— Х-хы... м-м-м...
Я крепко зажмурился и мычал, чувствуя, как его язык втягивает, тянет мой собственный.
Тэшин не ограничился поцелуем. Пока его язык хозяйничал у меня во рту, его ладони уже вовсю мяли мои обнаженные ягодицы. Он с силой развел их в стороны, и я почувствовал, как пальцы начали методично исследовать самое сокровенное: то поглаживая, то резко толкаясь внутрь. Ощущение было настолько диким, что я попытался отстраниться, но он тут же разорвал поцелуй и повалил меня на бок.
Когда я открыл глаза, которые зажмурил так сильно, что веки заболели, то оказался лежащим под ним. Тэшин дотянулся до тумбочки и достал флакон. Лубрикант. Не заботясь о том, что простыни безнадежно промокнут, он щедро залил гелем и меня, и себя. Его ладони, ставшие скользкими, размазали прохладную массу по моим бедрам, а затем пальцы принялись за дело всерьез, ввинчиваясь в узкое кольцо мышц.
— А-а... гх...
Лежать перед Квон Тэшином, раздвинув ноги, было так странно и стыдно. Я ни разу в жизни не принимал такую позу перед кем-то.
Волна жгучего стыда заставила меня натянуть простыню на лицо. Я уткнулся головой в подушку, пытаясь спрятаться от этого позора, но, как ни странно, от этого удовольствие стало только острее. Стоило Тэшину обхватить мой член скользкой от геля рукой, как я мгновенно оказался на грани.
— Ах, а-а-ах!..
Я кончил почти сразу. Почувствовал, как дернулось основание, член затрепетал и из крошечного отверстия брызнула сперма. Горячие капли рассыпались по животу. Тэшин, не теряя времени, размазал их ладонью и буквально сложил меня пополам.
— О-ох...
С этим звуком, похожим на хрип раздавленной лягушки, я уставился на него снизу вверх. Тэшин, словно специально демонстрируя мне весь процесс, бесцеремонно отодвинул мои яички в сторону. Я и так чувствовал, что сзади становится слишком тесно, но только сейчас понял, что внутри уже два пальца. Он двигал ими в бешеном ритме, как поршнем, и мои ноги, задранные в воздух, мелко подрагивали при каждом толчке. Это пугало — тело больше мне не подчинялось.
Я до боли стиснул зубы, а потом выдохнул:
— Б-быстрее...
Это чувство беспомощности и чужеродности собственного тела было невыносимым. Мне хотелось, чтобы всё это поскорее закончилось, и я сам, на свою голову, попросил его:
— Вставляйте скорее.
Увидев мое побледневшее лицо и услышав просьбу, он прищурился. В его взгляде промелькнуло нечто холодное, почти ледяное, хотя губы тронула улыбка.
— М-м... Надо, чтобы входило хотя бы три пальца.
— Я... я не выдержу, просто... просто делайте...
Видимо, он истолковал мою мольбу по-своему. Усмехнувшись, Тэшин уперся одним коленом в матрас и пристроил свой эрегированный член между моих широко разведенных ног. Даже простого прикосновения к коже хватило, чтобы я ощутил исходящий от него жар и пугающую тяжесть. Натянув презерватив, он прижал головку к самому входу.
— Вы сказали, что у вас это впервые с мужчиной, поэтому я хотел помягче...
— М-м-м...
— Но вы сами попросили.
С этими словами он подался вперед, наваливаясь всем весом. Его плоть начала медленно, неумолимо входить в меня.
— А-а-а!..
В ту же секунду до меня дошло, какую чудовищную ошибку я совершил. В голове эхом отозвались слова Джэёна, который клялся, что раздвинет ноги перед Тэшином при первой возможности:
«Говорят, у него там всё просто огромное».
— А-ах!..
«Вдруг тебе поплохеет после такого?».
— А-а-а-ах!..
От того, что он вставил только головку, дырочка растянулась до предела, и мне показалось, что она вот-вот порвется. Узкий таз отчаянно ныл, а пальцы ног судорожно забились в воздухе. Внутри всё похолодело от предчувствия надвигающейся катастрофы. Казалось, от одного его веса у меня сейчас переломится позвоночник. Я замахал руками, пытаясь нащупать опору.
— По... подождите. Секунду...
Кое-как упершись локтями в кровать, я попытался выскользнуть, отодвинуться назад.
— Мне кажется... это плохая идея.
Проигнорировав мои слова, он железной хваткой вцепился в мои бедра. Мое тело, едва приподнявшееся, тут же потащило обратно, простыни под спиной смялись в ком. Я в панике забил руками и ногами:
— Н-нет, я не смогу! Не смогу, господин Тэшин!
Я снова попытался приподняться, но тщетно. Он зафиксировал меня в нужном положении и уставился прямо в глаза — холодный, пронзительный взгляд наткнулся на мои дрожащие от страха веки.
— Почему это «не смогу»?
— Будет... будет плохо.
— С чего бы?
— Если такая... такая штука окажется внутри меня, это плохо кончится!
Он лишь усмехнулся на мои слова.
— Всем остальным это очень даже нравилось.
Его улыбка стала жестокой и пугающе самоуверенной.
— Наоборот, умоляли не останавливаться...
Его лицо оказалось совсем близко. Напрягая мышцы пресса, он навалился на меня и, не разрывая зрительного контакта, резко толкнул бедрами вверх.
Толк!
От неожиданности я широко раскрыл рот и сорвался на крик:
— А-а-а!
Он вогнал свой член со всей силы, но тот вошёл далеко не полностью. Тем не менее, ощущение было такое, будто меня расщепило пополам. Я принялся колотить его по плечам и груди, отбиваясь.
— А-а!.. Нет! Нет! Я не могу!
Его, видимо, раздражало мое поведение, потому что он нахмурился, схватил меня за обе руки и прижал их к кровати. В один миг оказавшись под ним, я был просто в ужасе. Ноги мои были зажаты между его бедер, пах насажен на его член, я не мог пошевелиться. Только губами шевелил, глядя на него снизу вверх с выражением ужаса на лице.
Глядя на меня сверху вниз, он слегка поморщился. Похоже, ему тоже было трудно входить в такое узкое отверстие. Но отступать он не собирался. Не то чтобы улыбаясь, скорее кривя нос, он проговорил, словно из носа:
— Чего это вы всё не можете? Деньги-то получили.
— А... хы...
Его глаза стали совсем черными, зрачки расширились, поглотив радужку. В них светилось странное, пугающее удовольствие.
— Авансом.
— А-а-ах!
Он еще раз навалился всем весом, и на этот раз преграда окончательно сдалась — он вошёл до основания. Я выгнулся дугой, жадно хватая ртом воздух, как человек, получивший удар ножом. Тэшин припал губами к моей обнаженной груди, издав низкий, гортанный стон. Он выдохнул горячий воздух прямо на мой вставший сосок и негромко хмыкнул.
— Хотел спросить, возможен ли возврат...
— ...
— Но вот незадача — я уже вскрыл упаковку.
Верно. Раз уж он уже взял меня, отступать поздно.
Вместо ответа я крепко зажмурился. Я чувствовал, как слезы катятся из-под век, но его это не волновало. Ему явно было тяжело двигаться внутри. Он несколько раз замирал, но не прекращал попыток. Терпеливо дождавшись, пока мои внутренности хоть немного привыкнут к его объему, он начал мерно двигать бедрами. то был сигнал к началу долгой и мучительной ночи.
***
— Это вы писали мне в «Тангыне»?
*Корейский аналог «Авито».
Услышав заветную фразу, я обернулся. У входа в метро стояла молодая девушка с небольшим бумажным пакетом в руках.
— Да. Вы принесли телефон?
Отойдя в сторону от людского потока, я заглянул в пакет. Внутри лежал смартфон последней модели. Хоть и подержанный, состояние было идеальным — почти как из магазина. Я проверил, всё ли работает, и кивнул.
— Отлично, я беру.
— Тогда я продиктую номер счета.
Девушка уже приготовилась диктовать, но я покачал головой.
— Я наличными принес. Вы не против?
Она ответила, что всё в порядке, хотя по её лицу было видно: носить с собой несколько сотен тысяч вон наличкой — дело странное. Когда я протянул ей тот самый белый конверт, полученный от Тэшина, она с легким недоумением принялась пересчитывать купюры.
Там были пятидесятитысячные банкноты, так что проверка не заняла много времени. Девушка удовлетворенно убрала конверт и попрощалась:
— Сумма верная. Спасибо за сделку, всего доброго!
— И вам спасибо. До свидания.
Когда мы разошлись, на душе стало легче. Легче — в смысле настроения, потому что физически я ковылял, как человек с переломанными ногами. Последствия той ночи с Квон Тэшином всё ещё давали о себе знать. К счастью, обошлось без серьезных травм, но тело ныло так, будто меня переехал грузовик. Особенно болело в том месте, о котором даже думать было неловко, так что походка у меня была весьма специфической.
Кое-как добравшись до магазина подержанной бытовой техники, мимо которого я часто проходил, я купил стиральную машину. Старая постоянно барахлила и глохла на середине цикла. Я выбрал обычную модель с вертикальной загрузкой — б/у вариант обошелся совсем дешево.
После покупки телефона и стиралки конверт опустел. Но денег как раз хватало на то, чтобы сводить младших в ресторан с безлимитным мясом. Мы договорились встретиться там, и я, превозмогая боль, поплелся к назначенному месту.
— Оппа, мы здесь! — закричала младшая, едва я переступил порог.
Они уже сидели за столом. Я подошел и грузно опустился на стул.
— Могли бы начать и без меня.
— Да мы сами только пришли, — отозвалась сестренка.
Я перевел взгляд на сред. В отличие от младшей, в нем уже вовсю чувствовался будущий мужчина — ученик второго класса старшей школы. Он вымахал почти с меня ростом, так что относиться к нему как к ребенку было уже сложно.
— Вонхо, тебе же заниматься надо, я тебя не сильно отвлекаю?
Брат покачал правой:
— Нет, белок тоже нужен для работы мозга.
— Вот и отлично. Давайте сегодня наедимся до отвала.
Я принес мясо, Вонён — закуски, а Вонхо — воду и приборы. Быстро накрыв на стол, я заказал лимонад и — впервые за долгое время — пиво. С тех пор как цены подскочили, я не позволял себе заказывать алкоголь в заведениях.
— Так, тут нужно заказывать основное блюдо отдельно. Что будете? Твенджан-ччигэ? Холодную лапшу? Или острую?
— Да мы еще мясо не начали жарить!
— Ладно, съедим мясо, а там посмотрим.
Глядя на то, как брат и сестра настроились забивать желудки исключительно мясом, я лишь горько усмехнулся про себя. А перед тем как начать жарку, я протянул младшей пакет.
— Держи.
— Это что?
Сестренка, которая до этого грызла палочки, вытащила телефон и вытаращила глаза.
— Ого... Это же новая модель!
— Не радуйся так сильно, он подержанный.
— Да он выглядит как новенький! Ва-а-а!
Она издала восторженный вопль, выронив палочки на пол. Пока она, не замечая ничего вокруг, рассматривала подарок, Вонхо лишь цыкнул, но молча поднял палочки и заменил их чистыми.
— Оппа! Я так о нем мечтала! Правда-правда, очень-очень сильно!
Глядя на её счастливое лицо, я чувствовал гордость, но в то же время меня грызла совесть: почему я не сделал этого раньше? Если бы у нас были хоть какие-то лишние деньги... Но сейчас не время сорить деньгами. Вонхо метит в медицинский, и чтобы обеспечить ему учебу, мне нужно копить. Конечно, всё, что я могу — это оплатить курсы или репетиторов, но я хотел выложиться на максимум в пределах своих возможностей.
Я почувствовал на себе пристальный взгляд и обернулся. Вонхо, нахмурившись, переводил взгляд с сестры на меня. У него самого телефон был старым, и я виновато произнес:
— Вонхо, тебе купим новый, когда поступишь в университет.
— Да я не об этом. Мне сейчас телефон вообще не нужен, я только учусь.
— Спасибо за понимание.
— Мне просто интересно, откуда у тебя вдруг взялись деньги на такой смартфон?
Он попал не в бровь, а в глаз. Я внутренне вздрогнул.
— По-подержанный же, подержанный.
Я старался говорить непринужденно, мол, стоит копейки, но Вонхо не унимался. Он с беспокойством указал на мою странную походку, которая не менялась уже несколько дней.
— Тебя кто-то побил? Ты получил компенсацию за драку?
— Нет, конечно.
— Тогда почему ты в больницу не идешь?
— Просто мышцы потянул, зачем мне врач? Всё со мной нормально, не переживай.
Видимо, он решил, что мне прилетело от какого-нибудь пьяного клиента в клубе и я вытряс из него «отступные». Версия была складной, но далекой от истины.
Я быстро выложил мясо на решетку и разлил пиво. Первый глоток был божественно холодным, но липкое чувство вины за ложь никак не проходило.
Сумма, которую Квон Тэшин заплатил мне за одну ночь, составила ровно миллион вон. В конверте лежало двадцать новеньких, негнущихся купюр по пятьдесят тысяч. Для кого-то это мелочь, но для меня — огромные деньги. Я даже думал отложить их, не тратить. Но мысль о том, что эти деньги заработаны «торговлей телом», жгла мозг.
Честно говоря, пока я не попробовал, я думал, что раздвинуть ноги перед мужчиной — дело нехитрое. Все вокруг только и твердили: «Ради Квон Тэшина можно и потерпеть», «Хоть бы он меня выбрал», «Это же джекпот». Я и сам в глубине души думал — если за одну ночь платят столько, то почему бы и нет? Может, будь я так же хорош собой, как Джэён, я бы и сам на него вешался.
Поэтому, когда Тэшин предложил остаться на ночь, я не отказал. Ухватился за шанс.
Но Джэён нагло врал.
«Говорят, чем больше, тем круче».
— Ага, круче, как же... — пробормотал я под нос, переворачивая мясо.
К счастью, Вонхо был занят едой, а вонён — телефоном, так что моих слов никто не слышал. Я вздохнул с облегчением, но в мыслях продолжал спорить с невидимым Джэёном.
Член у Тэшина такой огромный, что принимать его в себя — натуральная пытка, и ничего больше. Не знаю, кто там получал от этого удовольствие, но я лично не понимаю, как это вообще может нравиться. Я был просто рад, что выжил. Возвращаться в его постель мне не хотелось ни за какие деньги.
Думаю, Тэшин чувствовал то же самое. Несмотря на все его пафосные речи о том, что я его якобы соблазнил и он возбудился, всю ночь, пока Тэшин вдалбливался в меня, он только и делал, что ворчал.
«Ай-яй, вам бы спортом заняться. Костлявый слишком, кости об кости бьются».
«Да перестаньте уже реветь, из-за вас я чувствую себя каким-то насильником».
«Что, уже всё? Сдулись? А я еще даже не закончил».
«Поднимайтесь, надо отрабатывать деньги».
Вместо того чтобы получать удовольствие, он полвечера потратил на то, чтобы уговаривать и успокаивать меня, рыдающего навзрыд. Уверен, он решил, что просто выбросил деньги на ветер. Мне и самому было неловко, что я так плохо «отработал», но было слишком больно.
Хуже всего было потом. Когда всё закончилось, он, кончив раза три, уснул, не вынимая из меня члена. Я кое-как выбрался из его объятий и пополз в ванную — ноги дрожали мелкой дрожью. С трудом усевшись на унитаз и раздвинув бедра, я увидел, что кончик презерватива, соскользнувшего с его достоинства, сиротливо свисает из меня. Когда я осторожно потянул за него, оказалось, что огромный презерватив, под завязку наполненный его спермой, ушел довольно глубоко. Ощущение того, как всё это вытекает из моего тела, было странным и до тошноты неприятным.
http://bllate.org/book/17248/1644431
Готово:
