Готовый перевод My New Assistant is Off / Мой новый ассистент скрывает тёмную сторону: Глава 27

На улице стемнело, за окном от ветра с шуршанием качались древесные ветки.

Линь Цжэньи закрыл окно, обернулся и пожаловался: — Кажется, в этом году зима будет очень холодной.

Инь Чуань лишь равнодушно хмыкнул, скорчившись на изголовье кровати и лениво двигаясь. Он обхватил обеими руками керамическую пиалу, зарылся в нее носом и принялся посёрбывать овсяную кашу с нежирным мясом.

В седьмом часу вечера Сяо Цзе вернулся с улицы, принеся с собой горячую хрустящую утку, и прямо с порога бросил её Линь Цжэньи.

Тот радостно поблагодарил, подхватил утку и уселся в стороне, принимаясь за еду.

Инь Чуань бросил на него косой взгляд и, надув щеки, пробормотал: — Я тоже хочу.

— Потерпи, — Сяо Цзе присел на край его кровати и, говоря это, внимательно оглядел его лицо. — Пока не ешь ничего жирного. Лицо немного порозовело, восстанавливаешься неплохо. Одеяло подтяни повыше, чтобы не простудиться, сегодня на улице холодно.

— Я не такой неженка.

— Угу, я знаю. — Сяо Цзе озарил его своей неизменно мягкой улыбкой. — Думаю, завтра ты уже будешь полон сил и энергии. Сегодня вечером старший побудет здесь с тобой, а завтра мы вместе поедем подписывать договор.

Сяо Цзе пообещал: — Хорошо, я сначала отвезу четвёртого брата домой, а потом вернусь посидеть с тобой.

— Что случилось? — Старший растерянно посмотрел на него и тронул за волосы. — Каша, которую сварила твоя третья невестка, была не по вкусу?

Тот послушно кивнул и допил последние капли каши.

— Он уже виделся с третьим братом? — в прекрасных глазах Инь Чуаня мелькнуло удивление.

Инь Чуань вытащил из-под подушки телефон и взглянул на время.

Сяо Цзе мягко произнес: — Один адвокат, не то чтобы близкий знакомый. Он виделся с Цзя Юем, у твоего третьего брата хранится пара приличных предметов старины. Сегодня они случайно пересеклись, вот мы и перекинулись парами слов.

Посреди ночи Инь Чуань открыл глаза в кромешной тьме комнаты, и радовало то, что ему ничего не снилось.

— Едва ли знакомы, — сказал Инь Чуань. — Друг прошлого босса, цели у него наверняка не самые чистые.

Вытерев рот и вымыв руки, старший возился с ним, словно какая-нибудь нянька.

Не было еще и трех часов ночи, а на экране телефона всё еще висели непрочитанные сообщения.

На соседней койке спал Сяо Цзе — прямо в одежде, повернувшись к нему спиной.

Инь Чуань закусил губу и заговорил: — Старший, четвёртый брат сказал, что сегодня днем ты встретил знакомого. Кто это был?

— Кто он такой?

Сяо Цзе немного подумал: — Мы ничего особенного друг другу не сказали. На вид он молодой и вежливый, вовсе не похож на таких людей. К тому же твой третий брат действительно мастер своего дела, а не какой-то уличный шарлатан, проблем возникнуть не должно.

У него на душе стало тепло и уютно; он обхватил колени руками и завороженно уставился на собеседника.

Сяо Цзе странно на него посмотрел: — Да. К твоему третьему брату каждый день обращается немало людей. Чего у тебя такое выражение лица? Ты что, знаком с ним?

Инь Чуань кивнул прямо под одеялом.

***

Лег спать рано — проснулся тоже рано.

Тут Инь Чуань вспомнил, что на завтра у него назначена встреча с риелтором по поводу аренды помещения.

— Да ну его, — Инь Чуань натянул одеяло на голову, и его голос прозвучал глухо. — Я хочу спать, у меня сонные часы.

Сообщение прислал Шао Юймин.

Первое — справлялось о самочувствии Инь Чуаня.

Второе — банально желало спокойной ночи.

Третье — интересовалось, не закинул ли его Инь Чуань в черный список.

СМС было отправлено около десяти часов вечера, когда Инь Чуань уже давно спал.

Он немного помедлил, глядя в экран, и с милой простотой ответил: [Я в порядке.]

Позже он погрузился в полудрему и увидел короткий сон: ему грезилось вовсе не прошлое, а Шао Юймин.

В какой-то вымышленной обстановке Шао Юймин сидел рядом с ним в темно-фиолетовой рубашке, часы на его запястье поблескивали. Он безостановочно подкладывал еду в тарелку Инь Чуаня и с самым заботливым видом спрашивал, вкусно ли это.

Во сне Инь Чуань не стал отстраняться от мужской близости. Он швырнул палочки на стол, резко развернулся и в упор уставился на Шао Юймина, после чего внезапно протянул руку, ухватил его за щеки и с притворно-ласковой, но злобной усмешкой произнес: — Я буду щипать тебя за щеки, не смей двигаться! Дай потискать твое лицо! Ты, самоуверенный ублюдок!

Шао Юймин лишь улыбался, позволяя делать с собой всё что угодно. Постепенно обстановка вокруг изменилась: он снова оказался в детстве, стоял в пустом переулке сорок один, и больше никого вокруг не было.

Инь Чуань проснулся, чувствуя себя крайне нелепо.

С чего бы ему сниться такой бред? Сплошная неловкость и странности.

***

Утром Инь Чуань был готов свернуть горы.

Пока Сяо Цзе занимался оформлением выписки, он переодевался в палате.

За это время Шао Юймин прислал ответ — довольно длинное сообщение, суть которого сводилась к желанию встретиться.

Тот напечатал в ответ: [Очень занят, некогда.]

Спустя две минуты Шао Юймин прислал тяжелое по смыслу сообщение: [Инь Чуань, почему ты так от меня отгораживаешься?]

Почему?

Инь Чуань мысленно задал себе этот вопрос, прислушиваясь к собственным ощущениям. В голове мгновенно всплыла сцена из загородного дома, где Шао Юймин заставил его играть на скрипке перед незнакомцами — на скрипке, которую он ненавидел больше всего на свете! Этот случай торчал занозой в самом сердце: пока о нем не вспоминаешь, вроде бы ничего, но стоило лишь напомнить, как становилось противно.

Старший был прав: он чересчур чувствителен и злопамятен.

Он не хотел поступаться своими эмоциями ради кого бы то ни было, ему требовалось время, чтобы всё переварить.

Если не провести четкую черту между ним и Шао Юймином, у него останется постоянное ощущение какой-то неразрывной связи с прошлым.

Это чувство вызывало в нем раздражение, тревогу и тоску, а он этого не хотел.

Выходя из больницы, Инь Чуань отправил ответ: [Я уже называл причину раньше, мы из разных тестов.]

***

В тот же день Инь Чуань уладил два дела.

Помещение для клуба было найдено: оно располагалось в экономическом парке неподалеку от Парка Чаоян, в отдельно стоящем трехэтажном особняке. Предыдущим арендатором был владелец киберспортивного клуба, так что цокольный этаж практически не нуждался в ремонте — стоило лишь вывезти оборудование, как освобождалось предостаточно места, идеально подходящего для хранения простаивающих без дела мотоциклов.

Разобравшись с помещением и утвердив название компании, Инь Чуань отправился на регистрацию в промышленно-торговую администрацию и вскоре получил лицензию.

Помимо этого, оставалось уладить еще целую массу формальностей.

Следующие несколько дней Инь Чуань был полностью поглощен этой возней.

Клуб нуждался в стильном ремонте и перепланировке, требовалось расширять штат сотрудников и активно нанимать мотогонщиков. Братья бросили все свои дела и бросились на помощь, берясь за любую посильную работу.

Ци Тянь подписал полноценный контракт, твердо решив летать вместе с Инь Чуанем по гоночным трекам — сколько бы лет на это ни потребовалось.

Старший тоже подписал договор, хотя по состоянию здоровья участвовать во многих заездах он не мог.

Что до остальных братьев — кто-то уже обзавелся семьей, кто-то оставался холостяком, но обстоятельства у обоих были не самые подходящие, поэтому они могли помочь лишь деньгами и физической силой. Оставался еще один, крайне редко появлявшийся на людях второй брат.

Среди них он обладал самым богатым опытом и лучшей техникой. Инь Чуань относился к числу прирожденных мотогонщиков и не уступал ему в мастерстве, но по части соревновательного опыта всё же не дотягивал до второго брата. Инь Чуань постоянно думал о нем, вот только сам второй брат, казалось, утратил всякий интерес к этому делу — или, если говорить точнее, намеренно избегал его.

Инь Чуань упорно верил, что второй брат по-прежнему любит мотоспорт, просто заставляет себя идти по другому пути.

Он устроился в одиночестве за стойкой барной стойки, с двумя телефонами в руках, уткнувшись взглядом в экраны: одной рукой он обзванивал гонщиков, с которыми когда-то пересекался на треках, пытаясь переманить их к себе, а другой поглядывал в вичат в ожидании ответа от второго брата.

Неподалеку Ци Тянь сидел рядом с Сяо Цзе.

Они обсуждали, как лучше набирать талантливых гонщиков.

Опираясь на текущую ситуацию, Ци Тянь выдвинул несколько предложений, активно жестикулируя и наперебой доказывая, что им катастрофически всего не хватает. Затем он попытался перехватить менеджера ремонтной бригады, намереваясь заставить того перекрасить стены в белый цвет под фальшивый кирпич.

Сяо Цзе пресекли эти попытки, вежливо перебросился парами фраз с прорабом и отпустил его к работе.

— Слышь, старший, я разве не прав? — Ци Тянь обвел взглядом помещение с видом знатока. — Холл обязательно должен быть светлым, ни в коем случае нельзя устраивать здесь кромешную тьму. В прошлый раз я сопровождал Сяо Чуаня в клуб Сокол, так там ощущение было будто в погреб спустился.

— Пусть Сяо Чуань сам принимает решения в таких вопросах, мы не должны вмешиваться, — Сяо Цзе остановил Ци Тяня взглядом. — Я знаю, что ты желаешь ему добра, но сейчас ему это не нужно. Не лезь к нему со своими поучениями, у него есть собственные соображения. Клуб он открывает на свои деньги, и отвечать за все успехи или провалы будет сам. Если возникнут трудности, я верю, что он справится с ними в одиночку.

Ци Тянь вытаращил глаза, не веря, что эти слова слетели с уст старшего.

Старший улыбнулся и пояснил: — Больше всего Сяо Чуаню сейчас нужны свобода и независимость. Излишняя опека даст лишь обратный эффект. Твои недавние указания ничем не отличаются от поведения его собственных родителей.

— Не надо сравнивать меня с ними! Я бы по крайней мере не стал заявлять в полицию без всякой причины... — Ци Тянь закатил глаза, после чего перевел взгляд на Инь Чуаня за барной стойкой, мысленно подбирая нужные слова. — Погляди на него, Чуань ведь и вправду сейчас замотан до предела. Сам же знаешь, старший, раньше Чуань особо не светился на публике и не был особо знаком с другими гонщиками. Если он попытается кого-то переманить, его слова явно не будут иметь такого веса, как твои. К тому же ему едва перевалило за двадцать, ты правда не хочешь ему помочь?

Сяо Цзе проследил за взглядом Ци Тяня, его мягкий взор опустился на гладкий лоб Инь Чуаня. Посмотрев пару секунд, он легко улыбнулся краешком губ: — Я помогу ему в меру необходимости, но окончательный итог — успех это будет или провал — он должен решить сам. Он еще молод, ему незачем спешить к результатам, да и время сейчас неподходящее, ему нужно сначала прийти в себя. Если наша помощь действительно понадобится, он сам об этом попросит, Сяо Чуань перед нами не станет церемониться.

— Эх, — Ци Тянь взъерошил волосы и бросил понимающий взгляд. — Понял. То, что я сейчас делал, и правда было лишним. Старший, как же мы без тебя справимся-то?

— Тебе уже двадцать пять лет, а ты все говоришь такое.

— Тьфу! Да хоть в сорок пять буду говорить, кто мне посмеет возразить? Старший, мы просто не можем жить без тебя.

Сяо Цзе легонько постучал Ци Тяня по голове, но выражение его лица оставалось абсолютно доброжелательным.

В этот момент с улицы вернулся Линь Цжэньи. Он плюхнулся рядом с ними и с видом преданного слуги, подносящего сокровища, выставил на середину стола несколько коробок с едой. В его легко достижимом счастье было что-то детское.

Линь Цжэньи произнес: — Жутко дорогие.

Ци Тянь расхохотался: — Мелкий, ты бы хоть посмотрел, где мы находимся! Парк Чаоян, тут отродясь дешевых вещей не было.

Линь Цжэньи потянул Сяо Цзе за край одежды и понизил голос: — Старший, Сяо Чуань в последнее время какой-то странный.

— В чем это странное? — спросил Сяо Цзе, а Ци Тянь тут же вытянул шею.

Линь Цжэньи сказал: — Перестал улыбаться, стал меньше говорить. Когда мы играем с ним в видеоигры, он вечно проигрывает, хотя раньше был очень крут. Короче говоря, мне кажется, он несчастлив.

Ци Тянь и Сяо Цзе переглянулись. Ци Тянь озадачился: — Не должно быть. Его предки наконец-то оставили его в покое, он по идее должен радоваться жизни! Гляжу на него в последнее время — такой активный, вечно при деле.

— Он сам находит себе работу, как думаешь, зачем? — Сяо Цзе перехватил разговор и многозначительно покачал головой. — Не забывай, пару дней назад он лежал в больнице.

Ци Тянь ошеломленно приоткрыл рот, внезапно догадавшись о чем-то, и умолк.

Сяо Цзе повернулся к барной стойке — Инь Чуань по-прежнему сидел в той же позе, продолжая говорить по телефону.

— Некоторые вещи, особенно если они касаются семьи, в которой вырос, — в глазах Сяо Цзе плескалось глубокое сочувствие, — сбросить с плеч прошлое бремя не так-то просто, как сказать об этом вслух. В конце концов, он прожил там целых двадцать лет.

Ци Тянь глухо спросил: — Что же сделать, чтобы ему помочь?

— Никто не сможет ему помочь. Если подумать, это естественный процесс: многое вытряхивается изнутри, душа опустошается, а затем требуется чем-то заполнить эту пустоту. Быть может, мечтой, надеждой или даже любовью. Он будет наполнять себя по крупицам, а затем наслаждаться новой жизнью.

Досказав это, Сяо Цзе искренне улыбнулся обоим младшим, поднялся на ноги и неторопливой походкой направился к стойке.

Инь Чуань как раз закончил разговор и, подняв голову, увидел перед собой старшего с теплой и успокаивающей улыбкой на лице.

Старший произнес: — Держись.

http://bllate.org/book/18662/1799511