У нынешнего императора было две императрицы: первая императрица, старшая госпожа Чэнь, родившая наследного принца, и вторая императрица, младшая госпожа Чэнь, подарившая жизнь старшей принцессе и Третьему принцу.
Сестры Чэнь были единокровными сестрами от разных матерей. В свое время они вместе вошли в Восточный дворец: старшая сестра, рожденная от законной жены, стала главной супругой, а младшая, рожденная от наложницы, — второстепенной. После восшествия императора на престол старшая Чэнь стала императрицей, а младшая получила титул императорской благородной супруги.
Вот только покойной императрице не хватило удачи: она рано скончалась от болезни, и император возвел ее младшую сестру на престол в качестве второй императрицы — той самой императрицы Чэнь, которая сейчас и выбирала мужа для старшей принцессы.
Хэ Гу почти мгновенно догадался, кому принадлежал голос, донесшийся из-за дверей дворца у него за спиной...
...старшей принцессе Пэй Чжаоюй, с которой он только прошлой ночью позволил себе величайшую дерзость в своих снах.
Голос старшей принцессы был столь же необычен, как и она сама. Глубокий, мягкий и приятный слуху, он звучал чуть ниже, чем у обычных женщин. Тон ее был ровным и отстраненным, без единой капли того кокетства, что присуще девушкам на выданье. Даже разговаривая с родными родителями, она не позволяла себе ни малейшего намека на ласку или капризы.
Голос старшей принцессы... казался горстью ледяной родниковой воды, сорвавшейся со скалы в безлюдной, глубокой долине — чистый и прозрачный.
Впервые в жизни Хэ Гу осознал, что вся та чушь из бульварных романов в духе «стоило девушке открыть рот, как тело юноши наполовину онемело от восторга», оказалась сущей правдой.
Как жаль, что независимо от того, насколько сильно сейчас бушевало сердце Хэ Гу, в присутствии императора он не мог выдать своих чувств ни единым жестом.
...Ему нельзя было даже обернуться, чтобы взглянуть на нее.
— Юй-эр, почему ты пришла? — спросила императрица.
Старшая принцесса не ответила сразу, но Хэ Гу услышал, как ее шаги постепенно приближаются к нему. Сейчас он стоял на коленях посреди зала, опустив голову и прикрыв глаза. И хотя на его лице застыло почтительное выражение, сердцебиение ускорялось с каждым шагом приближающейся принцессы.
Старшая принцесса сделала всего семь шагов, а сердце Хэ Гу уже колотилось как сумасшедшее.
«Раз уж дошло до такого, — подумал Хэ Гу, — если я до сих пор не понял, нравится она мне или нет, значит, у меня действительно проблемы с головой».
Старшая принцесса остановилась прямо перед ним. Не получив императорского дозволения, Хэ Гу не смел поднять голову. С опущенным взором он как раз видел многослойные шелковые ленты ее красного дворцового наряда и изысканные узоры белых китайских роз, вышитые по краю подола.
Хэ Гу едва уловимо почувствовал исходивший от старшей принцессы легкий аромат сандалового дерева. Этот запах был настолько слабым, что в обычных условиях его было бы трудно заметить, но сейчас, когда она стояла так близко, молодой маркиз Хэ смог ощутить его совершенно отчетливо.
— Раз уж матушка-императрица выбирает для меня мужа, я, естественно, должна взглянуть на него сама, — равнодушно произнесла старшая принцесса.
Хэ Гу остолбенел.
Для всех незамужних благородных девиц вопросы брака решались по воле родителей и слову свах... Никто никогда не слышал, чтобы барышня лично приходила на смотрины.
...Впрочем, оно и неудивительно. Старшая принцесса все-таки была старшей принцессой, законной дочерью императора. На сегодняшний день она считалась самой любимой и высокопоставленной из принцесс. Подумаешь, немного своевольна и пренебрегает правилами — в этом не было ничего страшного.
К тому же, разве не эта особенность старшей принцессы с самого начала так привлекала его?
Как только Хэ Гу подумал об этом, у него внезапно помутнело в глазах. Красный рукав скользнул перед его лицом, а в следующую секунду он почувствовал, как чьи-то прохладные пальцы схватили его за подбородок.
Обладательница руки слегка приподняла его голову. Хэ Гу словно окаменел, его беззащитный взгляд встретился с красивыми, но холодными глазами старшей принцессы, которые сейчас смотрели на него сверху вниз.
Хэ Гу: «...»
«Твою ж мать?!. Что это за поза такая?!. Меня... меня что, сейчас лапает сама старшая принцесса?!»
В этот момент оцепенел не только Хэ Гу. Император с императрицей от удивления слегка приоткрыли рты, а старый маркиз Хэ, беспомощно наблюдавший за тем, как его родной сын подвергается такому бесстыдству, и вовсе застыл, словно деревянный истукан.
