Е Цинъян и Лу Цзинчэн вернулись в строй и заняли свои прежние места.
Ребята ещё некоторое время потренировались чеканить строевой шаг, затем немного отдохнули, после чего инструктор Сюй начал обучать их армейскому рукопашному бою.
Этого комплекса Е Цинъян раньше не проходил. Заметив, что староста замешкался, инструктор Сюй удивлённо хмыкнул:
— Надо же, оказывается, есть вещи, которые наш староста не умеет делать. Редкое зрелище, удивительное дело!
Е Цинъян со всей скромностью ответил:
— Век живи — век учись.
— Ну, тогда учись как следует, — подбодрил его инструктор.
Е Цинъян кивнул:
— Не волнуйтесь, товарищ инструктор.
Инструктор Сюй наконец-то почувствовал себя настоящим наставником, отчего его настроение заметно улучшилось, а удары стали еще четче и быстрее.
Однако его радость длилась недолго: Е Цинъян схватывал всё буквально на лету и очень быстро освоил весь комплекс. Более того, Лу Цзинчэн тоже ничуть не отставал и за пару повторений запомнил все движения.
Инструктор Сюй: «…»
Порой иметь слишком сообразительных студентов — тоже своего рода испытание. Мужчина поймал себя на весьма смешанных чувствах.
Весь остаток дня они отрабатывали боевые приемы, а вечером инструктор Сюй разучил со взводом несколько армейских песен. После весёлой музыкальной дуэли со второй ротой очередной день военных сборов подошёл к концу.
Вернувшись в жилой блок, Е Цинъян почувствовал лёгкую ломоту в плечах и слегка похлопал себя по ним. В этот момент на его телефон пришло уведомление в WeChat от Чжан Е.
Текст сообщения был предельно краток: парень умолял Е Цинъяна помочь ему заправить одеяло.
Чжан Е даже прикрепил забавный стикер с тигром, молящим о пощаде на коленях: [Пожалуйста, великий мастер, спаси-помоги!]
Е Цинъян с улыбкой напечатал отказ: [Душой я с тобой, да руки коротки. Увы, я не паук с восемью лапами!]
Чжан Е: [Стикер: Тигр роняет горькие слёзы]
Е Цинъян: [Стикер: Дружески глажу по голове]
Лу Цзинчэн, который во время обеда из-за своей привередливости почти ничего не поел, к вечеру изрядно проголодался. Он поднялся со своего места, подошёл к Е Цинъяну и спросил:
— У тебя осталось что-нибудь перекусить?
— Проголодался? — прямо спросил Е Цинъян.
Лу Цзинчэн до последнего держал марку:
— Вовсе нет. Просто заняться нечем.
Е Цинъян не стал его разоблачать. Он открыл свой чемодан и достал оттуда ветчину и маринованные яйца:
— Будешь есть так или сделать тебе бутерброд с лепёшкой?
— У тебя ещё и лепёшки с собой?! — Лу Цзинчэн был искренне потрясен.
— Это гуокуй, — Е Цинъян выудил из чемодана плотный пакет. — Очень вкусные.
(Гуокуй — традиционная китайская толстая лепёшка из пресного или дрожжевого теста, запеченная в специальной печи. Часто подаётся с различными сытными начинками. )
Лу Цзинчэн, который в жизни не пробовал уличные лепёшки гуокуй, с подозрением посмотрел на угощение: «Правда? Что-то не верится».
Спустя две минуты Лу Цзинчэн уже сидел рядышком с Е Цинъяном, с аппетитом уплетал лепёшку, щедро смазанную острым соусом чили, с начинкой из ветчины и яйца, и от всей души думал: «Какая же вкуснотища!»
Сидевший на противоположной кровати Дун Юй шумно сглотнул слюну:
— Эм, Е Цинъян… А можно мне тоже порцию?
— Лепешка — два юаня, сосиска и яйцо — по юаню, соус — тоже юань. Итого пять юаней. Будешь брать?
Дун Юй интенсивно закивал и тут же перевёл ему по WeChat пять юаней.
Остальные ребята в комнате тоже оживились:
— Мне тоже сделай, пожалуйста!
— И мне!
— И про меня не забудь!
…
В итоге вечер перерос в спонтанное коллективное застолье. Парни с удовольствием жевали лепёшки и с глубоким уважением косились на Е Цинъяна, чей чемодан казался бездонным волшебным сундуком.
Этот парень определённо стал душой их комнаты, без которого теперь невозможно было представить их быт!
Закончив с поздним ужином, ребята отправились в умывальник. Вернувшись, Е Цинъян совершенно естественно забрался на второй ярус к Лу Цзинчэну, чтобы закрепить их импровизированную шторку.
Сидевший внизу Чжан Фэн с усмешкой подразнил их:
— И зачем вы постоянно вешаете эту штуку? Прячете от нас свой мир для двоих?
Лу Цзинчэн, который как раз собирался забираться наверх, на секунду замер. Его уши неудержимо запылали от смущения.
Он так и знал! Тайные помыслы Е Цинъяна рано или поздно должны были выплыть наружу. А всё потому, что этот парень совершенно не умеет скромничать!
Всё делает напоказ!
Устраивает целое представление!
Будто мечтает раструбить о своих чувствах на весь белый свет!
Однако Е Цинъян лишь весело высунул голову из-за шторки и с улыбкой спросил:
— А что, завидно?
— Вовсе нет, я ничего такого не имел в виду, не выдумывай! — поспешно открестился Чжан Фэн. — С чего бы мне мешать вашему уединению?
— Вот именно, — подал голос Ли Лань, застилая свою кровать. — За подглядывание за императором и его фаворитом в опочивальне можно и глаз лишиться! Чжан Фэн, тебе твои глаза больше не нужны?
— Всё, я молчу и ложусь спать! — со смехом выпалил Чжан Фэн и тут же растянулся на подушке.
Ли Лань весело расхохотался, а Бай Лэ лишь сокрушенно вздохнул.
Чэнь Вэй посмотрел на замершего у лестницы Лу Цзинчэна:
— Ты чего топчешься внизу? Не заставляй свою любимую наложницу скучать в одиночестве.
Лу Цзинчэн: !!!
Лу Цзинчэн подумал, что его соседи по комнате один за другим окончательно потеряли всякий стыд!
Только и делают, что подыгрывают Е Цинъяну и помогают ему завоёвывать его расположение!
Чья это вообще империя?
Почему кажется, будто здесь всем заправляет Е Цинъян?!
Неужели его великое государство Да Цзин стоит на грани краха?!
— Тебе-то какое дело! — огрызнулся Лу Цзинчэн, одарил Чэнь Вэя свирепым взглядом и быстро поднялся на верхнюю койку.
Е Цинъян уже переоделся в пижаму и лежал под одеялом. Лу Цзинчэн посмотрел на него: из-под одеяла торчала только аккуратная голова, отчего парень действительно до боли напоминал наложниц из тех исторических сериалов про дворцовые интриги, которые от скуки любила смотреть его мама. Таких же привели в покои и подготовили к визиту императора.
Слишком уж послушный.
Прямо как беззащитная рыбка на разделочной доске — делай с ней что хочешь! Полностью отдаёт себя на милость победителя.
Лу Цзинчэн, чувствуя, как его былая уверенность куда-то улетучивается, быстро переоделся и молча лег рядом.
Стоило ему устроиться, как в жилом блоке погас свет.
Е Цинъян по привычке отодвинулся ближе к стене, чтобы освободить побольше места и не теснить Лу Цзинчэна.
Однако сегодня его плечи продолжали ныть от непривычной нагрузки, поэтому он снова поднял руку, пытаясь самостоятельно помассировать затекшие мышцы.
Заметив это движение в темноте, Лу Цзинчэн насторожился:
— Ты что делаешь?
«Ложись и спи нормально!
Не смей меня обнимать!
Когда ты делал это во сне, я еще закрывал на это глаза!
Но сейчас-то я не сплю!
И ты вот так сразу тянешь ко мне руки?!
Какая поразительная дерзость!
Какое неуважение к личным границам!
Просто уму непостижимо!
Откуда только смелости набрался?!»
Е Цинъян, продолжая разминать правое плечо, тихо объяснил:
— Да плечо что-то разнылось, пытаюсь немного помассировать.
— Плечо болит? — удивился Лу Цзинчэн. — С чего бы это вдруг?
— Похоже на переутомление мышц, — спокойно ответил Е Цинъян.
В его прошлой жизни у него самого таких проблем не возникало, но вот его мама регулярно страдала от подобных болей и часто ходила на сеансы к массажистам, так что Е Цинъян особо не переживал. Обычное дело, ничего страшного.
Но Лу Цзинчэну от слова «переутомление» стало искренне жаль парня.
Такой молодой, а уже мучается с мышцами!
Он ведь не замечал, чтобы Е Цинъян сутками напролёт сидел за учебниками или строчил тоннами контрольные работы. Неужели… его так нагружают дома?
Ну конечно! Лу Цзинчэн вспомнил, в каких условиях живет староста: тётка не даёт ему ни юаня на карманные расходы, парню приходится самому крутиться и продавать товары в интернете, чтобы заработать хоть копейку. Наверняка дома эта родственница сваливает на него всю грязную работу — заставляет подметать, мыть полы, готовить, убирать посуду, а может, ещё и чай себе подавать требует!
А Е Цинъян ведь такой хрупкий, в классе даже отпор никому дать не может, куда ему противостоять взрослой женщине.
Придя к этой мысли, Лу Цзинчэн почувствовал укол возмущения. Это никуда не годится! Он сам никогда не заставлял Е Цинъяна прислуживать себе, так какое право имеет эта тётка?
Да Е Цинъяну вообще лучше съехать оттуда! Лу Цзинчэн мог бы сам выделять ему деньги на жизнь, а староста пусть просто спокойно учится и ни о чём не беспокоится.
Лу Цзинчэн посчитал эту идею просто гениальной.
Он повернулся к Е Цинъяну, собираясь озвучить свои мысли, но заметил, что тот все еще безуспешно трет плечо.
В темноте очертания фигуры были размыты, но из-за тесноты Лу Цзинчэн отчётливо чувствовал каждое его движение.
— Так сильно болит? — негромко спросил он.
— Не то чтобы сильно, просто если помассировать, становится легче.
Услышав это, Лу Цзинчэн слегка коснулся его руки:
— Повернись спиной, я разомну.
Е Цинъян на секунду удивился, но спорить не стал и тут же послушно перевернулся на бок, подставив плечи. Когда кто-то другой делает массаж, это всегда намного приятнее. Раз уж Лу Цзинчэн сам проявил инициативу, глупо было отказываться.
Лу Цзинчэн положил ладони на его плечи и аккуратно сжал пальцы:
— Так?
— Чуть левее… Ага, теперь немного ниже… Да-да, вот здесь. Лу-гэ, можно немного посильнее.
Лу Цзинчэн увеличил нажим.
Е Цинъян блаженно зажмурился, наслаждаясь моментом.
Лу Цзинчэн неторопливо разминал ему мышцы и тихо спросил:
— Ну как, легче?
— Угу, — отозвался Е Цинъян и с благодарностью добавил: — Лу-гэ, ты лучший.
Лу Цзинчэн довольно хмыкнул, подумав: «Ещё бы! Кто ещё, кроме тебя, удостаивался такой чести от меня? Я к тебе действительно лучше всех отношусь!»
Ощущая ладонями тепло чужого тела, он вернулся к своим недавним мыслям и предложил:
— Е Цинъян, может, тебе стоит съехать от родственников и жить отдельно?
— Да нет, не нужно, — отказался Е Цинъян. — Мне и там вполне нормально.
— Да что там может быть нормального? — фыркнул Лу Цзинчэн. — Вот если съедешь, тогда действительно будет нормально.
Е Цинъян приоткрыл глаза и попытался вглядеться в лицо парня. В темноте ничего не было видно, но он чувствовал, что Лу Цзинчэн внимательно смотрит на него.
— В этом нет никакой необходимости, — мягко ответил Е Цинъян. — Снимать жильё — это лишние расходы, а у меня сейчас каждая копейка на счету.
— Я могу дать тебе денег.
Е Цинъян тихо рассмеялся:
— Ты мне и так уже одолжил приличную сумму, забыл? Я не хочу злоупотреблять твоей добротой и тратить твои деньги на то, без чего вполне можно обойтись.
Он попытался вразумить друга:
— Правда, не стоит. Если мне действительно срочно понадобятся деньги, я обязательно попрошу у тебя взаймы. Но сейчас в этом нет нужды, и я не хочу влезать в долги ради каприза.
Видя такую непреклонность, Лу Цзинчэн не стал настаивать.
