Готовый перевод After transmigrating into a villain cannon fodder male zerg / Что делать, если переродился в проходного злодея-зерга: Глава 4. Ты ведь самка Сун Цзяньшу, верно?

Глава 4. Ты ведь самка Сун Цзяньшу, верно?

Большинство самцов проводили дни, нежась на солнышке и наслаждаясь лёгким бризом, ожидая, когда самки обслужат их.

По правде говоря, суб-самок было гораздо приятнее держать в объятиях, нежели зергов-самок, и многие самцы принимали хотя бы парочку из них в свой дом в качестве наложниц.

Однако на этом все их функции и ограничивались. По способностям они сильно уступали не только самкам, но и даже низкоуровневым самцам. Естественно, такие зерги не могли получить достаточной поддержки со стороны общества.

Самки могли предоставить богатство и наследников, а суб-самки были всего лишь игрушками.

Лишь очень немногих особо удачливых суб-самок принимали к себе самцы, остальные же, неспособные завоевать их внимание, не имели ни стабильного дохода, ни того, на кого можно было бы положиться. Подобные обстоятельства приводили к тому, что в обществе зергов было огромное количество бездомных.

Неся свой скудный скарб, они скитались от планеты к планете.

Следует упомянуть, что планета, на которой жил Лу Мо, была чрезвычайно удалённой и отсталой.

Когда-то она была молода, воздух её был свеж, а вода – чиста. Поддерживаемые игривым ветерком, птицы распевали песни и пересекали горы и моря, рассылая самые искренние благословения во все уголки этой земли.

Но теперь она была очень стара.

На закате багровое солнце заполняло собой половину неба, ржаво-красная атмосфера была наполнена радиоактивными частицами.

Воздушная оболочка истончилась и стала гораздо суше, почва лишилась растительного покрова и растрескалась. Планета умирала.

Некогда процветающие и чистые города пришли в упадок, по практически заброшенному порту разнёсся сигнал, возвещая о прибытии последнего на этот день космического корабля.

Как только шлюзы корабля открылись, из них показались многочисленные фигуры усталых суб-самок, одетых в залатанное тряпьё. В их глазах всё ещё горел небольшой огонёк надежды, но ему было суждено потухнуть на этой умирающей планете.

Лу Мо тихо сидел, прислонившись к окну, и наблюдал за городом. Высотное здание располагалось в самом центре, оно было настолько ослепительным, что с наступлением ночи становилось единственным источником света во всей округе.

Всего в нескольких шагах от него начинались трущобы, и там, куда ни глянь, царили насилие, азарт и преступность.

Такова была столица.

«Какой дивный вид» – отрешённо подумал Лу Мо. Даже его самого восхищала мысль, некогда пришедшая ему в голову.

Трущобы были единственным пристанищем бездомных зергов. Он собрал этих бродяг в потогонку [1] и заставил их работать днём и ночью.

[1] Потогонка (sweatshop) – тесное рабочее помещение с очень плохими, социально неприемлемыми или вовсе нелегальными условиями труда, среди которых могут быть: отсутствие вентиляции, недостаток или полное отсутствие перерывов, неподходящее рабочее пространство, недостаточное освещение и некомфортная температура. Сама работа может быть сложной, утомительной, опасной или малооплачиваемой. Работники потогонок вкалывают многочасовыми сменами за несправедливо маленькие зарплаты, независимо от действующего трудового законодательства, регламентирующего размер минимального оклада и порядок выплаты сверхурочных.

График 996 [2] – это ещё цветочки, вы должны усердно трудиться сутки напролёт! Достаточно запустить непрерывный сборочный конвейер! Чем больше они будут работать, тем богаче будет Лу Мо!

[2] С 9 утра до 9 вечера 6 дней в неделю.

– Ах, взгляни на это вино, – подняв бокал на уровень глаз, Лу Мо мечтательно протянул: – Не напоминает ли оно тебе о гильотине, отсекающей головы злобным капиталистам?

Голос системы звучал даже более опьянённо: [Почти как гильотина Королевы Марии].

– Ничто в мире не сможет стать преградой для трудолюбивого человека! – Лу Мо одним движением ложки собрал остатки куриного супа и отправил их в рот. – День, когда я окажусь повешенным на ближайшем фонарном столбе, уже близок!

Система страстно ему вторила: [Даёшь национализацию [3]!]

[3] У анлейтора здесь упоминается «интернационализация», но на мой взгляд, в данном случае будет уместен именно термин «национализация» – передача в собственность государства земли, промышленных предприятий, банков или иного имущества, принадлежащего частным лицам. 

Лу Мо был тронут до слёз.

Всё шло как по маслу!

Однако, каким бы прекрасным ни выглядело будущее, к которому они стремились, им предстояло пройти долгий путь, так что не стоило пренебрегать любыми возможностями заработать очки подонка.

И эти возможности, разумеется, были связаны с одним враждебно настроенным зергом-самкой.

Как только он появился, Лу Мо тут же прорвался сквозь потолок прошлого уровня подонка, на котором застрял на целых три года. Он даже получил долгожданный начальный набор наград!

Как только он закрыл глаза, перед его мысленным взором возник изысканная голубая коробочка.

Одно касание духовной силы, и красочные награды разлетелись во все стороны, сопровождаемые радостной и торжественной музыкой.

Белые предметы:

【Начальный восстановитель духовных сил 】 х99

【Начальный увеличитель выносливости 】 х99

【Начальный увеличитель ловкости 】 х99

Голубые предметы:

【Иллюстрированная географическая энциклопедия планеты 】 х1

【Иллюстрированная энциклопедия видов, обитающих на планете】 х1

Фиолетовые предметы:

【Информация о персонажах сюжета 】 х1

Лу Мо: «Это ещё что?»

Система: […]

[Это самая щедрая награда, которую мне когда-либо доводилось выдавать] – тихо ответила система, – [Если бы вы столкнулись со мной прежней, то сидели бы сейчас в уголочке и плакали].

Не говоря уже о том, каким читерством были две иллюстрированные энциклопедии, в этом мире не существовали даже увеличители характеристик. Жаль только, что Лу Мо этого не осознавал.

Он лишь пожал плечами и кликнул по  【Информации о персонажах сюжета】, поблёскивающей фиолетовыми сполохами.

Среди множества чёрных силуэтов персонажей горел лишь один. Это был красноглазый, серебряноволосый зерг-самка, держащий в руке длинный кинжал и холодно смотрящий вперёд.

Лу Мо присвистнул: «Круто–»

Система молчала. Если бы она могла демонстрировать эмоции, то сейчас это была бы «озабоченность».

Главным героем этого мира был переселенец по имени Сун Цзяньшу, чей путь в целом был таким же, как и у всех протагонистов новелл про зергов. Идеи свободы, равенства и уважения, которых он придерживался, были попросту немыслимым и чужеродным понятием для местных самцов.

Его очарование покорило сердца многих самок, и в конечном итоге он женился на нескольких выдающихся личностях.

Среди них был и Лин. В ближайшем будущем он должен был полностью капитулировать пред лицом обаяния Сун Цзяньшу и стать одной из прислуживающих ему самок.

Вот почему система выдала Лу Мо столь щедрый начальный набор наград.

Многие её пользователи не только не страшились девяти смертей и одной жизни, но и испытывали особый восторг и возбуждение в подобных обстоятельствах. Но если обнаруживалось, что желаемый ими объект не попал в их распоряжение, то в лучшем случае приходилось выслушивать поток жалоб, в худшем же случае они начинали яростно спорить и ссориться с ней.

Система лишь надеялась, что щедрая награда заткнёт Лу Мо рот, и тот не станет устраивать сцен.

Лу Мо, совершенно не заметивший странной молчаливости своего стратегического ассистента, изучил полученную информацию и задумчиво спросил:

– Итак, он искренне любит Сун Цзяньшу?

–  [Да], – подтвердила система.

– До такой степени, что эта любовь не дрогнет даже перед угрозой смерти? – уточнил юноша.

–  […Да], – система начала паниковать.

Голос Лу Мо был подозрительно тих:

–  И он ни за что не влюбится в меня?

Система обречённо закрыла глаза:  

– [Да].

Лу Мо отложил книгу и сделал глубокий вдох:

– Чёрт побери, да это же просто прекрасно!

–  […], – системе показалось, что она ослышалась: – [Что?]

– А разве нет? – Лу Мо буквально сиял, – Ты только подумай, тот, кто занял его сердце – самый добрый, самый красивый и самый сильный самец в мире. Лин будет предан ему до самой смерти, но его вынудят вступить в брак с одним из наименее выдающихся представителей рода зергов – да, со мной, Лу Мо!

Система погрузилась в раздумья:

– [Вы имеете в виду…].

– Он без сомнения будет испытывать лютую ненависть ко мне – и затаит непримиримую обиду, только и дожидаясь часа, когда сможет прикончить меня! – Лу Мо взмахнул рукой и воодушевлённо резюмировал: – Итак, без дальнейших проволочек, давай подтолкнём его к этому!

Пусть ей и довелось повидать на своём веку немало бурь и штормов, в этот момент система не могла не восхититься беззастенчивостью Лу Мо.

– [Среди многих пользователей, с которыми мне довелось работать, ваша изощрённость и бесстыдство не имеют себе равных], – искренне похвалила она.

Лу Мо польщённо улыбнулся:

– Благодарю, благодарю.

Лин лежал на мягкой постели, блуждая взглядом по оставшимся на потолке следам недавнего ремонта. Мастерство ремонтников было весьма посредственным, и эта секция потолка выбивалась из общей картины.

И столь же сильно выбивался из этой обстановки он сам, находящийся здесь.

Дорогое коммуникационное устройство, лежавшее на кровати, продолжало тренькать, оповещая о новых сообщениях.

【Лин, где ты? Я очень волнуюсь о тебе.】

【Прости, что не уделял тебе внимания… но я не могу оставить тебя.】

【Я уже иду за тобой.】

Лин просматривал эти сообщения с ледяным выражением лица.

Среди самок, входящих в близкое окружение Сун Цзяньшу, он был самым старшим.

Сун Цзяньшу частенько жаловался, что Лин не умел проявлять нежность и привязанность, что он слишком горд и что в отличие от других самок никогда не склонял голову и не шёл на компромисс, чтобы задобрить его.

Поначалу Лин был обескуражен подобными заявлениями, но всего мгновение спустя Сун Цзяньшу удовлетворённо улыбался и мягко шептал: «Кто же ещё полюбит тебя таким, кроме меня?»

Только сейчас, оглянувшись назад, Лин заметил яд, скрывавшийся в этой улыбке

Будто Сун Цзяньшу забавляло то, каким удручённым он становился после его слов.

Со временем Лин привык к упрёкам Сун Цзяньшу и больше не воспринимал их всерьёз. Даже когда тот флиртовал с другими самками, Лин шёл против своей природы зерга рода Кляйн, подавляя в себе желание убить их.

Если бы эти сообщения пришли днём раньше, он испытал бы восторг и радость при их прочтении.

В конце концов, Сун Цзяньшу впервые одаривал его подобным вниманием.

Но в данный момент Лин чётко осознавал, что в его сердце не было ни малейших колебаний, даже отвращения он не испытывал, словно писавший был ему совершенно посторонним зергом.

【Лин, если ты это читаешь… можешь ответить, пожалуйста?】

Лин бесстрастно поднял коммуникатор, и всего лишь небольшим усилием двух пальцев раздавил необычайно прочное устройство.

Посреди хруста и скрежета раздался скрип открывающейся двери.

Лин поднял взгляд и обнаружил, что в дверном проёме стоит темноволосый зеленоглазый самец, одетый в приталенный костюм. Юный зерг холодно поинтересовался:

– Что ты делаешь?

– …

В тот момент, когда Лин увидел его, электрический разряд словно прошил всё его тело от ступней до макушки за милионную долю секунды.

Никогда ещё его сердце не билось так быстро, кровь в безымянном пальце запульсировала, а щёки обожгло жаром.

Холодный прищур и высокомерный излом бровей не помешал Лину испытать непреодолимое притяжение к их обладателю.

Он не мог отрицать, что черты лица этого самца не считались привлекательным с точки зрения эстетики зергов. По сравнению с Сун Цзяньшу, который обладал редким сочетанием тёмных волос и чёрных глаз, он мог разве что похвастаться чуть вьющимися чёрными волосами, на свету вспыхивавшими тёмно-красным, точно вино, отливом.

Глаза его были недостаточно большими и круглыми – их разрез был острым, узким и вытянутым. Изумрудная радужка и тёмные зрачки наводили на мысли о холодной и коварной змее.

Нос тоже не был эталонно маленьким и аккуратным, а тонкие губы ничуть не походили на губы Сун Цзяньшу. Они были бледно-розовыми, точно лепестки, и когда юный зерг поджимал их, придавали ему неприступный вид.

И всё же, глядя на это лицо, Лин не мог отрицать, что его влечёт к нему.

...

Он чуть было не отвернулся, беспокоясь, что глаза могут выдать его хищные мысли.

Когда Лин представил удивлённое и насмешливое выражение, которое могло показаться на этом лице, то тут же пожалел, что не сбежал с этой планеты прошлой ночью.

Из-за присущей взрослым зергам-самкам сдержанности и отчуждённости он не мог даже вообразить себе столь постыдной сцены.

Лин тихо и неуверенно ответил:

– Ничего не делаю?

– О? Вот как? – юный зерг сделал три шага к кровати, и разделяющая их дистанция резко сократилась. Лин мгновенно ощутил сокрушающее давление, отчего у него мелькнуло желание поскорее расправить крылья и сбежать.

Но следующие слова молодого самца будто окунули его в ледяную воду.

– Ты ведь самка Сун Цзяньшу, верно?

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

http://bllate.org/book/16058/1434833