Лицо старшей принцессы все еще скрывала легкая вуаль. И хотя с такого близкого расстояния можно было разглядеть лишь половину лица, этого оказалось достаточно, чтобы молодой маркиз Хэ едва не забыл, как дышать.
«Матерь божья, — глупо подумал он, — я... я увидел небожительницу».
Увидев его одураченный вид, старшая принцесса никак не отреагировала. Казалось, она давно привыкла к подобным выражениям лиц; лишь брови слегка нахмурились.
— Так это и впрямь ты.
Старшая принцесса произнесла эту фразу так тихо, что расслышал ее только Хэ Гу. Он почти мгновенно почувствовал, как ее и без того холодный взгляд стал ледяным.
Тем временем императрица, наконец, пришла в себя. Несмотря на свой обычно бойкий нрав, сейчас она не могла скрыть неловкости.
— Юй-эр, что ты делаешь? — спросила она. — Быстро отпусти наследника Хэ.
Как только прозвучали слова императрицы, Хэ Гу почувствовал, что хватка ослабла: старшая принцесса действительно отпустила его подбородок.
— Матушка-императрица, в тот день, когда я возвращалась во дворец, именно он выходил из Башни Цветочной Луны. Я не обозналась.
Только тогда императрица вспомнила об этом инциденте. Поняв, что дочь все еще держит обиду за этот случай, она поспешно произнесла:
— Это недоразумение. В тот день наследник просто пошел...
Но император внезапно перебил ее, произнеся глубоким голосом:
— Мы немного устали и пойдем отдыхать. Маркиз Чанъян, можешь пока забрать своего сына и возвращаться домой.
Услышав это, Хэ Наньфэн почувствовал, будто у него гора с плеч свалилась. События, развернувшиеся сегодня во дворце «Сосредоточение Власти», принимали все более странный оборот, совершенно сбивая его с толку. Теперь, когда император, наконец, соизволил отпустить его, он тут же заставил Хэ Гу отбить земной поклон в знак благодарности, схватил сына за руку и бросился прочь, словно спасаясь бегством.
Хэ Гу, все еще пребывающий в прострации и шоке от произошедшего, был вытащен родным отцом за двери дворца «Сосредоточение Власти», не выказывая почти никакой реакции. Лишь когда они покинули дворцовые врата, сели в повозку, и старый маркиз Хэ рявкнул: «Ах ты, негодник!», юноша наконец пришел в себя.
Хэ Гу обернулся и увидел рассерженное лицо отца, который злобно сверлил его взглядом.
— Чего тебе? — растерянно спросил Хэ Гу.
— Разве не ты сам не хотел становиться мужем принцессы? — возмутился Хэ Наньфэн. — С чего это ты вдруг решил прикинуться дурачком перед Его Величеством?! И как теперь прикажешь мне отговаривать его?!
Хэ Гу потер нос:
— Я ведь не знал, как именно вы собираетесь отказываться, вы же не посвятили меня в свои планы. Разве скромность перед лицом Его Величества — это преступление?
В его словах была доля правды: Хэ Наньфэн действительно не поделился с ним своими намерениями. Получив такой отпор, старому маркизу оставалось лишь упрямо выпятить шею и проворчать:
— Ах ты ж, болван! Неужели не сообразил: покажи ты себя более выдающимся и талантливым, то нынешний император, который так ценит одаренных людей, ни за что не стал бы принуждать тебя к браку с принцессой! А теперь полюбуйся: я только собирался замолвить словечко, чтобы отказаться, как вдруг пожаловала сама старшая принцесса. И раз уж Его Величество не дал окончательного ответа, теперь на эти смотрины ты пойдешь, хочешь того или нет!
Откинувшись на спинку сиденья в экипаже, Хэ Гу лениво протянул:
— Пойду так пойду.
— И как, скажи на милость, мне теперь объясняться перед твоими дедушкой и бабушкой по материнской линии?! — взревел старый маркиз Хэ.
— Я сам все объясню старикам, — ответил Хэ Гу. — Скажу, что это мое личное желание стать мужем принцессы, и вы здесь совершенно ни при чем. Тогда они не станут вас винить.
Старый маркиз Хэ опешил:
— Что? Ты сам хочешь стать мужем принцессы?!
Хэ Гу взглянул на него:
— Ага, я передумал. Теперь мне кажется, что в этом нет ничего плохого.
И хотя Хэ Наньфэн временами мог вести себя безрассудно в мелочах, в важных делах он соображал весьма ясно. Например, он прекрасно понимал, что Хэ Гу — старший сын от его первой, законной жены, официально утвержденный двором наследник титула маркиза Чанъяна. Иными словами, его преемник. Хэ Наньфэн искренне желал, чтобы в будущем Хэ Гу добился успеха. И теперь, услышав о внезапном желании сына жениться на принцессе — решении, которое фактически ставило крест на его карьере, — как мог Хэ Наньфэн с этим смириться?
Он тут же вскипел:
— Что за вздор! Ты хоть понимаешь, что значит стать мужем принцессы?! Родственникам императора по женской линии запрещено вмешиваться в государственные дела. Если ты женишься на ней, то до конца своих дней можешь забыть не только об участии в императорских экзаменах и государственной службе, но даже в седло сесть не сможешь! Разве ради этого я с малых лет заставлял тебя изучать науки и боевые искусства — чтобы в будущем ты превратился в никчемного нахлебника при императорском дворе?!
Видя его столь разгневанным, Хэ Гу находил это весьма забавным, но в то же время не мог не удивиться.
«Надо же... кто бы мог подумать, что старик Хэ в глубине души все еще надеется, что я прославлюсь и совершу великие дела. Видимо, у него все-таки остались ко мне кое-какие отцовские чувства. Неужто эта стерва Вань Шу-эр не окончательно запудрила ему мозги?»
«Впрочем, если подумать, это логично. Хотя Вань Шу-эр тоже родила ему сына, Хэ Чэн слеп на один глаз, а значит, ему ни за что не унаследовать титул. Каким бы непокорным и неблагодарным сыном я ни был, титул старика Хэ может перейти только ко мне».
«Если взглянуть на вещи под этим углом, то поведение старика Хэ уже не кажется таким уж странным».
Видя, что сын молчит, Хэ Наньфэн с подозрением спросил:
— Еще позавчера, по пути в столицу, ты со слезами на глазах кричал, что ни за что не согласишься. С чего вдруг такие резкие перемены?
Хэ Гу повернул голову, взглянул на него, и на его лице расцвела ослепительная улыбка:
— Так принцесса ведь писаная красавица!
Он ожидал, что эта фраза наверняка спровоцирует старика Хэ на очередную порцию ругательств: мол, одурманен женской красотой и не думаешь о будущем. Однако старый маркиз Хэ неожиданно замолчал и лишь спустя какое-то время смерил сына странным взглядом.
Под этим взглядом Хэ Гу стало не по себе:
— Отец, на что это вы так смотрите?
— Ты, кажется, не в курсе...
— Чего не в курсе?
Старый маркиз медленно произнес:
— ...Причина, по которой Ее Высочество старшая принцесса до сих пор не вышла замуж, хотя ей уже перевалило за восемнадцать, кроется в том, что все браки, которые ранее пыталась устроить для нее Ее Величество, расстроились.
Хэ Гу оторопел:
— Что? Но если сама Ее Величество все устроила, как они могли расстроиться?
Кадык старого маркиза Хэ нервно дернулся:
— Ее Величество уже приняла решение, но кто же знал, что еще до свадьбы принцесса заявит, что с самого детства терпеть не может прикосновений мужчин. Даже если ее слегка заденут... или коснутся — это уже неприемлемо.
— И хотя позже Его Величество пообещал, что тот, кто возьмет старшую принцессу в жены, получит дозволение взять одну наложницу для продолжения рода, семья жениха, узнав об этом, все равно пошла на попятную. Двор, понимая свою неправоту, был вынужден отменить помолвку.
— Так что, если ты повелся на ее красоту, мой тебе совет: выбрось эти глупости из головы...
Хэ Наньфэн замолчал, его борода задрожала. Неизвестно, какое именно выражение скрывалось сейчас за ней на этом старом лице.
Видя, что сын хранит молчание, он не выдержал и добавил:
— Твои мысли мне вполне понятны, я ведь тоже мужчина. Вот только, даже став ее мужем, ты до конца своих дней не сможешь коснуться и мизинца Ее Высочества. Так что не лезь на рожон с этими смотринами. К счастью, Его Величество чтит традиции. Хоть императрица и положила на тебя глаз, окончательного решения еще не принято. Раз уж это только смотрины, ты сможешь...
Однако Хэ Гу внезапно перебил его:
— Кто сказал, что нельзя коснуться?
Хэ Наньфэн опешил:
— Что?
Молодой маркиз Хэ поднял голову, и на его лице появилось настолько самодовольное выражение, что так и хотелось съездить ему по физиономии. Вытянув длинный указательный палец, он постучал себя по приподнятому подбородку:
— Вот здесь. Буквально только что Ее Высочество прикоснулась ко мне своими собственными руками.
Хэ Наньфэн: «...»
http://bllate.org/book/15879/1614191
Готово:
кстати вопрос, если ее сын не может стать наследником к чему все эти интриги ?