0
Су Цы не успел и слова вымолвить, как маленький волчонок, охваченный энтузиазмом, уже схватил флейту из игровой комнаты. Он стремительно сбегал в уборную, чтобы сполоснуть инструмент водой, а затем с предельной тщательностью вытер каждую капельку.
– Вот, Сусу, я всё почистил! – радостно воскликнул он.
Малыш с видом важного дарителя преподнёс флейту Су Цы. Он хорошо помнил, что в прошлый раз, прежде чем начать играть, воспитатель обязательно протирал инструмент чистым платком. Теперь же, когда он сам всё вымыл и подготовил, у воспитателя точно не останется причин для отказа, верно?
Су Цы посмотрел в полные искреннего ожидания зелёные глаза ребёнка, затем перевёл взгляд на двух других малышей и, тяжело вздохнув, принял флейту.
– Ту бамбуковую флейту, что у Чжэн Сина, водой не мой, – предупредил он, присев перед мальчиком, чтобы быть с ним на одном уровне.
Хотя на инструмент и были наложены особые чары, по своей сути она оставалась бумажной, и от воздействия воды магия, скорее всего, просто развеялась бы.
– О-о! Эту флейту нельзя мочить? Я всё понял! – с готовностью согласился Лан Цзэ. Затем, потянув за собой маленького оленёнка, он уселся на пол прямо перед Су Цы.
Маленький Чжэн Син, который до этого момента тихо съёжился у кровати, тоже поднялся на ноги и, забавно топая, подбежал к остальным, устроившись рядом с волчонком.
Трое детей выстроились в ровный ряд и, задрав головы, с обожанием уставились на Су Цы.
Су Цы достал из пространственной пуговицы бутылку воды, сделал небольшой глоток и спокойно спросил:
– Ту же мелодию, что и в прошлый раз?
Лан Цзэ хотел было спросить, нет ли чего-нибудь новенького, но, заметив, что обычно неторопливый Чжэн Син уже с энтузиазмом согласно кивнул, поспешно изменил ответ:
– Да! Мы очень хотим про «поездку на большом жёлтом быке»!
Маленький Лу Цзяо на мгновение замер. Хотя он совершенно не понимал, что вообще значит «поездка на большом жёлтом быке», всё равно поспешно закивал вслед за остальными:
– Угу… да!
«Ладно уж», – подумал Су Цы.
Он поднёс флейту к губам и, воскрешая в памяти прежние ноты, начал играть.
Впрочем, в прошлый раз он импровизировал, поэтому в точности повторить то же звучание было невозможно. К тому же картины, которые музыка рисовала в воображении детей, теперь стали иными.
Всё те же бескрайние горные поля, всё тот же прозрачный, извилистый ручей и всё тот же пастушок на спине огромного жёлтого быка. Только теперь он медленно сошёл с каменного моста и направился в самую гущу леса.
Чжэн Син уже было расстроился, увидев удаляющиеся спины пастушка и быка, но тут произошло неожиданное.
Вслед за весёлыми, переливчатыми звуками пастушьей флейты подул прохладный ветерок, напоённый свежим ароматом придорожной травы. Мимо, стремительно хлопая крыльями, пронеслись две птички, гоняясь друг за другом в потоках воздуха.
Они кружили и танцевали позади быка, а их звонкий, радостный щебет сплетался с мелодией флейты, шелестом листвы и тихим журчанием воды…
Различные звуки сливались в единую гармонию, и весенний пейзаж, представший перед детьми, стал не только полон красок, но и превратился в настоящий, роскошный пир для слуха.
Все трое детей невольно погрузились в это блаженное состояние.
Тем временем в комнате №303 А Янь, который прилежно практиковался в построении формаций, вдруг замер. Он невольно задрал голову и уставился в потолок, впадая в полное оцепенение.
Он снова слышал флейту…
«Это воспитатель играет?» – подумал А Янь. Слушая полную жизни и энергии мелодию, он невольно закрыл глаза, стараясь уловить каждую ноту.
Ему вовсе не требовалось направляющее воздействие духовной силы или специальные техники звукового культиватора, чтобы из этой прекрасной музыки почувствовать и понять очень многое.
В то же время перед внутренним взором начали всплывать размытые, призрачные образы.
А Янь в недоумении моргнул.
Картины не исчезали, словно всё это уже происходило когда-то в далёком прошлом. В каждой сцене мелькал чей-то силуэт – смутный и недосягаемый. Можно было лишь разглядеть светло-золотистые волосы, спадающие на спину и слегка развевающиеся на ветру.
В такт музыке фигура этого человека то казалась беззаботной, то бесконечно нежной, а порой была пронизана таким всепоглощающим одиночеством, что сердце сжималось.
Кто это?
А Янь смотрел на одну из сцен: посреди густого, тяжёлого снегопада человек сидел под засохшим персиковым деревом. И хотя звуки флейты оставались чистыми и живыми, они… больше не приносили никакой радости.
В груди снова заныло от необъяснимой тоски.
Он протянул руку, отчаянно желая коснуться этого человека, утешительно похлопать по плечу, однако, прежде чем он успел это сделать, мелодия оборвалась.
Он так и не смог до него дотронуться, словно так было предначертано всегда.
В глазах А Яня промелькнуло глубокое разочарование, которое вскоре сменилось искренним недоумением: кто же этот человек? Почему он кажется таким до боли знакомым?
Мальчик в растерянности размышлял, но, опустив голову и увидев уже готовые формации на бумаге, внезапно пришёл в себя.
Нельзя отвлекаться! Это важное задание воспитателя, нужно выполнить его максимально старательно!
А Янь крепче сжал ручку и продолжил выводить сложные структуры формаций на белом листе. Поначалу он рисовал медленно, но вовсе не из-за трудностей – каждая линия была чёткой, ровной и почти идеально повторяла образец Су Цы.
Как только первая формация была завершена, остальные стали получаться всё быстрее и увереннее.
Только чем дальше он продвигался, тем больше рисунки отклонялись от примера. Однако, судя по исходящей от них духовной энергии, они становились даже сильнее оригинала.
А Янь заметил это и в полном замешательстве почесал затылок.
Когда он пытался рисовать строго по примеру, ему постоянно казалось, что в схеме что-то не так. Но разве мог образец, оставленный уважаемым воспитателем, быть ошибочным?
А Янь терзался противоречиями. Как раз в тот момент, когда он решил отложить формацию и спросить совета у воспитателя по его возвращении…
Он внезапно встал, и в следующее мгновение, всё ещё сжимая в руке ручку, оказался в лифте приюта для детенышей.
А Янь не испугался. Подняв голову, он увидел стоящего рядом воспитателя, который смотрел на него сверху вниз, и подсознательно расплылся в широкой, радостной улыбке.
Пушистые ушки на его голове, ставшие совершенно белыми, приподнялись, забавно торча среди чёрных волос, словно те внезапно выцвели.
Су Цы протянул руку, ласково погладил его по макушке и потрепал за ушки.
Он полагал, что ушки на голове А Яня скоро совсем исчезнут, но цвет волос становился всё чище, а шерсть – всё качественнее; на ощупь они теперь почти не уступали мягким ушкам маленького волчонка.
– Ты старательно практиковал структуры формаций? – мягко спросил Су Цы.
А Янь помедлил и нерешительно кивнул.
Если не считать того, что он разок отвлёкся на музыку, в остальное время он действительно был очень прилежен…
Су Цы кивнул, не став расспрашивать о причинах его нерешительности, и просто сказал:
– Пойдём со мной.
Целый день ребёнок учился, пора бы и отдохнуть.
– Угу!
Услышав, что можно выйти наружу вместе с воспитателем, чёрно-красные глаза ребёнка мгновенно засияли. Он изо всех сил закивал, а на лице расцвела самая счастливая улыбка.
Видя его искреннюю радость, Су Цы тоже невольно заразился хорошим настроением и с любопытством спросил:
– А Яню так нравится выходить наружу?
А Янь медленно покачал головой. Он осторожно взглянул на Су Цы, робко протянул руку и, обнаружив, что тот совсем не возражает, крепко обнял его за ногу, прищурившись и ласково потираясь щекой о ткань одежды.
Дело было вовсе не в прогулках, а в самом воспитателе.
Хотя ребёнок не мог говорить, его поведение ясно и однозначно передавало эти мысли.
Су Цы посмотрел на него и в итоге не стал отстраняться.
Лифт медленно опускался вниз.
Когда двери открылись, А Янь сам отпустил его ногу, дождался, пока Су Цы выйдет первым, и засеменил следом, с огромным удовольствием исполняя роль маленького, верного хвостика воспитателя.
Пройдя всего несколько шагов, он заметил, что всё ещё сжимает в руке ручку, поспешно убрал её в пространственную пуговицу и продолжил семенить короткими ножками за Су Цы.
Су Цы покинул приют не просто так.
Только что он сыграл детям на флейте, оставив очарованного маленького оленёнка в комнате №403, и как раз в коридоре получил голосовой вызов из сада культивации.
Звонил не Чжуан Шисун, а другой сотрудник, отвечающий за выдачу овощей и фруктов.
Как и предсказывал маленький оленёнок, сегодня действительно был день получения свежих плодов, но обычно их доставляли автоматические роботы, а в этот раз произошла небольшая заминка.
– Вчера в нашем саду культивации собрали партию звездчатых фруктов отличного качества. Директор сказала, что нужно успеть распределить их по всем отделам базы, пока они находятся в лучшем состоянии, – сообщил сотрудник, который буквально сиял радостью от удачного урожая.
Очевидно, проверка показала, что звездчатые фрукты, выросшие после периода бурного роста, не имели никаких дефектов. Напротив – это была лучшая партия, выращенная садом за многие годы.
Такие плоды, конечно, нельзя было продавать другим базам. У Юньцинь, оставив достаточно семян для посадки, решила раздать остальное, чтобы такое добро не пропало.
Сотрудник связался с Су Цы в основном потому, что на базе временно не хватало роботов-доставщиков, и он хотел узнать, не может ли приют прислать своего робота-няню для помощи.
Су Цы и так хотел немного прогуляться, поэтому с радостью согласился. А так как возвращаться в общежитие было лень, он просто телепортировал А Яня к себе – в любом случае, он не мог оставить его одного в приюте.
Что касается того, не впадут ли Лан Цзэ и остальные в состояние берсерка в его отсутствие, Су Цы не особо беспокоился.
Играя им на флейте, он вложил в музыку специальную технику успокоения души, и под воздействием этой мелодии их кровь не должна была выйти из-под контроля в ближайшее время.
По крайней мере, до его возвращения никаких проблем возникнуть не должно.
Су Цы с А Янем сели на парящий автобус, направляясь к саду культивации, а его духовное сознание тем временем внимательно собирало информацию об окружающем мире.
После экстренного ремонта повреждения, оставленные кровавым дождём, были почти полностью устранены. Однако было заметно, что общая атмосфера на базе стала куда более напряжённой и гнетущей, чем раньше.
Тот факт, что монстры в кровавом дожде начали активно атаковать здания, стал новой, серьёзной угрозой. Эта новость, как тёмное облако, нависла над сердцами почти всех жителей после того, как информация распространилась.
Даже самые недавние новобранцы были детально проинформированы об опасностях, которые несло это изменение в поведении тварей.
Десять-двадцать лет назад, до того как красный туман рассеялся, сохранилось немало видеоматериалов. Случившиеся тогда трагедии постоянно напоминали людям, живущим на тюремной звезде, насколько ужасны и беспощадны монстры в красном тумане.
Многие всерьёз подумывали об уходе, но, за исключением исследователей и воспитателей, почти все должности на базе занимали военные. Чтобы покинуть тюремную звезду, им нужно было подать официальное прошение о переводе.
Даже если прошение одобряли, улететь можно было только на транспортном корабле снабжения. И даже у тех, кто мог добиться разрешения в кратчайшие сроки, на это уходило не менее двух месяцев.
А за два месяца на тюремной звезде можно было пережить немало экстремальных погодных явлений.
Никто не мог гарантировать, что монстры не продолжат разрушать здания при следующем ударе стихии, поэтому неудивительно, что во второй и четвёртой базах воцарилась настоящая паника.
Впрочем, всё это мало касалось лично Су Цы.
Посмотрев немного на происходящее, он отгородился от этой тревожной информации. Добравшись до остановки у сада культивации и выйдя из автобуса, Су Цы сразу почувствовал разницу.
Концентрация обиды вокруг сада была заметно ниже, чем в других местах, вот только…
– Почему в саду культивации сегодня так сильно пахнет чесноком?
Су Цы услышал знакомый голос. Повернув голову, он увидел Ло Шэнфэя, который стоял неподалёку и жаловался своему коллеге из ремонтной бригады:
– Этот запах чеснока просто невыносимо едкий…
Заметив какое-то движение, он посмотрел в сторону и встретился взглядом с Су Цы.
– О! Воспитатель Су, какое совпадение! – весело поздоровался он и быстро подбежал к нему.
Су Цы коротко кивнул, и Ло Шэнфэй продолжил:
– То дело, что вы мне поручили, почти готово. Правда, вряд ли получится восстановить всё в точности так, как было раньше.
Ло Шэнфэй смущённо почесал затылок:
– Но ядро в полном порядке, все данные удалось сохранить…
– Хорошо, спасибо за помощь, – спокойно ответил Су Цы.
– Ха-ха-ха, не за что! – Ло Шэнфэй весело рассмеялся. – Ладно, у меня ещё есть дела, думаю, позже пришлю вам результат.
Помахав рукой, он вернулся к своей команде.
Су Цы смотрел на них и издалека слышал, как другие ремонтники тихо обсуждают происходящее:
– Как думаете, почему в саду культивации внезапно потребовали взять пробы воды из-под земли? Неужели с подземной рекой что-то случилось?
– Вряд ли, да? Но я слышал, что сегодня садовники бегали в административный корпус за водой. Кажется, и в других отделах проводили выборочную проверку проб…
Ремонтники перешёптывались, искренне обеспокоенные внезапными действиями администрации сада после кровавого дождя.
Если с источниками воды действительно возникли проблемы, их жизнь на тюремной звезде станет ещё тяжелее – угроза теперь исходила уже не только от монстров.
Слушая их диалог, Су Цы понял, что в саду обнаружили очищение воды и начали серьёзное расследование.
Заметив, что обсуждение становится всё более пессимистичным, Су Цы отвёл взгляд, решив остаться в тени и не привлекать внимания.
Вскоре из сада вышли двое исследователей в плотных защитных костюмах и, присоединившись к ремонтной бригаде, отправились, вероятно, к подземной реке для сбора новых проб.
А Су Цы под предводительством робота вошёл в сад, чтобы получить заслуженные звездчатые фрукты.
– Приют для детенышей, восемь детёнышей, один воспитатель, распределено тридцать звездчатых фруктов. Плоды упаковываются, пожалуйста, подождите, – бесстрастно произнёс робот и направился на склад.
На складе сада постоянно сновали роботы-доставщики, работа здесь кипела.
Су Цы с А Янем ждали в стороне, скучая и лениво прищурившись.
А Янь только сейчас окончательно понял, что воспитатель привёл его сюда именно за фруктами. Вспомнив сладость звездчатых плодов и вкус изысканных блюд из них, он пришёл в полный восторг.
С ними он сможет приготовить для воспитателя ещё больше невероятных вкусностей! При мысли об улыбке на лице молодого человека, когда тот будет пробовать еду, А Янь наполнился сладким предвкушением.
Он с любопытством наблюдал за роботами, вертя головой то влево, то вправо.
Неподалёку находилась большая теплица, где разрослись лианы звездчатых фруктов; снаружи ещё оставались следы их буйного, почти агрессивного роста, которые не успели полностью убрать.
Внутри теплицы плоды уже были собраны, остались лишь переплетённые лозы самых разных оттенков.
На стекле внешней стены, где когда-то вились лианы, кое-где ещё болтались сухие стебельки, раскачиваясь на ветру.
В этот момент чья-то маленькая рука потянулась и ухватилась за одну из лоз.
Рука была пушистой, покрытой коротким золотистым пушком. Хозяин руки засунул кусочек сухой лозы в рот, а затем прижался пушистой мордочкой к стеклу, с любопытством заглядывая внутрь теплицы.
А Янь, который только что вертел головой, наблюдая за роботами, внезапно замер.
Существо, прильнувшее к стеклу, тоже что-то почувствовало. Оно посмотрело в их сторону, даже не меняя своей забавной позы.
Их взгляды встретились.
А Янь моргнул, с искренним любопытством разглядывая существо, которое непонятно откуда здесь взялось.
Круглые, как спелый чёрный виноград, глаза, розово-белые щёчки, всё тело покрыто золотистым, ослепительно сияющим на солнце пушком.
Это была маленькая обезьянка!
Крошечная обезьянка, даже более худая и низкая, чем А Янь, ростом примерно до колена Су Цы!
Она, казалось, совсем не боялась людей. Встретившись взглядом с А Янем, она слегка наклонила голову набок, выглядя невероятно мило и забавно.
А Янь на мгновение остолбенел, а затем поднял голову и легонько дёрнул воспитателя за край одежды.
Когда Су Цы открыл глаза и посмотрел вниз, он увидел, что малыш поспешно указывает в сторону теплицы. Су Цы проследил за его жестом.
Однако под внешней стеной теплицы никакой обезьянки уже не было.
А Янь слегка опешил: «Э? А где же обезьянка?»
Он сделал два быстрых шага в ту сторону, огляделся, но так и не увидел её, и в полном недоумении почесал затылок.
Неужели ему просто показалось?
Пока А Янь пребывал в растерянности, Су Цы тоже внимательно смотрел на теплицу. Он ничего не сказал и не стал спрашивать, что именно А Янь хотел ему показать.
В этот момент робот, упаковывавший фрукты на складе, наконец вышел с небольшой коробкой в руках.
– Здесь тридцать звездчатых фруктов: по два на каждого детёныша, по четыре на воспитателя, остальное распределяется свободно. Всё здесь, – прозвучал безэмоциональный электронный голос. – Пожалуйста, распишитесь после проверки.
Су Цы привычно поставил подпись и принял коробку.
Он не стал связываться с Чжуан Шисуном или спрашивать о состоянии маленького ростка чеснока, потому что…
Вдыхая густой запах чеснока, пропитавший почти весь сад, Су Цы мог с уверенностью сделать вывод, что с маленьким духовным растением всё в полном порядке.
Убрав коробку в пространственную пуговицу, Су Цы повёл А Яня к выходу.
В это самое время в одной из теплиц неподалёку Чжуан Шисун и Вэй Мин внимательно изучали данные маленького ростка чеснока и состояние других растений.
Как и предполагал Су Цы, росток чувствовал себя превосходно.
После подсказки Су Цы они всю ночь проводили эксперименты и подтвердили: этот особенный росток чеснока действительно не был тем очищающим растением, которое они искали изначально.
Хотя результат и отличался от ожидаемого, они вовсе не были разочарованы, так как эффект оказался схожим.
Они провели серию тестов: поместили росток в герметичный контейнер, и содержание загрязнителей в нём резко снизилось.
С этой точки зрения способность ростка, казалось, действительно заключалась в очищении.
Однако, когда они добавили снаружи защитный купол, максимально предотвращающий проникновение загрязнителей, выяснилось неожиданное.
Концентрация загрязнителей в пространстве между контейнером и куполом со временем росла, а затем начинала очень медленно снижаться.
На основе этого эксперимента Чжуан Шисун сделал предварительный вывод: истинная способность ростка чеснока должна быть…
Изгнание загрязнителей!
Придя к этому выводу, он был искренне поражён, так как чувствовал, что это единственно верное направление.
Такая способность гораздо больше соответствовала природным характеристикам чеснока, но без точной подсказки воспитателя Су ему пришлось бы проделать очень долгий путь, чтобы до этого додуматься.
Должно быть, именно поэтому воспитатель Су и считал, что способность ростка – вовсе не очищение.
«Какая пугающая и невероятно ценная интуиция!» – подумал исследователь.
Чжуан Шисун передал расследование проб воды другим исследователям, а У Юньцинь, ознакомившись с отчётом, немедленно одобрила полную поддержку их дальнейших изысканий.
Что же касается запаха чеснока в саду...
Вэй Мин собрал выделяемый ростком аромат и выпустил его в другие теплицы, проводя эксперимент: может ли запах мутировавшего чеснока эффективно изгонять загрязнители?
Если эксперимент удастся, это будет иметь колоссальное значение, ведь Вэй Мин думал не только о сельском хозяйстве, но и о… настоящих сражениях!
Если запах чеснока действительно изгоняет загрязнители, не окажет ли он подобное действие на монстров в красном тумане?
Если это удастся доказать, можно будет создать соответствующее оружие, которое сыграет ключевую роль в противостоянии чудовищам!
Чжуан Шисун записывал данные, обдумывая план дальнейших экспериментов, когда услышал от Вэй Мина:
– Тот воспитатель из приюта… только что забрал звездчатые фрукты.
Чжуан Шисун кивнул. По правилам приюту не полагалось столько фруктов, но после обсуждения с Вэй Мином они решили отдать Су Цы свои собственные квоты.
Услышав слова Вэй Мина, Чжуан Шисун лишь хмыкнул и продолжил свои размышления.
Вэй Мин добавил:
– Как думаешь… неужели он правда сможет что-то вырастить в приюте?
Чжуан Шисун посмотрел на него и слегка поправил очки.
Встретившись с его насмешливым взглядом, Вэй Мин замялся, а затем уверенно покачал головой:
– Я всё равно считаю, что нет. Приют – это место для детей, а они те ещё непоседы. Сколько бы у него ни было теоретических знаний, где ему взять время на серьёзные исследования?
Чжуан Шисун лишь улыбнулся и кивнул.
В любом случае… спорил был не он.
Су Цы с А Янем подошли к остановке за пределами сада.
Внезапно юноша поднял голову.
Прямо над ним, на навесе остановки, свисал тонкий кончик пушистого хвоста.
А затем показалась маленькая головка – это была та самая золотистая обезьянка.
http://bllate.org/book/18549/1811104
Готово:
