Ляо Чжун смотрел на неё, но в его глазах уже не было той радостной благодарности, что была в прошлый раз, теперь они были полны страха и ненависти. Однако Се Хуа волновало не его отношение, а то, что она вдруг заметила: лицо Ляо Чжуна покрылось морщинами, а волосы стали седыми.
И вправду, хотя с её прошлой встречи с ним прошло всего несколько дней, для тех, кто живёт здесь, минуло уже много лет. Даже если Ляо Чжун ещё не достиг преклонного возраста, ежедневная жизнь, полная побоев и ругани, действительно может быстро состарить человека.
Се Хуа с чувством произнесла:
— Не думала, что ты уже так состарился.
Ляо Чжун прохрипел:
— Это правда ты! Зачем ты снова пришла? Ты... хочешь спасти меня или погубить?!
Се Хуа медленно приблизилась к нему и вдруг выхватила из-за спины кинжал:
— Конечно же — убить тебя!
Первый удар, который она нанесла Ляо Чжуну, был ещё нерешительным, но вскоре эту нерешительность сменило невероятное возбуждение. Иногда чувство от уничтожения чего-либо приносит настоящее удовольствие. Держать чужую жизнь и смерть в своих руках — какое же это опьяняющее, сводящее с ума упоение!
Один удар, второй, третий... Её движения становились всё быстрее и яростнее, пока Ляо Чжун перед ней не превратился в бесформенную груду рваной бумаги.
С улыбкой на губах Се Хуа удовлетворённо вздохнула:
— Вот так, хорошо...
Не колеблясь ни секунды, она занесла руку и снова ударила — на этот раз прямо в свою собственную грудь.
И в тот же миг ледяная рука схватила Се Хуа за запястье, а резкий окрик разорвал чары заблуждения:
— Успокой сердце, отринь заблуждения, в молчании познай божественный разум. Вся эта вражда — лишь иллюзия! Се Хуа, когда же ты очнёшься?!
Когда же ты очнёшься!
Этот окрик прозвучал будто прямо рядом и в то же время словно с самых небес. В тот миг её будто поразила молния, потрясла до глубины души. Всё тело Се Хуа содрогнулось, а сознание внезапно прояснилось.
Когда она открыла глаза, то была вся в поту и обнаружила, что сцена перед ней мгновенно изменилась. Ляо Чжун и ветхая бумажная хижина исчезли. Это место напоминало приватную комнату. Тот самый ледяной взглядом мужчина, который ранее приходил в дом Ляо, держал её за запястье и, увидев, что она пришла в себя, тут же отпустил.
А Ло Инбай сидел напротив в кресле, подперев щёку рукой, и смотрел на неё, склонив голову набок.
Он спросил:
— Пришла в себя?
Се Хуа хрипло произнесла:
— Вы... вы...
Ло Инбай вздохнул:
— Сестра Се, Граница Инь и Ян — это не парк в центре города, куда каждый может зайти прогуляться. Хотеть пробраться сюда, используя мои уловки, — это уже чересчур пренебрежительно к людям.
Он был прав. Се Хуа действительно проникла сюда тайком.
Ло Инбай, видя, что она молчит, снова спросил:
— Так что... если я не ошибаюсь, в прошлый раз Ляо Чжун остался здесь не потому, что случайно обернулся, а потому что ты намеренно бросила его, верно?
Се Хуа помолчала мгновение, наконец закрыла глаза и хрипло произнесла:
— Ты прав.
Ло Инбай сказал:
— Но... зачем? Ты ждала его столько лет, но в момент, когда он был готов вернуться по-настоящему, выбрала отказ и даже не поскупилась вернуться сюда, чтобы убить его...
Се Хуа резко воскликнула:
— Потому что это вовсе не Ляо Чжун! Разве ты не видишь?
На этот раз Ло Инбай действительно удивился. Он повернулся, чтобы взглянуть на Ся Сяньнина, но тот покачал головой, давая понять, что слова Се Хуа неверны.
Однако этот жест отрицания сильно задел Се Хуа. Она горячо воскликнула:
— Ты качаешь головой? Почему? Ты не веришь мне? Я говорю тебе, он действительно не Ляо Чжун! Кто из вас может сказать, что знает Ляо Чжуна лучше меня? Ляо Чжун... он не такой человек!
Она перевела дух, немного успокоилась и пробормотала:
— Вы не знаете, каким он был раньше, каким прекрасным...
Она помнила прежнего Ляо Чжуна — всегда элегантного, никогда не говорившего грубых слов, мягкого и неторопливого. Он никогда не знал тягот жизни, и в нём не было и тени так называемой грубости низших сословий. Они много раз строили планы на будущую жизнь, и они, как и сам характер Ляо Чжуна, были достойными, изящными, блистательными.
Всё это оказалось просто сном. Как человек может так сильно измениться?
Ло Инбай с лёгким недоумением сморщил нос, всё ещё не вполне понимая ход её мыслей:
— Ты думаешь, что он стал другим по сравнению с прошлым, и поэтому захотела убить его, да?
Се Хуа в гневе воскликнула:
— Он не просто изменился! Это не Ляо Чжун, точно нет! Этот человек такой эгоистичный, такой трусливый, разве может он быть моим женихом? Его точно обуял демон! Я должна убить его, не могу позволить ему позорить это имя, нося его лицо!
Ся Сяньнин слегка сжал плечо Ло Инбая, пододвинул табурет и сел рядом с ним. Ло Инбай вдруг осознал: Се Хуа искренне верит в свои слова, негодует за того безупречного Ляо Чжуна, которого она себе вообразила.
В прошлом, в условиях благополучной жизни, Ляо Чжун был утончённым, элегантным, и именно таким его полюбила Се Хуа, таким ждала все эти четыре года. Поэтому, когда жизненные испытания обнажили его истинную сущность, духовный мир Се Хуа рухнул в одно мгновение.
По сути, мышление этой пары было очень схожим — оба были ослеплены иллюзорной видимостью. Что касается Се Хуа, так оно и было, да и Ляо Чжун — такой же.
В своих снах он пережил иллюзорные успех и славу, обрёл прекрасную жену и любимых детей, о чём мечтает каждый мужчина, погрузился в это и не желал просыпаться. Но в итоге оказалось, что наслаждения плоти — это лишь вспышка молнии, мгновение огня; белые тополя, зелёная трава, жёлтая земля и синие горы — всё это оказалось пустым сном. Естественно, он не смог с этим смириться и изо всех сил пытался уйти.
Некоторое время никто не произносил ни слова. Спустя мгновение сама Се Хуа забеспокоилась и нерешительно спросила:
— Так я убила его? Великий мастер Ло, скажите мне, пожалуйста, где же настоящий Ляо Чжун?
Ло Инбай вздохнул:
— Сожалею, но это и есть Ляо Чжун. И ты его не убила. Ты только что погрузилась в собственное демоническое заблуждение. Как я и сказал, я не позволю никому проникать сюда без моего разрешения.
Всё началось после того, как Се Хуа в прошлый раз покинула Границу Инь и Ян. С тех пор как она бросила Ляо Чжуна, эти несколько дней ей постоянно снились сны, в которых она возвращалась в ту сцену, видела, как разжимает руку в тот миг, и выражение потрясения и искажённого ужаса на лице Ляо Чжуна.
Се Хуа не чувствовала ни малейших угрызений совести или страха. Напротив, каждый раз, переживая во сне выражение лица Ляо Чжуна в тот момент, она испытывала невероятное удовольствие и возбуждение. Потому что она попала в замкнутый круг, считая, что это не Ляо Чжун, а демон, убивший его, и её поступок был местью за любимого.
Поэтому просто бросить его обратно было недостаточно. Се Хуа должна была убить его до того, как Ло Инбай в следующий раз придёт спасать, ни в коем случае не позволив ему успешно выбраться.
Чтобы осуществить этот план, она не могла снова обращаться к Ло Инбаю, не нашла и Инь Мина. Пришлось повсюду искать мастеров, сведущих в магии, чтобы вернуться на Границу Инь и Ян. Однако большинство, выслушав ситуацию, заявляли, что никогда о таком не слышали и ничем не могут помочь. Наконец, в одной уединённой гадальной лавке она нашла седовласого старца, который, выслушав её рассказ, согласился помочь.
Он с восхищением покачивал головой, слушая историю Се Хуа:
— Тот, кого ты встретила, — поистине великий мастер. Он смог использовать свою магическую силу, чтобы проложить в щели между мирами мёртвых и живых путь, по которому могут ходить живые. Раз путь уже существует, чтобы вернуться, тебе просто нужно идти по нему.
Се Хуа спросила:
— Идти как в прошлый раз? Я не помню ту дорогу.
Старец ответил:
— В прошлый раз ты смогла войти, потому что кто-то с помощью магической силы проложил на Границе Инь и Ян путь, по которому могут пройти живые. Теперь, хотя ты и вышла, путь всё ещё существует. Просто этот великий мастер, похоже, заранее принял меры предосторожности и стёр твою память, когда направлял тебя. Я помогу тебе вспомнить, и ты сможешь отправиться.
Он с глубоким чувством произнёс:
— За всю жизнь я не видел столь удивительной магии. Действительно, за горами — горы, за небесами — небеса.
Услышав слова «заранее принял меры предосторожности», сердце Се Хуа сжалось. Она вдруг вспомнила всезнающий вид Ло Инбая, и в ней необъяснимо возникла робость. Однако, помедлив, она всё же приняла решение:
— Тогда, пожалуйста, помогите мне найти в памяти ту дорогу. Вознаграждение обсудим.
http://bllate.org/book/15511/1396085
Готово:
