Сидя напротив круглого стола, Джиён отправил сообщение с вопросом, когда же прибудут остальные. Но, никто их даже не прочитал. Чувствуя себя неловко, он продолжал потягивать кофе, пока в чашке не остался только лед.
— Фух... фух... Извините за опоздание. Я езжу из санхён-дона, а сегодня на дорогах были ужасные пробки.
Запыхавшаяся девушка, имени которой Джиён не помнил, поспешно села за стол.
— Вы, наверное, долго ждали.
— Нет, все в порядке. Сначала отдышись и возьми себе что-нибудь выпить. За мой счет.
Несмотря на задержку в двадцать минут, Сухён и бровью не повел. Наоборот, сразу протянул ей свою банковскую карту.
«Он что, святой?»
Джиён уже готовый возмутиться, в итоге неловко захрустел льдом в своем стакане.
Девушка вернулась со своим напитком и достала из сумки несколько распечатанных документов — материалы, собранные пропавшим участником группы.
— Эм... Джесок сказал, что у него сегодня поминальная служба по бабушке, поэтому он передал их мне.
— Похороны не устраивают так внезапно. Он ни словом не обмолвился, когда мы планировали встречу, а теперь не придет? Что это вообще такое?
Видя, как Джиён раздраженно ворчит себе под нос, Сухён мягко попытался его успокоить:
— Все в порядке, Джиён. Мы справимся сами.
«Неужели его совсем не раздражает эта ситуация?»
Двое не явившихся участников группы, всегда просили прощения и пытались выкрутиться за счет других. Было ясно, что они врут, но Сухён никак не реагировал. Он молча выполнял их часть работы. Джиён совсем не понимал таких как он.
Следующий день после убийства мутанта руководителя Пак. 6:30 утра.
Джиён проснулся в обычное время и с трудом вытащил своё невыносимо тяжёлое тело из постели. Стряхнув остатки сна, он пошёл в ванную, чтобы почистить зубы и умыться.
Его движения были автоматическими, словно его теле запрограммированно на определённые команды.
— Не волнуйся. Просто веди себя как обычно. Я возьму на себя ответственность.
Именно это прошлой ночью сказал Сухён, после того как отвез его домой. Джиён не знал, почему он был так спокоен и как собирался «взять на себя ответственность», но именно эти слова стали единственной причиной, по которой ему вообще удавалось собираться на работу.
Бип… Бип…
Как только он вышел за дверь, телефон в кармане пальто громко завибрировал. Это был не сигнал о звонке или сообщении — звук был совершенно иной. Встревожившись, Джиён остановился и проверил телефон.
[Экстренное сообщение о чрезвычайной ситуации]
В Культурном центре города Хасон обнаружено двадцать четыре мутанта.
В целях вашей безопасности просим вас не выходить из дома.
Поскольку был середина января, он ожидал предупреждения о похолодании или о снеге. Но содержание сообщения было совершенно неожиданным и пугающе серьёзным.
— …
При слове «мутант» в памяти Джиёна невольно воспроизвелись вчерашние события, он с силой укусил себя за губу. Его хроническая головная боль снова начала подступать. Он заставил себя собраться на работу, как будто ничего и не произошло, но полученное сообщение стало только напоминанием. Вчерашний ночной кошмар был не сном, а реальностью.
В этом не было ничего удивительного. Культурный центр города Хасон находился менее чем в пяти километрах от здания компании. А это означит, что мутанты, которых он видел только в новостях и СМИ, появились буквально за дверью.
— А что, если инфекция уже распространяется дальше, а мы об этом даже не подозреваем?
Слова Чан Джухи, от которых он отмахнулся вчера, посчитав бредом, сегодня стали правдой.
Бззз…
Он собирался спрятать телефон в карман, как тот снова завибрировал — на этот раз поступил звонок. На экране горело «Мама». Она, несомненно, звонила из-за оповещения.
— Да.
— Я слышала, в Хасоне сейчас полный хаос! С тобой всё в порядке?
Конечно. Как только Джиён снял трубку, мать сразу же поинтересовалась, как у него дела. Голова у него пульсировала, и он едва смог ответить:
— Да. Я в порядке...
На самом деле он был совсем не в порядке. Но если рассказать ей правду, она тут же помчится в Хасон. После развода с отцом мать посвятила всю свою жизнь единственному позднему ребенку.
Джиён не хотел заставлять ее лишний раз волноваться. Не столько ради матери, сколько ради самого себя. У него уже не было сил выносить ее заботу, порой доходившую до одержимости.
— Никуда не выходи без необходимости.
— И куда мне ходить? Я всегда или на работе, или дома.
— И то правда. Но что у тебя с голосом? Ты заболел? Лекарство, которое я тебе прислала, уже закончилось?
— Мам... Я уже иду на работу. Мне пора.
— Джиён-а! Я без тебя не смогу. Ты ведь знаешь, правда?
— Мам, я правда опаздываю. Пока!
Не дав матери продолжить, Джиён поспешно сбросил вызов. Стоило разговору затянуться, как обычная проверка «все ли у тебя в порядке» неизбежно превратилась бы в бесконечные переживания и упреки. Он и без того был вымотан до предела и совсем не хотел получить новую причину для стресса.
— И все же, я действительно вышел на работу после всего...
Горько усмехнувшись, Джиён убрал телефон в карман пальто. Он пережил ужасную ночь, но новый день всё равно начался. Пока мир не рухнул окончательно, таким, как он, все равно приходилось возвращаться к привычной жизни.
По дороге на работу пришло еще два экстренных оповещения. Мутировали еще шестьдесят четыре человека, а жителей призывали соблюдать осторожность. Несмотря на пугающие предупреждения, автобус был полон людей, спешивших на работу и учебу. Новость о появлении мутантов в Белой зоне ненадолго всех потрясла, но утро для большинства началось так же, как и любое другое.
Джиён поступал также. Даже зная, что их замшелый руководитель отдела Пак больше никогда не объявится, он всё равно пришёл в офис на десять минут раньше. Его мысли были настолько мрачными, что, сев за стол, он не нашел в себе сил ответить коллегам на приветствия. И, как всегда, утреннюю тишину офиса нарушила жизнерадостная Чан Джухи.
— Нет, ну как они вообще могут требовать, чтобы мы выходили на работу как обычно? Разве они не должны дать нам временный отпуск или хотя бы перевести нас на удаленку?
Недовольно поднявшись со своего места, Джухи посмотрела через перегородку на Джиёна и спросила:
— Вы так не считаете, помощник руководителя?
Джиён лишь натянуто улыбнулся и отвел взгляд.
— Говорят, совсем рядом с компанией появилось больше двадцати мутантов. О чем они вообще думают, заставляя нас выходить на работу, когда в любой момент может случиться что-то плохое?
— Да… Сегодня было так страшно идти на работу.
Даже Чхве Сонхва, которая обычно ругала Джухи за излишнею болтовню, согласилась с ней. После утреннего сообщения о чрезвычайной ситуации она и сама еще не пришла в себя.
— И руководитель Пак сегодня задерживается.
Щелкнув языком, подметила Джухи. До девяти оставалось всего две минуты, а место Пака по-прежнему оставалось пустым. У Джиёна замерло сердце.
— Он же не... не придет сегодня?
— Да с чего бы? Наверняка опять просто опаздывает.
Слушая их разговор, Джиён почувствовал, как по шее медленно скатилась капля холодного пота.
— …
Его взгляд скользнул к месту, где лежало тело руководителя Пак. Пол уже был тщательно вымыт, и ничто больше не напоминало о случившемся. Но всякий раз, когда коллеги как ни в чем не бывало проходили мимо, по спине Джиёна пробегал холодок.
— Хеджон тоже нет. Наверное, из-за вчерашнего... Эх...
Джухи, единственная, кто вчера утешал младшую коллегу, горько вздохнула, наконец включив компьютер.
Когда разговор стих, в офис пришел привычный фоновый шум: стук клавиатур, редкие звонки по телефону и усталые вздохи.
Джиён бездумно уставился на рабочий стол своего монитора. Он пришёл на работу в надежде сохранить хоть какое-то ощущение нормальной жизни, но не мог заставить себя что-либо делать.
Кто знает, сколько времени он так просидел, когда в нижней части экрана внезапно всплыло небольшое уведомление. Он машинально переместил мышь и щелкнул по нему.
[Руководитель отдела продаж Юн]: Давай пообедаем вместе. Я уже забронировал столик.
Сообщение пришло от Сухёна — того самого парня, о котором ходили слухи, будто за ним следует призрак, страдающий от одиночества во время еды.
«Почему опять…»
Джиён, просидевший все утро в прострации, пришёл в себя, увидев это сообщение. Запутавшись в собственных мыслях, он поколебался несколько долгих минут, прежде чем ответить.
[Я]: Простите. У меня что-то с желудком. Не думаю, что смогу поесть.
Ему было неловко отказывать, особенно после того, как Сухён уже забронировал столик. По правде говоря, сейчас он был не в том состоянии, чтобы есть. После вчерашнего, еда просто не лезла в горло. И больше всего ему не хотелось сидеть напротив Сухёна, человека, который помог ему избавиться от руководителя Пак, делая вид, что все нормально.
Кто-то в офисе пробормотал насмешливым тоном.
— Похоже, наш начальник сегодня действительно не придет.
Увидев, что Пак так и не появился спустя долгое время после начала рабочего дня, все отреагировали предсказуемым «естественно». Похоже они предположили, что он спонтанно взял отгул из-за случаев заражения, произошедших недалеко от компании.
— Ха-а…
Глядя на то, как все совершенно спокойно реагировали на пустующее место руководителя, Джиён тяжело вздохнул и попытался всерьёз приступить к утренним задачам.
В обеденный перерыв, опустошённые сотрудники немного оживились. Тихий офис быстро наполнился болтовней. Как гласит пословица, корейцы живут за счёт еды, поэтому большинство разговоров вращалось вокруг выбора блюда на обед.
Ким Хёнсок из отдела дизайна, с которым обычно ел Джиён, ненавязчиво намекнул о собственном выборе:
— Помощник Хон. Может выйдем? На улице довольно холодно так что насчёт фо?
— Эм... Ну...
Джиён лишь неловко замялся, переведя компьютер в спящий режим
— Я что-то неважно себя чувствую, так что, пропущу обед.
— А... Правда? Помощник, вы и вчера не ели.
— Извините. Думаю, сегодня вам лучше пообедать с кем-нибудь другим.
Услышав слова Джиёна, Хён Сок смущённо поморщился. Поскольку его команда дизайнеров состояла исключительно из женщин, он был ближе к Джиёну, чем к собственным коллегам. А это означало, что, как и вчера, ему снова придётся обедать в одиночестве. Услышав их разговор, Чан Джухи, которая как раз собиралась уходить вместе с Чхве Сонхва, спросила из-за двери:
— А? Помощник Ким, вам, что не с кем сегодня пообедать?
Хёнсок, по натуре довольно застенчивый, тихо ответил:
— Д-да.
— Тогда идемте с нами.
Предложила обычно молчаливая Сонхва. По-видимому, даже Хёнсок не ожидал, что именно она пригласит его, и, широко раскрыв глаза, он отчаянно замахал руками.
— Н-нет, все в порядке. Я и один могу поесть.
— Да ладно, пошлите с нами.
Не сумев как следует отказаться, Хёнсок растерянно замялся. Джухи схватила его за руку и потянула за собой. То ли Джухи оказалась на удивление сильной, то ли Хёнсок — слишком слабым, но он, беспомощно покачнувшись, послушно последовал за ней.
— Тогда мы пошли! Помощник Юн, хорошенько отдохните!
— А? Э... Что?..
С этими словами Джухи утащила Хёнсока за собой. Провожая взглядом растерянного коллегу, которого буквально волокли за собой, Джиён слабо махнул ему рукой.
На первый взгляд холодный и циничный характер Сонхва, не сочетался с ярким и живым нравом Джухи, но на самом деле они были довольно близки и как старшая с младшей коллегой прекрасно ладили. Насколько знал Джиён, они каждый день обедали вместе, и иногда после работы еще и выпивали. Вот только, представив робкого Хёнсока, зажатого между ними двумя, он забеспокоился, что спокойно поесть ему вряд ли удастся.
— …
Но стоило Джиёну заметить Сухёна, стоявшего у двери офиса, он покачал головой.
— Нашел о ком переживать...
Джиён вздохнул, поняв, что тот явно пришёл за ним, и вышел из кабинета.
— Джиён!
Автоматическая дверь раздвинулась, и Сухён бодро поприветствовал его. В отличие от Джиёна, лицо которого было бледным и угрюмым после бессонной, наполненной страхом ночи, Сухён, как всегда, сиял здоровьем. Видя, как он оставался невозмутимым даже, оторвав голову руководителю Пак, Джиён засомневался, не был ли прошлый вечер сном. Человек, с которым и так было трудно, каким-то образом стал ещё более непростым собеседником.
— Ты сказал, что у тебя болит желудок. Сильно?
— А… Теперь мне лучше. Спасибо, за беспокойство.
Джиён ответил, избегая взволнованного взгляда Сухёна. От этой лжи он почувствовал себя странно. У него действительно болел живот, но не настолько, чтобы обременять других.
— Я пойду немного отдохну за своим столом. Приятного вам обеда, руководитель…
— Подожди.
Джиён уже собирался поспешно вернуться в офис, когда Сухён схватил его за руку. Только тогда он заметил в руке Сухёна фирменный пакет из известного ресторанчика, находившегося довольно далеко от офиса.
— Я купил кашу. Давай поедим в комнате отдыха.
— Когда вы…?
— Я ненадолго выходил. Волновался за тебя.
— Что?.. Не стоило заходить так далеко... Но спасибо.
Почему он всё это делает? Эта мысль мелькнула у него в голове, но, поскольку еда была для него, Джиён поклонился и взял пакет. Он развернулся…
— Джиён!
Через открывшуюся автоматическую дверь Сухён протянул руку, снова останавливая его. Улыбаясь, он поднял другую руку с пакетом из мини-маркета.
— Ты обедаешь со мной. Я ведь купил тебе кашу не для того, чтобы есть её в одиночестве?
— Э-э.
— Я и себе кое-что взял, так что давай поедим вместе.
Не успел Джиён ответить, как Сухён направился к комнате отдыха. Джиён глухо усмехнулся, глядя ему в спину. Ему только что едва удалось отказаться от одного приглашения, и вот как всем всё закончилось. Нахлынула усталость, у него не хватало сил вырвать руку из захвата Сухёна.
Войдя в комнату отдыха, Сухён огляделся и сел в углу. Как он и сказал, большинство людей вышли из офиса. В просторном помещении, площадью около пятидесяти квадратных метров, стоял большой стол, несколько пуфиков для отдыха, а также стойка с капсульной кофе машиной и разнообразными травяными чаями.
Со стороны могло показаться, что компания таким образом заботится о комфорте сотрудников, но на самом деле все это означало лишь одно — бесконечные переработки. Если бы люди уходили домой вовремя, им бы просто не понадобилось место для отдыха прямо в офисе.
— Ладно, давай поедим.
Неловко стоя у стола, Джиён неохотно сел. Видя, как Сухён достает контейнеры со столовыми приборами и аккуратно их расставляет, отказаться было невозможно. Встретив настойчивый взгляд Сухёна, он наконец взял ложку. Каша ещё дымилась — ее явно приготовили совсем недавно.
Еще не прикоснувшись к еде, Джиён осторожно заговорил:
— Руководитель, насчёт вчерашнего вечера...
Раз уж все дошло до этого, он чувствовал, что должен поговорить о Паке — о том, что вчера в суматохе так и осталось недосказанным. Даже если Сухён и сказал, что возьмет на себя всю ответственность, Джиён всё равно оставался соучастником. Он не сможет делать вид, что прошлой ночью ничего не произошло. Если начнется расследование, им нужно заранее согласовать свои показания.
Но прежде чем Джиён успел закончить предложение, Сухён сказал:
— Ты что, не ешь? Попробуй, пока горячее. Каша теряет вкус, когда остынет.
— …
Джиён молча проглотил вздох, видя, что Сухён терпеливо ждет, пока он попробует хотя бы ложку. Ничего не оставалось, кроме как прервать разговор и зачерпнуть немного каши.
— Вкусно, правда? Честно говоря, раньше я не думал, что каша может быть вкусной, но в некоторых местах ее действительно хорошо готовят.
