Эта маленькая комнатка находилась в самом дальнем конце фотоателье. Двери в ней не было, проем был лишь наполовину прикрыт тонкой серой занавеской. Внутри горел свет, но из-за того, что стены были выкрашены красной краской, наружу лилось зловещее багровое сияние.
Едва Хэ Минь произнесла свои слова, как все увидели красный силуэт, метнувшийся внутри комнаты. Рассмотреть его в деталях не удалось — цвет фигуры почти сливался с фоном стен.
— Твою мать?! — тут же вскрикнул Ся Жуй, оборачиваясь к остальным. — Вы тоже видели? Там что-то красное промелькнуло!
Хань Дунни неуверенно протянула:
— ...Вроде да.
Се Иньсюэ же подтвердил абсолютно спокойным тоном:
— Да.
В отличие от сомневающейся Хань Дунни с ее «вроде», твердое «да» Се Иньсюэ прозвучало куда убедительнее.
Си Цань вцепилась в руку Янь Вэньхэ и пискнула:
— Это живой актер?
— Вряд ли. Слишком мелкий, — Янь Вэньхэ на секунду задумался и добавил: — Хотя я тоже толком не разглядел.
Лю Бухуа тут же предложил:
— Так давайте зайдем и посмотрим!
— А ты рисковый, — Хань Дунни, которая изначально хотела познакомиться с красавчиком Се Иньсюэ, но потерпела фиаско в попытке завязать разговор, теперь переключила внимание на Лю Бухуа: — Тебе вообще не страшно?
С Лю Бухуа общаться было куда проще. Он не скупился на слова и беспечно ответил:
— А чего бояться? Это ж не настоящий призрак, максимум — переодетый актер. Да я бы и настоящего не испугался.
— А я боюсь, — криво усмехнулась Хань Дунни. — Ничего не поделаешь — сама трусиха, а всё равно лезу в такие квесты.
Лю Бухуа галантно вызвался идти первым:
— Тогда держись за мной.
Группа двинулась вперед, стараясь не смотреть на жуткие фотографии на стенах, где люди с искаженными лицами, казалось, сверлили их взглядами. Се Иньсюэ, шедший чуть позади, обратил внимание, что среди этого кошмара несколько рамок пустовали.
Отведя взгляд, он вместе со всеми отодвинул занавеску и шагнул в маленькую комнатку. Это оказалась гардеробная, площадью от силы в шесть квадратных метров. Слева стояла напольная вешалка, плотно увешанная одеждой. Справа была запертая дверь. А в правом нижнем углу этой двери... висела еще одна пустая фоторамка, намертво прикрученная к стене.
— Тут щель, — Се Иньсюэ подошел поближе и внимательно осмотрел рамку. Заметив тонкий зазор между ней и стеной, он предложил вполне логичное объяснение: — Теоретически, если тот красный силуэт был не актером, то это мог быть просто механический трюк.
Хэ Минь закивала, соглашаясь, и дернула Си Цань за рукав:
— И правда! Помнишь, в прошлом квесте была такая же фишка?
Си Цань, тяжело дыша, потерла грудь:
— Ну и напугали же они меня...
— Игра только началась, а ты уже дрожишь? — Янь Вэньхэ с улыбкой посмотрел на свою девушку. — Если страшно, держи меня за руку.
Пока парочка миловалась, Лю Бухуа подошел к Се Иньсюэ и прошептал:
— Крестный, вы это серьезно?
Се Иньсюэ честно признался:
— Я просто пальцем в небо ткнул. Мы же оба в первый раз в такие квесты играем.
Лю Бухуа: «...»
Затем Се Иньсюэ добавил:
— Но я не чувствую здесь ни капли Инь-энергии.
— И то верно, — поразмыслив, согласился Лю Бухуа. — Значит, тот красный силуэт — просто механическая пугалка. Мы же не Чжу Икунь, чтобы наткнуться на настоящего призрака в квест-комнате.
— Если бы мы и впрямь встретили настоящего, это можно было бы считать невероятной удачей, — со вздохом отозвался Се Иньсюэ, вспоминая, как в праздник Середины Осени (Фестиваль голодных призраков) они полвечера пытались вызвать духов, и всё впустую. — Жаль, что мы не взяли с собой А-Цзи.
Лю Бухуа тоже разочарованно вздохнул:
— Эх.
Ся Жуй, единственный, кто был полностью поглощен игрой, дергал за массивный золотой замок на внутренней двери:
— Дверь заперта на ключ. Надо его найти.
Услышав это, Се Иньсюэ, не задумываясь, указал на вешалку с одеждой:
— Скорее всего, он в каком-нибудь кармане.
Остальные тут же бросились к вешалке и начали методично обшаривать карманы.
Се Иньсюэ, подкинув идею, сам искать не стал, а просто наблюдал со стороны. Он бегло подсчитал: нарядов было больше двадцати. Все разных цветов и фасонов, но выдержанные в едином стиле — мода Китайской Республики, что идеально вписывалось в атмосферу фотоателье.
Пока Се Иньсюэ стоял без дела, остальные усердно трудились. Не прошло и двух минут, как Янь Вэньхэ извлек ключ из потайного рукава коричневой куртки с воротником-стойкой:
— Нашел! У этой куртки оказался карман в рукаве! Я бы его и не заметил, если бы не почувствовал, что рукав как-то неестественно отвисает.
— И правда! — Си Цань, заглянув к нему через плечо, с восхищением уставилась на Се Иньсюэ. — А как ты догадался? Ты уже играл во что-то подобное?
Се Иньсюэ мягко улыбнулся:
— Мы здесь впервые. Но ведь это было не так уж и сложно, верно?
По сравнению с тем, через что он прошел в инстансах «Замка Бессмертия», загадки в этой квест-комнате казались детской забавой. И уж тем более здесь не было никакой реальной угрозы для жизни, поэтому он не испытывал ни малейшего напряжения или тревоги.
— Ну, мы бы до этого додумывались куда дольше, — признал Ся Жуй, уловив суть. Он показал Се Иньсюэ большой палец: — Круто! С тобой в команде мы, наверное, вообще рацией для подсказок не воспользуемся.
Весь кайф от таких квестов — дойти до всего своим умом. Брать подсказки — это крайняя мера. В некоторых особо хардкорных квестах количество обращений к персоналу строго лимитировано, и если исчерпал лимит, но не прошел — изволь приходить и платить еще раз.
Тем более, они играли не в тот сценарий, который бронировали. Если они свяжутся с ведущей, она может спохватиться и выгнать их. А им этого совсем не хотелось.
На похвалу Ся Жуя Се Иньсюэ лишь улыбнулся и промолчал.
Ся Жуй не стал развивать тему, подошел к двери и вставил ключ в замок.
Но как только он распахнул дверь... прямо на него с потолка рухнула отрубленная женская голова с длинными черными волосами! Она не упала на пол, так как была привязана красной нитью, а повисла прямо над макушкой Ся Жуя.
Хэ Минь и Си Цань, шедшие позади, завизжали от ужаса и с криками отпрыгнули назад.
А Ся Жуй словно оцепенел. Он тупо уставился на эту голову. Из-под слипшихся черных прядей на него смотрели налитые кровью, налитые злобой глаза. Пару секунд он стоял как вкопанный, пока на его лицо не начали капать вонючие, липкие капли из обрубленной шеи манекена.
— ТВОЮ МАТЬ! Кровь! Это кровь! — заорал Ся Жуй, судорожно вытирая лицо руками. Пытаясь стереть эти капли, он лишь размазал искусственную кровь по всему лицу. Когда он обернулся к остальным, его окровавленная физиономия заставила всех содрогнуться.
— Ого! — Лю Бухуа тоже вскрикнул, но скорее от восхищения. — Ничего себе подача!
Ему начинало казаться, что этот квест покруче некоторых инстансов в «Замке Бессмертия» будет!
Се Иньсюэ подошел ближе, откинул волосы с лица манекена и даже потыкал его пальцем.
— Пластик, — констатировал он, приподняв бровь.
Остальные в очередной раз поразились хладнокровию Се Иньсюэ. В следующее мгновение Лю Бухуа уже стоял рядом с ним и деловито осматривал «трофей»:
— Сделано под Садако (из «Звонка»), похоже.
Строго говоря, даже без их комментариев было ясно, что голова ненастоящая. Стоило убрать волосы, как открылась гипертрофированно жуткая, гротескная гримаса, которую ни один реальный труп изобразить не смог бы. Но, несмотря на явную искусственность, выглядело это всё равно мерзко.
Хань Дунни, прячась за спинами Янь Вэньхэ и Си Цань, наотрез отказалась приближаться к Лю Бухуа и болтающейся голове:
— Закройте ей лицо обратно волосами, пожалуйста... У меня от нее мурашки по коже...
Лю Бухуа послушно накинул волосы обратно, скрыв пластиковую физиономию.
Хэ Минь, немного придя в себя, подошла к Ся Жую, мазнула пальцем по еще влажной «крови» на его щеке и понюхала:
— А ведь это настоящая кровь!
Се Иньсюэ кивнул:
— Да.
— Так вот откуда ты учуял запах крови! — Хэ Минь посмотрела на него с искренним уважением. — Вот это нюх! Унюхать такое через закрытые двери...
Се Иньсюэ промолчал, не подтверждая и не отрицая.
Си Цань с любопытством спросила:
— А ты можешь определить, чья это кровь?
Се Иньсюэ покачал головой:
— Нет, это уже за гранью моих возможностей.
— Куриная, утиная, свиная или коровья — какая разница? — Янь Вэньхэ похлопал Си Цань по руке, успокаивая. — Главное, что не человеческая. Не бойся.
Но для Лю Бухуа Се Иньсюэ был всемогущим. Увидев, как крестный качает головой, Лю Бухуа решил, что тот просто скромничает, и тихонько переспросил:
— Крестный, вы правда не можете определить?
Се Иньсюэ усмехнулся:
— Я же не повар. Даже если бы я нюхал настоящую человеческую кровь, я бы не смог отличить ее по запаху от крови животных.
— Логично, — Лю Бухуа потер подбородок, явно что-то задумав. — Выйдем отсюда — куплю разной крови и проведу эксперимент.
— Жутко, конечно, но адреналин прям зашкаливает! — Ся Жуй, с лицом, перемазанным бутафорской кровью, стряхнул оцепенение и с новыми силами бросился искать зацепки. — Кажется, мы попали в гримерку.
Помещение, в которое они вошли, было значительно просторнее гардеробной. Оно делилось на две зоны: в передней стояли туалетные столики с зеркалами, а в задней располагались три отдельные примерочные кабинки. Стены здесь тоже были выкрашены в кроваво-красный цвет.
Зеркала на столиках были с подвохом: отражения в них искажались и вытягивались, создавая гнетущее впечатление. На столах лежали палетки теней, расчески, румяна и прочая косметика, но, как и цветы у входа, всё это было намертво приклеено — не оторвать. На одной из красных стен висел роскошный свадебный наряд жениха и невесты (с драконами и фениксами), а под ним валялся кусок красной ткани — то ли платок, то ли свадебное покрывало (ганьтоу).
Се Иньсюэ поднял ткань, внимательно осмотрел и показал остальным:
— Вот тот самый красный силуэт, который мы видели. Видите отверстия? Сквозь них продели леску и резко втянули ткань из гардеробной в эту комнату через ту пустую фоторамку.
Ся Жуй подошел к двери и действительно обнаружил за рамкой маленькие крючки для лески. Он усмехнулся:
— И правда. Когда знаешь, как это работает, вообще не страшно.
— Всё это бутафория, — согласился Янь Вэньхэ, который, помимо Се Иньсюэ и Лю Бухуа, оказался самым хладнокровным в команде. С самого начала квеста он не выказал ни капли страха. — Главное помнить об этом, и тогда пугаться будет нечего.
Но Хань Дунни так не считала.
Поначалу она держалась уверенно, опираясь на свой опыт прохождения квестов, и даже пыталась руководить группой. Но отрубленная голова, рухнувшая с потолка, выбила ее из колеи.
А человеческая психика устроена так: чем больше ты чего-то боишься, тем навязчивее мысли об этом.
Именно это и происходило сейчас с Хань Дунни.
Она панически боялась этой головы. Мысленно приказывала себе не думать о ней, но в итоге не только думала, но и не могла заставить себя отвести взгляд от проклятого манекена, висящего в дверном проеме. И вдруг... ей показалось, что голова медленно поворачивается!
Но в комнате не было сквозняков! Как она могла повернуться сама по себе?!
Это было похоже на зеркальное отражение ее собственных действий: она смотрела на голову, и голова, в свою очередь, медленно повернулась к ней, уставившись на нее полными ненависти, кроваво-красными глазами.
И хотя лицо манекена было плотно закрыто волосами, и было совершенно неясно, куда именно он «смотрит», от одной только мысли об этом Хань Дунни пробил ледяной пот, а по рукам побежали мурашки, добравшись до самой макушки.
— В-вы нашли какие-нибудь п-подсказки? — ее голос дрожал, готовый сорваться на плач. — М-мне здесь очень страшно... д-давайте побыстрее всё найдем и уйдем отсюда?
Ся Жуй указал на резную деревянную шкатулку на одном из столиков:
— Вот шкатулка. Крышка шатается, значит, внутри что-то есть. Но она не открывается.
Се Иньсюэ слегка сдвинулся, открывая вид на старый пузатый телевизор, стоявший слева на столе:
— А вот телевизор. Кнопки заблокированы, включить можно только с пульта.
Даже без дальнейших объяснений Се Иньсюэ все поняли, к чему он клонит.
— Значит, пульт лежит в этой шкатулке, — заключил Янь Вэньхэ. — Но как ее открыть?
Лю Бухуа наклонился и стал изучать шкатулку:
— Скорее всего, здесь магнитный замок или какой-то скрытый механизм.
Снаружи замка не было, значит, он находился внутри, и открыть его можно было только выполнив определенное условие в комнате.
Команда перерыла всю гримерку вверх дном, обшарила примерочные кабинки, но так и не нашла ни единой зацепки или скрытой кнопки.
Они понимали, что лежит в шкатулке, но без пульта этот телевизор был абсолютно бесполезен.
Янь Вэньхэ, Ся Жуй и остальные окончательно зашли в тупик. Все с надеждой уставились на Се Иньсюэ: до сих пор он соображал быстрее всех. Если и он не найдет решения, придется всё-таки брать подсказку по рации.
Се Иньсюэ на несколько секунд задумался. Поджав губы, он медленно обвел взглядом гримерку, но в итоге его глаза остановились на гардеробной, из которой они только что вышли.
Он обратился к команде:
— Зачем мы сюда пришли? Чтобы сфотографироваться, верно?
— Ну да, — не задумываясь, ответила Хэ Минь. — Квест же называется «Ужасное фотоателье».
Се Иньсюэ продолжил свою мысль:
— И раз уж мы пришли фотографироваться, и сейчас находимся в гримерке, а снаружи висят костюмы... значит, мы должны... переодеться и накраситься?
В комнате повисла тишина. Никто не проронил ни звука.
Но Янь Вэньхэ быстро сориентировался. Он потряс Си Цань за руку и воскликнул:
— Точно! Наши карточки ролей!
Это озарение подхлестнуло Ся Жуя. Он посмотрел на свою карточку, где рядом с именем был портрет персонажа, и решительно направился в гардеробную, стараясь не обращать внимания на болтающуюся голову. Подойдя к вешалке, он стал сверять одежду с фотографией на карточке. Вскоре он нашел комплект, который идеально совпадал по фасону и цвету.
Ся Жуй вернулся в гримерку с костюмом в руках:
— Нашел!
— Ага, — кивнул Лю Бухуа, уловив суть. — Значит, нам нужно найти свои костюмы и надеть их?
Хань Дунни судорожно сглотнула и замотала головой:
— Да я под дулом пистолета не надену эту жуть!
Си Цань успокоила ее:
— Надевать, может, и не придется, но найти их точно нужно.
— Я туда не пойду. Эта голова... она слишком страшная, — Хань Дунни сжалась в комочек, прячась за остальными. В конце концов она с мольбой в голосе обратилась к Лю Бухуа: — Брат Лю... ты не мог бы найти мой костюм? Я отдам тебе свою карточку.
— Без проблем!
От этого «брат Лю» Лю Бухуа расплылся в довольной улыбке. Он не только охотно согласился, но и предложил остальным:
— Если вы тоже боитесь, давайте мне свои карточки. Я сам всё найду.
Хань Дунни чуть не разрыдалась от облегчения. Сунув ему свою карточку, она рассыпалась в благодарностях.
Си Цань и Хэ Минь тоже передали ему свои роли:
— Спасибо тебе огромное! Мы тоже туда ни ногой.
Янь Вэньхэ не из робкого десятка, но Си Цань вцепилась в него мертвой хваткой и не отпускала, поэтому ему тоже пришлось отдать свою карточку Лю Бухуа.
Се Иньсюэ заметил, что в начале игры Хань Дунни явно пыталась с ним флиртовать. Он намеренно держал дистанцию — и не из вредности, а потому что из-за своей судьбы «Одиночки» он был обречен на жизнь без пары. Он не хотел никого обнадеживать и всегда холодно общался с теми, кто проявлял к нему симпатию в реальном мире.
Но сейчас, глядя на то, как Хань Дунни, которая поначалу казалась бойкой и опытной, трясется от страха и с ужасом косится на Лю Бухуа, проходящего под манекеном головы, Се Иньсюэ не удержался от улыбки. Ему стало любопытно, и он спросил:
— Почему ты так боишься этой головы? Бухуа же откидывал волосы и показывал, что лицо пластиковое. Она же ненастоящая.
— Я знаю, что она ненастоящая! Но... но... — Хань Дунни смотрела не на Лю Бухуа, а именно на эту жуткую голову. Услышав вопрос Се Иньсюэ, она поколебалась, но всё же выпалила то, что видела: — Но она только что шевелилась!
— Шевелилась? — Се Иньсюэ слегка удивился и проследил за ее взглядом, посмотрев на манекен.
Но голова как висела безжизненно в дверном проеме, так и висела. Никакого движения.
Хань Дунни, заикаясь, закончила фразу:
— ...Я видела, как она медленно поворачивалась. Как будто кто-то поворачивает шею.
Лицо манекена было плотно скрыто за густой завесой волос. Понять, шевелилась она на самом деле или нет, было невозможно.
Но Хань Дунни никак не ожидала того, что произошло дальше. Услышав ее слова, Се Иньсюэ не только не испугался, но и подошел к дверному проему. Запрокинув голову, он посмотрел на манекен, а затем... поднял руку и откинул черные волосы с его лица!
И тут Хань Дунни увидела, что жуткая, гротескная пластиковая физиономия действительно открылась — манекен и правда сменил положение!
Если раньше он «смотрел» в сторону гардеробной, то теперь его лицо было обращено прямо в гримерку. И его налитые кровью, безумные красные глаза свирепо пялились прямо на них!
Слово автора:
NPC: Боялся, что ты соскучишься по мне за то время, пока мы не видимся, поэтому написал тебе письмо.
Босс Се: Мы с Бухуа отлично проводим время, не мешай.
NPC: ?
http://bllate.org/book/17143/1604445
