В углу комнаты стояла ароматическая палочка, её тлеющий оранжевый огонёк медленно полз вниз, источая гипнотический аромат благовоний.
Чжань Шэньчжи не смог сразу принять слова Цяо Шубая.
Поскольку в его памяти не было ни малейшего намёка на какой-либо «первый раз», он заподозрил, что Цяо Шубай его обманывает, как и предупреждала Ян Сюэ.
Но Цяо Шубай выглядел настолько искренне, что это совсем не походило на притворство.
- И сколько раз мы это делали? - не выдержав, спросил он.
Цяо Шубай, казалось, обиделся и неохотно ответил:
- Да откуда мне помнить, если ты постоянно требовал… Ладно, - с тоской в голосе продолжил он. - Раз уж ты обо всём забыл, то не спрашивай. Какой в этом толк? Всё равно уже ничего не изменить. С этого момента мы будем просто полицейским и информатором, я не стану просить о большем.
Он говорил так искренне и с таким унынием, что Чжань Шэньчжи на мгновение растерялся, не зная, как к нему относиться. Ему показалось, что Цяо Шубай - словно вдова, оставленная тем прежним Чжань Шэньчжи, до форматирования чувств.
Если слова Цяо Шубая - правда, то и по совести, и по логике Чжань Шэньчжи чувствовал себя обязанным относиться к нему лучше.
В конце концов, он завладел его телом, но не сдержал обещаний. К тому же Цяо Шубай был низкого происхождения, не имел статуса в обществе, и если Чжань Шэньчжи не позаботится о нём, больше будет некому.
Чжань Шэньчжи долго думал, потом чуть ослабил защиту и сказал:
- Когда мы встретились на дороге Сумеречных Колоколов, ты, кажется, уже знал о том, что меня отформатировали. Тебя искала директор Ян?
Он хотел выяснить, что именно Ян Сюэ наговорила Цяо Шубаю.
Однако Цяо Шубай, к его удивлению, широко распахнул глаза:
- Директор Ян? Я с ней не знаком. - Он помедлил несколько секунд. - ...Ко мне приходил мэр Чжань. Узнав о том, что мы вместе, мэр Чжань пришёл ко мне. Он наговорил мне кучу оскорблений, заявил, что ты - гибрид на базе Рабочего, что твои эмоции можно отформатировать, и скоро ты вообще перестанешь меня помнить, поэтому мы с тобой никогда не будем вместе. А потом пригрозил моим прошлым в качестве информатора и заставил продолжить работать под прикрытием у Хэ Чу.
Чжань Шэньчжи оцепенел. До него внезапно дошёл истинный смысл слов Цяо Шубая: Ян Сюэ провела процедуру форматирования, но решение об этом принял его отец, мэр. Ян Сюэ была лишь исполнителем.
За десять лет обучения в Академии тактики и технологий Верхнего округа директор Ян всегда создавала впечатление, что она с отцом Чжань Шэньчжи не слишком близка, и что сам Чжань Шэньчжи может полностью ей доверять.
Когда он ещё учился, директор Ян дала ему допуск в лабораторию и заботилась о нём, словно мать. Она была единственным человеком, которого Чжань Шэньчжи глубоко уважал и кому был готов открывать душу. Он не раз говорил ей, что считает своего отца, единственного Бессмертного в Е Цы, никудышным мэром. Тот совершенно не желал управлять городом, вечно пренебрегал своими обязанностями и летал на частном прыжковом корабле на Землю лишь ради того, чтобы угождать политикам с другого конца Вселенной.
И тогда Ян Сюэ поддержала его, сказав, что тоже считает, что «Е Цы нужен лидер получше».
Но, оказывается, всё это было ложью. Ян Сюэ была всего лишь ещё одной верной приспешницей мэра Чжаня. Приказы мэра для неё значили гораздо больше, чем желания самого Чжань Шэньчжи.
В его груди поднялась тоскливая ярость. Она была поверхностной, тонким слоем покрывая сердце Чжань Шэньчжи, словно в глубине души он даже не был удивлен.
Ян Сюэ просто преподала ему урок: пока его отец остаётся мэром, а он сам находится под его крылом, он никому не может по-настоящему доверять. Потому что он ещё недостаточно силён, чтобы люди были преданы именно ему. Кроме... Чжань Шэньчжи перевёл взгляд на щуплого парня рядом с собой.
Цяо Шубай смотрел в пол, погружённый в свои мысли, даже не зная, насколько сильно Чжань Шэньчжи ему поверил. Вдруг он услышал его голос:
- Тот человек, который проводил форматирование, сообщил мне, что ты убивал у меня за спиной.
- Конечно же, нет! - Цяо Шубай вскинул голову. Пользуясь тем, что Чжань Шэньчжи не ведал о его Бессмертии, он начал вдохновенно лгать. - Если бы я действительно кого-то убил, мэр Чжань давно бы меня арестовал. Почему же он не бросил меня за решётку? Убийство - это преступление.
У Чжань Шэньчжи было очень сложное выражение лица, он промолчал.
Пытаясь угадать его настроение, Цяо Шубай придвинулся ближе и с участливым видом поинтересовался:
- Начальник Чжань, а они провели форматирование с твоего согласия?
Чжань Шэньчжи взглянул на него и тихо отозвался:
- Нет. Мне солгали, сказав, что эта медицинская капсула - новый аппарат для обследования.
Цяо Шубай тут же воскликнул:
- Значит, это они тебя обманывали!
- Мм, - тихо произнёс Чжань Шэньчжи, и его лицо стало спокойным, почти безразличным.
Он перевёл взгляд на Цяо Шубая и внезапно назвал его по имени:
- Почему ты все ещё хочешь быть моим информатором?
Цяо Шубай на мгновение замер. Типичный вопрос для далёкого от реальной жизни молодого господина Чжаня, - подумал он, усмехнувшись про себя, и ответил:
- Мне же надо на что-то жить, я ведь не ты. Я же говорил позавчера: если господин Хэ прознает, что я тебе не нравлюсь, я стану для него бесполезен. К тому же мэр Чжань не запрещал мне быть твоим информатором, - добавил Цяо Шубай. - Он звонил мне сегодня днём и только предупредил, чтобы я тебя не соблазнял...
- А раньше... ты меня соблазнял?
Вопрос Чжань Шэньчжи прозвучал так прямолинейно, а лицо при этом оставалось таким серьёзным, что Цяо Шубай опешил и, слегка заикаясь, пробубнил:
- Я... нет. Это ты первый...
Цяо Шубай не знал, как описать их прошлое. Слишком пафосные слова казались неуместными, а простые - какими-то блёклыми.
Чжань Шэньчжи, снедаемый нетерпением, допытывался:
- Что я сделал первым?
Цяо Шубаю оставалось лишь сухо перечислить:
- Сначала ты был ко мне очень добр, давал деньги, обнимал во сне и говорил, что я тебе нравлюсь.
- Правда? - Чжань Шэньчжи, похоже, поверил. В его тоне появилась наивность, которая показалась Цяо Шубаю смешной, и он спросил:
- Значит, я тебе тоже очень нравился?
Цяо Шубай смотрел на него несколько секунд, прежде чем тот успел что-либо заподозрить, и ответил:
- Конечно, очень нравился. Разве я не упоминал? Мы же встречались, - на лице Цяо Шубая появился лёгкий румянец. Он взглянул на Чжань Шэньчжи с укоризной:
- Ты обещал, что после турнира приедешь за мной в район Мо, но так и не приехал.
Цяо Шубай выглядел глубоко несчастным. Они казались парой, которая когда-то горячо любила друг друга, но Чжань Шэньчжи забыл все свои клятвы.
Чжань Шэньчжи долго размышлял, а затем принял тихое, но твёрдое решение в своём сердце.
Он поднял руку, желая исполнить долг возлюбленного и коснуться лица Цяо Шубая. Но вдруг осознал, что не понимает, как это сделать: лицо Цяо Шубая было таким маленьким и красивым, словно хрупкая фарфоровая кукла. Создавалось впечатление, будто стоит Чжань Шэньчжи приложить чуть больше силы, и он сломает его.
Чжань Шэньчжи даже невольно задался вопросом: как такое хрупкое тело могло выдерживать столь частые и страстные акты любви?
Цяо Шубай заметил его движение. Слегка округлив глаза, он посмотрел на него и поинтересовался:
- Что случилось?
Его зрачки были большими и чёрными. Он чуть придвинулся, и Чжань Шэньчжи уловил исходивший от него лёгкий аромат. Увидев, как тот тоже поднял руку и нерешительно положил её поверх его ладони, он услышал вопрос:
- Ты что-то вспомнил?
Кончики пальцев Цяо Шубая были холодными, а сами пальцы - тонкими и длинными. Он прижал руку Чжань Шэньчжи к себе, и тот всё же мягко коснулся подушечками пальцев его левой щеки.
Кожа Цяо Шубая была тёплой, как нагретый фарфор. С надеждой глядя на Чжань Шэньчжи, он снова спросил:
- Ты правда что-то вспомнил?
В его позе читалось такое нетерпение, что он был готов едва ли не броситься в объятия Чжань Шэньчжи.
- Нет, - сказал Чжань Шэньчжи, и плечи Цяо Шубая разочарованно опустились, он убрал руку.
- Цяо Шубай, - твёрдо произнёс Чжань Шэньчжи, окончательно всё для себя решив. - Расскажи мне, что я обещал тебе в прошлом. Я могу продолжить это делать. Я буду тебя защищать.
Цяо Шубай поднял голову и ошарашенно уставился на него.
- У нас всё будет как раньше. Что бы ни случилось, в первую очередь тебе нужно доверять мне, - Чжань Шэньчжи сделал паузу и предупредил:
- Но ты не должен мне лгать.
Хотя в этом мире, где лгали все, Чжань Шэньчжи чувствовал, что Цяо Шубай был тем единственным человеком, который вряд ли стал бы его обманывать.
Цяо Шубай не сразу обрадовался. Казалось, он не до конца понимал происходящее и уточнил:
- Правда? Почему?
- Правда, - ответил Чжань Шэньчжи, проигнорировав второй вопрос, так как объяснять это было бы слишком сложно. - Но пока нам стоит держать это в секрете от моего отца, на случай, если он снова что-нибудь со мной сделает. И ещё: ты должен рассказывать мне обо всём, чем он заставляет тебя заниматься.
Глаза Цяо Шубая были полны непонимания. Он не мог отделаться от мысли, что Чжань Шэньчжи затеял какую-то детскую игру, но в конце концов он пошёл на уступку:
- Хорошо. Спасибо тебе. - Он слабо, чуть заметно улыбнулся Чжань Шэньчжи, лишь слегка приподняв уголки губ.
Чжань Шэньчжи не знал, чего тот хочет, и с некоторым сомнением спросил:
- Ты хочешь, чтобы я тебя обнял?
Цяо Шубай тоже, судя по всему, колебался. Через несколько секунд он произнёс:
- Конечно, - и придвинулся ближе к Чжань Шэньчжи, уткнувшись лицом ему в грудь.
Даже его дыхание было столь мягким и хрупким, словно не вынесло бы и малейшей грубости. Он нежно обвил Чжань Шэньчжи руками.
Чжань Шэньчжи никогда прежде не был так близок ни с кем другим. Хотя он не испытывал ни малейшего отторжения, всё же чувствовал себя не в своей тарелке, боясь, что стоит ему сжать руки чуть сильнее, и он попросту раздавит Цяо Шубая.
Но Цяо Шубай, казалось, обнимал его от всего сердца, поэтому Чжань Шэньчжи легонько положил руку на талию Цяо Шубая.
Они обнимались некоторое время.
Цяо Шубаю стало действительно неловко, к тому же руки Чжань Шэньчжи на его талии сжимались всё крепче. Он разомкнул объятия, собираясь сказать: «Что-то жарковато». Но кто бы мог подумать: когда он поднял голову, Чжань Шэньчжи как раз опустил свою, и его губы скользнули по подбородку Чжань Шэньчжи.
Чжань Шэньчжи снова всё интерпретировал по-своему. Он наклонился ближе и впился в губы Цяо Шубая. Целуя его, он бормотал:
- Я не помню точно. Это было так?
Ошеломлённый Цяо Шубай совершенно не знал, как реагировать. Подсознательно ухватившись за плечи Чжань Шэньчжи, он терпел этот необъяснимый щенячий поцелуй.
Температура тела Чжань Шэньчжи была высокой, и он прижимался так крепко, что этот жар едва ли не сварил Цяо Шубая заживо. В процессе Чжань Шэньчжи вдруг с лёгкостью подхватил Цяо Шубая на руки и, не разрывая объятий, понёс его к мягкому дивану в комнате отдыха, куда и уложил.
Губы Цяо Шубая уже распухли от поцелуев, поясница ныла от хватки, пояс халата развязался, а ткань соскользнула с плеча.
Он абсолютно не понимал, почему всё вдруг обернулось таким образом. Его сердце бешено колотилось, в голове надрывались тревожные сирены. Широко раскрытыми глазами он смотрел на Чжань Шэньчжи, который, ничего не замечая, нависал над ним.
Автору есть, что сказать:
Люблю писать о том, как Цяо Шубай доигрывается.
http://bllate.org/book/18103/2668337
