ГЛАВА 34. ПУТЬ УЧЕНИКА
Тишину, повисшую в зале ожидания, нарушил едва слышный стон. Следом раздался взволнованный голос женщины:
— Дорогой, ты очнулся?! О боже, как ты себя чувствуешь?
Мужчина пришёл в себя не сразу — сознание возвращалось к нему медленными, тягучими толчками. Спустя пару минут, опираясь на руки жены, он сумел приподняться и сесть на скамью. Лицо его всё ещё оставалось бледным, но дыхание выровнялось, а взгляд прояснился.
— Что… что произошло? — слабо спросил он.
Представитель авиакомпании, убедившись, что пассажиру больше ничего не угрожает, вежливо разогнал толпу любопытных. Проявив профессиональную учтивость, он задал пару дежурных вопросов о самочувствии и, получив заверения, что всё в порядке, торопливо удалился, цокая каблуками по кафелю.
Линь Фэн не спешил уходить: в голове пациента всё ещё оставались его драгоценные серебряные иглы.
— Благодарю вас, молодой человек, — мужчина повернулся к Линь Фэну, в его голосе звучала искренняя признательность. — Жена сказала, что это вы меня спасли.
Линь Фэн лишь скромно улыбнулся:
— Пустяки. Позвольте, я сейчас сниму иглы.
Только в этот момент мужчина осознал, что из его затылка и макушки торчат тонкие металлические стержни. Он послушно замер, пока Линь Фэн ловкими, отточенными движениями извлекал инструменты и укладывал их в футляр. В какой-то момент спасённого осенило.
— Вы… вы врач китайской медицины? — поспешно спросил он.
Линь Фэн кивнул, глядя на него с лёгким недоумением. Мужчина тут же продолжил:
— Тот обморок… из-за чего он случился?
— Тромбоз сосудов головного мозга, — ответил Линь Фэн. — Неужели вы не знали о своём диагнозе? Судя по пульсу, вы уже принимали препараты, сдерживающие болезнь, верно?
Чжан Годун застыл, глядя на юношу. Его жена, сидевшая рядом, вздрогнула и прикрыла рот ладонью от изумления. Линь Фэн, будучи человеком сообразительным, мгновенно понял причину их шока, но лишь смущённо почесал затылок.
— Может… мне выписать вам рецепт? — предложил он, чтобы разрядить обстановку.
Шок супругов был оправдан. Линь Фэн не просто оказался молодым специалистом — он продемонстрировал мастерство, граничащее с чудом. Купировать острый приступ тромбоза без скальпеля, без операционной, используя лишь набор игл… Такого уровня врачей в стране можно было пересчитать по пальцам, и называли их Мастерами с большой буквы.
А перед ними стоял юноша, которому едва исполнилось двадцать.
Чжан Годун за свою жизнь обошёл немало клиник. Он консультировался у светил западной медицины, именитых травников и даже у народных целителей, чьи рецепты порой граничили с абсурдом. Никто не давал гарантий. И вот теперь, когда смерть уже занесла над ним косу, этот парень вернул его к жизни одной лишь акупунктурой. Если бы Чжан Годуну об этом просто рассказали, он бы рассмеялся в лицо рассказчику. Но сейчас его собственное тело служило лучшим доказательством.
— Можно… вы правда можете это сделать? — голос мужчины дрогнул от волнения.
Его жена тут же выхватила из сумочки блокнот и ручку, которые всегда носила с собой на случай экстренных записей, и с надеждой протянула Линь Фэну.
На первом листке Линь Фэн набросал диету и рекомендации по образу жизни, на втором — подробный рецепт. Возвращая блокнот, он строго предупредил:
— Не меняйте состав и дозировку. Особенно это касается женьшеня. Пятилетнего корня будет вполне достаточно. Не думайте, что чем старше корень, тем лучше он поможет в вашем случае. Излишняя стимуляция сейчас только навредит.
Женщина слушала его, затаив дыхание, боясь пропустить хоть слово. Аккуратно спрятав листки в сумку, она посмотрела на мужа.
— Меня зовут Чжан Годун, — представился мужчина. — Позвольте узнать ваше имя, Мастер?
— Линь Фэн. И, пожалуйста, дядя, зовите меня просто по имени. До «Мастера» мне ещё далеко.
В этот момент снаружи послышался вой сирены скорой помощи. Чжан Годун порывался отказаться от госпитализации, считая, что чувствует себя прекрасно, но Линь Фэн настоял:
— Вам лучше поехать. В вашем состоянии перелёты сейчас категорически противопоказаны. Пройдите обследование.
Против совета «Мастера Линя» Чжан Годун возражать не стал:
— Вы правы, я веду себя легкомысленно. Благодарю за совет.
Линь Фэн с некоторым удивлением посмотрел на визитку, которую ему всучили перед отъездом. На ней не было должностей или регалий — только имя и номер телефона. Личный контакт. Чжан Годун намеренно не стал предлагать деньги за спасение: связи с врачом такого уровня ценились куда дороже любых гонораров. Жизнь — слишком ценная штука, чтобы упускать шанс заручиться поддержкой таланта.
— О? А ты… — Линь Фэн обернулся и наткнулся на того самого молодого человека, который первым признал в нём знатока народной медицины. — Извини, я совсем забыл про тебя. Кажется, ты мне помогал?
— Здравствуйте. Меня зовут Гуань Цзу.
Линь Фэн невольно поморщился от того, с каким почтением парень произнёс «вы». По виду Гуань Цзу был явно старше. Неужели он долго жил за границей и путает формы обращения? Впрочем, дело было в другом. Он буквально светился от фанатичного восторга.
— Мастер Линь… Я слышал, как вы назвали имя. Позвольте мне так вас называть. Я и не надеялся встретить вас снова! После того случая в поезде я понял, что мой путь — это китайская медицина. Я даже напросился в помощники к нашему завотделению, чтобы попасть на лекцию по восточным практикам… Какое счастье, что я здесь оказался!
Линь Фэн стал выглядеть глубоко безразличным, но воодушевлённый Гуань Цзу этого не замечал.
— Послушай, у меня скоро рейс, мне пора, — Линь Фэн попытался уйти, но Гуань Цзу выпалил то, ради чего, собственно, и стоял здесь:
— Мастер Линь! Можно мне стать вашим учеником?
Линь Фэн замер. Его белые кроссовки словно прилипли к полу.
— Что ты сказал? — переспросил он, не веря своим ушам.
— Я хочу учиться у вас, — твердо повторил Гуань Цзу. — Увидев тогда в поезде, на что способна ваша игла, я дал себе клятву: если судьба сведёт нас снова, я брошу всё ради этой науки.
Внешне Линь Фэн оставался холоден, но внутри он был поражён. Перед ним стоял дипломированный врач, интерн престижной клиники. И этот человек был готов оставить «железный кусок хлеба», стабильную карьеру и годы обучения в университете ради туманных перспектив ученичества у самоучки.
— Ты шутишь? — Линь Фэн решил воззвать к его разуму. — Я всего лишь студент колледжа. Учёба у меня не принесёт тебе ни дипломов, ни статуса, ни денег.
— Знания — вот мой статус, — Гуань Цзу говорил горячо, хотя плечи его заметно подрагивали от напряжения. — Раньше я думал, что живу правильно: хороший вуз, надёжная работа… Но когда я увидел магию ваших игл, во мне словно огонь вспыхнул. Я хочу уметь так же.
Гуань Цзу понимал, насколько нелепо это выглядит со стороны. Он был старше Линь Фэна года на три, у него было превосходное западное образование. Решение пойти в подмастерья к юнцу могло разрушить всё: отношения с семьёй, карьеру, даже будущий брак. Чтобы сделать такой шаг, требовалось безумное мужество.
Линь Фэн долго всматривался в его лицо. Маска безразличия сменилась суровой серьёзностью, от которой Гуань Цзу стало неуютно, но он не отвёл взгляд.
В мире традиционной медицины преемственность — святое дело. Мастер выбирает ученика не по оценкам, а по духу, таланту и, прежде всего, по чистоте помыслов. Тот, кто учится у тебя, становится твоим лицом. Если он совершит ошибку или подлость — позор падёт на учителя.
— Сейчас я не могу принять тебя, — произнёс Линь Фэн.
Сердце Гуань Цзу едва не выпрыгнуло из груди от разочарования, но Линь Фэн добавил:
— Я тебя совсем не знаю. Наша первая встреча в поезде оставила у меня, скажем так, неоднозначное впечатление. Поэтому я дам тебе шанс. Побудешь какое-то время при мне «на подхвате». Будешь выполнять мелкие поручения, а я присмотрюсь к тебе. Стоит ли тебя учить и сможешь ли ты учиться — решу позже.
Гуань Цзу воодушевился. Он хотел было что-то возразить или поблагодарить, но Линь Фэн пресёк его жестом:
— И запомни главное. У меня нет школы, нет высокого положения в медицинских кругах. Я никто. Работа в большой больнице даст тебе в сто раз больше социальных благ, чем следование за мной.
— Я всё понял, Мастер! Мне плевать на блага, — Гуань Цзу сиял, как начищенный таз. — Я вернусь домой, уволюсь и сразу приеду к вам на доклад!
— Сначала подумай хорошенько, — бросил Линь Фэн уже на ходу. — Стоит ли риск того. Я ведь могу и не сделать тебя мастером.
Рейс Гуань Цзу был в семь вечера, Линь Фэна — в шесть. Несмотря на то, что им предстояло лететь разными самолётами, Гуань Цзу чувствовал себя так, будто за его спиной выросли крылья. С этого дня он начнёт новую жизнь. Пусть другие называют его дураком или сумасшедшим — ему было всё равно. Он хотел видеть, как улыбаются дети, исцелённые парой тонких игл. И если ради этого нужно будет отказаться от карьеры хирурга и шрамов на детской коже — он сделает это не раздумывая.
http://bllate.org/book/17562/1706465
Готово:
