Когда Цзинь Шуи добрался до больницы, Су Сюя уже перевели в одноместную палату и поставили капельницу.
Ситуация была критической, и у Шуи не было времени придумывать способы что-то скрыть, поэтому он позвонил напрямую другу детства прежнего владельца тела и попросил организовать транспортировку.
Частные клиники, помимо кусачих цен, отличались прекрасным сервисом и обстановкой. Шуи даже не пришлось беспокоиться: кто-то уже помог внести залог за обследование и лечение.
— Кто бы мог подумать, что такой занятой человек вспомнит о моем существовании и позвонит.
Как только Шуи вошел в здание, он тут же стал мишенью для подколок друга.
Этот парень был единственным сыном директора этой частной клиники и лучшим другом Цзинь Шуи. В оригинальном сюжете, когда в более поздних главах Цзинь Юй проходил через «крематорий» (вымаливание прощения), получал травмы или попадал в больницу, его почти всегда привозили именно сюда.
Шуи подозревал, что эта больница как-то связана с Системой — иначе как здесь умудрялись лечить любые болезни, вносить предоплату и всегда иметь в распоряжении тихую отдельную палату для эмоциональных разборок главных героев? В обычной больнице за душераздирающие вопли в палате старшая медсестра мигом выставила бы их за дверь.
— Да вот, экзамены на носу, дома стали строже следить. Как-нибудь свожу тебя в ресторан, — откупился дежурной вежливостью Шуи.
— Да ладно тебе! Можно подумать, если ты не постишь в соцсетях, я тебя у других в ленте не вижу. Вечно где-то тусуешься, а меня не зовешь, — пожаловался парень. — А ведь я по первому звонку примчался возиться с твоим маленьким парнем... Слушай, а чего ты нашел себе такого бедного?
Шуи глубоко вздохнул, едва не закатив глаза так, что остались бы одни белки.
— Это мой одноклассник. У него в семье случилось несчастье, он остался совсем один, вот я и решил помочь по мере сил, — объяснил Шуи.
— Разве в таких случаях ими не приюты занимаются? С чего бы такому молодому господину, как ты, брать на себя эти заботы?
Шуи почувствовал в его словах какую-то странную язвительность:
— Ты ведь знаешь, как его зовут. Неужели не в курсе последних сплетен о его семье? Ты же у нас капитан команды по сбору слухов.
Парень рассмеялся над внезапным прозвищем:
— Ну знаю, конечно. Несколько моих знакомых пытались за ним приударить, но получили вежливый отказ. Я-то думал, он и впрямь «неприступный цветок», а оказывается, ты его уже прибрал к рукам.
Шуи устало прижал ладонь ко лбу:
— И с чего ты вообще сделал такой вывод?
Парень довольно хмыкнул:
— Хе-хе! Своими ушами слышал. Твой «маленький парень» от жара совсем голову потерял, всё бредил и звал тебя: «Брат Шуи, брат Шуи».
Шуи: «...»
Такого поворота он точно не ожидал. Он потер внезапно занывшие виски:
— Ты слишком много воображаешь. Между двумя «нулями» нет будущего.
Стоило фразе сорваться с губ, как глаза парня напротив округлились:
— Так ты и вправду по парням?!
Шуи: «...»
Если бы ему самому не исполнилось совсем недавно четырнадцать, он бы точно придушил этого придурка.
Шуи решил пойти ва-банк и понес чепуху:
— Да, так что держись от меня подальше, а то не ровен час — затащу тебя в постель.
Он вообще-то шутил, но неожиданно его собеседник густо покраснел:
— Кхм... ну... это было бы не так уж и плохо.
Шуи: «...»
За эти три минуты он наставил в мыслях столько многоточий, что на них можно было бы купить целую гору платного контента.
Он со сложным выражением лица посмотрел на подростка, пытаясь понять, не издевается ли тот, но под его пристальным взглядом лицо парня стало пунцовым.
— Твой... твой одноклассник там, внутри. Пойду проверю, всё ли оформили по документам, — с этими словами парень бросил Шуи и умчался прочь, словно спасая свою жизнь.
Тишина, повисшая в голове Шуи, была оглушительной.
Проблема. Большая проблема.
Голова, и без того гудящая от недосыпа, разболелась по-настоящему.
Вздохнув, Шуи притворился, что ничего не произошло, и вошел в палату. Су Сюй лежал на кровати, его щеки пылали болезненным румянцем, брови были крепко сжаты — сон его был тревожным.
По сравнению с Цзинь Юем, который даже во сне умудрялся устроить на кровати кавардак, Су Сюй с его мягкими чертами лица и кротким видом вызывал куда больше сочувствия.
Шуи вспомнил, как вчера врач советовал прикладывать грелку к руке, в которую идет капельница, чтобы было не так больно. Он сходил в ближайший магазин, купил необходимые вещи, сложил их в тумбочку, а грелку, обернутую полотенцем, осторожно приложил к руке Су Сюя.
Как только он взял это тонкое запястье, на котором кожа, казалось, обтягивала одни кости, человек в забытьи очнулся. Тонкие пальцы дрогнули, будто от страха, и слегка подогнулись.
— Су Сюй, ты проснулся? — Шуи поправил грелку и коснулся лба мальчика: тот всё еще был обжигающе горячим.
Подросток открыл влажные глаза. Ободки глаз, покрасневшие от высокой температуры, напоминали весенние лужицы — он был так красив, что можно было забыть о том, что он болен.
Неудивительно, что он так вскружил голову Цзинь Юю. Если бы они не «совпадали по позициям», Шуи бы и сам не устоял.
— Угу... — слабо отозвался Су Сюй. Из-за сорванного голоса звук был таким тихим, что его почти невозможно было разобрать.
Мальчик упрямо добавил шепотом:
— Брат Шуи...
В отличие от Цзинь Юя, который звал его с каким-то одержимым надрывом, Су Сюй будто ластился. Даже с таким сиплым голосом его тонкие интонации заставляли сердце смягчаться.
— Да, я здесь, — Шуи присел на край кровати и убрал влажные пряди со лба мальчика. Тот был заклеен пластырем от жара, но всё равно покрыт испариной.
— Если тебе плохо, поспи еще, я посижу с тобой, — глядя на это хрупкое создание, Шуи невольно заговорил гораздо мягче обычного, почти баюкая словами. Кто бы смог быть грубым с таким ребенком? Его хотелось оберегать как зеницу ока.
Су Сюй чуть глубже зарылся в одеяло, глядя на него преданными блестящими глазами, и его голос из-под одеяла прозвучал еще глуше:
— Я и так уже долго спал...
Сердце Шуи едва не разорвалось от умиления. Какой послушный ребенок!!! Особенно когда он смотрит на тебя, не мигая, — кажется, можно в ту же секунду сдаться в плен этому взгляду.
— Если не спится, то не спи. Голова кружится? Хочешь присесть?
Су Сюй послушно кивнул, не сводя с него напряженного взгляда:
— Кружится.
— Ну, тогда ничего не поделаешь. Полежи еще немного, когда станет лучше — поднимемся, хорошо? — Шуи и не знал, что может быть таким терпеливым. Ему казалось: попроси Су Сюй сейчас звезды с неба, он бы сбил солнце и достал бы ему целую горсть.
— Хм-м... — Су Сюй снова кивнул, продолжая неотрывно смотреть на него.
Шуи стало даже неловко под этим пристальным взором. Он не понимал, почему мальчик так на него смотрит, но списал это на то, что больные люди уязвимы. Су Сюй остался совсем один, и смотреть на единственного знакомого человека для него было естественным.
Шуи устроился на маленьком гостевом диванчике и принялся за фрукты, которые купил по дороге. Фруктовая нарезка в контейнере уже была готова, но Су Сюй в таком состоянии вряд ли мог её есть. Шуи сам не завтракал, поэтому не стал церемониться и решил съесть этот набор, а позже купить Су Сюю свежий.
Не успел он проглотить и пару кусочков, как зазвонил телефон. Шуи, привыкший к беззвучному режиму, даже не сразу понял, что звонит его мобильный. Он достал его и увидел имя: Цзинь Юй.
Сердце Шуи екнуло. Внезапно его накрыло такое чувство вины, будто его застукали на месте преступления во время тайного свидания.
Он хотел выйти в соседнюю комнату, чтобы ответить, но встретился взглядом с Су Сюем — тот смотрел так жалобно, будто боялся, что Шуи уйдет навсегда. Ноги Шуи будто приварились к дивану.
Он нажал «принять» и убавил громкость динамика.
— Цзинь Юй, ты проснулся? — спросил Шуи.
— Да, брат. Ты где? — голос на том конце звучал на удивление спокойно. Но помня безумие, которое последовало за вчерашним спокойствием Юя, Шуи заподозрил неладное.
— Я в больнице «Пинъань», — скрывать правду он не стал. Он и так предупредил Юя перед уходом, и тот знал, куда он направляется. После вчерашнего ему совсем не хотелось снова будить того сумасшедшего, что жил в глубине души Юя.
Услышав ответ, Юй никак не выдал своих эмоций, лишь заботливо спросил:
— И когда брат вернется?
Этот вопрос поставил Шуи в тупик. На самом деле, сейчас он здесь был бесполезен. Су Сюя устроили, медперсонал здесь обучен профессионально, и уход за ним будет даже лучше, чем мог бы обеспечить Шуи.
Но оставить Су Сюя одного в палате... Хоть эта элитная палата и напоминала обычную спальню, Шуи было просто по-человечески жаль бросать его.
— Ну... — Шуи всерьез задумался. — Думаю, не очень поздно. Тебе уже лучше?
— Угу... — голос Юя в трубке заметно поник, но он послушно доложил о состоянии: — Только что измерил, тридцать семь и шесть.
Шуи в этом не особо разбирался, поэтому просто проявил участие:
— Тридцать семь и шесть — это всё еще многовато. Ты вставал есть? Вызывал врача еще раз?
— Вызывал, — Юй отвечал на вопросы по порядку. — Еще не ел. Нет аппетита.
Шуи невольно начал его уговаривать:
— Даже если нет аппетита, надо хоть немного поесть. Я перед уходом просил тетушку купить продукты — еда будет легкая, но всё, как ты любишь. Поешь обязательно, хорошо?
В его голосе не было того нежного придыхания, с которым он говорил с Су Сюем, но искренняя забота чувствовалась отчетливо.
В трубке послышалось капризное:
— Но я не могу есть...
Болезненный голос подростка, сорванный до хрипоты, звучал почти неузнаваемо.
— Брат, возвращайся поскорее, ладно? Я скучаю по тебе... — сказал Юй.
Против такого Шуи устоять не мог. Его даже совесть загрызла. Вчера ночью на кровати лежал совершенно беззащитный ребенок, который всю ночь звал брата, а когда очнулся — брата и след простыл. Даже такой твердый характер, как у Юя, дал слабину перед болезнью...
Шуи заколебался. Ему было жаль обоих, и оба казались совершенно беспомощными.
Он тихо вздохнул:
— Хорошо, я понял. Постараюсь вернуться пораньше. Будь умницей, поешь нормально, я скоро буду, идет?
— Угу... — Юй, видимо, понял, что немедленного возвращения не будет, и окончательно расстроился. Сказав еще пару слов, он повесил трубку.
Шуи неловко улыбнулся Су Сюю:
— Цзинь Юй вчера тоже почему-то заболел, температура была под сорок, только к утру спала.
Мальчик на кровати внимательно посмотрел на него, кивнул и произнес:
— Брат Шуи, на самом деле... мне уже... гораздо лучше.
Су Сюй говорил с трудом, прерывисто, даже дыхание его было слабым от немощи. Но в отличие от капризного Юя, этот ребенок был до боли рассудительным:
— Брат Шуи, можешь ехать... Я и один... справлюсь.
Су Сюй говорил медленно, делая паузы:
— Раньше, когда я лежал... в больнице, я тоже был... один. Уже... привык, так что... всё в порядке.
Шуи почувствовал, как совесть кольнула еще больнее. Чаша весов в его душе, которая только что склонилась к Юю, снова поползла в сторону Су Сюя.
— Да нет... всё нормально. Ты ведь со вчерашнего вечера ничего не ел? Пойду спрошу у врача, что тебе можно, и покормлю тебя, а там видно будет.
Шуи ни за что не бросил бы его вот так. По сравнению с Юем, у которого остался лишь небольшой жар, состояние Су Сюя было куда хуже.
Он нашел врача. Тот, увидев, что вместо взрослых пришел подросток, нахмурился:
— Вы кем приходитесь пациенту? Где его опекуны?
Шуи скрывать было нечего: раз он привез мальчика сюда, отец всё равно скоро узнает.
— Я его одноклассник. Его родители недавно погибли, а опекунам до него нет дела. Я староста класса и пришел от лица всех учеников присмотреть за ним.
В его словах были пробелы, но это было хоть какое-то объяснение. Врачи в частных клиниках лишних вопросов не задавали, тем более Шуи был одет в бренды с ног до головы — одни его часы стоили как несколько месячных зарплат врача. Раз такой богатый мальчик соизволил что-то ему объяснять, врач не стал копать глубже.
— Вот оно что. В таком случае больница может предоставить документы для полиции, чтобы вызвать опекунов.
Шуи вздохнул:
— Боюсь, его опекуны не захотят светиться. Родители Су Сюя были втянуты в судебные тяжбы, к нему домой постоянно приходят пострадавшие. Если поднять шум, они могут заявиться и в больницу.
Врач удивился. Даже будучи взрослым, он на мгновение растерялся, не зная, как поступить.
— Всё в порядке, я внесу предоплату за лечение. Я друг детства Чэнь Кэюэ, так что проблем не доставлю. Только прошу вас, доктор, отнеситесь повнимательнее: мой друг истощен, за время лечения нужно привести его организм в норму. Согласны?
— Конечно, без проблем. — Врач, разумеется, знал имя сына директора. Именно этот «маленький господин» лично назначил его лечащим врачом. Бог знает, почему его, завлаба и опытного клинициста, сорвали лечить обычную простуду, но теперь всё встало на свои места.
— Отлично. Я хочу заранее оплатить пребывание. Выпишете счет?
Шуи перевел на счет больницы крупную сумму. Он опасался, что если отец узнает о его самоуправстве, то заморозит счета. Но раз деньги уже уплачены, Цзинь-старший не станет позориться и забирать их назад. Так что даже если Шуи не сможет приходить, лечение Су Сюя не прервется.
Закончив с делами, Шуи вернулся в палату с двумя порциями еды. Сиделка поправила кровать и расставила блюда на передвижном столике. Посмотрев на Шуи, она спросила:
— Малыш, ты сам сможешь держать палочки?
Су Сюй, полулежа на подушках, не имел сил даже сидеть ровно, но кивнул:
— Я сам... смогу, спасибо.
Сиделка не стала настаивать:
— Тогда я выйду. Если что — жми на кнопку вызова.
Она ушла. Шуи же, не дожидаясь, пока Су Сюй возьмет палочки, сам сел у кровати.
— У тебя капельница, неудобно. Давай я.
Вчера он уже набрался опыта, кормя обессиленного Юя, так что одним больше, одним меньше — разницы не было. Но Су Сюй был не таким, как Юй: он был гордым и очень самостоятельным.
— Брат Шуи... я... ничего страшно, ты ведь тоже не ел...
— Вот именно, так что не спорь. Поешь быстрее — тогда и я смогу поесть.
Этот аргумент заставил Су Сюя замолчать. Он смущенно кивнул, и его лицо, и так пунцовое от жара, стало еще ярче.
Мальчик тихонько прошептал, словно признание:
— Спасибо... брат Шуи.
Шуи окончательно растаял. Какой же милый ребенок! Куда милее того домашнего сорванца, который вечно пытается его укусить!
Су Сюй ел очень аккуратно: не грыз палочки, не капризничал, ел всё, что давали, и смотрел на него своими ясными, но горячечными глазами.
Под этим взглядом Шуи совсем потерял голову. Если бы не пришла медсестра менять капельницу и не сказала, что пациенту нельзя переедать, он бы скормил Су Сюю всё до последней крошки.
— Наелся — так и скажи. Не давит в животе? — забеспокоился Шуи.
Су Сюй всё так же кротко ответил:
— Не очень... всё хорошо.
Шуи не поверил. Приподняв край его одежды, он увидел, что животик у мальчика округлился как мячик.
Ему было и смешно, и досадно. Ругаться он не мог, поэтому взял у медсестры лекарство для пищеварения и немного помассировал Су Сюю живот.
Су Сюй лежал, покорно позволяя делать с собой что угодно, и смотрел на него с такой привязанностью, что устоять было невозможно.
Шуи почувствовал, что под этим взглядом его «ориентация» вот-вот сменится с «пассивной» на «активную» — ну кто устоит перед такой хрупкой красавицей!
«Красавица», разомлев от его заботы, уже засыпала на ходу. Мальчик придвинулся к нему и едва слышно позвал:
— Брат Шуи...
— А? Я здесь, — Шуи, услышав этот «кошачий» шепот, сам перешел на нежнейший тон. — Что такое?
Мальчик протянул руку и осторожно зацепил его мизинец своим, как бы капризничая:
— Я хочу спать.
Шуи невольно улыбнулся:
— Спи, я побуду рядом.
Он думал, что Су Сюй схватил его за руку от страха, но одинокий мальчик покачал головой:
— Брат Шуи, ты иди... Цзинь Юю... ты тоже нужен. А я... я справлюсь. Я так... счастлив, что ты пришел... правда.
Су Сюй говорил медленно. Его голос, охрипший от болезни, не звучал противно, но если бы в его глазах не читалось столько одиночества и нежелания отпускать, Шуи бы поверил в его слова.
— Всё в порядке, я... — Шуи осекся на полуслове. Его прервал звонок телефона. Он думал, что это Юй, но на экране высветилось «Домашняя тетушка».
Веко у Шуи внезапно дернулось. Экономка обычно звонила заранее спросить, что приготовить, и никогда не беспокоила его без веской причины.
Он нажал «ответить», и не успел он поднести трубку к уху, как услышал торопливый, приглушенный голос экономки:
— Молодой господин, скорее возвращайтесь! Хозяин вернулся, он наказывает второго молодого господина!
http://bllate.org/book/16502/1612944