Джиён молча кивнул. Во рту разлился нежный сливочный вкус кусочков морского ушка и мягкий, успокаивающий привкус умами. Когда он добавил немного говядины, тушёной в соевом соусе, из другого контейнера, его аппетит вернулся, словно по волшебству.
Он продолжал молча есть ложку за ложкой. Только теперь, понемногу успокаиваясь, Джиён понял, насколько сильно был голоден. Каша легко согревала и наполняла желудок. Из-за этого момент снова заговорить о вчерашнем был безнадежно упущен. Решив сначала доесть, а потом вернуться к разговору.
Он заметил, как Сухён разворачивает три треугольных кимпаба из круглосуточного магазина. Джиёну было неловко в одиночку есть дорогую кашу с морским ушком, пока его начальник довольствовался лишь магазинными кимпабами. Он осторожно спросил:
— Сейчас же обед... Вам этого хватит?
Сухён лишь пожал плечами, разворачивая упаковку.
— Если не хватит, стащу пару снеков из комнаты отдыха.
После этих беспечных слов Сухёна рука Джиёна невольно замерла.
Почувствовав неловкость, Джиён уже хотел предложить спуститься в столовую.
— Эм... Руководитель Юн...
Бам!
— …?
Из-за двери внезапно донесся грохот. Оба почти одновременно повернули головы в сторону шума.
— Руководитель, вы тоже слышали?
— Да.
— Что это было? Звук был довольно громкий.
— Похоже, что-то упало. Может быть это один из уборщиков.
Не придав этому значения, Сухён развернул кимпаб с острой свининой. Джиён снова принялся есть кашу, от которой он на мгновение отвлекся. Но прошло всего несколько секунд, как...
— А-а-а-а!
Услышав крик, Джиён застыл с ложкой в воздухе. Этот крик, словно вырванная звуковая дорожка из фильма ужасов. Даже Сухён от удивления широко раскрыл глаза. Остальные сотрудники в комнате замерли. Они обменялись молчаливыми, тревожными взглядами, пытаясь понять, что происходит. Некогда тихое помещение наполнилось удушающим напряжением.
— Кто кричал… да?
— Пойду проверю.
С мрачным выражением лица Сухён поднялся. Джиён с тревогой уставился на дверь. Коридор снова погрузился в тишину. Возможно, ничего страшного и не случилось, но после всего произошедшего атмосфера ощущалась слишком зловещей. Он инстинктивно схватил Сухёна за рукав.
— Джиён?
Собираясь подойти к двери, Сухён обернулся с недоуменным выражением лица.
— П-прости.
Только осознав, что сделал, Джиён вздрогнув, поспешно опустил руку и отступил на шаг. На безупречно выглаженной рубашке Сухёна появились складки.
— Я испугался и даже не понял, как...
Он попытался скрыть смущение, но его эмоции всегда отчетливо читались на лице. Сухён молча смотрел на Джиёна сверху вниз, на его пылающие алым щеки. Его непроницаемый взгляд только заставил уши Джиёна гореть ещё сильнее. Не выдержав неловкости, он поспешно вернулся на свое место.
— …!
Снаружи снова раздался громкий удар — на этот раз прямо за дверью.
— Пожалуй, мне все-таки стоит проверить.
В попытке его успокоить, Сухён мягко похлопал Джиёна по плечу и направился к двери.
Почувствовав, что снаружи таится нечто ужасное, Джиён позвал его:
— Руководитель Юн.
Но Сухён уже взялся за дверную ручку. Медленно повернув ее, он приоткрыл дверь комнаты отдыха. И в следующее мгновение...
— А-а-а-а-а!
Кто-то с криком бросился прямо на него. Вздрогнув, Джиён выкрикнул его имя в тот самый миг, когда Сухён резко ушел в сторону.
— Руководитель Юн Сухён!
— !
Мужчина, мчавшийся прямо на него, пролетел в образовавшийся проем и, не сумев остановиться, прокатился по полу. Это был сотрудник из отдела бухгалтерии, с которым Джиён иногда сталкивался в лифте перед началом рабочего дня. Он осторожно подошел к нему.
— Вы в порядке?
Мужчина резко вскинул голову и с лицом, побледневшим как у призрака, закричал:
— Ч-что вы стоите?! Запирайте дверь! Скорее!
— Ч-что?.. А... Да!
Он даже не пытался встать, а только отчаянно кричал. Охваченный паникой, Джиён бросился к двери.
Пока Джиён запирал дверь, Сухён помог дрожащему как осиновый лист мужчине подняться и сесть в кресло-мешок. Тот безучастно смотрел в потолок, затем крепко зажмурился, пытаясь выровнять сбившееся дыхание.
— Ха-а... ха...
— Эй! Возьмите себя в руки!
Джиён подошел к Сухёну и перевел взгляд на мужчину.
{Отдел бухгалтерского учета — сотрудник Ким Оюн}
Он машинально прочитал имя на бейдже, висевшем у мужчины на шее, но на самом краю пластиковой карточки он заметил темно-красное пятнышко крови. По спине Джиёна пробежал холодок.
— Ик... ха...
— Вот, сначала выпейте воды. Успокойтесь.
Один из сотрудников налил воды из кулера и протянул стакан Ким Оюну. Лишь тогда тот немного пришел в себя. Жадными глотками осушив стакан, он сказал:
— С-спасибо…
В комнате отдыха собралось пять человек, включая Оюна. Воду ему принесла Чхве Юджон из юридического отдела с пятого этажа, а в углу, не отрывая взгляда от телефона, сидела Пак Йеджи из отдела дизайна, работавшая на одном этаже с Джиёном.
— Что там произошло?
— Не подходите к двери! Жить надоело?!
Оюн закричал, когда Юджон по привычке шагнула к двери. Та вздрогнула и, раздраженная таким окриком, нахмурилась. Что бы ни произошло снаружи, дело было явно серьезным.
Пак Йеджи подбежала к ним с искаженным от ужаса лицом, по-прежнему сжимая телефон в руке, и сунула его остальным.
— В-все! Посмотрите!
Первой на экран взглянула Юджон. Она, потрясенная не меньше Йеджи, почти шепотом произнесла:
— Что... что это?.. Это же фейк? Ведь правда фейк? Мы в Белой зоне... Такого просто не может быть.
Оюн судорожно затряс головой.
— Это не фейк. Я сам видел. За мной гнались... прямо перед тем, как я забежал сюда!
Увидев их реакцию, Джиён наконец перевел взгляд на телефон Йеджи.
{Город Хасон парализован вспышкой мутантов. Общее число неизвестн.о}
{Массовый наплыв мутантов сосредоточен в деловых кварталах. Весь город временно закрыт на карантин.}
{Мутанты распространяются по городу Хасон за считанные минуты. Царит полный хаос.}
Пак Йеджи дрожащим голосом сказала:
— Все эти статьи появились всего десять минут назад... И у всех такие заголовки
Карантин. Город фактически объявили Черной зоной.
— Тогда... получается, нас всех запрут в Хасоне на десять лет?
Тихо спросила Чхве Юджон, нервно кусая ногти. Она говорила о законе серых.
Закон серых позволял людям, сумевшим прожить десять лет в Черной зоне, переселиться в Белую. Его приняли, чтобы не допустить массового бегства выживших через границу между зон и не допустить дестабилизации общества.
Десять лет в Черной зоне казались чудовищным сроком, однако тем, кому удавалось выжить, государство предоставляло щедрую компенсацию и всестороннюю помощь при возвращении к обычной жизни. И все же закон создавался с расчетом на то, что большинство людей эти десять лет просто не переживут.
В некотором смысле это была чистой воды формальность.
На самом же деле тех, кому удавалось прожить в Черной зоне все десять лет, а затем перебраться в Белую, было меньше пяти процентов от общего числа выживших. Даже Джиён, выросший в безопасности, знал об этом.
— Может, это ложная информация? Репортеры ведь часто все преувеличивают. Я еще поищу.
Стараясь сохранять спокойствие, Юджон принялась просматривать новости на своем телефоне. Но вскоре ее лицо начало постепенно мрачнеть. Уже по одному этому Джиён понял, что статья, которую показала Йеджи, вовсе не была преувеличением.
— Пока это лишь временная мера. До полного введения режима локдауна пройдет какое-то время. Если мы успеем выбраться до того, как его введут окончательно, закон серых на нас распространится.
В напряженной атмосфере, словно Хасон уже стал Черной зоной, первым заговорил Сухён. Даже в подобных чрезвычайных ситуациях он, как всегда, сохранял удивительное спокойствие.
— Пока не объявили полную изоляцию, нам стоит попытаться выбраться из города.
— Что?! Нет! Говорят, снаружи полно мутантов! Если мы выйдем туда, нам точно конец!
Ким Юн буквально взорвался от этого предложения, вскакивая со стула. Двое других быстро кивнули, соглашаясь с ним.
— Мы даже не знаем, что происходит снаружи. Выходить вслепую слишком опасно.
— Д-да... Если останемся здесь, разве за нами не придет спасательная группа?
— ….
При этих словах между бровями Сухёна проступила едва заметная морщинка — настолько тонкая, что ее почти никто бы и не заметил.
— А ты что думаешь, Джиён? Как бы ты поступил?
Сухён повернулся к нему со своей привычной непринуждённой улыбкой. Неожиданно оказавшись в центре внимания, Джиён растерянно отвел взгляд.
Сухён был прав. Если рассуждать здраво, выбраться из города до того, как его официально объявят Черной зоной, было лучшим решением. Но Джиёну было страшно. Мутант, с которым он столкнулся вчера, оказался совсем не таким, какими их представляли на инструктажах. Он был куда страшнее, чем Джиён мог вообразить. И вчера это был всего лишь один человек — руководитель Пак. Он не был уверен, что сумеет пробиться через толпу бесчисленных мутантов, ожидающих снаружи.
— Может быть… нам стоит пока остаться здесь и посмотреть, как будут развиваться события?
— ….
Несколько секунд молча глядя на него, Сухён, казалось, обдумал его слова, а затем кивнул.
— Хорошо. Тогда пока останемся здесь и понаблюдаем.
Так пятеро сотрудников остались в комнате отдыха на шестом этаже, следя за происходящим снаружи.
Прошло около получаса. В обычный день обеденный перерыв уже подходил к концу, и всем пришлось бы вернуться к своим рабочим местам. За ними никто не пришел.
В это время Юджон безуспешно пыталась дозвониться в центр по борьбе с мутантами, Йеджи и Джиён следили за новостями в интернете, а Ким Юн... пропустив обед, в одиночку съел все снеки в комнате отдыха.
— Я пыталась дозвониться в центр, но каждый раз включается автоответчик. Уже пять раз звонила, пять раз, и всегда одно и то же!
Юджон беспокойно поерзала на месте, а Йеджи с тяжелым вздохом уронила голову на стол. После всего пережитого за последние двое суток Джиён чувствовал себя совершенно опустошённым.
Как ни странно, единственным, кто сохранял самообладание, был Сухён. Он убирал со стола, за которым они недавно обедали. Казалось, остывшая каша с морским ушком беспокоила его больше, чем то, что до экстренных служб невозможно дозвониться.
— Попробую позвонить ещё раз.
Закончив уборку, Сухён сказал отстранённым тоном:
— Мм. Даже если ответят, сейчас они ничем не смогут помочь.
«Почему руководитель Юн ведет себя так, будто ничего не происходит?»
Его невозмутимость, почти граничащая с безразличием, вновь пробудила в Джиёне то странное чувство настороженности, как и вчера.
— Вам не страшно?
Он наконец задал вопрос, терзавший его все это время. Сухён на мгновение замер, затем с обыденным спокойствием ответил.
— Наверное, потому что я уже знаю: паника ничего не решит. Похоже, я просто устал от подобных ситуаций.
— …?
Джиён слегка нахмурился, не понимая, что тот имел в виду.
— Что значит …
Но договорить он не успел — экран телефона внезапно загорелся. Увидев имя отправителя, Джиён сразу открыл сообщение.
[Чан Джухи]:
С вами все хорошо??
Мы с Чхве сонбе в столовой на третьем этаже.
Вы еще живы???
Джухи буквально засыпала чат отдела планирования сообщениями. Убедившись, что с коллегами все в порядке, Джиён с облегчением выдохнул и быстро отправил ответ.
[Я]:
Сейчас, в комнате отдыха на шестом этаже.
[Чан Джухи]
Слава богу!!! ㅠㅠㅠㅠㅠㅠ
Мы вообще не можем отсюда выйти. Весь коридор кишит мутантами.
Но пока мы внутри, относительно безопасно.
Помощник Хон, вы останетесь на месте?
[Я]:
Думаю, мы именно так и поступим.
В групповом чате было восемь человек, но, кроме Джиёна, на сообщения Чан Джухи никто не ответил. Что случилось с остальными?..
— Джиён.
В какой-то момент Сухён оказался рядом и окликнул его.
— Сколько заряда осталось на твоем телефоне?
— А? Эм... шестьдесят пять процентов.
— Тогда начинай заряжать его сейчас. Как батарея заполниться, мы уходим.
— Что? Я считал, что мы тут задержимся.
— Тс-с.
Когда голос Джиёна стал громче, Сухён приложил палец к губам, призывая его соблюдать тишину. Затем он слегка наклонился и мягко прошептал ему на ухо:
— Не паникуй. Просто слушай.
—…?
— Ким Оюн. Его укусили.
— Что ты...
Не до конца поняв сказанное, Джиён повернул голову в сторону Оюна. Съев все закуски, теперь он с аппетитом уплетал остатки каши, недоеденной Джиёном. То, как он пожирал еду, словно одержимый, определенно, выглядело странно.
— Когда сажал его в кресло, заметил след от зубов на тыльной стороне его ладони. Рана была небольшая, я сомневался. Но, судя по его поведению сейчас, можно сказать точно. Сильный голод — один из симптомов.
— З-значит...!
— Тс-с. Раз рана небольшая, до полного обращения еще есть время. Поэтому нужно сначала зарядить телефон.
Джиён напряженно кивнул. Кровь на пропуске еще тогда вызвала у него тревогу. Часть его по-прежнему хотела, как можно дольше оставаться здесь, но, если они задержатся, им, возможно, придется столкнуться с Оюном, уже мутантом. А этого Джиён точно не хотел.
— Как только выберемся отсюда, сразу направимся в офис на пятом этаже.
Разве они не должны сразу идти к выходу? Джиён хотел как можно скорее покинуть здание и не удержался от вопроса:
— На пятый этаж?
— Мне нужно кое-что забрать.
Джиён не знал, зачем им было так рисковать, но в сложившейся ситуации Сухён единственный человек, которому он доверял. Он молча кивнул.
— Может, расскажем Юджон и Йеджи? Ну о том, что... Оюна укусили.
— Ага. Поступай, как считаешь нужным.
Сухён ответил без особого интереса, словно ему было безразлично, пойдут они с ними или нет.
Подключив телефон к зарядке, Джиён подошел к девушкам:
— Можно вас на минутку?
— Поговорить? О чем?
— Кое-что важное.
Он отвел их к столику в углу комнаты. Когда Юджон и Йеджи сели напротив него, на их лицах читалось сильное беспокойство.
— В общем... вы...
Не зная, с чего начать, Джиён нерешительно открыл рот, помедлил, затем тяжело вздохнул и наконец заговорил.
— Думаю, мы не можем больше оставаться здесь. Нам нужно немедленно уходить.
— Что? Почему? Пришло какое-то распоряжение?
— Нет, дело не в этом...
Джиён бросил взгляд на Оюна. К счастью, тот был слишком увлечен едой, чтобы заметить их тихие переговоры.
— Он скоро мутирует.
— Что?!
— Тс-с.
Повторив жест Сухёна, Джиён приложил палец к губам. Они повернулись к Оюну. Любой мог заметить, что его поведение было необычным. Их лица побледнели.
— Похоже, его укусили в коридоре. Руководитель Юн видел след.
Сидевший рядом с Джиёном Сухён молча кивнул.
— Судя по ране, до полного превращения еще есть время. Но оставаться здесь вместе с ним мы не можем. Нужно уходить.
Напряженно выслушав его, Юджон нервно впилась зубами в ноготь, не сводя испуганного взгляда с двери.
— А... а что, если... вытолкнуть его наружу?
— Вытолкнуть... наружу?
— Нам не обязательно уходить. Мы можем просто выгнать его отсюда.
После этих слов лицо Сухёна помрачнело.
— И как именно ты собираешься это сделать? Сказать ему: «Эй, ты скоро обратишься, так что убирайся»? Думаешь, он просто так тебя послушает?
Сухён, которого все знали как мягкого и добродушного человека, произнес эти резкие слова с холодным выражением лица. От столь непривычного тона Джиён невольно вздрогнул. Стоило этому красивому лицу стать таким суровым, как Сухён начинал внушать страх. До сих пор Джиён видел в нем лишь беззаботного любителя спорта, который постоянно угощал окружающих едой, но, увидев его таким, сам невольно напрягся.
— ... В любом случае, оставаться здесь не лучшее решение. Чтобы выжить, нам не стоит создавать лишний хаос. Легче просто уйти.
Заметив, как напрягся Джиён, Сухён слегка смягчил тон, хотя твердости в его словах не убавилось.
— Я никого не стану заставлять. Но какой бы выбор вы ни сделали, вы сами будете нести за него ответственность. Итак, как вы поступите?
—…
После этих слов Юджон открыла рот, но так ничего и не сказала.
— Понятно.
Приняв ее молчание за отказ, Сухён слегка кивнул.
— Поступайте так, как считаете нужным. В любом случае, как только телефоны зарядятся, мы с Джиёном уйдем. А вы, Пак Йеджи?
— Я... Я пойду с вами.
Произнеся это, Йеджи бросила неуверенный взгляд на Юджон. Та изумленно посмотрела на нее, а затем резко вскочила со своего места. На ее лице читались злость и отчаяние.
— Я... Я не хочу уходить! Вы вообще видели, что там творится?! Нужно просто выгнать его! Почему я должна рисковать своей жизнью?!
— Значит, вы останетесь здесь...
— Не смейте так со мной разговаривать!
Резко перебив Сухёна, Юджон стремительно повернулась к Оюну. Покончив и с кашей, он уже рылся в мусорном ведре в поисках еще чего-нибудь съедобного. Что бы ни пришло ей в голову, Юджон вдруг решительно направилась прямо к нему.
— Простите, Оюн.
Остановившись перед ним, она окликнула его. При виде этого страх сковал всё тело Джиёна. Именно поэтому они и говорили шепотом: если Оюн поймет, что его собираются исключить из группы, никто не сможет предсказать, как он отреагирует.
— Вас укусили?
Одним вопросом Юджон перечеркнула весь план.
— Ч-что?..
— Я спросила, вас укусил мутант?
— Что значит укусил ?! В чем вы меня обвиняете?!
От неожиданного вопроса Оюн вскочил на ноги и закричал. Его слишком бурная реакция заставила Юджон прищуриться.
— Почему вы так нервничаете? Если вас не кусали, так и скажите.
— Ты с ума сошла?! Хочешь свалить все на ни в чем не повинного человека?!
— Тогда покажите руку. Помощник руководителя Хон сказал, что видел на ней след от зубов.
Совершенно не ожидавший такого, Джиён растерялся и окликнул ее.
— Что? Чхве Юджон?!
«Зачем вы меня в это впутываете?!»
Но Юджон даже не посмотрела в его сторону и продолжила загонять Оюна в угол.
— Покажите руку. Я должна проверить.
— Почему?! С какой стати?!
— Да покажите уже!
В конце концов Юджон не выдержала и сорвалась на крик. Оюн с грохотом швырнул на пол коробку со снеками и раздраженно огрызнулся:
— Черт, какого хрена ты ко мне прицепилась?!
— Это ты ведешь себя как ненормальный! Все давно бы закончилось, если бы ты просто дал руку! К чему весь этот цирк?!
Они принялись осыпать друг друга ругательствами, и их голоса становились все громче.
— Хватит! Успокойтесь оба!
Пока дело не дошло до драки, Джиён поспешил встать между ними. Оюн посмотрел на него убийственным взглядом.
— Думаешь, я сейчас могу успокоиться?! И от вас, помощник Хон, я такого не ожидал. Обсуждаете меня за спиной?!
— Это не так, Оюн...
— Что значит не так?! Вы все заодно, да?! Решили избавиться от меня?!
— Нет.
Джиён действительно хотел уйти из комнаты отдыха. Но Оюн и слушать ничего не желал. Он всё больше выходил из себя и в конце концов начал швырять во все стороны стулья и офисные принадлежности.
— Прекратите, господин Ким Оюн.
Сухён шагнул вперед, заслонив собой Джиёна, при этом преградив Оюну путь. Столкнувшись с человеком выше и крепче себя, Оюн на мгновение замешкался.
— Мы все равно уходим. Так что прекратите.
На его лице появилась та самая безупречная улыбка, которую он всегда носил как руководитель отдела продаж. Но сейчас в ней не было и капли привычной мягкости и тепла. Подавленный его присутствием Сухёна, Оюн медленно опустил стул, который держал в руках. И в момент...
— Ай! Какого черта?!
Воспользовавшись его замешательством, Юджон схватила руку и проверила тыльную сторону его ладони. На левой руке Оюна отчетливо виднелся след укуса, покрасневший и уже начавший опухать.
— Ха, вот оно что. Тебя все-таки укусили. Неужели ты собирался остаться здесь с нами? Если у тебя осталась хоть капля совести, уйди сам!
— Ты, чертова…! Какого хрена ты творишь?!
— Ай!
Оюн с силой отодвинул от себя Юджон.
— Эй! Ты, сумасшедший ублюдок! Ты только что толкнул меня?
Вскрикнув, Юджон схватилась за ушибленное плечо. Глядя на весь этот хаос, Джиён почувствовал, как снова начинает раскалываться голова, и, поморщившись, прижал ладонь ко лбу.
— Разве нам не стоит его связать?! А если он мутирует?! Руководитель Юн! Помощник Хон!
В полном отчаянии Юджон перевела умоляющий взгляд на них обоих.
— Хм. Он еще человек. Думаю, сейчас в этом нет необходимости.
На спокойный, словно не допускавший возражений ответ Сухёна Йеджи нерешительно подала голос:
— Д-да. Мы ведь все равно уходим, так что... Юджон, разбирайся сама.
— Ч-что ты сказала?!
Теперь, когда даже Йеджи была против нее, Юджон застыла в полном изумлении. Не обращая на это внимания, Сухён начал готовиться покинуть комнату.
— Для начала стоит проверить, сколько мутантов сейчас в коридоре.
Обойдя Юджон, он подошел к двери и, прижав к ней ухо, прислушался.
Но что-то с глухим ударом врезалось в стену.
— Черт...!
— Ч-что это было?!
Вздрогнув, Сухён поспешно отступил, и все повернулись к выходу.
Бум!
Бам!
Кто-то снова и снова бился о дверь. Между беспорядочными ударами доносились слабые хриплые стоны, они глухим, болезненным звуком просачивались в помещение.
— Гр-р-р... Грх...
Джиён сразу узнал что это. То же рычание вчера издавал руководитель Пак. Но голос этот был не единственным.
БАМ!
Удары становились все яростнее.
— М-мутанты, да?.. Это ведь мутанты? Они прямо за этой дверью…?
— Ха-а.
Дрожа от страха, Джиён невольно прижался к Сухёну. Тихо вздохнув, он встал рядом, заслоняя Джиёна собой, и заговорил:
— Вы ведь знаете, что слух у мутантов примерно в четыре раза острее, чем у обычных людей. Скорее всего, они услышали крики.
— Т-тогда что нам делать? Мы что сейчас умрем?.. У-у...
Голос Йеджи дрожал, она едва сдерживала слезы.
— Им не хватит ума выломать дверь. они успокоятся и уйдут, если будем вести себя тихо.
Произнеся последнее слово, Сухён многозначительно перевел взгляд сначала на Юджон, затем на Юна.
— П-простите... Прошу простите. Наверное, я сошла с ума. Мне было так страшно уходить отсюда…
Лишь теперь осознав свою ошибку, Юджон опустила голову и извинилась. Как и сказал Сухён, когда шум стих, и удары по двери постепенно стали затихать.
— Кажется... они ушли.
Почувствовав облегчение, Джиён без сил опустился на стул и судорожно выдохнул.
— Госпожа Чхве Юджон. Я понимаю, что вам страшно. Но то, что вы только что сделали, никому не помогло. Постарайтесь успокоиться и мыслить трезво.
— Д-да... Мне жаль... шмыг...
По щекам Юджон текли слезы, пока она, опустив голову, снова и снова извинялась. Казалось, хаос наконец улегся.
Но если Юджон быстро пришла в себя и признала свою ошибку, то Оюн до сих пор не мог успокоиться.
— Чертовы... ублюдки...
Казалось, из самых глубин его естества поднималось раскаленное пламя, переворачивая его внутри. Сколько бы он ни ел, голод только усиливался. Инстинкты брали верх над разумом.
Остальные уже заклеймили его мутантом и собирались изгнать. И осознание того, лишь переполнило Юна жгучим чувством предательства и ярости.
«Почему я? Почему всегда именно я?»
Гнев, порождённый этой несправедливостью, тяжелым грузом обрушился на него. Он не хотел умирать в одиночестве. Только не так.
В одно мгновение он сорвался с места и бросился к двери.
— Оюн! Что ты делаешь?!
Джиён в панике закричал, первым осознавая происходящее. Но было уже слишком поздно.
— Оюн... Стой!
— А-а-а! Черт! Почему только я должен так помирать?!
Не успел никто его остановить, как Ким Оюн распахнул дверь в комнату отдыха.
— Гр-р-рх! Гр-р-р!.. Кья-а-а!
— А-а-а!
Дверь распахнулась, и все трое мутантов, стоявших прямо за ней, протиснулись в проем, врываясь в помещение.
— Кья-а-а-а!
— Помощник Чой! Помощник Ким! Быстрее, покусайте и этих ублюдков!
В приступе безумия Оюн дико рассмеялся, ещё сильнее распахивая дверь. Но смех тут же затих. Один из мутантов искривив тело под неестественным углом, бросился на него с широко раскрытой пастью.
— Гра-а-а!
— Ч-что за хрень?! Почему ты лезешь ко мне?!
— Гр-р-рх... Гр-р-у-у...
— Меня уже укусили! Укусили, говорю!
Когда мутант подступил еще ближе, Оюн в панике вскинул руку, в попытке показать след от зубов. Но мутант, неспособный понять хоть что-либо, лишь еще сильнее возбудился.
— Кха-а-а!
— П-подожди!.. А-а-а-а!
Чудище схватило за волосы Оюна и вонзило зубы в его челюсть. По комнате разнесся влажный треск рвущейся плоти.
— Кво-о-о-а-а!
Похоже, плоти, пожранной с его лица, мутанту было недостаточно. Оно, полоснув когтями живот, вспороло Оюна, вырывая внутренние органы.
http://bllate.org/book/17880/1739748
