Готовый перевод Quick Transmigration: This Host is Malicious, But Simply Beautiful / Быстрая трансмиграция: Этот хозяин злобный, но невероятно красивый: IF: Мир зверолюдей 6

Котёнок Вэнь Чжао в звериной форме, прихрамывая, приплёлся обратно в их с Ачи шатёр.

Ачи тут же приблизился, учуял тяжёлый запах Леи на Вэнь Чжао и издал короткое «Уф!».

Котёнок впервые услышал от Ачи звук, отличный от «мяу-мяу», и вздрогнул всем тельцем.

Записанный в костях кошачий инстинкт подсказал ему, что только что услышанный звук... кажется, могли издавать только тигры...

Но Ачи не дал Вэнь Чжао времени на раздумья, а лишь накрыл котёнка своим телом и снова и снова вылизывал его шёрстку, от кончиков ушей до хребта и до самого кончика хвоста, упрямо и сильно, пытаясь полностью перекрыть чужой запах.

Он быстро обнаружил, что перекрыть всё не может, потому что запах Леи прятался и в более укромных местах.

Ачи в отчаянии снова издал глухое низкое рычание.

— Братик, давай уйдём, покинем это место.

— Уйдём?

Вэнь Чжао ещё не опомнился; как это вдруг уйти?

У него ещё ноги подкашиваются!

— Этот вожак обычно не считается с твоими желаниями и использует тебя как зверя-утешителя, а теперь ещё и воспользовался моментом...

Взгляд тигра Ачи был мрачным, давление воздуха вокруг резко упало.

Если бы сейчас у него хватило сил противостоять Лее, он давно бы прикончил этого проклятого льва.

Вэнь Чжао на мгновение почувствовал укол совести и не смел даже поднять голову котёнка.

На самом деле... он был не совсем жертвой.

В последнее время ему действительно было очень тяжело, и в каком-то смысле Лея помог облегчить эти муки.

Хотя орудие Леи было пугающе нечеловеческим, ему потом тоже было приятно...

У-у, и что теперь делать? От этой мысли совесть мучала ещё сильнее.

Да чего он вообще стыдится-то! Котёнок тоже не может контролировать свои инстинкты, ясно!

— Братик, почему ты молчишь?

— Неужели ты и правда решил стать парой этого вонючего льва?

Услышав это, котёнок быстро замотал головой.

Прошлая ночь была исключением, и не каждый же день у него особые обстоятельства.

Стань он парой Леи, тот бы точно каждый день его так и этак, да так, что он бы и с места сойти не мог.

— Значит, братик, давай вместе покинем это место. И впредь тебе больше не придётся мучительно искать еду; братик должен только ждать меня в гнезде.

— Братик, наверное, тоже догадался, что я тигр. Я очень сильный охотник.

Вэнь Чжао почему-то немного боялся Ачи, да и неведомое чувство вины подталкивало, так что он мог лишь кивнуть.

Той же ночью Ачи унёс Вэнь Чжао в зубах прочь из Племени Золотых Львов, никем не замеченный.

Покинув племя, Ачи нашёл укромную маленькую каменную пещеру как жилище для себя и Вэнь Чжао.

Вэнь Чжао поначалу чуточку переживал о будущем с Ачи, но, очевидно, его тревоги были напрасны: Ачи каждый раз, выходя наружу, ловил добычу малых и средних размеров и даже приносил какие-то плоды.

Как правило, добычи за одну вылазку Ачи им хватало на несколько дней.

Обязанности Вэнь Чжао теперь состояли из «поел — спать, поспал — есть»; мягкий животик котёнка снова поплыл жирком.

Вскоре и Ачи смог превратиться в человека.

По сравнению с Леей, фигура Ачи была более поджарой и гибкой, а волосы отдавали в бурый цвет.

Вэнь Чжао, замерев, уставился на Ачи; тот поднял руку и небрежно отбросил чёлку со лба, выпрямившись, словно приглашал смотреть сколько угодно.

— Ну как, братик, Ачи тебя не разочаровал?

Он склонил голову набок, глядя на Вэнь Чжао; его глаза слегка изогнулись, а уголки губ медленно поползли вверх, обнажая кончики острых клыков.

Что значит «не разочаровал»?

О каком именно разочаровании речь!

Взгляд Вэнь Чжао невольно скользнул вниз, тут же отдёрнулся, и он шлёпнул недавно выделанной шкурой прямо по лицу Ачи.

Проклятье... проклятье...

Ачи негодяй, он вовсе не хочет этого знать!

Ачи, обмотавшись шкурой, со смехом заключил Вэнь Чжао в объятия:

— Ладно, братик, Ачи виноват.

Котёнок разозлился, и последствия были серьёзны.

Злопамятный котёнок ночью спал спиной к большому тигру, и стоило тому приблизиться, как котёнок хлестал его хвостом, будто кнутом, заставляя тигра взвывать.

Ачи находил это забавным и ничуть не сердился; он с радостью подставлялся под удары кошачьего хвоста.

Чтобы загладить вину перед Вэнь Чжао, на следующий день Ачи принёс венок, сплетённый своими руками.

Нежные белые и бледно-розовые цветы переплетались в лозах, кое-где украшенные каплями медово-жёлтых сердцевинок; венок свободно лёг на голову Вэнь Чжао, и от прикосновения уши на макушке котёнка задрожали.

Вэнь Чжао любил красивые вещи; его глаза засияли. Ачи рядом без устали нахваливал его красоту, отчего котёнок радовался ещё больше и, избалованный, заявил:

— Хм, я прощаю тебе вчерашние дразнилки.

— Да, вчера я был кругом неправ.

Ачи достал ещё и выделанное меховое одеяло, и, как подношение, расстелил его в пещере.

Вэнь Чжао потрогал его рукой — ткань была очень мягкой, очень редкая шкура.

— Ачи, где ты взял такое большое одеяло?

— Выменял у другого племени за лишнюю еду. Если так постелить, братику будет спаться помягче...

Разумеется, он выменял его у враждебного Племени Золотых Львов племени.

Он знал, что звери из Племени Золотых Львов всё время ищут Вэнь Чжао, и, конечно, не позволил бы им узнать, где они с Вэнь Чжао прячутся.

Он ещё не закончил говорить, как Вэнь Чжао уже поднял голову.

Ачи успел лишь заметить, как губы Вэнь Чжао приблизились, и в следующую секунду они оставили поцелуй в уголке его рта.

— Ачи, ты самый лучший.

Котёнок смотрел на него снизу вверх; в его фиолетовых глазах прятались маленькая радость и гордость.

— Так... братик, сегодня ночью можно мне обнять тебя, когда будем спать? — Ачи начал наглеть.

— Так и быть, скрепя сердце.

То ли из-за того, что новое меховое одеяло было слишком мягким, Вэнь Чжао стал спать дольше обычного.

Солнечный свет просачивался сквозь листву у входа в пещеру и отбрасывал тёплые блики на слегка свернувшееся тело Вэнь Чжао.

Вэнь Чжао спал очень крепко; пушистые уши на голове слегка обмякли, хвост лежал на поясе, а кожа, видневшаяся из-под меха, была белой, словно застывшее масло.

Тень скользнула, и в пещере раздался лёгкий шлепок.

За ним последовал шорох тише дыхания.

Эта тень нависла прямо над лицом Вэнь Чжао, отбросив тень.

Что-то ледяное, гладкое и с липким ощущением, от которого волоски вставали дыбом, коснулось обнажённой кожи.

Погружённый в сон котёнок нахмурился; его пальцы бессознательно сжались, но он не проснулся.

Тень продолжала двигаться вверх, круг за кругом: сковывая голень, пересекая колено, обвивая бедро.

При каждом движении раздавался лёгкий шорох трения.

Хвост позади котёнка нервно дёрнулся.

Тень остановилась.

Остановилась в ямочке на пояснице — мягкой, тёплой.

Под кожей слышалось биение пульса: стук-стук, стук-стук, словно птичка, запертая в клетке.

Котёнок помутнённо перевернулся во сне, нетерпеливо оттолкнул тень и пробормотал:

— Плохой Ачи... плохой...

Жалоба прозвучала как каприз.

К тому времени, когда Ачи вернулся, Вэнь Чжао всё ещё спал.

Ачи растолкал Вэнь Чжао и нежно сказал:

— Братик, не спи так долго, пора просыпаться и поесть.

Вэнь Чжао только тогда открыл глаза и зевнул с видом невыспавшегося.

— Ачи, ты только что вернулся?

— Угу.

Разве?

Вэнь Чжао нахмурился; ему показалось, что Ачи возвращался в середине дня.

Может, приснилось?

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: идёт перевод

http://bllate.org/book/17308/1619555