Нань Молю невзначай обернулся и увидел, что Цяо Юэ, опустив голову, скалится в глуповатой улыбке. Не сдержавшись, он спросил: Чему это ты улыбаешься?
Думаю о том, что ты ведешь себя прямо как мой отец. Ой, черт, зачем я это сказал вслух? Э-э… Учитель, я не это имел в виду…
Он почесал затылок, не зная, как оправдаться.
Я тебе отец… М? — уголки губ Нань Молю приподнялись в улыбке, по которой было невозможно понять, искренняя она или нет. — Если бы ты натворил дел, ты бы пошел рассказывать об этом Князю Цяо?
…Нет.
Ты бы стал разговаривать с Князем Цяо так фамильярно?
…Нет.
В конце концов, Нань Молю коснулся своего лица и с невозмутимым видом спросил: И еще, я что, выгляжу настолько старым?
От этой последней фразы Цяо Юэ прыснул со смеху: Прости, Учитель, я больше никогда не буду сравнивать тебя с другими.
А с кем бы ты меня сравнил? — внезапно серьезно глядя на него, спросил Нань Молю.
…А? — Цяо Юэ не уловил скрытого смысла в его вопросе.
Забудь, — Нань Молю сам решил закрыть тему. — Пошли.
Город Дае, будучи столицей династии Дае, был невероятно оживленным. По обе стороны дороги тянулись ряды постоялых дворов и лавок, повсюду раздавались выкрики торговцев, предлагавших еду и всякие безделушки.
Цяо Юэ, словно птенец, впервые вылетевший из гнезда, вертел головой по сторонам, с восторгом разглядывая всё вокруг.
Нань Молю уже замедлил шаг, но Цяо Юэ все равно отставал. Он то и дело замирал, уставившись на продавца сахарных фигурок или на лавку с цветочными пирожными.
Каждый раз Нань Молю приходилось останавливаться и оглядываться, чтобы найти своего подопечного, чья шея не переставала крутиться ни на миг. К счастью, внешность у Цяо Юэ была примечательная, так что в толпе его было несложно заметить. Но Нань Молю все же подумал, что брать его с собой было ошибкой.
Учитель, мы так долго идем, вы, должно быть, устали… — заметив, что наставник смотрит на него, Цяо Юэ поспешил догнать его.
Еще бы. Мы идем уже полчаса, а отошли от Резиденции Нань всего на тысячу шагов, — сухо заметил Нань Молю.
Поняв, что задерживает его, Цяо Юэ почесал шею и начал оправдываться: Учитель, я так давно не гулял, город Дае стал совсем другим.
Тогда, Юэ-эр, не просветишь ли ты меня, чем же он стал другим?
Цяо Юэ с ужасом осознал, что Нань Молю, при всей своей внешней благовоспитанности, каждый раз мастерски загоняет его в ловушку.
Э-э… Учитель, хотите сахарную тыкву-леденец? Я куплю. — Чтобы сменить тему, Цяо Юэ бросился вперед, пока Нань Молю не успел ничего ответить.
В итоге он купил не только леденцы, но и пирожные на удачу, печенье с лотосом, а в довершение — половину утки с куркумой.
Они сели на каменную скамью у реки, и Цяо Юэ нетерпеливо принялся распаковывать покупки. Что ж, покупал-то он, но платил Нань Молю. Ничего не поделаешь, как избалованный Маленький ван, он привык выходить из дома с пустыми руками. Поэтому, когда пришлось бесстыдно просить Нань Молю расплатиться, Цяо Юэ ощутил неловкость, словно его содержали.
Впрочем, это чувство быстро утонуло в наслаждении от еды. Нань Молю держал для него леденец, а Цяо Юэ, сжимая в одной руке утиную ножку, а в другой — пирожное, уплетал все за обе щеки.
Сладкое с соленым — как ты это ешь? — Нань Молю не понимал его гастрономических пристрастий.
Утка с куркумой слегка сладковатая, так что большой разницы нет, — ответил Цяо Юэ и добавил: Учитель, держите леденец горизонтально, а то сироп растает и испачкает вам руки.
Глядя на невозмутимое лицо Цяо Юэ, Нань Молю пробормотал: Похоже, я слишком добр к тебе. Ты и правда начал воспринимать меня как отца.
А? Что? — Цяо Юэ поднял голову. — Ветер сильный, я не расслышал, что вы сказали?
Уголок рта Нань Молю дернулся: Ничего. — Сироп с леденца потек по бамбуковой палочке и испачкал ему руку. Нань Молю поспешно перехватил его горизонтально, но пальцы уже были липкими.
Цяо Юэ посмотрел на него с выражением: я же говорил.
Нань Молю бросил на него холодный взгляд, и Цяо Юэ тут же опустил голову, притворившись, что ничего не замечает.
***
В тот день Цяо Жань впервые опоздал. Тот, кто всегда приходил в Академию первым, не появился даже после того, как вошел Нань Молю. Цяо Юэ с недоумением поглядывал на дверь, пока спустя несколько минут Цяо Жань не вбежал в класс, тяжело дыша: Прошу прощения, Учитель, я опоздал.
Цяо Юэ присмотрелся к нему: вид у того был неважный, под глазами залегли темные круги, волосы растрепаны, а пояс на одежде завязан кое-как. Вспомнив, как два дня назад Цяо Жань отказался от его предложения вместе добираться на карете, Цяо Юэ отметил про себя, что с тех пор тот всегда приходил раньше него. Богатый жизненный опыт подсказывал, что такой вид бывает только после чрезмерных любовных утех.
Нань Молю мельком взглянул на него: Садись.
Поблагодарив, Цяо Жань прошел на свое место.
Согласно уговору трехдневной давности, сегодня я предложу вам тему для эссе. Того, кто ответит лучше всех, я порекомендую Его Величеству для поступления в Академию Хаолинь.
Цяо Юэ равнодушно ковырял ногти. Даже если бы он захотел, сил бы не хватило: половину иероглифов династии Дае он не понимал. Хотя общался он свободно, стоило взять в руки кисть, как все тайное становилось явным. Он уже решил сдать пустой лист — это вполне соответствовало его образу в этом мире.
Учитель, — Юнь И поднял руку.
Нань Молю слегка нахмурился, посмотрел на него и приподнял левую руку, разрешая говорить.
Я отказываюсь, — лениво бросил Юнь И, словно давно принял это решение.
Наследный принц повернулся к нему: Ха, ты и правда великодушен.
Я осознаю, что моих знаний недостаточно, и не хочу позориться. Раз уж Ваше Высочество требует честного соперничества, то должно давать людям и право отказаться от него, — Юнь И остался непреклонен.
Цяо Юэ наблюдал за их перепалкой. Он видел Юнь И всего второй раз — последние два дня тот вместе с Наследным принцем прогуливал занятия, так что о его подоплеке Цяо Юэ ничего не знал. Но даже дураку было ясно, что Юнь И во всем выгораживает Цяо Жаня.
Хорошо, — Нань Молю кивнул, принимая просьбу. — Тогда будешь зрителем.
Зрителем? Еще чего не хватало, сидеть зрителем на экзамене. Цяо Юэ подумывал тоже поднять руку и отказаться — это было проще, чем сдавать пустой лист. Наследный принц, словно почувствовав его намерение, обернулся и так свирепо зыркнул, что Цяо Юэ поспешно спрятал руку.
Сегодняшний экзамен будет не письменным. Я дам вам достаточно времени, чтобы вы могли свободно высказать свои мысли.
Ха? И так можно? Вместо теста — собеседование? Древние люди умеют удивлять.
Наследный принц и Цяо Жань были явно озадачены, но быстро взяли себя в руки: Учитель, у меня нет возражений.
Академия Хаолинь — это ведомство, отвечающее за разработку законов династии Дае. Оно является как творцом, так и исполнителем правосудия. Как вы считаете, какие недостатки есть у наших законов?
Это явно было не по правилам. Почему не о том стихотворении, которое он украл из кабинета Нань Молю? Можно было бы обсудить его, проявить изящество и практичность — убить двух зайцев сразу. К тому же Нань Молю сам был главным составителем законов. Просить учеников найти в них изъяны — это все равно что подставлять лицо под пощечину. Странный он человек, этот Нань Молю, сам напрашивается на критику…
Пока Наследный принц и Цяо Жань хмурились в раздумьях, в голове Цяо Юэ роились мысли, и чем больше он иронизировал, тем веселее ему становилось.
Цяо Жань нетерпеливо заговорил первым: Законы династии Дае совершенны во всех отношениях. Народ не может жить без законов ни дня, как и государство. Именно благодаря им обеспечена жизнь каждого подданного. Я считаю, что благородный муж, нарушивший закон, должен нести наказание наравне с простолюдином. Только если правящий род будет чтить закон и следовать ему, это станет примером для народа, чтобы никто не смел бросать вызов строгости правосудия.
Его речь была полна праведности, слушатели не могли не проникнуться — казалось, перед ними стоит настоящий защитник закона, не склоняющийся перед сильными мира сего.
Нань Молю слегка кивнул: Неплохо.
Между императорской семьей и простолюдинами не может быть равенства. То, о чем говорит брат Цяо, слишком идеально. У властителя слишком много вынужденных обстоятельств. Даже если ты сам можешь следовать закону, можешь ли ты гарантировать, что другие члены правящего рода или чиновники поступят так же? — вопрос Наследного принца был острым и практичным. Цяо Жань покраснел и не нашелся, что ответить.
Наследный принц небрежно произнес: Старая река течет по-прежнему, в сердце лишь травы да деревья. Стены города крепки, хочу укрыться в абрикосовом саду.
Услышав эти строки, Цяо Юэ резко поднял голову и посмотрел на принца. Он что, решил покончить с собой и потянуть его за собой?
Процветание государства напрямую зависит от благополучия народа. Законы — основа основ, и они должны быть направлены на защиту простых людей. Я считаю, что в будущем при пересмотре законов нужно уделять больше внимания защите средств к существованию народа.
Наследный принц говорил складно, а Цяо Юэ рядом покрывался холодным потом. Когда принц закончил, Нань Молю долго молчал, а затем холодно спросил: Откуда ты услышал эти строки?
Случайно навеяло чувствами, — не моргнув глазом ответил принц.
Цяо Юэ чуть не выплюнул кровь. Навеяло чувствами? Он и не знал, что принц не только извращенец, но еще и бесстыдник.
Нань Молю ничего не ответил и перевел взгляд на Цяо Юэ: Юэ-эр, у тебя есть что сказать?
В этот момент Цяо Юэ был обязан что-то произнести, иначе все решили бы, что он заодно с принцем и плетет интриги против Нань Молю.
Э-э… — Цяо Юэ встал и сделал вид, что глубоко задумался. — Тогда я выскажу свою точку зрения. Вчера, гуляя по улице, я увидел, как дерутся владельцы двух лавок. Знаете, из-за чего? — он сделал паузу, и, как и ожидалось, принц и Цяо Жань нахмурились. — Это были две лавки, торгующие солью и рисом. В одной соль стоила дешевле, и люди пошли туда, из-за чего вторая лавка осталась без дела. Хозяин дорогой лавки разозлился, пришел выяснять отношения, и они подрались.
Пф! — Юнь И прервал его насмешливым смешком. — В торговле всегда есть конкуренция, конфликты — это нормально. Не понимаю, зачем ты тратишь наше время на эту ерунду.
Брат Юнь И, ты считаешь это ерундой? — Цяо Юэ приподнял бровь. — Позволь задать вопрос: к чему приводит конкуренция, когда цены различаются?
Естественный отбор. Тот, у кого бизнес лучше, процветает, а слабый закрывается.
Верно. А после того, как слабая лавка закроется, станет ли тот, у кого бизнес пошел в гору, продавать соль по той же низкой цене?
… — Юнь И замолчал. Люди всегда стремятся к выгоде, как можно сохранить низкие цены, избавившись от конкурента?
Соль и рис — предметы первой необходимости. Невозможно прожить без них и дня, потребность в них огромна. Если позволить торговцам устраивать демпинг, а потом, оставшись без конкурентов, взвинчивать цены, больше всего пострадает народ. А если они объединятся и начнут скупать соль, чтобы поднять цену в неурожайный год? Сколько людей тогда пострадает?
… — Слова Цяо Юэ, казавшиеся простыми, заставили всех замолчать.
Я считаю, что это и есть недостаток законов. Нужно издать указ, запрещающий частную торговлю солью. Жизненно важные товары должны принадлежать государству и продаваться им.
После его слов долго никто не произносил ни звука. Сердце Цяо Юэ колотилось: если он разозлил наследника и Великого Учителя, ему не поздоровится.
Э-э… Это лишь мое мнение, ха-ха… Если я кого-то обидел, считайте, что я просто глупец, а слова глупца ничего не значат! — ради спасения жизни он был готов пожертвовать достоинством.
Думаю, вы уже сами сделали выводы, — негромко сказал Нань Молю.
Принц хмыкнул, на его губах появилась подозрительная усмешка. Цяо Жань молча встал и, бледный как полотно, вышел из класса. Юнь И окликнул его и поспешил следом.
Еще и талантами хвастался, а выдержки никакой, даже хуже меня, — гордо задрав подбородок, принц отвернулся.
Так… и что это было?
Цяо Юэ решил прикинуться ветошью и медленно сел, почувствовав себя в безопасности, лишь когда стул коснулся пола. Едва не угодил в пасть тигра, причем сам же туда и запрыгнул.
Нань Молю больше ничего не сказал и начал урок. До самого конца занятия Цяо Жань и Юнь И не возвращались. Собрав книги, Цяо Юэ собрался уходить.
Цяо Юэ, стоять! — голос принца-чумы раздался за спиной.
Ваше Высочество, — Нань Молю стоял позади него.
Все продумано, вот уж поистине: богомол ловит цикаду, не зная об иволге позади.
Когда Его Величество просил меня стать вашим наставником, я сказал ему: для меня все ученики равны. Если у вас есть возражения, можете в любое время покинуть Академию, — голос Нань Молю был ровным, но предупреждение звучало отчетливо.
Принц сжал кулаки, но в итоге разжал их. Даже его отец не смел перечить Нань Молю; если бы он узнал, что принц дерзил наставнику, то стер бы его в порошок.
Да, Учитель, я буду следовать вашим наставлениям, — принц встряхнул рукавами и вышел. Проходя мимо Цяо Юэ, он бросил на него взгляд, но тот быстро опустил голову, делая вид, что ничего не заметил.
Юэ-эр, — Нань Молю подошел к нему. — Все в порядке, пойдем.
Ох, — Цяо Юэ понимал, что сегодня пронесло, но вряд ли повезет во второй раз. Надеюсь, угроза Нань Молю подействует. — Кстати, Учитель, насчет кареты: не нужно присылать Старика Вана каждый день. У нас в поместье есть своя, к тому же Академия недалеко, могу и пешком дойти, заодно и здоровье поправлю.
Пешком? — Нань Молю усмехнулся. — Судя по тому, как ты вчера всю дорогу жевал, боюсь, ты не здоровье поправишь, а еще больше округлишься.
Учитель! — Цяо Юэ смутился. — Зачем же так прямо?
Твои слова о частной торговле солью… тебя кто-то научил? — Нань Молю серьезно посмотрел на него.
Подумав, что он хочет допросить его про стихотворение, Цяо Юэ поспешил признаться: Учитель, это не моя вина! То есть… моя, но то стихотворение я действительно переписал из вашего кабинета и отдал принцу, но он меня заставил! Он главный преступник, я лишь соучастник!
Нань Молю не ожидал, что Цяо Юэ так быстро сдаст принца. Он вздохнул и постучал его по лбу: Ты! Как же ты изменился после падения в воду. Раньше был простодушным, а теперь научился бить первым.
Учитель, вы же сами говорили, что я будто прозрел после того случая? — Цяо Юэ серьезно кивнул. — Я и сам так чувствую. Знаете, пока я был без сознания, мое тело казалось невесомым, я все летел и летел, прямо на небеса… Кстати, я там видел Тай-бай Синцзюня, он даже угостил меня чаем. Сказал, что я слишком долго был глупым и пора стать умнее. — Он по привычке начал нести чепуху, сочиняя историю настолько убедительно, что чуть сам в нее не поверил.
Нань Молю пристально смотрел на него, не говоря ни слова. Непонятно, поверил он или нет. Спустя долгое время он тихо произнес: Эту историю можешь рассказывать мне, но ни в коем случае не болтай о таком снаружи. Его Величество терпеть не может разговоров о сверхъестественном. Если принц услышит, он точно уцепится за это.
Не думал, что Его Величество настолько следит за модой.
Что ты сказал?
Ни… ничего.
Нань Молю едва слышно вздохнул: Я хотел отправить тебя учиться в Академию Хаолинь, но теперь вижу, что мне придется быть эгоистом. Тебе безопаснее оставаться рядом со мной.
А? Учитель, вы хотели отправить меня в Хаолинь? — Цяо Юэ в изумлении открыл рот. — Почему не Цяо Жаня или принца?
Академии нужны не краснобаи, а те, кто понимает чаяния народа. Юэ-эр, твои глаза видят то, чего не видят другие. Это редкий дар. — Глубокий взгляд Нань Молю был устремлен на Цяо Юэ. В этих чистых, как родник, глазах он видел иной пейзаж. Это поразило его до глубины души, заставило замолчать, скрывая бушующие под спокойной маской чувства.
Цяо Юэ, простой как дитя, вдруг смог высказать столь убедительные и глубокие мысли.
Учитель… я просто ляпнул первое, что пришло в голову. — Получив такую искреннюю похвалу от величайшего мудреца, даже Цяо Юэ, привыкший к насмешкам, не удержался от скромности.
Юэ-эр, когда ты упал в воду, я был очень встревожен. Я понял, что нет ничего важнее жизни. В тебе скрыты безграничные таланты, но мир чиновников коварен, каждый шаг — интрига. Ты слишком прост, чтобы тягаться с ними. Поэтому я эгоистичен, я похоронил твой талант. Можешь меня винить.
Учитель… я не буду вас винить, — слова Нань Молю были пронизаны искренностью. Чем он заслужил, что такой человек, как Нань Молю, печется о нем? — Я и так не хотел идти на службу. А если бы и пошел, то только опозорил бы вас, ведь я почти не знаю грамоты.
Ты — моя величайшая гордость, — прошептал Нань Молю низким голосом, глядя на него с нежностью.
Нань Молю, Великий Учитель, когда же ты стал таким прямолинейным парнем? Смена стиля произошла слишком быстро, я не успеваю привыкнуть!
***
После решительного отказа Цяо Юэ и нерешительности Старика Вана, Нань Молю сел в карету: Домой.
Слушаюсь! — Старик Ван, наконец получив указание, с облегчением вздохнул. Он повернулся к Цяо Юэ: Молодой господин, поедете с нами?
Нет, Старик Ван, спасибо за помощь в последнее время, — Цяо Юэ покачал головой.
http://bllate.org/book/18588/1790371
Готово:
