Готовый перевод My Underachieving Seatmate Doesn’t Need Any Comforting / [❤️] Моего отстающего соседа не нужно утешать: Глава 22

Цяо Шао сел на кровати и уставился на него как на сумасшедшего:

— Ты еще не проснулся?

Хэ Шэнь, произнеся подобные слова, ни капли не смутился. Он лишь зевнул и добавил:

— Я вообще-то тебя хвалю.

Цяо Шао уже немного привык к его манерам и даже смог колко ответить:

— И что, мне теперь спасибо тебе сказать?

— Не стоит благодарности, — Хэ Шэнь продолжал разглядывать его лицо. — Я только сейчас заметил, что ты очень даже недурен собой. Будь твои глаза чуть больше — взгляд казался бы отсутствующим, будь чуть меньше — в них не читалось бы столько упрямства. Нос и губы — тоже в самый раз...

Особенно эта кожа, ну надо же, белая, прямо как свежий соевый творог.

Цяо Шао не выдержал этого потока слов и легонько стукнул его шариковой ручкой по руке:

— Дружеское напоминание: мой пол — мужской.

Хэ Шэнь отозвался:

— Ну да. Будь ты девчонкой, точно бы кружил парням головы так, что они теряли бы пространственную ориентацию.

Цяо Шао вспылил:

— То есть раз я парень, то уже и красавцем быть не могу?!

— Ну, это как посмотреть... — протянул Хэ Шэнь.

Цяо Шао уставился на него, свирепо насупившись.

Однако Хэ Шэнь лишь рассмеялся. Он поднял свою длинную руку, свисавшую до этого ниже уровня парты, и похлопал Цяо Шао по голове:

— Вот если дорастешь до моего роста, то точно станешь самым крутым красавчиком во всей школе Дунгао.

Цяо Шао был потрясен: «Ну как на свете может существовать настолько бесстыжий человек?!»

Хэ Шэнь подпер подбородок ладонью и добавил:

— Ничего, ты еще мелкий. Питайся как следует, глядишь, когда-нибудь и дотянешься мне до уха.

Он даже приложил ладонь к собственному уху, показывая уровень.

Цяо Шао жутко разозлился, но, поразмыслив, прикинул: если он и впрямь дорастет до этой отметки, то это будет как минимум сто восемьдесят сантиметров.

Целый метр восемьдесят! С таким ростом можно по ночам от счастья улыбаться во сне!

— Хм... — хоть на душе и стало немного радостно, внешне нужно было сохранять невозмутимость, поэтому Цяо Шао сухо произнес: — Мой отец высокий и крепкий, так что я совершенно точно еще вырасту.

Хэ Шэнь проявил интерес:

— Получается, внешностью ты пошел в маму?

Раз Цяо Шао такой симпатичный, его мать наверняка редкая красавица.

Это была самая обычная фраза, брошенная мимоходом в продолжение разговора, но стоило Цяо Шао услышать ее, как он резко изменился в лице. Краска мгновенно сошла с его щек, а взгляд, словно падающая звезда, в один миг потускнел и погас.

У Хэ Шэня защемило сердце, он негромко позвал:

— Цяо Шао!

Цяо Шао сидел неподвижно, словно статуя.

Хэ Шэнь крепко перехватил его запястье. Почувствовав, какая ледяная у парня кожа, он слегка нахмурился:

— Ты...

В этот момент прозвенел звонок на урок.

Его протяжная мелодия эхом разнеслась по всему учебному корпусу, словно порыв ветра, который не терпит возражений, вмиг усмиряя весь шум и суету.

Цяо Шао нахмурился:

— Ты чего творишь? Больно же.

Хватка у Хэ Шэня была мертвой, он сжал его запястье так, будто нацепил железные кандалы, которые прямо-таки врезались в кожу.

Хэ Шэнь разжал пальцы, его глаза слегка блеснули.

Цяо Шао недоуменно спросил:

— Что опять не так?

Хэ Шэнь пристально смотрел на него — теперь это был не просто оценивающий взгляд, а необычайно сосредоточенный.

Цяо Шао с пренебрежением фыркнул:

— Уважаемый ученик Хэ, будь добр, остынь. У меня нет ни младшей, ни старшей сестры, так что твоя симпатия к моему лицу ни к какому результату не приведет.

Только что выглядел так, будто лишился чувств, а сейчас уже снова вовсю шутит...

Хэ Шэнь не стал упоминать о том, что произошло секунду назад, и лишь небрежно подыграл ему:

— Ничего страшного, в крайнем случае можем замутить мужской роман.

Цяо Шао: «.....................»

Может ли этот мерзавец повесить замок на свой язык или просто взять и намертво его зашить?!

В класс вошел учитель, и Цяо Шао перестал с ним препираться. Он открыл учебник и приготовился внимательно слушать.

Хэ Шэнь тоже лег на парту, но хоть он и принял привычную позу, заснул далеко не сразу.

В семье этого коротышки явно скрываются какие-то проблемы. Неужели это как-то связано с его матерью?

Если вспомнить, что Цяо Шао под любым предлогом отказывается возвращаться домой, ситуация, должно быть, крайне серьезная.

Что же там произошло?

Хэ Шэнь не знал ответа, но у него появилось отчетливое желание позаботиться о Цяо Шао.

Глядя на этого одинокого, лишенного всякой опоры коротышку, он словно видел в нем отражение самого себя.

Вот только Цяо Шао казался еще более худым, хрупким и абсолютно беспомощным перед всем миром.

Когда в полдень уроки закончились, Цяо Шао окликнул Чэнь Су.

Чэнь Су остановился и спросил:

— Пойдем поедим вместе?

Цяо Шао кивнул:

— Да, у меня к тебе есть один разговор.

Услышав его согласие, Чэнь Су заметно приободрился, его глаза заблестели, и он, не подозревая ничего особенного, поинтересовался:

— Что за дело?

Цяо Шао ответил:

— Придем в общежитие — расскажу!

Сказав это, Цяо Шао ощутимо ткнул «бога сна»:

— Вставай, пора идти обедать!

«Бог сна» лишь перевернулся на другой бок.

Цяо Шао выдал ему новый тычок:

— Если не встанешь, я ухожу без тебя.

Стоявший рядом Чэнь Су слегка поджал губы, но промолчал.

Цяо Шао побоялся, что Чэнь Су устанет ждать, поэтому наклонился к самому уху соседа и громко позвал:

— Хэ Шэнь!

Хэ Шэнь открыл глаза, и в его голосе послышалась сонная хрипота:

— Ты меня так до смерти закричишь, аж душа в пятки ушла.

Все мысли Цяо Шао были заняты делом, поэтому он принялся отчаянно подмигивать и намекать:

— Уроки закончились, пора обедать. — На самом деле это означало: скорее хватай телефон, идем в комнату, покажем Чэнь Су запись!

Хэ Шэнь прекрасно понял его намек, но удержаться от вопроса не смог:

— Твои ресницы тебе и вправду обзор не загораживают?

Цяо Шао сейчас зависел от него, так что пришлось пойти на уступки:

— Загораживают, загораживают, еще как загораживают, идет? Вот возьму и состригу их напрочь!

Хэ Шэнь немного подумал и отверг это предложение:

— Нельзя. Если останешься без ресниц, твои глаза станут казаться слишком огромными.

Цяо Шао разозлился:

— Да что тебе вообще тогда нужно?!

Оставишь — длинные, сострижешь — огромные!

Хэ Шэнь потянулся, чувствуя себя чуть более бодрым:

— Пусть остаются как есть, так очень хорошо.

Цяо Шао мысленно выругался: и зачем он только ввязался в этот дурацкий спор с Хэ Шэнем, что за бред они несут!

Кое-как разбудив соню, они втроем начали спускаться по лестнице.

Хэ Шэнь поддерживал Цяо Шао, а Чэнь Су шел с другого бока.

Их троица выглядела довольно странно, так что многие ученики украдкой косились в их сторону.

Хэ Шэнь никогда не обращал внимания на чужие взгляды: с кем бы он ни шел, вокруг всегда собирались зеваки, он давно к этому привык.

Цяо Шао было тем более наплевать. До поступления в школу Дунгао он всегда был тем, вокруг кого все вращались, так что у него имелся врожденный иммунитет к чужому вниманию.

И только Чэнь Су...

Пока они шли, он так сильно нервничал, что его ногти прямо-таки впивались в ладони.

Ему постоянно казалось, будто все вокруг обсуждают его, презирают его и...

— По-моему, с Чэнь Су как раз идеальный вариант.

Голос Цяо Шао прервал его панические мысли.

Чэнь Су не понимал, о чем они спорили до этого, и посмотрел на них с легким замешательством.

Цяо Шао обратился к нему:

— Давай я попробую опереться на твою руку.

Чэнь Су согнул руку в локте, Цяо Шао положил на нее ладонь и тут же повернулся к Хэ Шэню:

— Вот видишь, по высоте — в самый раз! А ты слишком высокий, когда я держусь за тебя...

— Чем выше, тем лучше, — Хэ Шэнь перехватил его ладонь и вернул ее на свое плечо. — Так твоя нога вообще может не касаться земли.

Цяо Шао выдал ироничный смешок:

— Что же ты тогда сразу не возьмешь меня на ручки?

Хэ Шэнь улыбнулся:

— Я совершенно не против.

Цяо Шао взорвался:

— Зато я против!

Стоявший рядом Чэнь Су никак не мог вклиниться в их перепалку, но, как ни странно, благодаря этой пикировке вся его тревога и паника бесследно испарились.

Чужие взгляды и шепотки уже не причиняли ему такой сильной боли.

Ведь рядом с ним шли еще два человека, которые тоже находились под прицелом всеобщего внимания.

Он не мог давать оценку Хэ Шэню, но у Цяо Шао ему определенно стоило поучиться.

Они оба были бедны, оба находились в похожих условиях, к тому же Цяо Шао только перевелся в новую школу, и ему должно было быть во много раз тяжелее.

Всё вокруг было чужим, над его маленьким ростом подшучивали, да еще и на второй день он умудрился подвернуть ногу. Но столкнувшись со всеми этими неприятностями, Цяо Шао предпочел смотреть им прямо в лицо. В нем не было ни капли закомплексованности или излишней ранимости, он принимал невзгоды со спокойной уверенностью в себе.

При мысли об этом в душе у Чэнь Су зародилась невиданная прежде смелость.

Вернувшись в комнату общежития, Цяо Шао немного передохнул на своей кровати, а затем произнес:

— Я ходил проверять то, что случилось полгода назад.

Стоило ему открыть рот, как Чэнь Су весь так и замер.

Цяо Шао мельком взглянул на Хэ Шэня и продолжил, обращаясь к Чэнь Су:

— Ну... Хэ Шэнь только на словах такой вредный, на самом деле он отличный парень. В этот раз мы справились только благодаря его помощи.

Хотя Хэ Шэнь и Чэнь Су учились в одном классе больше полугода, Цяо Шао прекрасно понимал: учитывая нежную привязанность «бога сна» к своей парте, эти двое, скорее всего, за всё время и парой слов не перемолвились, не говоря уж о каком-то взаимопонимании.

Тело Чэнь Су напряглось как струна, он спросил:

— Как проверять? Ты у кого-то выпытывал?

Цяо Шао покачал головой:

— Я никого ни о чем не спрашивал. Я пошел и посмотрел записи с камер видеонаблюдения.

Как он и думал, Чэнь Су даже не догадывался о подобной возможности.

Цяо Шао протянул руку к Хэ Шэню, и тот беспрекословно отдал ему свой телефон.

Цяо Шао принялся искать нужное видео, попутно объясняя:

— Прямо возле мусорных баков установлена камера, она всё зафиксировала. Тот рюкзак выбросили ради дурацкой шутки, вся эта история...

Он разложил всю ситуацию по полочкам и одновременно включил видеозапись, демонстрируя ее Чэнь Су.

Чэнь Су досмотрел ролик от начала до конца, и тот тяжелый, давящий узел, который все эти месяцы сжимал его грудь, наконец-то немного ослаб.

Сюй Фэйфань сделал это не нарочно, он действительно потерял свою вещь...

Цяо Шао отмотал видео назад, запустив фрагмент, где Чжао Хаоюань выбрасывает рюкзак, и сказал:

— Его зовут Чжао Хаоюань, он из третьего класса. Судя по всему, у него были какие-то счеты с Сюй Фэйфанем, вот он и выкинул его рюкзак.

Чэнь Су опустил глаза и тихо произнес:

— Это моя вина, мне не следовало...

— Ты ни в чем не виноват! — перебил его Цяо Шао. — С какой стати нельзя забрать вещь, которую выбросили за ненадобностью? Вторичная переработка и использование вещей вообще-то поддерживаются на государственном уровне!

Чэнь Су удивленно поднял на него глаза, а Цяо Шао продолжил:

— В этой истории больше всех виноват Чжао Хаоюань. Он не имел права скрывать правду и позволять всем этим обвинениям обрушиться на тебя. Я уже поговорил с ним, он придет и извинится перед тобой.

Услышав последнюю фразу, Чэнь Су заметно занервничал.

Цяо Шао посмотрел на него и мягко спросил:

— Я хочу узнать твое мнение. Как бы ты хотел поступить во всей этой ситуации?

Он держал в руках телефон Хэ Шэня; ему не нужно было говорить слишком много, Чэнь Су и сам всё прекрасно понимал.

Видя, что тот погрузился в размышления, Цяо Шао добавил с абсолютной серьезностью:

— Какое бы решение ты ни принял, я поддержу тебя в любом случае.

Чэнь Су встретился с ним взглядом. Волна тепла, смешанная с новообретенной отвагой, до краев заполнила его сердце:

— Я...

Он не успел договорить, как раздался стук в дверь.

Хэ Шэнь, сидевший до этого на кровати школьного хулигана, поднялся и сказал:

— Я открою.

За дверью стоял Чжао Хаоюань. Неожиданно столкнувшись лицом к лицу с Хэ Шэнем, он поспешно опустил голову.

Голос Хэ Шэня прозвучал бесстрастно:

— Заходи.

Чжао Хаоюань перешагнул порог комнаты и сразу же увидел Чэнь Су.

Он размышлял об этом два урока подряд, два урока кряду его грызла тоска, и сейчас, когда он воочию увидел Чэнь Су, на душе у него снова заскребли кошки.

В этом деле была его вина, он это признавал. Все эти полгода, видя, через что приходится проходить Чэнь Су, он чувствовал укоры совести, но...

— Тебе не нужно извиняться, — первым заговорил Чэнь Су.

Этот парень, который обычно вел себя так тихо, словно его и вовсе не существовало, произнес эти слова ровным и спокойным голосом:

— Я хочу выложить видеозапись с камер на «стену признаний» школы Дунгао.

Все присутствующие уставились на него, а Чжао Хаоюань и вовсе застыл как вкопанный.

Чэнь Су посмотрел прямо на Чжао Хаоюаня и добавил:

— Я хочу, чтобы все узнали правду.

Чжао Хаоюань запаниковал:

— Но ведь тогда все узнают, что ты доставал вещи из мусорного бака...

— Ну и пусть, — Чэнь Су не смотрел на Цяо Шао, но эти слова явно предназначались именно ему. — Моя семья живет бедно, я нищий, но что с того? Я не воровал и не грабил, я всего лишь подобрал то, что выбросили другие. Я не нарушал закон.

Цяо Шао сидел на кровати, и в его взгляде, устремленном на Чэнь Су, читалась сплошная, искренняя радость.

Чэнь Су сделал небольшую паузу и продолжил:

— Мне плевать, если другие об этом узнают. Пусть считают меня нищим или жалким. Только если я сам буду придавать этому значение, окружающие станут обращать на это внимание!

Цяо Шао подскочил с места как ужаленный и взволнованно воскликнул:

— Да! Всё именно так! Самое главное — чтобы мы сами смогли отпустить это!

Чэнь Су посмотрел на него с глубокой благодарностью в глазах.

Цяо Шао хотел сказать что-то еще, но Хэ Шэнь покосился на него и коротко бросил:

— Хромой.

Весь бурный восторг Цяо Шао как ветром сдуло. Он шумно потянул воздух сквозь зубы от внезапной боли и послушно уселся обратно на кровать.

Чэнь Су тоже это заметил:

— Не дергайся так резко, а то еще хуже сделаешь.

Цяо Шао согласно кивнул.

В конце концов Чжао Хаоюань всё же принес Чэнь Су свои извинения.

Что же касается публикации видеоролика — хоть он и фигурировал на записи, сейчас он обладал наименьшим правом голоса. Потому что Чэнь Су страдал все эти полгода исключительно по его милости.

Обедали они прямо в комнате общежития, а когда наелись, Хэ Шэню уже не хотелось никуда уходить.

Он вполне мог поспать на кровати Лоу Сяо, а когда начнется час самостоятельной работы — отвести Цяо Шао в больницу на рентген.

К общему удивлению, школьный хулиган, который обычно в полдень в общежитии не появлялся, на этот раз вернулся, да еще и в компании парня с синими волосами.

В комнате 516, где стояли четыре кровати и обычно всегда пустовало одно место, сегодня внезапно набилось целых пять человек.

Лоу Сяо бросил Хэ Шэню:

— Спи давай, я пошел.

Хэ Шэнь отозвался:

— Не надо, ты и так редко здесь бываешь.

Лоу Сяо уставился на него:

— Тогда ты что, собираешься домой?

Хэ Шэнь ответил:

— После обеда есть дела, я не пойду домой.

Лоу Сяо спросил:

— Если не пойдешь домой, то где спать будешь?

В комнате было всего четыре кровати, а парней собралось пятеро...

Хэ Шэнь перевел взгляд на Цяо Шао и невозмутимо произнес:

— Мы с ним потеснимся.

Цяо Шао: «???»

http://bllate.org/book/15787/1713927