Готовый перевод The Hunter's Young Husband / Маленький муженек из семьи охотника: Глава 6

Дом Чжан Цяня, как и дом Се Юйцина, находился на самой окраине деревни Люцзя, но между ними было порядочное расстояние. Поскольку Чжан Цянь поселился здесь позже остальных, его участок стоял особняком, почти у самой кромки леса. Весь двор был обнесен высокой стеной из утрамбованной желтой глины.

Как и предупреждала бабушка Лю, у него была собака: Юйцин еще не успел подойти к калитке, как из-за стены донесся заливистый лай.

Се Юйцин с легкой завистью окинул взглядом глиняную стену. Что ни говори, а такая ограда давала и приватность, и безопасность. А если еще и пса завести, то можно не бояться, что кто-то прокрадется в дом и стащит вещи, пока хозяина нет.

«Хозяину часто приходится уходить на охоту, и присматривать за домом некому, — размышлял Юйцин. — Деревня Люцзя хоть и зажиточная, но лодырей да мелких воришек везде хватает, так что высокие стены вполне оправданны. К тому же у охотника наверняка полно дичины в запасах — береженого бог бережет».

Эти мысли промелькнули в голове Юйцина за мгновение. Он подавил любопытство и постучал в закрытые ворота: — Охотник Чжан, вы дома?

Вскоре за стеной послышались шаги, и холодный, чистый мужской голос спросил: — Кто там?

Юйцин замер. Хотя Чжан Цянь и спас его, сам Юйцин был тогда в беспамятстве и знал обо всём лишь из чужих рассказов. В его воображении охотник рисовался эдаким «богатырем с горы Ляншань» — огромным, плечистым и с громовым басом. Из-за обморока и головокружения он совершенно не запомнил лица своего благодетеля. ( «Богатыри с горы Ляншань» — это главные герои одного из четырех классических китайских романов «Речные заводи». Всего в романе насчитывается 108 вождей (богатырей), из которых 36 считаются «Небесными духами», а 72 — «Земными бесами». Они действуют под девизом «Осуществлять путь Неба ради спасения людей», выступая в роли «благородных разбойников», защищающих слабых и наказывающих продажных чиновников)

Юйцин отогнал пустые мысли и, прочистив горло, отозвался: — Это я, Се Юйцин, внук бабушки Лю. Вы спасли меня в горах тогда, помните?

Лай понемногу стих — должно быть, охотник утихомирил своего «стража». Ворота распахнулись, и Юйцин застыл от неожиданности.

Никаких окладистых бород и косой сажени в плечах. Стоявший перед ним мужчина был куда стройнее и изящнее, чем представлялось. Несмотря на ремесло охотника, от него веяло какой-то... книжной утонченностью. Прямые брови, ясный взгляд — черты лица казались резкими и волевыми, но когда он опустил глаза, глядя на гостя, в этом жесте Юйцину почудилась странная, почти нежная глубина.

— Что-то случилось?

Юйцин вспыхнул, осознав, что неприлично засмотрелся на мужчину.

— Я... вот... — он торопливо протянул корзинку. — Это еда, мы только что приготовили. Бабушка сказала, вы только из леса вернулись и, небось, не успели ничего сварить, вот и послала меня. Обычные домашние блюда, пожалуйста, примите.

Чжан Цянь машинально взял корзинку. Блюда были пылу с жару, и от их тепла корзина приятно согревала руки. Он и впрямь только-только спустился с гор; во дворе лежала неразобранная добыча, и разводить огонь ему было еще недосуг.

Чжан Цянь заглянул в корзину: всего два блюда, но порции огромные, от души. Тушеная курица, кровяной тофу — настоящие мясные деликатесы. Он хотел было отказаться: — Нет, это лишнее, я...

— Не надо никаких «лишнее»! — перебил его Юйцин. — Вы жизнь мне спасли, а я вас даже толком не поблагодарил. В прошлый раз вы курицу не взяли, неужели и от двух мисок откажетесь? Я же говорю — еда простая, домашняя. Не возьмете — мы с бабушкой сами столько не съедим, только зря испортится. Считайте, что вы нам помогаете, идет?

Увидев, что корзина уже в руках у Чжан Цяня, Юйцин не собирался давать ему шанса на возврат. Выпалив всё на одном дыхании, он резко развернулся и припустил прочь, опасаясь, что охотник его догонит.

— Приятного аппетита! После обеда я зайду за корзиной и посудой. Не оставляйте ничего, доедайте!

Се Юйцин ушел так быстро, что даже не обернулся посмотреть на лицо Чжан Цяня. Охотник не успел и глазом моргнуть, как парень уже скрылся вдали. Чжан Цянь стоял посреди двора с корзинкой в руках, не зная, то ли догонять его, то ли идти в дом. Только когда пес снова гавкнул, он отвел взгляд от дороги.

Цинь-гэр выглядел куда лучше, чем в тот день, когда он нес его из леса на руках: щеки порозовели, видать, здоровье пошло на поправку. Хотя, по мнению Чжан Цяня, парень всё еще был слишком тощим — ему бы побольше есть и набрать хоть немного веса, так было бы красивее.

«С чего это я вдруг озаботился его фигурой?» — Чжан Цянь неловко кашлянул, пытаясь отвлечься от непрошеных мыслей.

Аромат из мисок был настолько соблазнительным, что слюнки потекли не только у хозяина, но и у его волкодава. Пес, забыв о достоинстве, принялся скрести лапами по штанине, выпрашивая кусочек. Чжан Цянь закрыл ворота и легонько потрепал пса по голове: — Только бы поесть тебе... — Проворчал он, но всё же выудил из миски одну куриную ножку и отдал питомцу.

Пес радостно вильнул хвостом, схватил добычу и убежал в угол грызть кость. В животе у Чжан Цяня тоже требовательно заурчало. Он помыл руки, переложил еду в свои тарелки, вымыл гостевые миски и достал из запасов черствую лепешку.

Лепешки для походов были сухими и жесткими, но если разломить их и макать в горячий наваристый бульон — выходило куда лучше, чем грызть всухомятку. А уж эти два блюда были просто божественны! Кровяной тофу оказался нежнее нежного — он буквально таял во рту, оставляя насыщенное послевкусие, куда более глубокое, чем у обычного соевого тофу. Зелень хрустела, а курица была упругой, сочной и ароматной. Это было в сто крат вкуснее его собственной стряпни. Не успел он оглянуться, как уплел половину своего запаса лепешек, подчищая миску бульоном.

________________________________________

Се Юйцин перешел на шаг лишь спустя приличное расстояние. То ли от бега, то ли от разговора с Чжан Цянем, но сердце в груди колотилось как бешеное, а лицо пылало жаром.

А всё потому, что этот охотник Чжан не только говорил красиво, но и лицом вышел на редкость пригожим. Но самое гибельное — он ведь тот самый благодетель, что спас его жизнь!

Когда Юйцин только попал в этот мир, он и думать не хотел о женитьбе. Но теперь, глядя на ситуацию, он решил: если уж идти под венец, то с таким, как охотник Чжан — почему бы и нет?

Юйцин легонько похлопал себя по пылающим щекам, пытаясь остудиться. Спокойствие, только спокойствие! Он ведь даже полного имени своего спасителя не знает. Ничего, когда пойдет забирать миски после обеда — обязательно разузнает.

Дождавшись, пока сердце перестанет так неистово колотиться, Юйцин двинулся к дому. К счастью, на окраине деревни жило мало людей, да и время было обеденное, так что никто не видел его временного замешательства.

Путь его лежал через небольшую речушку, протекавшую через всю деревню Люцзя. Обычно на берегу всегда кто-то был — стирали белье или мыли овощи. Вот и сейчас Юйцин заметил человека, который, повернувшись спиной, присел у самой воды и сосредоточенно колотил вальком по одежде.

Приглядевшись, Юйцин узнал эту спину. Да это же Лю Шуй! «И чего его принесло сюда в обед стирать? Его дом ведь ближе к низовью реки», — промелькнуло в голове Юйцина. Впрочем, разгадывать мотивы Лю Шуя ему было лень. Небось, опять выжидает кого-то.

Юйцин никому не рассказывал, как Лю Шуй заманил его в лесную глушь и бросил там одного. Но это не значило, что он забыл или простил. К тому же он отчетливо помнил тот толчок в спину. Если бы не этот «дружеский» жест, Юйцин бы не вывихнул ногу и не скатился в тот злосчастный овраг.

Глаза Юйцина недобро сузились. Долги нужно возвращать! Один пинок за один толчок — честный обмен, не так ли?

Вокруг не было ни души — сама судьба давала ему шанс. Юйцин бесшумно, словно тень, приблизился к Лю Шую, примерился ногой к его спине и… от души приложился, отправляя «друга» прямиком в реку.

Раздался громкий «Плюх!», туча брызг взлетела в воздух, а следом за ними — вопль, больше похожий на визг резаного поросенка.

— А-а-а-а!!! Холодно!!! Кто это?! Кто меня толкнул, глаза твои бесстыжие?! А-а-а!!

Лю Шуй барахтался в воде, как ощипанный перепел. Сегодня он специально нарядился и пришел на берег в надежде «случайно» встретить возвращающегося в деревню Лю Шаня. Хотел предстать перед ним эдаким образцом домовитости и нежности… Но план пошел прахом. Теперь он выглядел как мокрая курица.

Юйцин, совершив правосудие, вальяжно отступил на пару шагов, чтобы брызги не испортили его одежду. Речная вода в конце осени — это не шутки: ледяная, пробирающая до костей. А в мокром платье на холодном ветру и вовсе затрясешься как в лихорадке.

Речушка была мелкой, так что Лю Шуй быстро нащупал дно и встал. Вид у него был жалкий: одежда прилипла к телу, волосы свисали грязными сосульками, а изо рта сыпались проклятия. Юйцин почувствовал, как на душе полегчало. Слушать ругань «утопленника» ему было недосуг, поэтому, вдоволь налюбовавшись на его истерику, он отряхнул ладони и с чувством глубокого удовлетворения зашагал домой обедать.

«По заслугам. Когда пакостил — о расплате не думал?» — Юйцин мурлыкал под нос веселый мотив. И без того хороший день стал просто чудесным.

http://bllate.org/book/16103/1443410