деньгами, да и господин Хан не раз предупреждал его не питать иллюзий. Разве не в кого-то другого он был влюблен?
Ответ Фу Жаня окатил господина Ханя ледяной водой, остудив весь его пыл. Он-то еще полдня терзался из-за своей «измены», а оказалось, что всё это время лишь тешил себя иллюзиями. Господин Хан разозлился и сквозь зубы бросил:
— Как хочешь. Я ухожу.
Фу Жань пожал плечами. Он не понимал, почему при разрыве спонсора и «канарейки» злится именно спонсор. Этот спонсор какой-то сложный, совсем не такой, как в фильмах и книгах.
Фу Жань, так и не осознавший, что именно он довел господина Ханя до белого каления, потащил чемодан домой, всю дорогу мысленно жалуясь на него. А сам господин Хан в это время мчался на машине к кафе. Он был в ярости, вел машину слишком быстро и пару раз едва не проскочил на красный свет.
Через полчаса он прибыл на место. Войдя в кафе, он выглядел строгим и сдержанным, хотя внутри всё кипело от злости на Фу Жаня. В кафе играла приятная фортепианная музыка. Молодой человек в кремовой клетчатой рубашке и светло-синих джинсах сидел за роялем, закрыв глаза. Элегантность, благородство, чистота — все эти слова подходили ему идеально.
Этот юноша был братом-близнецом Фу Жаня.
Когда музыка стихла, раздались аплодисменты. Менеджер кафе взволнованно предложил ему остаться работать у них пианистом, обещая хорошую зарплату. Юноша вежливо отказался, одарив его легкой улыбкой. Менеджер был разочарован, но предложил бесплатный кофе за прекрасное исполнение.
Юноша хотел снова отказаться, но краем глаза заметил стоящего у входа господина Ханя. Его глаза засияли, и он изменил решение:
— Хорошо, спасибо. Как раз пришел мой друг, принесите ему фирменный кофе, поменьше сахара.
Менеджер тоже заметил господина Ханя, сразу узнал дорогой костюм и поспешил выполнить заказ. Юноша быстро подошел к нему, раскинув руки для объятий:
— Брат Чэньцзэ, я вернулся.
Господин Хан напрягся, на его лице промелькнуло нечто неестественное. Он отстранился:
— М-м.
Господин Хан всегда был немногословен, но юноша не обратил на это внимания:
— Брат Чэньцзэ, ты скучал? Я был за границей совсем один, почему ты последние месяцы не писал мне? — Его голос задрочал от обиды. — Скажи, ты забыл меня? Раньше ты был не таким.
Господин Хан помолчал несколько секунд и ответил, что нет.
Юноша взял его под руку и потянул к столику у окна:
— Ладно, не будем об этом. Угадай, почему я вернулся раньше?
Господин Хан ответил:
— Получил приглашение на концерт?
— Как всегда, брат Чэньцзэ понимает меня лучше всех. А отец подумал, что я сбежал от учителя тайком. — Он ярко улыбнулся, в каждом его движении сквозила наивность. — Я прилетел сегодня под утро, но был слишком уставшим, чтобы писать тебе. Но ты всё равно первый, кто узнал о моем возвращении, не считая родителей.
Если бы время повернулось вспять на четыре месяца, господин Хан был бы тронут, но сейчас он не чувствовал ровным счетом ничего. Всё изменилось. Хотя у него было лицо Фу Жаня, он постоянно думал о самом Фу Жане. Хм... похоже, он довольно ветреный мужчина.
Заметив рассеянность господина Ханя, юноша подпер подбородок руками и внимательно посмотрел на него:
— Брат Чэньцзэ, ты стал еще молчаливее, чем раньше.
Господин Хан поджал губы, промолчав. Улыбка юноши угасла, он опустил глаза:
— Если я тебя раздражаю, просто скажи, я буду осторожнее.
— Ты меня не раздражаешь. Говори, что хочешь, я слушаю, — спокойно ответил господин Хан.
О том, что он был заинтересован в Фу Жане, знал только помощник Лю. Он нашел его как замену, потому что не мог забыть это лицо. Но то, что он решился на такой шаг... возможно, он никогда и не был влюблен в того, кого себе представлял. Если изначально он любил Фу Жаня, который помешан на деньгах, а не того, кого нашел в качестве замены...
Господин Хан нахмурился, чувствуя глубокое отторжение и бессилие. Он наконец понял: никто не заменит этого бессердечного Фу Жаня. Даже если у юноши были свои достоинства, след в душе господина Ханя оставил только Фу Жань.
За несколько секунд господин Хан пришел к выводу, словно тучи разошлись. Увидев, что он снова витает в облаках, юноша разочарованно постучал ложечкой по краю чашки:
— Брат Чэньцзэ, у тебя дела в компании? С тех пор как мы вошли, ты уже три или четыре раза уходил в себя. О чем ты думаешь?
Господин Хан прикрыл рот кулаком, кашлянул и вежливо, но отстраненно ответил:
— Да, есть пара дел, которые нужно решить. Давай встретимся в другой раз.
Правда, дело было не в компании. Сейчас кое-кто, вероятно, собирает вещи, чтобы съехать, и он должен это предотвратить. Юноша, не ожидавший такого ответа, помрачнел, хотя тон его остался прежним:
— Вот как. Тогда иди решай свои дела, я привык быть один.
Господин Хан тут же поднялся, бросил «извини» и ушел. Кофе на столе остался нетронутым. Как только он скрылся, юноша сбросил маску, сжал кулаки так, что ногти впились в ладони.
Хань Чэньцзэ изменился.
Сделав этот вывод, он помрачнел. Он знал, что Хань Чэньцзэ неравнодушен к нему, но всегда притворялся, что не замечает. Ему нравилось чувствовать себя обожаемым таким успешным человеком. Это было приятнее, чем успех на мировой сцене. Но теперь его славу отняли. Что же привело к таким переменам?
Он достал телефон и сделал звонок. На том конце сначала не соглашались.
— Добавлю еще пятьсот тысяч.
— Хорошо.
***
— Быстро используй нунчаки, хэй-хэй-ха!
Быстро используй нунчаки, хэй-хэй-ха!
Воин, помни: гуманный непобедим!
Фу Жань напевал, упаковывая вещи, и был в прекрасном настроении. Вдруг за дверью послышался звук поворачивающейся ручки. Фу Жань замер, бросил вещи на кровать и побежал проверить.
Он столкнулся с господином Ханем лицом к лицу и поспешно отступил на пару шагов.
— Господин Хан, вы уже закончили свидание со своей возлюбленной?
Господин Хан нахмурился:
— Она мне не возлюбленная.
— Оу. — Раз так... значит, скоро станет. Пришел похвастаться передо мной? Тьфу.
Господин Хан потер переносицу:
— Не выдумывай. Я хотел сказать...
— Подождите, — зазвонил телефон, Фу Жань перебил его и отошел в сторону.
Это был Луис, его голос звучал радостно и возбужденно:
— Жань-Жань, ты что, расстался с Хань Чэньцзэ?!
— ...
http://bllate.org/book/18690/1806250
Готово:
