Глава 96 - Первая любовь
Двое мужчин в школьной форме сбежали с занятия и пришли на детскую площадку.
— Ты раньше прогуливал уроки в старшей школе? — с улыбкой спросил Чу Цинь.
Даже несмотря на то, что они уже давно не являлись школьниками, а урок и вовсе был не настоящим, сердца мужчин все равно наполняли чувство вины и волнение.
— Не помню.
Чжун Ибинь оглядел школьный кампус. Все казалось таким знакомым и незнакомым одновременно. Он знал, что здесь происходило много вещей, но не мог о них вспомнить.
— А я часто прогуливал уроки, — признался Чу Цинь, потрепав любимого по голове. Он не хотел заставлять его перетруждаться и насильно вспоминать, поэтому решил поговорить о своем прошлом.
Чжун Ибинь слегка прищурился. Неужели такой примерный человек, как Чу Цинь, в школьные годы действительно был прогульщиком?!
— Ну, я был хилым и молчаливым, поэтому одноклассники не хотели со мной общаться. Меня либо игнорировали, либо не брали в расчет. Однажды я не выдержал атмосферы в классе, поэтому сбежал с самообучения. Тогда я носился по детской площадке и кричал. Эх, если бы меня кто-то заметил в тот момент, то определенно счел бы сумасшедшим… — Чу Цинь улыбнулся, повернулся к Чжун Ибиню и спросил, увидев его расстроенный взгляд: — Что стряслось?
— Я должен был раньше с тобой познакомиться, — признался Чжун Ибинь.
Если бы они встретились в школе, то Чжун Ибинь защитил бы Чу Циня и не позволил ни одной живой душе относиться к нему пренебрежительно.
— Если бы мы познакомились в то время, то я бы тебе не понравился. У меня был просто ужасный характер, — Чу Цинь пошел спиной вперед по узкой тропинке, чтобы видеть выражение лица собеседника.
Именно из-за отношения одноклассников Чу Цинь так старался измениться и стать более общительным. Поэтому он перешагнул через себя и стал пытаться подружиться с каждым одноклассником по очереди. Вскоре он добился успеха, обзавелся огромным количеством друзей и даже стал любимцем класса. Именно тогда Чу Цинь открыл в себе дар красноречия, который не один раз спасал его в студенческие годы, и выбрал путь профессионального ведущего.
Если бы в детстве его опекал и защищал Чжун Ибинь, то, возможно, он все еще был тем молчаливым и необщительным ребенком. Может, это прозвучит слащаво, но Чу Цинь стал лучшей версией себя, чтобы встретить свою половинку в нужное время.
— Ты влюблялся в кого-нибудь в старшей школе? — спросил Чу Цинь, скрывая ревность за любопытством.
До встречи с Чжун Ибинем ему никто не нравился, но вряд ли такой красивый и богатый молодой человек, как Чжун Ибинь, никогда прежде ни в кого не влюблялся и ни с кем не встречался.
Когда Чжун Ибинь услышал этот вопрос, его глаза удивленно округлились.
— У меня амнезия, как я могу такое помнить?
— А чисто теоретически такое возможно? — спросил Чу Цинь, пытаясь сделать максимально незаинтересованный вид.
— Конечно нет! — заверил его Чжун Ибинь, подняв указательный палец к небу.
— Почему ты так уверен? — Чу Цинь поджал губы, пряча улыбку.
— Если не помню, значит такого точно не было. Ведь значимые события в памяти человека остаются навсегда, и моя амнезия этому подтверждение, — гордо сказал Чжун Ибинь, приподняв подбородок.
Внезапно он ощутил все преимущество амнезии: даже если ты совершал какие-то плохие поступки в прошлом, то просто скажи, что ничего не помнишь.
— Тогда, если бы в старшей школе у тебя был любимый человек, то чтобы ты делал? — Чу Цинь повернул тему немного в другое русло, пытаясь выудить у него что-нибудь еще.
Чжун Ибинь нахмурился, серьезно задумавшись, огляделся, а убедившись, что вокруг никого нет, медленно протянул руку, взял теплую ладонь Чу Циня и ответил несколько смущенно:
— Я бы взял его за руку и прогулялся по кампусу.
Чу Цинь не ожидал такого простого ответа, поскольку обычно Чжун Ибинь брал напором и любил вгонять в краску.
— А еще… что дальше?
— Еще?.. Поиграл с ним в баскетбол, вместе пообедал, сходил в общественную баню, а ночью поменялся бы комнатой с его соседом…
Чжун Ибинь потер подбородок, развивая в сознании интересный сюжет. Он представил Чу Циня в старшей школе: хрупкий и милый подросток, который боялся противостоять людям и совсем не умел сопротивляться. Если бы они пошли в баню, то… Чжун Ибинь схватил бы его за плечи и прижал к стене, а потом произнес классическую фразу, которую всегда хотел сказать: «Парень, ты готов защитить Землю вместе со мной?!»
Чу Цинь поджал губы от разочарования. Планы Чжун Ибиня оказались совсем не интересными.
В общем, идея по восстановлению воспоминаний с треском провалилась, поэтому Чу Цинь решил отвезти Цыпленка Чжуна в ресторан, в котором они ужинали вместе. Там подавали блюда западной кухни относительно высокого класса. В тот год, когда Чжун Ибинь ухаживал за ним, они приходили туда особенно часто.
— Все потому, что еда в этом ресторане очень вкусная? — Чжун Ибинь заглянул в меню на французском.
— Нет, — улыбнулся Чу Цинь и поднял на него насмешливый взгляд, — потому что этот ресторан дорогой.
Молодой и неопытный директор Чжун, который впервые за кем-то ухаживал, следовал негласным правилам интернета: приглашал любимого человека в элитные рестораны и другие заведения высшего класса, много флиртовал и говорил избитые романтические фразочки, значений которых не понимал.
Услышав об этом, Чжун Ибинь смутился.
— Если бы я ухаживал за тобой сейчас, то ни за что не пригласил бы в подобное место, а повел прямиком в ресторанчик с хого.
Они общались и внезапно услышали, как кто-то позади позвал Чжун Ибиня по имени. Обернувшись, они увидели человека, о котором уже успели позабыть — У Вана.
После инцидента с Чжоу Цзымэн, Чжун Ибинь почти не общался ни с кем из бывших друзей. У Ван никогда ему не звонил, но Бай Чэн и Цзи Яо частенько писали. Кстати, после того случая они порвали все связи с У Ваном. В конце концов, Чжоу Цзымэн совершила ужасный поступок и чуть не сделала их соучастниками, а У Ван продолжал ее выгораживать. Все были в нем крайне разочарованы.
Чжун Ибинь промолчал и, видя, что У Ван направился к их столику, придвинулся к Чу Циню ближе. Они сидели рядом, и таким образом, пусть и неосознанно, он хотел защитить любимого человека.
— Почему ты здесь?
— Пришел поесть… — У Ван неловко улыбнулся, увидев движение Чжун Ибиня.
— Господин, ваш заказ, — к их столику подошел официант и подал еду, посмотрел на двух гостей в школьной форме и доброжелательно улыбнулся: — При предъявлении ученических билетов доступна скидка в двадцать процентов.
Чу Цинь, который в этот момент сделал глоток воды, поперхнулся и раскашлялся, а Чжун Ибинь посмотрел на официанта и произнес серьезно:
— Мы не взяли ученические. Разве школьная форма не является доказательством?
Официант извинился, сказал, что без документа скидку пробить нельзя, повернулся и ушел.
У Ван не мог удержаться от смеха. Этим двоим было почти тридцать, но поскольку они ухаживали за собой и поддерживали форму, то выглядели молодо. Особенно Чу Цинь, которому, судя по миловидному личику, нельзя было дать больше восемнадцати.
— Почему вы пришли в школьной форме? Это новая мода?
У Ван был хорошо знаком с ними обоими, поэтому, несмотря на неловкую атмосферу, продолжал шутить.
— О, мы просто участвовали в записи шоу, — ответил Чу Цинь, но это было лишь на половину правдой.
— Вернулись в старшую школу? — в глазах У Вана промелькнула легкая ностальгия. — Эрбинь, помнишь, когда мы ездили в Наньшань на баскетбольный матч, то ты признался, что тебе понравилась одна девушка. Как ее там звали?..
Чу Цинь поперхнулся и нахмурился. Чжун Ибинь покосился в его сторону. Он не помнил прошлого и понятия не имел, о какой девушке говорил У Ван.
— Не знаю, — сердито сказал он в ответ.
Было очевидно, что Чжун Ибинь не хотел развивать эту тему, но У Ван продолжил спрашивать, словно не замечая напряженного взгляда друга:
— Помню, ты очень любил красное мороженое, которое продавали в школьном буфете, но никогда не брал с собой наличку, поэтому всегда просил у меня взаймы. Вы покупали мороженое, когда были в школе?
Чжун Ибинь поджал губы и сказал нетерпеливо:
— Если у тебя нет к нам ничего важного, возвращайся к своему месту. Мы хотим поесть.
У Вану стало до жути неловко, он тут же встал и невольно бросил взгляд на Чу Циня: такой добрый человек должен был за него заступиться. Однако У Ван ошибся — Чу Цинь проигнорировал его и, вместо предложения остаться, отрезал кусок булочки для Чжун Ибиня.
У Ван уже много лет знал об отношениях между Чжун Ибинем и Чу Цинем, но из-за чувств Чжоу Цзымэн продолжал их отвергать.
Все это время Чу Цинь поступал мудро: зная, что Чжун Ибинь не может выбрать между ним и друзьями, просто терпел и старался быть для них добрым братом. Но теперь Чжун Ибинь больше не общался с ними, а значит, Чу Циню не было смысла оставаться добряком.
Когда надоедливый человек вернулся на свое место, Чу Цинь медленно отложил нож и вилку и холодно посмотрел на Чжун Ибиня.
— Так значит, девушка из Наньшань?
— Я правда не помню этого, — горько ответил Чжун Ибинь.
Чу Цинь тяжело вздохнул и мягко погладил его по голове, а затем посмотрел в ту сторону, в которую ушел У Ван, и слегка прищурился. Для чего он сказал все это? Чтобы спровоцировать ссору между Чу Цинем и Чжун Ибинем? Или по какой-то иной причине?
В течение следующих нескольких дней не случалось ничего необычного, Чу Цинь временно позабыл о том инциденте и сосредоточился на подготовке к записи варьете.
«Провальная гонка» стала настоящим хитом, который, судя по рейтингу, был недосягаем для других шоу. Выпуск «Пятнадцати дней романтики», где участвовал Сунь Сян, окончательно запретили, и съемки шоу были официально отменены.
— Я слышал, что на съемки будущего эпизода «Посиделок» приглашено мало гостей: Директор Юй и директор Чжун прийти не смогут. Давай поговорим с Чу Цинем и предложим ему взять тебя. Ты станешь одним из участников и заполнишь пробел, а потом, когда ваши отношения улучшатся, пропихнем тебя во второй сезон «Гонки», — менеджер Сунь Сяна работал в индустрии развлечений уже много лет, поэтому знал, откуда можно получить свежую информацию.
— Но я поступил с Чу Цинем просто ужасно, с тех пор он меня игнорирует, — разочарованно ответил Сунь Сян.
Раньше все говорили, что у Чу Циня нет врагов в индустрии развлечений, что он относится ко всем одинаково хорошо. Но на самом деле Чу Цинь был не таким добродушным, как все думали: он мог злиться и обижаться, как все обычные люди, и Сунь Сян ощутил это на себе.
Мало того что «Шэнши» прекратило с ним сотрудничество, так и постоянные партнеры стали менее заинтересованы в нем. Он предложил хорошей знакомой — Вэнь Цин — сняться в его новом клипе, но получил отказ из-за плотного графика съемок. «Синхай интертеймент», который хотел предложить ему роль второго плана, внезапно прислал уведомление, что спонсоры подбросили других кандидатов, извинился и аннулировал предложение…
Менеджер был так обеспокоен сложившейся ситуацией, что заработал себе несколько новых морщин. Серьезно подумав о проблеме, он настоял на том, чтобы Сунь Сян пригласил Чу Циня на ужин, лично принес извинения и восстановил отношения. Но Чу Цинь отказался, сославшись на огромную занятость в связи с записью варьете и съемками реалити-шоу.
— Господин Чу, мы очень сожалеем о том, что произошло, — менеджер Сунь Сяна стиснул зубы и решил сдать своего информатора. — Вы должны знать — нам сообщили, что с вероятностью в девяносто процентов шоу не выйдет в эфир. Конечно, мы заволновались. Если бы не эта информация, мы бы ни за что не отказались от участия.
Чу Цинь удивленно приподнял брови.
— Так вот в чем дело? Я разберусь с Ма Юэ и сообщу вам о результатах.
— А… хорошо, — растерянно произнес менеджер, ругая себя за длинный язык.
Ма Юэ давно работал в «Шэнши» и довольно долго был его информатором. Чу Цинь и не думал о прощении, он всего лишь хотел убрать шпиона.
___________
За кадром:
Цинь Цинь: Неужели не я твоя первая любовь?
Эрбинь: Я не помню.
Цинь Цинь: У-у-у, бессердечный.
Эрбинь: Не плачь, я знаю, как узнать правду.
Цинь Цинь: Как?
Эрбинь: Скажи, в наш первый раз тебе было больно?
Цинь Цинь: Конечно! Я чуть не упал в обморок.
Эрбинь: О, значит, ты моя первая любовь
Цинь Цинь: … Что?
Глава 97 – Наведение порядка
Чу Цинь молча повесил трубку, вызвал в кабинет Ма Юэ и сделал серьезное лицо.
Ма Юэ — молодой человек, который раньше работал под руководством Чэнь Фэна. Когда Чу Цинь получил повышение, Чэнь Фэн перешел на другую должность и настоятельно рекомендовал оставить Ма Юэ на прежнем месте, поскольку смена руководителей не должна отражаться на подчиненных и тем более причинять им вред.
— Руководитель Чу, вы меня звали? — скромно улыбнулся Ма Юэ.
— Я только что получил жалобу от агентства одного артиста, в которой говорилось, что ты передал им ложную информацию. В результате агентство понесло огромные убытки и теперь требует полной компенсации от «Шэнши», — медленно выдал Чу Цинь.
Легкая улыбка застыла на губах Ма Юэ, а перед глазами пронеслись все сцены последних манипуляций. Он передавал ложную информацию многим звездам. На какое-то время он задумался, пытаясь понять, кто из них подал жалобу, но все было тщетно. Ему не оставалось ничего, кроме как глупо улыбнуться и притвориться невиновным:
— Не знаю, как так вышло. Я всегда веду диалоги строго под руководством компании.
Чу Цинь посмотрел прямо в глаза сотруднику и сказал:
— Ма Юэ, я знаю, что ты дорожишь работой и действуешь как профессионал — это невозможно не заметить, но ты должен сказать мне правду, иначе у компании могут возникнуть проблемы. В этом случае даже я не смогу тебя защитить.
— Конечно, я все понимаю. Я говорю правду, честно, — поклялся Ма Юэ и стыдливо опустил взгляд.
— Что ж, отлично. Завтра компания, которая подала жалобу, пришлет кого-то для переговоров. На встрече мы все обсудим и решим. Твое присутствие обязательно.
Чу Цинь выглядел как начальник, который всецело доверяет своему подчиненному и готов вступить в схватку. Это заставило Ма Юэ еще больше почувствовать вину и не на шутку испугаться.
Выйдя из кабинета Чу Циня, Ма Юэ, утирая холодный пот со лба, поспешил найти Чэнь Фэна, затащил его в укромное место и зажал в угол.
— Начальник Чэнь, что мне делать? Кто-то донес Чу Циню, что я сливаю информацию, — с напором выложил Ма Юэ.
— Что ты паникуешь? У них нет никаких доказательств. У Чу Циня сильный авторитет, позволь ему самому во всем разобраться, — просто ответил Чэнь Фэн.
— Но завтра на переговоры придет кто-то из той компании. Если у них все-таки что-то на меня будет, то это конец: я потеряю работу, — еще больше забеспокоился Ма Юэ.
— Ты не потеряешь работу. Даже если тебя обличат в сливе информации, максимум, что ты получишь, — штраф. В любом случае, я всегда могу забрать тебя к себе в новостной отдел. Не переживай, — утешил его Чэнь Фэн и сразу же ушел.
После заверения Чэнь Фэна Ма Юэ почувствовал себя намного лучше.
На следующий день Чу Цинь пригласил на встречу всех сотрудников из отдела развлекательных программ. Узнав об этом, Ма Юэ внезапно почувствовал слабость в руках и ногах.
— Вчера я получил жалобу от менеджера Сунь Сяна, в которой говорилось, что Ма Юэ раскрыл информацию о том, что выход шоу должен приостановиться, а дата начала съемок неизвестна. Менеджер утверждает, что именно эта информация заставила Сунь Сяна оказаться от участия в реалити-шоу. Поскольку она оказалась ложью, агентство Сунь Сяна, которое в итоге понесло огромные убытки, теперь надеется получить денежную компенсацию от «Шэнши», — рассказал Чу Цинь, как только открыл дверь.
В конференц-зале воцарилась тишина, все разом посмотрели на Ма Юэ и зашептались.
В то время Чу Цинь неоднократно подчеркивал необходимость успокоить артистов и заверить в том, что съемки начнутся по расписанию, а если бы компания не смогла так быстро справиться с финансовыми проблемами и начать работу вовремя, то они должны были потянуть время. Как можно было в такой критической для компании ситуации сказать, что шоу не состоится?! Зачем нужно было намеренно отпугивать участника? Неужели Ма Юэ специально ослушался Чу Циня и решил внести хаос в отдел развлекательных программ?
— Я… я никогда не говорил ничего подобного, — Ма Юэ упорно отказывался признавать вину.
Сейчас в основном он отвечал за связь между «Шэнши» и артистами, которые участвовали в «Провальной гонке» и шоу Чжу Чана. Вчера, когда Чу Цинь вызвал его в кабинет и заговорил об утечке информации, Ма Юэ не был уверен, кем была подана жалоба. Теперь, когда он узнал, кто был инициатором, почувствовал себя чуточку лучше и подавил растущее беспокойство.
У Сунь Сяна не могло быть доказательств против него.
— О, я тоже получил несколько жалоб от артистов, и все они подтверждены документально, я ничего не придумываю, — в этот момент Чжу Чан, сидевший сбоку, внезапно заговорил и положил стопку материалов перед Чу Цинем.
Сейчас Чжу Чан вел только одну программу, не считая разогрева на «Посиделках», поэтому очень старался, чтобы у шоу не было проблем. Но каждый раз что-то шло не так. К тому же он был новичком, которому отчаянно требовалось проявить себя — на кону стояла его карьера. Если бы директором был кто-то другой, то, вероятно, ему пришлось бы стиснуть зубы, терпеть и самому пытаться исправить ситуацию, но с Чу Цинем у них были хорошие отношения, поэтому Чжу Чан без промедления поделился с ним проблемой. Между ними возникло молчаливое понимание, поскольку действия крысы Ма Юэ стали слишком откровенными.
Чжу Чан предварительно проверил всю эту огромную стопку бумаг и лично убедился, что каждая жалоба от артиста заверена подписью и печатью.
Ма Юэ внезапно покрылся холодным потом, его лицо побледнело, а язык онемел.
Чу Цинь посмотрел сначала на него, затем на лица каждого сотрудника в аудитории и медленно произнес:
— Я совсем недавно занял эту должность. Может, вы еще не приняли меня, но это не должно мешать вам работать. В любой компании преданные своей работе люди достойны уважения. Но полагаться на должность, чтобы мутить воду, приносить убытки партнерам и компании... Такое поведение не потерпит ни один руководитель.
В конференц-зале присутствовали все сотрудники отдела развлекательных программ. Наблюдая за тем, как Ма Юэ без сожаления увольняют с работы, люди, которое были на стороне Чу Циня, ликовали, а те, кто не считался с ним и был на стороне Чэнь Фэна, заново расставили приоритеты и изменили планы.
Ма Юэ уволили публично, поэтому Чэнь Фэн не имел возможности перевести его в другой отдел. Бывшие подчиненные начальника Чэня словно проснулись ото сна и получили запоздалое осознание: если не считаться с Чу Цинем, то можно потерять работу. Атмосфера в отделе разрядилась, и Чу Цинь почувствовал, что в будущем работать с этими людьми станет намного проще.
Перед началом записи «Посиделок» зрители ерзали на местах от нетерпения, и многие сотрудники «Шэнши-ТВ», пользуясь своим положением, заняли места в зале. Это варьете было слишком популярно, и даже среди работников телеканала имелось не мало его фанатов.
Брат и сестра Чжао выполняли комплекс вольных упражнений, разогреваясь перед шоу. Под звуки веселой музыки ловкая Чжао Янь в розовом акробатическом платье вышла на сцену и сделала сальто, взяла длинную шелковую ленту и исполнила незамысловатый танец. Ее брат, Чжао Сюй, одетый в похожий по стилю спортивный костюм, тоже держал в руках ленту.
Упражнения с лентой предназначались только для программ выступления спортсменок, но сочетание Чжао Сюя, крупного мужчины, с нежной тонкой лентой было слишком забавным. Когда он с совершенно серьезным и сосредоточенным лицом сделал прыжок, оставляя за собой шелковый шлейф, зрители согнулись пополам от смеха.
Сестры Вэнь нарядились в изящный чонсам, вышли на сцену и поприветствовали публику.
Остальные пары участников прийти не смогли, но это совсем не беспокоило Чу Циня. Многие знаменитости, которые ранее отклонили приглашение на участие в «Провальной гонке», очень сожалели о своем решении, поэтому, когда Чу Цинь предложил им поучаствовать в «Посиделках», они без колебания согласились.
Для этого эпизода он позвал пару братьев и пару сестер: актера второго плана дорамы, которую готовила к запуску «Шэнши», и его младшего брата, а также популярную актрису «Синхай интертеймент» и ее младшую сестру. Пары приглашенных гостей вышли на сцену последними, после основных участников шоу.
— Приветствую всех, спасибо, что пришли на «Дружеские посидели»! Я ведущий — Чу Цинь! — произнес он с улыбкой вступительные слова. Сегодня он надел тот же костюм, что и во время съемок в Деревне Семи звезд. — Как вы уже знаете, гости нашей сегодняшней программы — участники реалити-шоу «Провальная гонка».
— Но что-то не так, — внезапно произнесла Линь Сяосяо, дождавшись, пока Чу Цинь всех представит. — Кого-то не хватает?
— У Юй Тана и Чжун Цзябиня — директоров крупных компаний — слишком напряженный график работы, а наших актера года и актрису международного класса пригласили на крупный кинофестиваль — они не смогли найти время для участия в шоу. Жаль… — Чу Цинь пожал плечами.
Зрители разочарованно ахнули, после чего Чу Цинь тихо добавил:
— Без сопровождения старшего брата малыш Юй Линь тоже не смог прийти, но…
Продолжительная пауза вызвала мгновенный интерес публики.
— Я знаю! — отозвалась Линь Сяосяо. — Одна из булочек все-таки смогла прийти в одиночку!
Как только она закончила говорить, двери зала отворились, и внутрь шагнул Чжун Ибинь в повседневно-деловом костюме.
— А-а-а-а-а-а-а!
Сейчас популярность Чжун Ибиня превосходила даже Вэнь Цин, которая находилась на пике карьеры. Это действительно удивляло.
Линь Сяосяо внезапно застыла, подбежала к нему и почтительно поклонилась несколько раз.
— Директор!
— О чем ты там говорила? — спросил Чжун Ибинь властно, слегка приподняв брови.
Линь Сяосяо поспешно махнула рукой.
— Ничего такого, мы просто говорили, что в шоу будет участвовать наш несравненный и высокоуважаемый директор.
— Ха-ха-ха…
Откровенное заискивание перед руководителем заставило зрителей снова разразиться смехом.
— Директора других компаний заняты делом, так почему вы свободны? — Чу Цинь пригласил Чжун Ибиня на сцену и спросил с наигранным беспокойством.
— У меня есть более важные дела, о которых стоит позаботиться, — Чжун Ибинь посмотрел на него и слегка улыбнулся. Его низкий и сладкий голос заставил сердца зрителей пропустить удар. Даже закончив говорить, он не отвел взгляд от Чу Циня, и атмосфера между ними была странной.
«Боже мой, ты видишь его взгляд? Я не могу дышать!»
«Он отбросил свой образ младшего брата и снова стал властным директором!»
«Ох, «Чжун Цинь», я таю~»
После трансляции этого эпизода меду фанатами «Чжун Циня» и «Цзяибиньбинь» снова разразилась война в интернете, поскольку стало очевидно: «Чжун Цинь» имеет явное преимущество. Мужчина становится ребенком, когда у него есть на кого положиться, и супергероем, когда есть кого защищать. Эта противоречивость привела к появлению новых поклонников Чжун Ибиня, популярность которого уже совсем скоро обещала догнать популярность Юй Тана.
Эпизод «Посиделок» был благополучно записан, и вскоре Чу Цинь вместе с участниками «Провальной гонки» отправился к следующему месту съемок — необитаемому острову.
Остров был окружен теплым морем, на нем не было сигнальных вышек, все средства связи были абсолютно бесполезны, поэтому директора заранее нашли себе замену на время отсутствия во избежание возможных неприятностей.
Поскольку отец Юй вернулся из США, Юй Тан возложил все дела компании на него и попросил Сун Сяо за всем присмотреть. До того как группа компаний «Шэнши» была разделена между братьями, всем заведовал отец Чжун, поэтому, когда его сыновья сбежали на съемки реалити-шоу, он снова встал во главе руководства. Вот только сможет ли он справиться с такой нагрузкой?
Чу Цинь улыбнулся и пригласил участников на частный самолет. Пока все весело болтали на пути к месту назначения, интернет наводнили гадкие слухи.
____________
За кадром:
«Ребенок Эрбинь со старшим братом против супермена Эрбиня с Цинь Цинем»
Эрбинь: Брат, у меня нет денег o(>﹏<)o
Старший брат: Возьми мою карточку.
Эрбинь: Цинь Цинь, у меня есть деньги ~\(≧▽≦)/~
Цинь Цинь: Отдай их мне на хранение, мы используем их в будущем.
Эрбинь: Брат, я хочу купить дом o(>﹏<)o
Старший брат: Я выбрал район и внес первый взнос — он твой.
Эрбинь: Цинь Цинь, у меня есть дом ~\(≧▽≦)/~
Цинь Цинь: Давай приватизируем его и сможем спокойно жить в нем в будущем.
Глава 98 - Сигнал
Чжун Ибинь быстро набрал популярность из-за участия в реалити-шоу. Он являлся владельцем телекомпании, поэтому его появление в «Провальной гонке» все восприняли совершенно спокойно. К тому же он был привлекательным и забавным.
В интернете даже сформировали его фан-клуб, и несколько мастеров монтажа собрали воедино все видеозаписи, на которых Чжун Ибинь когда-либо появлялся. Среди них были кадры из «Дружеских посиделок», на которых операторы запечатлели несколько забавных взаимодействий с Чу Цинем, пара эпизодов с церемонии вручения телевизионных драматических наград, а также кадры с первого задания «Провальной гонки», на которых Чжун Ибинь схватился за край пиджака старшего брата… Монтажер хотел показать противоречивость кумира, намеренно сменяя властного директора на сбитого с толку простака.
Одним словом, имидж Чжун Ибинь в данный момент был положительным. Стоимость акций «Шэнши» неуклонно росла благодаря реалити-шоу, которое продвигало двух братьев Чжун. Совет директоров был очень доволен этой тенденцией, активно поддерживал Чжун Цзябиня и без проблем отпускал на съемки новых эпизодов, совершенно не обращая внимание на разочарованное лицо директора.
Все шло как нельзя лучше, тема «Чжун Цинь» тоже набирала обороты, пока однажды в интернете не появился пост о том, что в прошлом Чжун Ибинь был хулиганом.
«Идеальная внешность — это обман. Младший сын семьи Чжун в старшей школе был задирой и настоящим бандитом!»
Эти громкие слова сразу же привлекли внимание общественности. Вскоре загадочная женщина согласилась на интервью и рассказала, что училась в средней школе Наньшань, а когда пошла в старшую, попала в один класс с Чжун Ибинем…
На острове не ловил интернет, поэтому люди, прибывшие на съемки «Провальной гонки», не знали о разгорающемся скандале.
Самолет приземлился в приморском городке, участники и члены съемочной группы сели на паром и отправились на точку сбора. Темой нового эпизода стало «Выживание на необитаемом острове».
Здесь стояло несколько высоких гор и текла родниковая вода. Со стороны остров казался не очень большим: километра три в длину, не больше. Перед съемками организаторы заранее все проверили и убедились, что на острове нет хищников, а вода чистая и безопасная для людей.
— Вы проведете на острове два дня и одну ночь. От нас вы не получите ни еды, ни воды, лишь несколько инструментов, которые могут упростить вам жизнь на эти несколько дней, — Чу Цинь стоял на пляже, объяснял правила и, как всегда, мягко улыбался.
Среди предложенных им вещей были палатки, по одной на каждую пару участников как обязательная часть экипировки, а также молоток, топор, вилка для барбекю, нож, коробок спичек… и так далее.
— Каждый человек может выбрать только один предмет? Но любой из них будет полезен, — с горечью подметила Вэнь Цин.
Чтобы не оплошать на шоу, последние два дня она не выходила из дома и училась готовить, в результате чего запомнила два новых рецепта. Вот только откуда она могла знать, что на этот раз организаторы отправят их на остров и заставят самим добывать еду.
Старший брат Чжун что-то прошептал на ухо младшему, и братья взяли на себя инициативу в выборе инструментов. Чжун Цзябинь взял молоток, а Чжун Ибинь — спички. Юй Тан схватил нож и вложил в руку младшему брату вилку для барбекю.
Другие участники также выбрали себе по предмету, который казался им самым полезными. Му Чэн схватил гамак, казалось бы, случайным образом затесавшийся среди инструментов. Его выбор для всех был несколько неожиданным.
— Чем гамак поможет в добыче пищи? — озадаченно спросил Чжао Сюй.
— Его можно использовать как рыболовную сеть! — восторженно объяснил Му Чэнь, указав сначала на гамак, а потом на бескрайнее море. На необитаемом острове проще всего ловить рыбу, нежели заниматься охотой.
Чжао Сюй поджал губы и молча повел сестру ставить палатку.
— Предлагаю всем поставить палатки сейчас, чтобы вечером, в темноте, не пришлось об этом беспокоиться, — предложил Чжун Цзябинь.
Все участники дружно согласились: у них не было ни еды, ни воды, хотя бы будет место для ночлега. Сейчас они не считали друг друга конкурентами и соперниками, ведь их общим врагом была съемочная команда.
Кемпинг — вид отдыха, к которому часто прибегают состоятельные люди, поэтому многие из участников уже ставили палатки. Однако их прошлые палатки были высокого качества: их нужно было просто развернуть и разложить, — а те, что предложила съемочная команда, оказались самыми обычными шатрами, которые предстояло вбивать в землю колышками.
В это время старший брат Чжун снова отличился: когда участники бросились на поиски камней, которыми можно было бы вбить колья, по пляжу пронесся звонкий стук молотка, что становился все громче и пронзительней с каждым новым ударом.
Чжун Цзябинь, как и все, не знал, как ставить палатку, поэтому очень долго и дотошно изучал инструкцию на чехле, а разобравшись, позвал Чжун Ибиня на помощь. Два высоких и длинноногих брата тут же приступили к заданию: Чжун Ибинь держал палатку с одной стороны, а Чжун Цзябинь тянул с другой. Братья понимали друг друга без слов и совсем скоро, без единой ошибки, справились с этим нехитрым делом.
— Старший брат, ты потрясающий, — Чжун Ибинь с восхищением посмотрел на брата.
Чжун Цзябинь заглянул в его блестящие глаза, на мгновение замер и медленно улыбнулся. Раньше, очень много лет назад, когда они были детьми, Чжун Ибинь смотрел на него таким же взглядом: когда старший брат помог ему достать воланчик, застрявший между веток дерева, когда научил его играть в баскетбол и забрасывать мяч в корзину, когда первым съел куколку шелкопряда, которую Чжун Ибинь есть боялся…
Эти горящие глаза…
С каких пор младший брат перестал смотреть на него с восхищением?
Когда Чжун Цзябинь занял пост «Шэнши групп»? Или когда был принят в тройку лучших университетов мира? Или после высказывания отца: «Если бы ты хоть на половину был так же хорош, как старший брат»...
Братья медленно но верно становились врагами, и если бы не амнезия… Чжун Цзябинь, наверное, никогда бы не смог наладить с ним отношения.
— На что ты так смотришь? — Чжун Ибинь проследил за взглядом старшего брата и увидел Чу Циня, который совершенно случайно появился в поле его зрения. — Эй, это твоя невестка! Нечего пялиться!
Рука оператора, держащего камеру, задрожала, а режиссер спокойно сделал глоток воды и наказал ассистенту:
— Пометь, чтобы не забыли это вырезать.
Чу Цинь покраснел. К счастью, другие участники были слишком заняты делом и не услышали это откровение. Несмотря на то, что съемочная группа прекрасно знала об их отношениях, Чу Цинь все равно безумно смущался. Он подошел к Чжун Ибиню и бесцеремонно хотел пнуть его по ноге, но тот успел увернуться, спрятался за спиной старшего брата и скорчил рожицу.
Участники ушли с пляжа и установили палатки на каменистом грунте рядом с небольшим, но густым лесом. Они не осмелились ночевать в самом лесу из-за страха перед животными, такими как змеи и мелкие грызуны. Вокруг почти не было песка, поэтому развести огонь и приготовить пищу было удобно, а еще здесь открывался прекрасный вид на берег и синее море.
Когда настало время первого приема пищи, съемочная команда не стала вмешиваться: не дала ни указаний, ни заданий. Му Ша предложила потрудиться всем вместе, чтобы сэкономить время и силы и собрать больше еды.
Дети были рады, услышав, что могут плотно пообедать. Вэнь Цин взяла девочек и малыша Юй и отправилась в лес на поиски диких фруктов. Юй Линь был счастлив на время покинуть зону контроля брата-демона и вприпрыжку последовал за ними.
Му Чэнь пригласил Чжао Сюй на рыбалку, Юй Тан молча окинул участников взглядом и направился в глубь леса.
— Брат, пойдем наловим креветок? — нетерпеливо спросил Чжун Ибинь, уставившись на море.
— Давай.
Чжун Цзябинь подчинился его желанию и последовал за младшим братом на пляж.
На рифах у моря водилось много живности. Например, в трещинах между скалами можно было отыскать крабов и моллюсков. Чжун Ибинь с усердием принялся за работу, каждый раз находя очередного представителя моря, он взволнованно складывал находку на большой лист лопуха, который принес старший брат.
Когда Чжун Ибинь подобрал мелкую ракушку, перед его глазами промелькнуло яркое воспоминание, вызванное похожим случаем в далеком прошлом: однажды с кем-то он так же нашел ракушку на берегу.
«Посмотри, она красивая?»
«…»
«В этих ракушках заключена сила воинов справедливости. Если мы наполним ими наш военный корабль, то непременно победим злого Япула!»
«…»
Чжун Цзябинь растерялся, увидев, что младший брат замер с ракушкой в руке, слегка нахмурился и спросил:
— Что у тебя там?
— Япул, — легкомысленно ответил Чжун Ибинь.
Старший брат Чжун скривился, отвернулся от него и молча продолжил искать еду. Когда пришло время обеда, все вернулись с горами провианта. Братья Чжун собрали много мелких моллюсков и поймали двух крабов. Дети нашли в лесу папайю и бананы. В гамаке Му Чэна оказались слишком большие отверстия, поэтому использовать его вместо сети для ловли рыбы было невозможно, и двое рослых мужчин вернулись с пустыми руками.
— Выходит, у нас не будет мяса, — расстроенно подметила Чжао Янь.
— Есть два больших краба, — утешила ее Вэнь Юй, глядя на улов братьев Чжун.
В этот момент из леса вернулся Юй Тан, бросил фазана на землю и деловито вздернул подбородок.
— Мой старший брат — мастер охоты! — Юй Линь тут же принялся его восхвалять.
Мальчик рассказал участникам, что однажды Юй Тан застрелил дикого кабана на расстоянии пятидесяти метров, убил птицу из рогатки, попал в летящую утку из арбалета и вообще был самым метким стрелком. Наблюдая за неуклюжим ребенком, который торжественно и совершенно серьезно хвастался навыками старшего брата, все поджимали губы, чтобы не рассмеяться, но в конце концов разразились смехом.
Участники сплотились, хорошо поработали и собрали много ингредиентов. Обед обещал быть грандиозным. Чжун Ибинь зажег спичку, чтобы развести огонь.
Никто из гостей шоу толком не умел готовить, поэтому все единогласно назначили Чжун Ибиня главным и единственным поваром. В таких условиях у Чжун Ибиня было мало способов для приготовления пищи, поэтому он просто зажарил курицу и морепродукты. К счастью, это для него было относительно просто, и через некоторое время по пляжу разнесся аппетитный аромат. Когда фазан поджарился, мужчина бесцеремонно оторвал ножку и сказал, что это его награда как повара. Никто не стал возражать: участники дружно принялись за обед.
С горячей ножкой Чжун Ибинь рванул к съемочной группе. Для каждого члена команды был подготовлен отдельный готовый обед. Чу Цинь ел что-то из коробки и все время улыбался, глядя в телефон. Ямочки на его щеках были так очаровательны. Очевидно, Чу Цинь был в хорошем настроении.
— На что смотришь?
Уха Чу Циня коснулся легкий шепот, а в его коробке внезапно появилась ароматная ножка фазана.
Чу Цинь испугался и быстро заблокировал телефон, а Чжун Ибинь ловко его отобрал.
На этом острове не ловил интернет. Что же Чу Цинь так внимательно рассматривал?
Чжун Ибинь разблокировал экран телефона, и в тот же момент его глаза округлились от удивления.
Глава 99 - Ночная атака
В телефоне Чу Циня была загружена электронная новелла под названием «Брат императора против (ЦзяИ)». Чжун Ибинь бегло прошелся по тексту и обнаружил, что главными героями были он и его старший брат, а содержание и вовсе казалось странным…
— Верни… — Чу Цинь поспешил выхватить телефон, но Чжун Ибинь ловко увернулся, быстро перешел на главную страницу новеллы и прочел описание.
В романе рассказывалось о влюбленных друг в друга братьях Чжун, которые жили во времена одной знаменитой древней династии. Чжун Цзябинь был императором, а Чжун Ибинь — принцем, над которым каждый день издевались другие принцы. Когда Император Чжун Цзябинь узнал об этом, то крепко обнял младшего брата и позволил жить с собой в Восточном дворце. Со временем они сблизились и ощутили друг к другу необычную привязанность…
— …
Чжун Ибинь молча посмотрел на Чу Циня, который под его пристальным взглядом покраснел еще гуще.
— Ничего такого, просто новелла. Я скачал ее по случайности, даже не зная о чем она, ха-ха-ха, — Чу Цинь сухо засмеялся и забрал телефон.
Чжун Ибинь сглотнул, слегка прищурился и укусил Чу Циня за мочку уха.
— Я навещу тебя сегодня ночью.
— Гм… — Чу Цинь прикрыл ухо и снова покраснел.
Все члены съемочной группы, которые стали свидетелями этой сцены, тут же потупили взгляд. Сейчас они застряли на необитаемом острове вдали от своих любимых. Как не стыдно этим двоим ворковать у них на глазах?! Но поскольку «эти двое» были начальником и директором, съемочной группе ничего не оставалось, кроме как притвориться слепыми.
После обеда у участников не было времени на отдых, поскольку ведущий сразу дал им первое задание. Темой эпизода было «Выживание на необитаемом острове», а целью — найти сокровища, которые в горах спрятали пираты.
Соревнование проходило в несколько этапов. После выполнения каждого задания можно было получить подсказку и вместе с ней решить следующую задачу. Вот только подсказки были неоднородны: некоторые полезны, другие бесполезны, а третьи и вовсе обманчивы.
Пять пар участников отправились в дальний путь по необитаемому острову. После нечестной игры Юй Тана во время второго выпуска больше никто и не думал играть по правилам. Они тайком строили планы обмана, но при этом притворялись глупцами. Вот только невинный и добродушный Чжао Сюй не думал ни о чем подобном и честно выполнял поставленные задачи.
Спортсмен был сильным и ловким, поэтому первым выполнил первую часть задания — заполучить «Писание девяти солнц», которое спрятала обезьяна на самой верхушке дерева, и встать в определенные позы, чтобы получить ключ и открыть сундук с сокровищем — подсказкой.
Младшая сестра предложила помощь и ловко залезла на дерево. Когда брат и сестра заполучили маленький свиток «Писание девяти солнц», то увидели девять нарисованных поз для йоги, каждая из которых была сложной и трудновыполнимой. По заданию в каждую позу должны встать оба участника. Гимнастка Чжао Янь легко выполнила поставленную задачу, а Чжао Сюю пришлось пострадать.
Он не тренировался почти год, а эти движения требовали высокой гибкости, но даже так, хоть и с трудом, Чжао Сюю удалось встать в каждую позу. Как только брат и сестра Чжао собирались получить ключ от члена съемочной группы, откуда ни возьмись появился Му Чэнь, решивший их обмануть.
— Кто-то уже открыл вторую подсказку, поэтому твоя, скорее всего, бесполезна, — с сожалением признался Му Чэнь.
— Ах? Бесполезна? — с горечью переспросил Чжао Сюй.
На самом деле он не вник в тонкости соревнования и не до конца понял правила игры. Он лишь выслушал общую идею и знал, что нужно выполнять задания и получать подсказки, которые помогут в дальнейшем.
— Да, если кто-то открывает шкатулку с подсказкой к следующему заданию, то подсказки других участников автоматически являются недействительными, — грустно покачал головой Му Чэнь, заглянул в «Писание девяти звезд» и угрюмо рассмеялся. — Вы и правда встали во все эти позы? Невероятно, ха-ха-ха!
Позы йоги на свитке выглядели странно. Гимнастку Чжао Янь — хрупкую и изящную девочку — легко было представить за выполнением задания, но мускулистого Чжао Сюя… Кажется, это зрелище было весьма забавным.
Му Чэнь похлопал Чжао Сюя по плечу и, продолжая болтать о ерунде, отвел подальше от сундука с сокровищем. Му Ша взяла ключ, открыла сундук и украла карточку с подсказкой. Чжао Сюй увидел ее действие и заподозрил что-то неладное, повернулся к Му Чэню, который в то же мгновение пустился наутек.
Вэнь Цин, которая стала свидетельницей этой сцены, изо всех сил старалась подавить смех.
— Ты такой простофиля!
Вэнь Юй прикрыла рот рукой, пряча улыбку. Сестры Вэнь были достаточно умны, но не так хорошо развиты физически. Поэтому Вэнь Цин предложила командам Чжао и Вэнь сформировать альянс, работать вместе и поровну разделить полученное сокровище. Чжао Сюй подумал о ее предложении и согласился. Он не мог признать перед зрителями свою глупость, поэтому сказал на камеру:
— Актерское мастерство Му Чэня и Му Ша слишком велико! Им удалось меня одурачить. Поэтому впредь я буду держаться от них подальше.
— Вот же Чжао Сюй… Говорит, что Му Чэнь играет хорошо, а Вэнь Цин, выходит, плохо? — беспомощно спросил Чу Цинь, сидя перед монитором в комнате режиссера.
К счастью, сегодня Вэнь Цин не стала хитрить: она играла честно и создала маленький альянс. Благодаря командной игре им удалось выполнить четыре задания и открыть сундук с сокровищами. В нем не было подсказки, но лежал небольшой мешок риса. Все четверо были в восторге: на необитаемом острове получить в награду еду намного ценнее, чем подсказку.
Команды Чжун и Юй не уступали друг другу по сообразительности, смекалке и храбрости. Зрители с замиранием сердца следили за их ожесточенной борьбой.
Вечерело, выполнять задания в темноте стало проблематично, поэтому Чу Цинь объявил тайм-аут.
— С наступлением ночи на остров высаживаются злобные каннибалы, поэтому ваша экспедиция по поискам сокровищ должна быть приостановлена. Храбрые путешественники, сейчас вам предстоит решить вопрос с предстоящим ужином, а также защитить найденные подсказки и ключи, — произнес Чу Цинь низким и глубоким голосом.
Из-за конкуренции и борьбы в ходе соревнований участники больше не были так добродушны и стали готовить каждый для себя.
Му Ша улучшила рыболовную сеть Му Чэня, и брат с сестрой наконец смогли поймать рыбу. Юй Тан в очередной раз волшебным образом поймал кролика, умело зарезал его ножом и насадил тушку на вилку для барбекю Юй Линя. Чжао Сюй и Вэнь Цин нашли дикие фрукты и овощи. У них не было охотничьих инструментов, а значит они не могли заполучить мясо, зато был котелок, а также рис, который они заработали в ходе соревнования, поэтому могли приготовить овощную и фруктовую каши.
Когда все с энтузиазмом принялись за приготовление ужина, то внезапно обнаружили, что у них нет огня.
Костер, который они развели утром, в полдень был потушен Чжун Цзябинем. Днем они должны были приступить к выполнению задания и не могли оставить огонь без присмотра. Все единогласно согласились потушить костер, но теперь… Как им приготовить еду? Участники разом повернулись к братьям Чжун.
Чжун Ибинь выбрал своим инструментом коробок спичек, и только он из десяти участников мог разжечь огонь. Братья не ходили на охоту и не искали овощи и фрукты, они медленно разводили огонь и кипятили воду в чайнике, выданном съемочной группой.
— Дай немного огня, — Юй Тан подошел к ним с деревянной палкой, но Чжун Ибинь его остановил.
— Поскольку жизнь на острове трудна и коварна, я не могу просто так одолжить тебе огонь, но могу обменять на еду, — объяснил Чжун Цзябинь, держа над костром чайник с водой и давая понять, что при попытке Юй Тана схитрить, огонь будет потушен.
Все наконец поняли, почему старший брат попросил младшего взять именно спички. Оказалось, что Чжун Цзябинь все предвидел с самого начала!
Юй Тан сердито рассмеялся и обменял треть тушки кролика на несколько языков пламени. Другие захотели одолжить огонь у Юй Тана, но знали его характер и понимали, что он не отдаст его бесплатно после такой невыгодной сделки.
Сначала Му Чэнь решил заключить с Юй Таном разовый договор, но потом побоялся обидеть и разозлить братьев Чжун, дружба с которыми на этом реалити-шоу дорогого стоила. К тому же завтра команде Му все равно придется готовить… В общем, и так и так ему бы пришлось заплатить братьям Чжун.
Му Чэнь предложил несколько средних рыб, а альянс Вэнь Цин пообещал две порции каши. Таким образом братья Чжун без особого труда заполучили самый роскошный ужин.
Чжун Ибинь в очередной раз восхитился острым умом брата и принялся за еду.
После ужина уставшие участники потушили костер и отправились по палаткам. Чжун Ибинь вместе со старшим братом спокойно спал до полуночи и внезапно открыл глаза.
Лунный свет просачивался через тонкую ткань, которая больше походила на москитную сетку. Тропический остров, полный разнообразных насекомых и зверей, оставался оживленным даже по ночам. Перед тем как переодеться и лечь спать, братья Чжун накрыли камеру полотенцем, а потом так и не открыли.
Чжун Ибинь сел, покачал сонной головой и осторожно выполз, а затем ловко пробрался в палатку к начальнику Чу.
Чу Цинь крепко спал и внезапно ощутил давящее чувство в груди. Во сне огромный пес энергично облизывал его лицо. Чем чаще влажный язык касался его кожи, тем быстрее Чу Цинь просыпался. Открыв глаза, в лунном свете он увидел затылок человека, который облизывал его грудь.
— Ах… — воскликнул он от неожиданности, но внезапно его рот был заблокирован влажными губами.
____________
За кадром:
Эрбинь: Не кричи, иначе я не буду сдерживаться.
Цинь Цинь: И что же ты сделаешь?
Эрбинь: То и это, а потом снова то.
Цинь Цинь: … Ах~
Глава 100 - Сон
К счастью, у Чу Циня была отдельная палатка, и его восклик не разбудил членов съемочной группы. Но ночью любой шум казался намного громче, чем днем, и даже малейший шорох был слышен. Осознав это, Чу Цинь тут же проснулся. Разглядев личность ночного гостя, он медленно расслабился и прикусил губу, подавляя звуки.
Когда Чжун Ибинь заметил непривычную сдержанность любовника, то стал действовать еще более дерзко: просунул руку под свободную пижаму Чу Циня и провел кончиками пальцев по его гладкой и нежной коже. Естественно, он тут же получил оплеуху за нахальство, но этот слабый удар его только раззадорил.
Освободившись от долгого и настойчивого поцелуя, Чу Цинь оттолкнул мужчину и прошептал:
— Почему не спишь? Зачем пришел ко мне так поздно?
— Ты еще не получил наказание за сегодняшнюю оплошность.
Чжун Ибинь притянул его ближе и ущипнул за попку.
Чу Цинь тут же покраснел. К счастью, в палатке было темно, и ночной гость не мог увидеть его смущенное лицо, поэтому Чу Цинь бесстыдно продолжил притворяться незаинтересованным и серьезным:
— Не создавай проблем, рядом люди…
— Так значит, ты догадался, как именно я собираюсь тебя наказать? — Чжун Ибинь, словно огромный осьминог, обвил его ногами и лишил возможности сопротивляться.
Лицо Чу Циня горело, а перед его глазами промелькнуло множество откровенных сцен. Он мягко кашлянул и ответил невинно:
— Откуда я знаю? Я просто хотел предупредить, чтобы ты не наделал глупостей. Будет плохо, если мы всех разбудим.
Несмотря на то, что сотрудники «Шэнши» уже знали об их отношениях, было бы крайне неудобно, застукай они Чжун Ибиня поздно ночью в его палатке. Авторитет на работе, который он с таким трудом создавал, рухнет в мгновение ока.
— Обещаю, что не издам ни звука, — усмехнулся Чжун Ибинь и стал стягивать с него пижаму. — Пока ты будешь сдерживаться.
Чу Цинь округлил глаза.
Серьезно?!
Он поспешно потянулся к резинке штанов, пытаясь предотвратить атаку. Из-за жары Чу Цинь надел более легкие пижамные штаны, на которых не было шнурка, лишь резинка, поэтому они снимались с особенной легкостью.
— Что же такого ты нашел в истории про братьев? Давай я разыграю для тебя одну из сцен, написанных в той новелле, — предложил Чжун Ибинь, сжав жизненно важный орган Чу Циня.
— Гм… — Чу Цинь проглотил стон, который чуть было не сорвался с его губ, стиснул зубы, впился взглядом в нарушителя личных границ и в отместку сделал то же самое.
Долгий поцелуй заглушил все звуки. Ситуация, в которой легко попасться, стимулирует сильнее афродизиака, поэтому двум разгоряченным мужчинам не понадобилось много времени, чтобы покончить со всеми делами. Они оба сильно вспотели и сбили дыхание.
— Пойдем искупаемся, — предложил Чжун Ибинь.
Из-за жаркой ночи и стремительных движений он сильно вспотел, а все его тело стало липким и неприятным.
Палатка Чу Циня стояла на окраине пляжа: сделав всего несколько шагов, можно было добраться до ручья или моря. Чу Цинь кивнул, лег на живот, высунул голову из разреза палатки и огляделся. Все мирно спали. Даже если кто-то проснется, то увидит лишь две плавающих фигуры — это не страшно.
Чу Цинь молча достал фонарик и полотенце, взял Чжун Ибиня за руку и отправился с ним на побережье. Здесь не было уличных фонарей, только лунный свет, поэтому темно-черное море выглядело несколько пугающе. Вдали тянулся извилистый горный ручей, но они решили искупаться в море, преодолели несколько больших гранитный камней, стоящих на берегу, и опустили ноги в воду.
Море было соленым, поэтому не могло дочиста вымыть тело. Поплескавшись здесь, им все равно пришлось бы добраться до ручья и хорошо помыться.
Чу Цинь осветил побережье с мелководьем и убедился, что вокруг нет опасных существ. В некоторых частях острова по ночам к берегу приплывали ядовитые медузы, встреча с которыми могла быть опасной для жизни. К счастью, здесь их не оказалось. Чу Цинь и Чжун Ибинь окунулись в море, прохладная вода расслабляла тело и дарила ощущение комфорта.
Но даже убедившись, что здесь нет опасных существ, Чу Цинь вскоре вернулся на мелководье. Он сел на побережье и позволил волнам пропитать свои пижамные штаны. Смочив полотенце, он стер с кожи липкий пот. Морской бриз мягко обдувал его тело, словно маня остаться здесь подольше.
Чжун Ибинь немного поплескался в море, затем вышел из воды и прилег на бедра Чу Циня.
— Днем я вспомнил кое-что из детства.
— А? — Чу Цинь удивленно посмотрел на мокрую голову, лежащую на его ногах.
Неужели этот парень предложил пойти к морю не потому, что хотел избавиться от последствий своего ночного нападения, а потому, что надеялся отыскать потерянные воспоминания? Чу Цинь провел рукой по его волосам и спросил с интересом:
— Что ты вспомнил?
— Когда я был маленьким, брат играл со мной на пляже. Я хотел пособирать с ним ракушки, а он со всей серьезностью назвал меня ребенком, — вспомнив эту картинку, Чжун Ибинь не смог удержаться от смеха.
Воспоминание о члене семьи заставило его почувствовать облегчение. Раньше Чжун Ибинь не помнил никого из семьи Чжун, и ему приходилось общаться с ними насильно. Это странное ощущение было сродни поеданию пластиковых овощей: когда ты не чувствуешь вкуса и не имеешь ни малейшего желания их проглотить.
Чу Цинь почесал затылок.
— Это хорошо. Значит, твоя память восстанавливается. Ты рассказал об этом брату?
Перед этим они ходили в старшую школу, пытаясь окунуться в прошлое, прогуливались в университетском кампусе, заходили в ресторанчик, в котором раньше часто ужинали. Правда, до этого все их попытки совсем не принесли результатов. Возможно, потому что все это косвенно было связанно с Чу Цинем, о котором он не забывал, а быть может, по другой причине.
Чжун Ибинь покачал головой. Он не говорил об этом Чжун Цзябиню. Несмотря на то, что братья заметно сблизились в последнее время, он все равно смолчал, потому что хотел сначала рассказать обо всем Чу Циню.
Узнав об этом, Чу Цинь растянул губы в улыбке и внезапно ощутил навязчивую меланхолию. Чжун Ибинь, страдающий амнезией, считал его единственной опорой. Они никогда не были так близки, как в этом году. Его доверие заставляло Чу Циня чувствовать огромную ответственность и в то же время большое счастье.
Если однажды к Чжун Ибиню вернутся воспоминания, останутся ли они так же близки, как сейчас?
Если честно, раньше Чу Цинь не нравился ему так сильно, у них часто случались ссоры и появлялись проблемы разного характера. После того как Чжун Ибинь потерял память, эти двое, казалось, заново полюбили друг друга. Чжун Ибинь научился обращать внимание на мелочи, стал заботливей, мягче и откровенней в своих желаниях, словом, изменился в лучшую сторону. До этого Чу Цинь и не подозревал, что его возлюбленный на самом деле все еще был таким ребенком…
В ночном полумраке они не могли ясно различить выражения лиц друг друга, но Чжун Ибинь чувствовал, что Чу Цинь был подавлен. Он сел напротив мужчины, обхватил его лицо руками и спросил заботливо:
— Что случилось?
— А что если… Я не хочу, чтобы твои воспоминания возвращались.
Чу Цинь прикусил губу. Сказав постыдную правду, он уткнулся головой в плечо Чжун Ибиня. Его слова были эгоистичны, и он прекрасно знал об этом, но все равно не мог избавиться от этой мысли. Как было бы хорошо, если бы все осталось так, как сейчас. Если бы у Чжун Ибиня не было никого важнее него.
Когда Чжун Ибинь услышал слова любимого, его сердце пропустило болезненный удар. Он поспешно заключил Чу Циня в крепкие теплые объятия.
— Тогда я не буду ничего вспоминать. Прошлое для меня не имеет смысла.
Чу Цинь ничего не ответил, только потерся лицом о его шею.
— Неужели раньше я делал что-то не так? Почему ты так переживаешь, каждый раз говоря о прошлом? — спросил Чжун Ибинь расслабленным тоном и поцеловал Чу Циня в щеку, пытаясь хоть немного успокоить.
Услышав этот вопрос, Чу Цинь почувствовал себя виноватым. Чжун Ибинь не делал ничего плохого, просто раньше у них было много проблем и часто случались ссоры, а однажды они даже расстались…
— Расстались? — удивленно переспросил Чжун Ибинь, ущипнул Чу Циня за подбородок, поднял голову и заглянул в глаза.
Он совсем не помнил этого… Лишь то, что до безумия любит Чу Циня, а Чу Цинь также сильно любит его.
Чу Цинь вздохнул. Рано или поздно Чжун Ибинь вспомнит, поэтому он решил рассказать обо всем без утайки, чтобы в дальнейшем избежать недоразумений. В то время они официально встречались всего один год. Тогда по многим причинам Чжун Ибинь стал подавленным и совершенно безынициативным, он проводил дни на пролет в кругу друзей, ел, пил, развлекался и ни о чем особо не заботился. Чу Цинь много раз пытался его вразумить и даже один раз вышел из себя.
Однажды Чжун Ибинь хотел, чтобы они вместе пошил на вечеринку по случаю дня рождения Чжоу Цзымэн, но Чу Цинь отказался, и они поспорили. В тот раз ссора вышла за пределы всех дозволенных границ, Чу Цинь разозлился и предложил расстаться.
Чжун Ибинь нахмурился, слушая его рассказ. Как он мог принудить к чему-то такое сокровище? О чем вообще думал Чжун Ибинь из прошлого?
— В то время у молодого господина был вспыльчивый характер. Ты согласился и ушел, громко хлопнув дверью, — Чу Цинь поджал губы. Вспоминая о том дне, он все еще немного сердился.
— А как мы помирились? — Чжун Ибинь был расстроен.
Чу Цинь фыркнул и закатил глаза.
— Позже ты понял, что был не прав, и всю ночь кланялся в пол перед закрытой входной дверью в мою квартиру. Ты был так жалок, как я мог тебя не простить?
Что за ерунда.
Чжун Ибинь, естественно, не поверил ему и, чтобы добиться правды, принялся бойко щекотать Чу Циня. Но даже под натиском атаки, умирая от смеха, Чу Цинь не сдался и не раскрыл эту тайну. От этого любопытство Чжун Ибиня разыгралось еще больше. Он тихо вернулся в палатку к брату, закрыл глаза и внезапно увидел во сне прошлое.
Чу Цинь был моложе, чем сейчас, и в его красивых глазах читалось больше упрямства.
— Давай расстанемся. С меня хватит.
— Расстанемся? Давай! — сердито выпалил Чжун Ибинь, развернулся и хлопнул дверью.
Он не понимал, почему все так обернулось. Он хотел лишь повеселиться с любимым человеком в кругу друзей. Ведь знакомство с родителями и друзьями было важным шагом в отношениях. Почему Чу Цинь этого не понимает? Даже если ему не нравится компания, почему он не может пересилить себя и прийти на день рождения?!
Эти двое не контактировали ни днем, ни ночью. К вечеру следующего дня Чжун Ибинь больше не смог терпеть, рванул в квартиру Чу Циня, вынул ключ и открыл дверь.
В гостиной в полной тишине на диване лежал Чу Цинь. Он свернулся калачиком и крепко обхватил руками колени, пытаясь спрятать несчастное выражение на бледном лице.
Услышав звук открывающейся двери, он медленно приподнял голову и распахнул пару красивых покрасневших глаз.
Все слова, которые Чжун Ибинь подготовил заранее, в то же мгновение улетучились из его головы. Он скинул куртку и бросился в гостиную, повалил Чу Циня на диван и, несмотря на его сопротивления, сделал шаг к примирению.
Чуть позже, обнимая полностью расслабленного Чу Циня, он продолжал извиняться, признавая свою ошибку:
— Не плач, малыш. Моя сердце рвется на части, когда я вижу твои слезы. Я был не прав. Мы не пойдем на вечеринку, если ты не хочешь. Я больше не буду просить тебя встречаться с моими друзьями, ладно? Не плачь.
— Кто тут плачет? — Чу Цинь оттолкнул его и вытер глаза.
Эти слезы были вовсе не от обиды. Просто Чжун Ибинь слишком старался загладить свою вину…
Из-за этого сна Чжун Ибинь снова запачкал пижамные штаны. Проснувшись, он сразу захотел избавиться от улик, но стоило ему обернуться, как его глаза встретились со всевидящим взглядом старшего брата. Чжун Ибинь с пижамными штанами в руке внезапно смутился.
_____________
За кадром:
Эрбинь: А что произошло потом?
Цинь Цинь: Мы помирились.
Эрбинь: Так значит, чтобы помириться с тобой, мне нужно сделать только это?
Цинь Цинь: Со-совсем нет.
Эрбинь: Принято к сведению.
Цинь Цинь: Эрбинь, обед готов.
Эрбинь: Почему у тебя глаза красные?
Цинь Цинь: Ах, я резал лук и…
Эрбинь: Так и знал, что я снова сделал что-то не так.
Цинь Цинь: ???
Эрбинь: Позволь почтенному гуну заслужить твое прощение.
Цинь Цинь: !!!
http://bllate.org/book/16031/1429915