Однако мысль о том, что Е Цинъяну нужно помочь выбраться из этого дома, прочно засела в его голове. Жить самостоятельно всяко лучше, чем зависеть от чужих людей.
Но как убедить этого упрямца принять помощь?
Лу Цзинчэн всерьёз призадумался.
Под мерные и умелые движения чужих рук Е Цинъян окончательно расслабился, и его начало клонить в сон.
Он перевернулся на другой бок, и Лу Цзинчэн убрал ладони. Староста сонно пробормотал:
— Всё, Лу-гэ, отдыхай, уже совсем не болит. Спасибо тебе большое, давай спать.
— Ладно, — буркнул Лу Цзинчэн.
Он убрал руки, но внезапно почувствовал, что совершенно не знает, куда их пристроить — в любом положении было неудобно. В конце концов, он не нашёл ничего лучше, как просто положить ладонь на талию Е Цинъяна.
Тот даже не заметил этого движения и мгновенно провалился в глубокий сон.
Слушая его ровное, спокойное дыхание, Лу Цзинчэн вдруг поймал себя на том, что его сердце почему-то забилось чуть быстрее.
Ощущая чужое тепло, он медленно, сантиметр за сантиметром, придвинулся ближе и осторожно обнял спящего парня.
«Кровать слишком узкая, — мысленно оправдался Лу Цзинчэн. — Е Цинъян спит беспокойно. Если я его не зафиксирую, он посреди ночи чего доброго спихнет меня на пол. А это будет крайне неприятно!»
Найдя для себя вполне логичное и железобетонное объяснение, Лу Цзинчэн со спокойной совестью прижал к себе парня и даже тихонько, шутя, ткнул пальцем его щеку.
«А кожа-то мягкая», — подумал он.
Наконец, обнимая своего старосту, он с чувством полного удовлетворения закрыл глаза и уснул.
---
На следующее утро, едва начав просыпаться, Е Цинъян сладко потянулся. Спросонья он случайно задел губами что-то твёрдое. Окончательно открыв глаза, он с удивлением обнаружил, что уткнулся лицом прямо в подбородок Лу Цзинчэна.
Е Цинъян тут же резко отпрянул назад.
Вот он, главный минус узкой кровати — парни спали слишком близко друг к другу, за ночь неизбежно сплетались в объятиях, и в итоге можно было запросто угодить в такую двусмысленную ситуацию.
Впрочем, Е Цинъян не стал делать из этого трагедию. Он быстро выключил будильник, аккуратно высвободил свою руку из хватки Лу Цзинчэна и попытался тихонько сползти с постели.
Однако Лу Цзинчэн, не размыкая глаз, тут же перехватил его запястье и снова притянул парня к себе, сонно и недовольно проворчал:
— Куда тебя несёт?
Е Цинъян лишь улыбнулся:
— Ваше Величество, пора собираться на утренний смотр.
— Опять?
— Именно так, Сиятельный государь. Вы пока отдыхайте, а я пойду принесу горячей воды для умывания.
Только после этого Лу Цзинчэн неохотно разжал пальцы, перевернулся на другой бок и снова затих.
Е Цинъян быстро поднялся, привёл себя в порядок, принёс полный таз тёплой воды для Лу Цзинчэна и вернулся в комнату, чтобы окончательно растолкать друга.
На этот раз Лу Цзинчэн проявил завидную сознательность: он обошелся без долгих уговоров, самостоятельно оделся и быстро умылся.
— Наш государь делает поразительные успехи, сердце старого министра преисполнено гордости! — шутливо провозгласил Чэнь Вэй.
Ли Лань подхватил шутку:
— А всё потому, что наша дражайшая фаворитка знает толк в воспитании!
Лу Цзинчэн чуть не поперхнулся водой, которой полоскал рот, и свирепо зыркнул на шутников:
— А ну завалите рты!
Ли Лань понимающе улыбнулся и демонстративно сделал жест, будто застегивает рот на молнию.
Утренние занятия по традиции начались с пробежки по плацу. Лу Цзинчэн размеренно бежал в строю, но все его мысли по-прежнему были заняты проблемой Е Цинъяна.
«Как же вытащить этого недотепу из его семейного болота?»
Он перебрал в голове кучу вариантов, но ни один не казался идеальным.
Во время обеденного перерыва, дождавшись, пока Е Цинъян уйдёт на плац практиковаться в заправлении одеял, Лу Цзинчэн достал телефон, зашёл на школьный форум и создал новую тему.
Заголовок:
«Как заставить человека принять от тебя материальную помощь без лишних разговоров?»
Текст поста: «У меня есть один знакомый. У этого знакомого есть близкий друг, у которого туго с деньгами и жилищные условия оставляют желать лучшего. Знакомый хочет помочь товарищу, хотя бы оплатить ему нормальное жилье. Но тот наотрез отказывается от финансовой помощи. Подскажите, как сделать так, чтобы друг со спокойной душой и без лишней гордости согласился принять деньги?»
[1-й комментарий:] «Автор, колись, этот "знакомый" — ты сам? Классика: "у меня есть друг"!»
> Ответ пользователя "Далу Чаотянь" (Лу Цзинчэн) 1-му: «Мимо!»
[2-й комментарий:] «В яблочко!»
> Ответ пользователя "Далу Чаотянь" 2-му: «Промах!»
[3-й комментарий:] «Народ, хорош стебаться, давайте по делу. Автор, схема старая как мир: пусть этот друг начнет подтягивать твоего "знакомого" по какому-нибудь предмету. Оформи это как оплату услуг репетитора, и дело в шляпе. Деньги будут выглядеть честно заработанными».
[4-й комментарий:] «Плюсую к третьему, дельный совет».
[5-й комментарий:] «Согласен, рабочий вариант».
> Ответ пользователя "Далу Чаотянь" 3-му: «Не сработает. У этого друга успеваемость ещё хуже, чем у самого знакомого. Вариант с репетиторством отпадает сразу, это будет слишком очевидно.»
[6-й комментарий:] «Оу, а я-то думал, тут история про гордого, но бедного отличника. А тут у нас, оказывается, союз двух двоечников… Ну тогда даже не знаю…»
[7-й комментарий:] «Да уж, если он сам учится на двойки, предлагать ему роль репетитора — это слишком палевно».
[8-й комментарий:] «Автор, ну тогда подгони ему какую-нибудь непыльную подработку. Пусть сам заработает».
[9-й комментарий:] «Полностью поддерживаю. Людям с обостренным чувством собственного достоинства нельзя просто так давать деньги — это их ранит. А вот предложить хорошую вакансию — отличный выход».
> Ответ пользователя "Далу Чаотянь" 6-му: «И что, что двоечник? Тебе-то какое дело, чьи оценки лучше!»
> Ответ пользователя "Далу Чаотянь" 8-му: «Тоже не вариант. Он и так с трудом тянет программу, если сейчас ещё и работать пойдёт, то про подготовку к выпускным экзаменам можно вообще забыть».
…
[30-й комментарий:] «Работа не подходит, репетиторство не катит… Слушай, автор, забей ты на это дело».
[31-й комментарий:] «У меня одной ощущение, что автор просто неравнодушен к своему "другу"? Столько суеты ради обычного приятеля. Тот отказывается, а автор расшибается в лепёшку, лишь бы всучить ему свои деньги».
[32-й комментарий:] «Автор, а тебе случайно новые друзья не нужны? Я как раз на мели, готов принять любую помощь!»
[33-й комментарий:] «Я тоже учусь не очень, автор, посмотри на меня! Могу стать твоим верным бро. Обещаю: никаких комплексов и гордости, возьму столько, сколько дашь».
[34-й комментарий:] «О, новый шип! Я уже мысленно их шипперю».
[35-й комментарий:] «Зашел почитать тему про долги и финансы, а попал на очередную романтическую драму. В наши дни одиноким людям вообще в интернет заходить противопоказано, всюду эти милости!»
Лу Цзинчэн: ?????
Он читал ответы, и у него округлились глаза. Народец в их школе вообще умом повредился? Это Е Цинъян по нему сохнет, Е Цинъян, ясно вам?! С чего они взяли, что это он, Лу Цзинчэн, влюбился?
Что за бред они несут?
Откуда столько фантазии?
Что за глупые домыслы?
Размечтались тут!
> Далу Чаотянь: «Вы можете отвечать строго по теме?! В старшей школе любые романтические отношения запрещены уставом!!! Между мной и моим другом исключительно чистая, крепкая мужская дружба и ничего лишнего!»
http://bllate.org/book/17838/1708476
