]
Праздник середины осени выдался хлопотным.
Они не пошли в деревню для участия в общем обряде поклонения, а просто установили дома алтарь с подношениями. Чжоу Шуюнь возглавила церемонию, совершив поклоны с благовониями. В качестве подношений в этом году были блюдо тофу, блюдо фруктов и блюдо лунных пряников.
У крестьян не было строгих правил для поклонения. После обряда подношения можно было убрать, и вся семья садилась во дворе, любуясь луной и угощаясь пряниками. Масляную лампу не зажигали – яркий лунный свет заливал двор, делая все видимым, как днем.
Ночью было немного душно, и лишь изредка сквозь ветви деревьев пробегал легкий ветерок.
Линь Юй вынес циновку, которую обычно использовали для сушки зерна. Ее тщательно вычистили, и теперь на ней можно было лежать. В доме не хватало шезлонгов, а лежать во дворе и смотреть на луну хотелось всем, поэтому большая бамбуковая циновка подошла как нельзя лучше.
Семеро улеглись в ряд: Чжоу Шуюнь прислонилась к Хэ Чандэ, а сяо Си устроился на животе у матери, уплетая лунный пряник. Сунь Юэхуа и Хэ Яошань лежали посередине, а с краю расположились Линь Юй и Хэ Яочуань.
В руках у каждого был веер из листьев пальмы, а на маленьком столике рядом стояли лунные пряники и чай. Откусываешь пряник, запиваешь глотком чая, поднимаешь голову – и перед тобой бескрайнее звездное небо. Для крестьян это были редкие моменты безмятежного счастья.
Легкий ветерок навевал дремоту, и вскоре все начали расходиться по комнатам. Чжоу Шуюнь унесла спать уснувшего сяо Си. Сунь Юэхуа и Хэ Яошаню завтра рано вставать на работу в поле, поэтому, зевнув, те тоже отправились спать.
Во дворе остались только они двое.
— Говорят, у богатых семей в уезде есть беседки – ветер пролетает сквозь них, и сразу становится прохладно. Когда заработаем достаточно денег, мы тоже построим большой двор с беседкой. Летом там можно будет укрываться от жары, а зимой – пить чай, любуясь снегом.
— …
— А еще заведем несколько собак, найдем пару для Ванцая. Ты ведь любишь сажать фруктовые деревья – тогда вдоль забора посадим целый ряд: персики, сливы, абрикосы... И все это будешь выращивать ты.
Линь Юй, лежа рядом, радостно улыбался, представляя эту картину.
У него не было грандиозных желаний – только мечта о тихой, счастливой жизни. Для него счастье заключалось в том, чтобы в любое время года быть сытым, одетым, здоровым и жить в мире.
Все остальное было лишь приятным дополнением к этой хорошей жизни.
Они недолго болтали, лениво помахивая веерами, но вскоре Линь Юй начал клевать носом, и Хэ Яочуань отнес его спать.
После праздника снова начались будни. У Цюаньцзы пришел с инструментами и одеждой на три дня. Деревни находились далеко друг от друга, и ежедневные походы туда-сюда отнимали бы слишком много времени, поэтому, работая, У Цюаньцзы обычно оставался ночевать в домах заказчиков.
Он еще умел вырезать узоры по дереву, за что брал дополнительно двести монет. Но поскольку Линь Юй и Хэ Яочуань строили только сарай для мулов, резные украшения им были не нужны. Они лишь пообещали, что при строительстве нового дома обязательно обратятся к нему.
Свободных комнат в доме не было, только угол в дровяном сарае. Дрова перетащили на чердак, а на первом этаже теперь располагались два амбара. Стены были хорошо проконопачены, так что ни ветер, ни дождь не проникали внутрь.
Линь Юй и Хэ Яочуань принесли в сарай бамбуковую кровать и сказали:
— Братец У, придется потерпеть и поспать здесь несколько дней. Сарай мы вычистили, здесь чисто. Кроме двухсот монет в день, будем кормить три раза. Еда такая же, как у нас. Устраивайся, а я покажу тебе задний двор.
— Ладно-ладно, мне все равно где спать, я неприхотливый.
Пространства было мало, и У Цюаньцзы, опытный мастер, сразу понял, что к чему. Он объяснил на словах и жестами, и Линь Юй с Хэ Яочуань все уяснили.
Двести монет в день плюс еда – для крестьянина это были немалые деньги. У Цюаньцзы был трудолюбивым, поэтому, отложив свой узелок, сразу отправился во двор работать.
Хэ Яочуань взял с собой У Цюаньцзы, а также позвал старшего и второго Чжанов помочь таскать бревна. Линь Юй и сяо Си повели мула к реке на водопой. На склоне росла трава, и если дать мулу немного пощипать ее, то не пришлось бы кормить его дома.
— Невестка, мы идем к реке поить мула, ты с нами? — Сегодня дел было немного, и, увидев, что Сунь Юэхуа одна на кухне, Линь Юй зашел спросить.
Чжоу Шуюнь ушла в поле, а Сунь Юэхуа не любила оставаться одной, поэтому взяла серп и корзину:
— Пойду. У реки еще и тростник растет, наберем целую корзину, и вам не придется тратить лишние две монеты.
Сидеть без дела было скучно, а она, как и Хэ Яошань, привыкла экономить и теперь распространяла эту привычку на всю семью. Линь Юй согласился и тоже взял корзину.
Сунь Юэхуа улыбнулась:
— Говорят, осенью в тростниках можно найти утиные яйца. В прошлом году Яофэн и другие нашли четыре, засолили их. Давай и мы попытаем удачу.
Услышав о соленых утиных яйцах, Линь Юй тоже захотел:
— Весной купим уток и гусей. Раз уж завели кур, можно и их завести. Будет много яиц – и соленых яиц тоже хватит.
Живя одной семьей, Линь Юй не делил все строго. Яйца, которые несли их куры, ели все, и иногда за день съедали по семь штук. В отличие от тяжелых времен в старой семье Хэ, теперь у всех были румяные лица и здоровый вид.
Прошлой ночью Хэ Яочуань, кусая алое родимое пятнышко Линь Юя, все твердил, какой он красивый и как прекрасно это пятнышко.
Втроем они весело болтали, а сяо Си бежал впереди, ведя за собой мула. Мул был послушным: если сяо Си бежал, он бежал следом, если останавливался – мул мирно щипал траву. Он был таким смирным, что Линь Юй даже жалел нагружать его работой.
Сунь Юэхуа нежно погладила мула и обернулась:
— Хорошо, что в этом году урожай богатый, а то пришлось бы думать, чем его кормить. В сарае еще есть несколько связок кукурузных стеблей – не будем их жечь, пусть идут ему на корм.
Кукурузные стебли были съедобны, как и дикорастущие травы. Мул мог прожить лет тридцать, а если подкармливать его бобовыми лепешками, то и вовсе будет здоровым.
Линь Юй поставил корзину на землю и, присев у тростника, начал срезать его и складывать в корзину:
— Тогда дров дома не хватит. Когда закончим с тростником, будет уже глубокая осень, и в горах будет много хвороста – надо будет собрать его.
Деревня стояла среди гор и рек, и все необходимое для жизни давали природа и земля. Главное – не истощать их, и тогда не придется беспокоиться о выживании.
В тростниках водились дикие утки, которые с шумом взлетали, испуганные их присутствием, но яиц так и не нашли. Зато, пока они срезали тростник, мул успел как следует наесться. Они отвели его обратно, но Хэ Яочуань еще не вернулся – из леса доносились только звуки рубки деревьев и дружные выкрики мужчин, сопровождаемые громким треском падающих стволов.
Теперь, когда У Цюаньцзы ел с ними, за столом просто прибавилось одна пара палочек. Сунь Юэхуа, которая обычно готовила, теперь меньше работала в поле и могла уделять больше времени кулинарным экспериментам.
Она сорвала несколько огурцов и люффу, и на обед подали миску огурцов с чесноком и миску тушеной люффы. В доме было несколько работяг, которым нужна была сытная еда, поэтому Линь Юй достал из погреба шесть яиц, смешал их с рубленой зеленью и сделал большой омлет. В завершение – миска тушеной вермишели с мясным фаршем.
На крестьянском столе яичница уже считалась праздничным блюдом. В лучшем случае добавляли пару соленых утиных яиц, и все это ели с лепешками из муки грубого помола. О мясных пирах каждый день и речи не шло.
Линь Юй уже собирался выйти и проверить, как идут дела в лесу, как вдруг появился Ду Маньмань с огромной охапкой тростника за спиной. Связка была такой тяжелой, что он даже немного сгорбился под ее весом.
— Юй-гэр, я пришел!
Линь Юй тут же бросился ему на помощь, но в одиночку не смог поднять ношу – пришлось вдвоем с Мань-гэром отнести тростник в сарай.
— Садись, отдохни. Сейчас принесу тебе медяки. Оставайся на обед – старший и второй братья Чжан пошли с моим да Чуанем в лес за деревьями, поешь с нами.
Они платили старшему и второму Чжанам по двадцать монет в день – нельзя же все время пользоваться их помощью даром.
В глазах Ду Маньманя блеснул огонек. Видимо, после замужества он не знал лишений, и жизнь даже стала лучше, чем раньше. Он уже не был таким зажатым, но остаться на обед в доме Хэ не решился – он видел, как Линь Юй жарил яичницу, а это ведь такая ценная еда...
— Дома варится бобовая каша, и еще есть огурцы, которые я не успел приготовить. У моей свекрови слабое здоровье, мне нужно вернуться и помочь им, — сказал Ду Маньмань.
Линь Юй не стал его удерживать и кивнул:
— Тогда иди. В эти дни в горах поспел дикий финик. Завтра вместе сходим, соберем.
Дикий финик был невкусный, зато бесплатный. Из него можно было делать вино или пироги – хоть какое-то разнообразие.
Ду Маньмань сжал губы, улыбнулся и согласился.
Линь Юй связал тростник в сарае в восемь больших связок. Хватит ли этого на зиму для подстилки в курятник? Они с да Чуанем впервые завели кур и все время волновались, что чего-то не хватает. Завтра нужно попросить Мань-гэра принести еще.
Тут Линь Юй вспомнил об У Хуэй. В прошлый раз, когда они заготавливали траву, она приходила. Но сейчас о сборе тростника в деревне не объявляли, так что У Хуэй, наверное, не знала.
Чжоу Шуюнь беспокоилась о У Хуэй, и он хотел помочь, но не знал, где она живет.
— Ладно, спрошу у матушки, когда вернется.
Закончив с тростником, Линь Юй сел на веранде погреться на солнце и отдохнуть. Заодно достал старую одежду Хэ Яочуаня – на подоле зияла дыра, выглядело это некрасиво. Он взял черную нитку и зашил.
Шить Линь Юй так и не научился, и шов получился похожим на уродливый шрам – еще хуже, чем было. Он вспомнил, как матушка и невестка вышивали узоры, маскируя заплатки.
Взяв самодельный угольный карандаш, Линь Юй нарисовал на дыре цветочек. В корзинке для шитья остались только черные, белые и розовые нитки, так что он взял розовую и попытался заполнить цветок.
Если шитье ему не давалось, то о вышивке и говорить нечего. Он просто тыкал иголкой наугад, потратил кучу ниток и еле-еле заполнил цветок. Если не приглядываться, даже сойдет.
На темно-синем подоле красовался большой розовый цветок.
Сунь Юэхуа высунулась из кухни и не смогла сдержать смех:
— Юй-гэр, если твой да Чуань выйдет в этом на люди, все будут оборачиваться!
Линь Юй оскалил белые зубки, решив, что невестка его хвалит, и тут же побежал одевать Хэ Яочуаня.
По иронии судьбы, пока Хэ Яочуань рубил деревья, его одежда тоже порвалась. Вернувшись с У Цюаньцзы и остальными, он собирался переодеться. И тут его фулан весело подпрыгивая подбежал к нему, и у Хэ Яочуаня что-то екнуло, будто предчувствуя.
— Да Чуань, да Чуань, посмотри, как я починил твою одежду!
Лицо Хэ Яочуаня на мгновение стало абсолютно пустым. Он несколько раз перевел взгляд с одежды на Линь Юя, убеждаясь, что это действительно его работа. Да, розовый цветочек – исключительно девичья или гэровская тематика.
Линь Юй смотрел на него, широко раскрыв глаза. Хэ Яочуань молчал, и он снова моргнул.
— Красиво, — выдавил он, пересиливая себя.
Надев эксклюзивный наряд от своего фулана, Хэ Яочуань прошелся по двору, и старший Чжан, пиливший бревна, остолбенел.
Старший Чжан зашевелил губами:
— У меня чешется рот, — повернувшись к Хэ Яочуаню спиной, проговорил он и его плечи затряслись от сдерживаемого смеха.
Хэ Яочуань вздохнул:
— Смейся, если хочешь.
— Ха-ха-ха! Ха-ха-ха, брат да Чуань, ты... Мой Мань-гэр отлично шьет и вышивает! Пусть Юй-гэр в свободное время у него поучится. Бесплатно научит!
Старший Чжан снова расхохотался. Его смех привлек внимание У Цюаньцзы и второго брата Чжана, и вскоре все мужчины дружно подначивали Хэ Яочуаня.
Тот гордо поднял голову:
— Мой фулан вышил прекрасно. Учиться не нужно, мне нравится.
Старший Чжан закивал:
— Ага-ага, конечно.
Хэ Яочуань нахмурился:
— ? — Не сдаваясь, он парировал: — Ну и что, что не умеет вышивать? Зато умеет готовить для меня.
— Мой фулан тоже готовит, и еще песни поет, — не сдавался старший Чжан.
— Мой фулан грамотный, умеет считать.
— Мой фулан встречает меня после работы.
— Мой фулан убаюкивает меня перед сном!
Старший Чжан сдался:
— Ты победил.
Одержавший победу Хэ Яочуань важно расхаживал в обновке, демонстрируя ее всем подряд. Вернувшиеся с поля Чжоу Шуюнь, Хэ Чандэ и Хэ Яошань были в недоумении.
http://bllate.org/book/17243/1613879